Глава 9

Несмотря на всё старания золотого дракончика, я всё же успела рассмотреть князя оборотней во всей красе… ну, почти во всей, но главное я заметила: на теле мужчины было довольно много ран, оставленных теми самыми магическими путами, сдерживающими его в зверином облике. Немудрено, что он поранился, если вспомнить, с какими усилиями и с какой настойчивостью он пытался из них вырваться пару минут назад, а если помножить это на всё время, что князь под проклятиями был, то и вовсе странно, что ран так мало.

— Велдран! — предупреждающе зашипела на дракончика… просто он меня в неловкую ситуацию своими переживаниями поставил и выставил не пойми кем перед всеми присутствующими.

— Что сразу Велдран? Я, между прочим, за честь нашего Листочка беспокоюсь!

— Это с каких пор ты за него волноваться стал? Слова доброго не скажешь о нём лишний раз, а тут такая забота?

— Мужская солидарность это и, вообще, ушастый свой, родной почти, а это пернатое — неизвестная величина и чего от него ждать, тоже неизвестно! — весомо так припечатал золотой дракон своими аргументами, как по мне, сомнения они вызывают, но моим мнением в вопросах "мужской солидарности" никто интересоваться не собирался.

— Велдран, не ожидал я от тебя такого, — осуждающе покачал головой Оруш и дракончика наглого от меня отодрал. — Рия у нас порядочная девушка, ей бы от своих мужиков отбиться, не до чужих ей! И нечего тут безобразие устраивать! Ты бы лучше мозгами своими драгоценными раскинул и способностями своими воспользовался, ничего не почувствовал, когда Рия проклятия сняла?

Дракончик замер, моргнул, потом ещё раз моргнул и засветился слабым золотым сиянием в руках орка.

На князя Миртара плащ накинули и около него его подданные засуетились: несколько одеял на землю кинули, раны промывать и обрабатывать бросились, настойки чудодейственные в постанывающего правителя вливать… Как только суета поднялась, на нас внимание перестали обращать, и Оруш в сторону направился, куда Велдран усилено лапкой тыкал.

— Уважаемый Оруш, а что вы делаете? — пошла я за ними следом, потому что оставаться в компании почти незнакомых мужчин боязно мне было. С орком оно как-то надёжное, ведь у него секира имелась внушительная и вид грозный, а у меня ни того ни другого не было.

— Друг наш любезный может нарушение магических связей и потоков почувствовать, если отвлекаться на всякую ерунду не будет, — начал объяснять мне господин Штырх, как Велдран его сразу перебил.

— Это не ерунда!

— Не отвлекайся, — по-дружески потрепал Оруш дракончика, призывая от цели важной в сторону не увиливать.

— Вы думаете, что проклятие на князе имело ту же цель, что и на девушках матушки Сиртинь? — проявила я чудеса сообразительности. Довольно несложно это было, если мысли то и дело вокруг этой темы крутятся, да я и сама недавно к такому же выводу пришла.

— Скорее всего, не только. Вы ведь сами сказали, что на оборотне проклятие «Прерывание рода» было, значит и личная месть была, если мне память не изменяет, то род Каменных Орлов до Золотых Грифонов на престоле сидел, а потом по праву сильнейших грифоны княжье место заняли, и сколько столетий вызова их власти никто не бросал, — всё-таки удивительно умных личностей мне Вечные на моём жизненном пути понатыкали.

— Так и есть, — раздался голос господина Орина у нас за спиной, который, несмотря на явную принадлежность к медвежьему роду, мог удивительно бесшумно подкрадываться. — Князь Миртар сильнейший из оборотней и оспорить это дураков нет. А вы чего тут вынюхиваете?

Как-то дальше обсуждать наши дела в присутствии Орина расхотелось, а когда мы к границам магической защиты приблизились, а точнее к дереву, которое на этой самой границе стояло, половиной его мощного ствола за контуром охранным была, а половина внутри, и именно к его корням Велдран устремился, вновь на себя образ землеройки примеряя.

Мы замерли в ожидании, а Великий Дракон, бесценное сокровище всех повелителей неба, у которого частичка божественной сущности имелась, настолько увлёкся своим занятьем, что только комья земли и летели в разные стороны из-под его лап.

Раздался удар его коготков обо что-то твёрдое и…

— И чего вы замерли? Я что, сам всё должен делать? — возмущённо зашипел Велдран, около вырытой ямки усевшись и всем своим видом обиду вселенскую демонстрируя.

Я было первая в ту сторону дёрнулась, но Оруш меня придержал и с осуждением посмотрел, явно моего порыва не одобряя… хорошо хоть на плечо не закинул, как непоседливого чешуйчатого. С одной стороны, его беспокойство понятно, он же сам на себя Долг Жизни взял и охранником моим добровольным стал, а вот с другой — у него появилась бы возможность исполнить обещанное, но орк был достаточно честен и благороден для этого.

С предельной осторожностью Оруш достал из ямки кусочек горного хрусталя, который поместился у него на ладони, ну это потому что ладони у него выдающиеся были, в которых немалых размеров камень, осколком мелким казался. В прозрачной глубине камня, который символом верности и преданности считался, на самом дне золотистое сияние тёплым светом чистоту хрусталя окутывало… накопитель, в который сила князя оборотней вытягивалась и судя по его наполненности, это далеко не первый кристалл.

— А у этих гадов неплохое чувство юмора, использовать хрусталь для накопителей, словно они чётко дают понять, что верны своим целям и преданы своим идеалам, — покрутил в руках Оруш камень и я была с ним полностью согласна.

— Хрусталь очень хорошо поддаётся магическому влиянию, на него легко ложатся заклинания и с ним очень удобно работать, — важно покивал Велдран.

— А ещё его явно недавно заменили, потому что силы в нём немного, а находился он в пределах защитного контура, значит, и… — посмотрела я на начальника стражи Правителя оборотней, и к Орушу поближе придвинулась.

Орин мой манёвр отследил, нахмурился и фразу мою закончил:

— Значит, и заменил его тот, кто среди нас находиться. Сигнальные заклинания не дали бы сюда пройти так, чтобы мы не знали. Значит, и предатель из наших… чтоб он благословения Артэи никогда не узнал, шавка неблагодарная! — выругался Орин, избыток негодования на ствол дерева выплёскивая, только труха с корой в стороны полетели от удара его кулака. — Зря на меня думаете, госпожа, я князю предан, клятвами связан, и связью с этой мерзостью никогда благородный род Чёрных медведей не замараю!

Говорить много чего можно, когда делом подтверждать не надо, это мне было хорошо известно.

— Да Артэей клянусь, что не причастен ни к чему! Правда, не понимаю в чём именно вы меня подозреваете и по какому праву!

— По праву отважных героев, вставших на борьбу с самим Артером! — торжественно Велдран заявил и совершенно обыденно начал когти об несчастное дерево точить, которому и так уже досталось от Орина. — Так вот, косолапый, вижу я, что ты мужик неплохой по сути, только блоха среди вас завелась, мелкая да юркая, и накопители у вас под нос таскала, как белка орешки в своё дупло. Подумай-ка, кто из ваших частенько с вашего лагеря отлучался в одиночестве?

Уважаемый Орин пятерню в волосы запустил, взлохмачивая и так не особо уложенные тёмные пряди, и вспоминать начал:

— Да все отлучались, у каждого повод свой был: кто на охоту уходил, кто за хлебом да за прочим в Чистолист мотался, кто к зазнобам своим туда же…

— Вы же здесь совсем недолго находитесь, как зазнобы уже могли появиться? — возмутилась я.

— Молодое дело оно такое… нехитрое, тут большого ума и времени много не надо, — ухмыльнулся Орин, а я замолчала, потому что прав он был.

— Вот зачем вы всё усложняете? — тяжело вздохнул Оруш и на Велдрана, закончившего приводить красоту свою в порядок, недовольно покосился: — Когда нам противника нужно в Степи выследить, мы по его следу идём, а он всегда остаётся, как бы ловок и осторожен неприятель ни был бы… где камень не на своём месте лежит, где травинка примятая, где ветка сломана…

На орка все заинтересованно посмотрели, но даже малейшей искры понимания никто не проявил. Оруш вновь тяжело вздохнул, очи свои багрянцем сияющие к небу возвёл, словно терпения и сил у Великих прося… я тоже туда посмотрела, тучами затягивать начало, дождь, похоже, намечается, домой бы успеть вернуться.

— Нюхайте, господин Орин, нюхайте, у медвежьих нюх — один из лучших. Не сам по себе же этот камень здесь оказался. Его сюда принесли, вот и узнаем, кто принёс, — как малым детям объяснил уважаемый Оруш и накопитель оборотню протянул.

Господин Орин камень в руки аккуратно принял, к лицу поднёс, и шумно воздух втянул, жадно ноздри раздувая. Глухое рычание, зародившееся у него в груди, лучше всяких слов сказало, что предложение Оруша было весьма дельным.

— Вот же паршивец! Да я ему сам глотку перегрызу за нашего князя! — рявкнул представитель медвежьих, и с накопителем наперевес в сторону лагеря ломанулся, Штырх его едва перехватить успел.

— Значит так, уважаемый, сюда слушайте. Тут дело куда хуже, чем просто покушение на вашего князя. Так что никакой мгновенной расправы, а то знаем мы вашу натуру оборотническую вспыльчивую и про суд на скорую руку тоже наслышаны…

— Уж кто бы говорил! Вы, орки, вообще, когда в приступ ярости впадаете, смерть в чистом виде несёте, доспехи противников, как тесто, ручищами своими мнёте… — то ли возмутился, то ли позавидовал оборотень нашему орку, я не поняла, но посчитала нужным вмешаться, потому что чувствовала я себя отвратительно, а у меня даже самой простенькой укрепляющей настойки в сумке не осталось, да и ладони не мешало бы обработать.

— Сейчас возвращаемся назад, как ни в чём не бывало, — как можно строже сказала я, призывая мужчин к порядку, — господин Штырх, накопитель спрячьте, мы потом его лорду Мартерийскому отдадим, как он появится, и того, кто этот камень здесь схоронил, тоже в руки правосудия передадим. Вы же поняли кто это, уважаемый господин Орин, правильно? Вот вы его к нам подзовёте по причине какой… да пусть хоть воды принесёт, чтобы руки мне промыть да царапины обработать, а мы его аккуратно оглушим и свяжем надёжно, и поговорим потом…

— Драгоценная моя, да ты просто умница! Дело говоришь! А то сейчас они на словах ратными подвигами мериться будут, потом прямо к процессу предъявления доказательств перейдут… — засеменил к лагерю оборотней Велдран, — а я тебя потом, бесценная моя, ещё и к Багряным отправлю, или сюда их позову, чтобы пару бесед с тобой провели, тактике и стратегии научили… а то как-то у тебя всё простенько получается. Вот вроде и правильно, и толково, но как-то скучно… без интриги.

С такими успехами меня скоро драконы всех мастей и оттенков обучать будут, вот мне прям интриг стратегических в довесок к божественному благословению для полного счастья не хватало.

— Обойдусь. Не всегда простые решения требуют усложнений, — поделилась я великой мудростью и с независимым видом мимо господина Орина прошла, борясь с желанием совершенно случайно на хвост некоторым чешуйчатым личностям наступить.

— Госпожа маг, а госпожа маг, а вы жениха, случаем не ищите? У меня два сына есть, оба видные, сильные… — на полном серьёзе поинтересовался оборотень, — может, посмотрите? Вдруг пару в ком признаете?

Глупость какая, я же не оборотень, чтобы вот так пару свою чувствовать! Да и есть у меня тот, чьи глаза мне повсюду мерещатся, поэтому незамедлительно руку с узором истинности ему под нос сунула.

— Эх, жаль, а то такие внуки были бы… и умные, и красивые, и магией бы владели, — совершенно не порадовался почему-то моему красивому узору господин Орин.

— Вот-вот сокровище наше, видишь, поспешила ты со своим избранником, какой отбор мог быть, какой отбор! Эх, всё зря… — сокрушался тот, кто совсем недавно про «мужскую солидарность» мне рассказывал, а я даже слова ему ни сказала, потому что бесполезно это.

— Эй, Вир, тащи сюда воды тёплой да мазь, что раны затягивает, — гаркнул Орин, и сам вперёд пошёл, а мы около одного из костров присели, где мясо на открытом огне жарилось.

— Ну и гад ты, Великий Дракон! Ты ведь мог то же самое в Зелене сделать! Сам мог накопители отследить! — тихонько возмутилась я на Велдрана, который привычно мне на колени залез.

— А что сразу я? Вообще-то, именно с местонахождением накопителей у самоуверенного нашего никаких проблем не возникло, они же их нашли? Нашли. Какие ко мне претензии? — не менее возмущённо ответил он. — И не обязан я Мартерийскому помогать, я за тобой присматриваю!

— А зачем ты за мной присматриваешь? Я давно девушка взрослая, сама за собой присматриваю!

— А мужиков кто от тебя отваживать будет, м?

— Да о каких мужиках ты постоянно твердишь! Нет никого около меня! Даже Листа Мартерийский утащил! И ты мне обещал, что драконы помогут!

— Так, а я что делаю? Я же помогаю, — обиженно посмотрел на меня дракончик, — вот обидно прям такое от тебя слышать!

Ну почему я попадаюсь вечно на одну и ту же уловку, ведь сколько раз зарекалась не спорить с этим наглым существом!

От необходимости ответа меня избавил подошедший Вир, со всем тем, что от него господин Орин потребовал, а за ним ещё трое пристроились, один из них, по виду на целителя походил, просто взгляд у него добрый какой-то был, а вот двое других явно к этому занятию никакого отношения не имели, уж скорее, они работой своего собрата обеспечивали.

— Мирт, младший целитель Его Светлости Миртара, я из рода Снежных горностаев, давайте я посмотрю ваши раны, — невысокий, худощавый, он полностью оправдывал свою принадлежность к озвученному роду, — не смотрите, что я молод, опыт у меня имеется, — открыто улыбнулся он и я доверила ему свои руки. — Примите и мою благодарность, госпожа, что князя нашего от проклятия избавили. Он у нас крепкий, раны вмиг заживут, да и наши отвары кого хочешь на ноги быстро поставят…

Меня, меня надо на ноги поставить, а то все запасы исчерпала с такой жизнью.

— А для меня не найдётся восстанавливающего или укрепляющего? Согласна и на то, и на то, — улыбнулась я Мирту, уж очень он располагал к себе.

— Я так понимаю у госпожи истощение магических сил? — проявил чудеса логического мышления господин Мирт.

— Общеукрепляющего действия тоже не помешают, а ещё успокаивающих зелий у вас никаких нет? — решила я наглеть по полной.

— Последние подчистую использовали, и на князя, и на остальных… месяц тот ещё выдался, все на нервах, грызлись постоянно.

Пока мы беседу вели, те двое оборотней, которые с целителем подошли, без особых церемоний Вирта по голове со спины стукнули, и верёвками крепко связали…

Тут же шум поднялся невообразимый, который мгновенно перекрыл властный голос:

— Какого дохлого гоблина происходит? Быстро объяснились!

Голос у меня за спиной прозвучал и поворачиваться мне категорически не хотелось, да и тишина абсолютная на лагерь опустилась… настолько пронзительная, что слышно было, как ветки в костре тлеющими углями рассыпаются, да как Велдран от неожиданности икнул и кусочек мяса, честно найденного, из лап выронил.