Глава 46

Глава 46

Светлана

Она свернула на проселочную дорогу, пытаясь хоть как-то объяснить свой странный маршрут для Владика. Пейзаж за окном сменился на бескрайние поля и перелески. Светлана надеялась, что этот умиротворяющий вид хоть немного успокоит мальчика, и он перестанет задавать неудобные вопросы. Но напряжение в салоне машины только нарастало.

Чёртов мальчишка. И как только у него получается заставлять чувствовать её настолько неуверенной?

— Скажи, почему ты меня так не любишь? — спрашивает Влад.

— Что? — от неожиданности Светлана на мгновение теряет управление.

— Ты меня ненавидишь, — отвечает мальчик спокойно. — Я слышал всё, что ты говорила маме. Что я копия отца. И ты права. Я похож на него, как две капли. Только он не такой, как ты его описывала.

Светлана резко тормозит, съезжая на обочину грунтовой дороги. Смотрит на Влада, но тот отворачивается к окну. Застыл, словно статуя.

— Что ты такое говоришь? Я люблю тебя, Владик. Ты мой единственный внук. Как я могу тебя не любить? — ложь слетает с губ.

Светлана натягивает ласковую улыбку. Тянет руку, чтобы погладить его по голове, но мальчишка дёргается и уходит от прикосновения, брезгливо морщась.

— Не трогай меня. Ты лгунья. Ты всегда мне врала. И сейчас ты тоже лжёшь.

— Замолчи! — кричит Светлана и дает волю слезам. — Ты ничего не знаешь! Ты не представляешь, через что мне пришлось пройти!

Влад молчит. Только смотрит на женщину исподлобья.

— Верни меня обратно. Папа будет меня искать.

Светлана ничего не отвечает. Сжимает руками руль и вновь нажимает на газ. Объезжает деревню по кругу и едет в аэропорт. Смысла водить мальчишку за нос уже нет. Он всё равно не поверил.

Светлана паркуется на дальней стоянке аэропорта, стараясь держаться подальше от камер наблюдения. Выключает двигатель, но не убирает ключ из замка зажигания. Смотрит на Влада, который сидит неподвижно и не моргает. Лицо мальчика всё такое же безэмоциональное, словно высеченное из камня.

— Выходим, — говорит Светлана ледяным тоном.

Она достает из бардачка паспорт и выходит из машины. Обходит её и открывает заднюю дверь. Мальчик не двигается. Светлана приходится вытаскивать его силой. Он не сопротивляется, но и не помогает. Светлана тащит его за руку к зданию аэропорта.

В зале ожидания немноголюдно. Светлана быстро находит нужную стойку регистрации и протягивает паспорт сотруднице.

— Мальчик летит с Вами?

— Да.

— Нужно свидетельство о рождении. Он кем Вам приходится?

— Внук. Оформляйте быстрее.

Сотрудница аэропорта смотрит на Светлану с подозрением, но берет паспорт и начинает оформлять билет. Она что-то печатает, сверяет данные и хмурится.

— К сожалению, я не могу оформить билет без свидетельства о рождении. Это обязательное требование.

Светлана сверлит её взглядом.

— У нас нет времени. Оформляйте! Я заплачу сколько нужно.

— Простите, но без подтверждающих документов мы не можем вас зарегистрировать. Это нарушение правил.

Светлана вздыхает и достает из сумки толстый кошелек. Вытаскивает несколько купюр и кладет их на стойку регистрации.

— Я думаю, мы сможем договориться?

— Я сейчас вызову охрану.

— Не нужно, — Светлана вздёргивает подбородок.

Снова хватает Влада за руку и тащит к другой стойке регистрации. Но везде отказываются оформлять документы. Чёрт. Она теряет драгоценное время.

И в подтверждение её мыслей, Влад резко вырывает руку из её хватки и бежит прочь.

— Стоять! — рявкает женщина и бежит следом.

Но мальчишка оказывается слишком юрким. Он теряется в толпе.

— Тварь! — орёт в бессилии она.

И тут она замечает полицию. И Романа. И понимает, что она пропала. Озирается. Ищет пути отступления. Но бежать некуда. Со всех сторон сотрудники полиции. Охрана аэропорта. А на неё надвигается разъярённый мужчина.

Роман оказывается возле неё и его рука сжимается на горле.

— Где мой сын? — рычит взбешённо.

А Светлана в восторге закатывает глаза. Он трогает её. Прикасается своими руками. Так, как она давно этого хотела. Так, как она мечтала.

— Сожми сильнее, мой золотой, — облизывает губы, сверкает глазами.

— Больная мразь, — Роман отталкивает её.

В следующее мгновение руки заламывают, а на запястьях смыкаются браслеты.

Светлана не слушает, что ей предъявляют. Она смотрит в удаляющуюся спину мужчины и думает с досадой, что проиграла моли.

Александра

Просыпаюсь от прикосновения к руке. Распахиваю глаза и тут же сталкиваюсь взглядом с родными синими глазами.

— Мамочка, — Влад подаётся вперёд и обнимает меня бережно, стараясь не зацепить рану.

— Сыночек. Я так скучала, — из глаз градом текут слёзы.

— Я тоже, мам. Как твоё плечо?

— Всё хорошо. Я даже не чувствую, что болит.

— Это восхитительно.

— Ты как себя чувствуешь? Ты…

— Всё в порядке. Я в полном порядке, мам. Она ничего не успела мне сделать, — сын понимающе улыбается. — Ты не переживай. Мы тебе тут поесть купили с папой.

Я перевожу взгляд на Рому. Мой любимый мужчина стоит у двери и наблюдает за нами с ласковой улыбкой. Мои любимые защитники. Мои мужчины, которые всегда будут рядом.

Рома улыбается уголками губ, медленно приближается к кровати.

Рома садится на край кровати, берёт мою руку в свою большую ладонь и нежно целует костяшки пальцев. Его прикосновение всегда действует на меня успокаивающе. Сейчас, как никогда, мне нужна эта стабильность, эта уверенность в том, что всё будет хорошо.

— Как ты? — тихо спрашивает он, заглядывая мне в глаза. В его взгляде я вижу любовь, беспокойство и облегчение.

— Теперь хорошо, — отвечаю я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна тепла. — Теперь, когда вы рядом.

Рома целует меня в уголок губ.

— Что с… этой женщиной? — спрашиваю я.

— Её посадят. Надолго. Слишком многое вскрылось.

— Надолго — это насколько?

— Возможно, пожизненное заключение.

Я выдыхаю и улыбаюсь. Туда ей дорога.

— И тут ещё вскрылся один любопытный факт, — Рома поглаживает пальцами мою руку.

— Какой?

— Почти всё её имущество оформлено на тебя. Дом, машины, рестораны.

— Но… Я ничего и никогда не подписывала.

— Она подписывала. И подделывала документы.

Я сжимаю голову руками и пытаюсь всё осмыслить. Что мне теперь с этим всем делать?

Но думать долго не приходится. Я всё продам. Вернём деньги Степану. Отремонтируем дом дедушки.

— Теперь всё закончилось? — спрашиваю с надеждой в голосе у Ромы.

— Теперь всё будет хорошо.

Мне хочется сказать, что годы жизни вдали друг от друга не вернёшь. Как и дедушку Ромы. Но я прикусываю язык.

Жизнь не повернуть вспять. А жалеть о том, что уже произошло нет никакого смысла.

— Я люблю вас, мальчики мои, — говорю счастливым голосом, переводя взгляд с сына на любимого мужчину.

— И мы тебя любим, — Рома подхватывает сына и усаживает рядом на кровать.

— Больше всех на свете, — серьёзно кивает Влад. — До Луны и обратно.

Я прижимаюсь к ним обоим, чувствуя тепло их тел. Маленькая ладошка Влада сжимает мою руку, а Рома нежно целует в висок. Впервые за долгое время я ощущаю себя в безопасности, окруженной любовью и заботой. Больше не нужно бояться за здоровье Влада. Больше не нужно бояться, что мать причинит вред.

Я счастлива. И глаза Ромы обещают, что счастлива я буду всегда. Благодаря ему. И его любви, не знающей границ.