Глава 19

Первым, что бросается в глаза, когда я просыпаюсь, становится ваза с букетом лилий. Приятный запах обволакивает комнату, нежные цветы приковывают взгляд. Не понимаю, почему лилии считаются токсичными, для меня их аромат – один из самых любимых. И всё бы хорошо, вот только теперь он неизбежно навевает воспоминание о Дмитрии Сергеевиче. Я бы и рада думать о чём-то другом, но меня буквально отбрасывает назад во вчера. Досадно, чертовски неправильно и в то же время радостно, на удивление легко и безумно хорошо ведь было. У меня ведь тогда все эмоции смешались между собой, затуманивая голову. Я и сейчас не могу связать всё пережитое во что-то вразумительное. Как так могло получиться, что всего за один день я почти полностью теряю воспоминания о пережитом в клубе?.. Зато вчерашние объятия помню настолько, словно опять чувствую их. Мне будто даже теплее становится… Так, всё, к чёрту. Хватит думать обо всём этом, и, уж тем более, погружаться. Ну было и было. Ещё четыре встречи – разве я не справлюсь?.. А потом распрощаемся с Дмитрием Сергеевичем окончательно и бесповоротно. Так что пора бы уже начать забывать о его существовании. Вот только, похоже, он так не считает. Моё волевое решение мгновенно обрывается звуком сообщения вконтакте. Дмитрий Орлов… Я не в первый раз вижу его страничку. Заходила как-то, в день, когда практические делала. Наверное, просто отвлечься хотелось, но не особо вышло, у него профиль закрыт. Но если тогда мне было больше любопытно, то теперь чуть ли не волнительно, когда снова открываю его страницу. Всё ещё закрыта, но сообщения писать можно. Как и мне, чем он и воспользовался. Вздыхаю, переворачиваясь на живот, открываю, что там Дмитрий Сергеевич написал. «Доброе утро, Мальцева. Мой номер у тебя всё ещё заблокирован, так что пишу здесь. У тебя послезавтра экзамен по физике, так что завтра я тебя не побеспокою. А сегодня заберу в три. Удобно?» Я кусаю губу и недоумённо качаю головой, будто он сейчас меня видит. И почему-то даже не удивляет, что позаботился о том, чтобы посмотреть моё расписание. Может, и тогда в кабинете рядом неслучайно оказался? Странно, но вместо того, чтобы возмутиться, я вдруг расплываюсь в дурацкой улыбке. Так и зависаю на некоторое время, пока, наконец, не прихожу в себя. Какого чёрта? Я ведь уже чуть было не начала обдумывать, что можно убрать его из чёрного списка и посмотреть, заметит ли, или продолжит мне вконтакте писать. Всё это уже совсем ни в какие ворота. Пора заканчивать со всеми встречами. Надо провести их как можно скорее. «Пойдёт», – односложно пишу ему. «Тогда договорились. Кстати, мне очень нравятся твои фотки», – приходит быстрый ответ. Такой простецкий комплимент, а меня почему-то тянет полистать свою страницу и посмотреть её его глазами. Вот уж не припомню, чтобы чьи-то ещё слова вызывали у меня такое желание. А ведь мне делали гораздо более красочные комплименты. Я закатываю глаза, морщу нос и просто откладываю телефон. ************ До трёх я запрещала себе думать о предстоящей встрече, настраиваться на неё, или, уж тем более, наряжаться. Сидела и читала билеты. Сложный предмет, я уже в какой-то момент собиралась написать Орлову, чтобы отложил встречу до момента, пока я все экзамены не сдам. Но всё же не стала. Во-первых, какой смысл врать себе – если останусь дома, ведь не буду всё это время учить, на фигню отвлекусь, потому что от физики мозги враз плывут. Ну и во-вторых, со встречами лучше поскорее закончить. И не только потому, что так Дмитрий Сергеевич раньше исчезнет из моей жизни. Мне ведь отпуск на работе дали лишь во время сессии, а выходные тратить на историка я не планирую. После физики мне остаётся лишь один экзамен, с которым не должно быть проблем. Там преподаватель такой душка, что почти всем автоматом поставил, только прогульщики остались. Ребята говорят, там достаточно показаться, рассказать жалостливую историю о необходимости работать во время учёбы, показать наличие хоть каких-то знаний – и тройка обеспечена. Так что основное испытание у меня только послезавтра, потом относительная свобода начнётся. И хотелось бы, чтобы она была не только от учёбы, но и от Дмитрия Сергеевича. До трёх он у меня лишь периодически в мыслях появлялся, в особо скучных моментах зубрёжки сложно думать о материале. Но вот уже настаёт назначенное время. И сообщение от Орлова опять приходит во всё том же контакте. «Я на месте, выходи», – ничего особенного же не написано, а сердце волнительно подскакивает. И через несколько секунд я застаю себя уже за тем, что все вещи из летней полки вываливаю, думаю, что надеть. Когда только договорились о встрече, думала в первое попавшееся одеться, вот и не стала обдумывать заранее. Так почему сейчас я не могу идти по этому принципу? «Первое попавшееся» меняется столько раз, что уже со счёту сбиваюсь. Умом понимаю, что фигнёй занимаюсь, но всё мне не то. В итоге решаю надеть повседневное синее платье. Его не назовёшь нарядным, открывает оно только руки, ключицы и ноги чуть выше колена; но при этом мне идёт. И неважно, почему сейчас эта мысль имеет хоть какое-то значение. Волосы оставлю распущенными, краситься не буду. Из аксессуаров только кулон, из обуви – кроссовки, это платье с ним очень даже смотрится. Улыбаюсь себе в зеркало. Вообще не похоже, что я стремилась понравиться Дмитрию Сергеевичу, но при этом и выгляжу очаровательно. И нет, я рада этому не потому, что скоро предстану перед его взглядом. Чисто по-женски приятно, наплевать на его реакцию. Задерживаться не стала, из подъезда выхожу, как ни странно, всего в двенадцать минут. А я то думала, что перебирала шмотки гораздо дольше… А так Дмитрий Сергеевич, можно сказать, даже не ждал. – Извини за опоздание, – говорю, когда мы встречаемся взглядами. – Учила билеты, почти забыла о встрече, собралась только когда ты написал. Едва договариваю последнюю фразу, потому что блеск в глазах Дмитрия Сергеевича и его улыбка мгновенно с толку сбивают. Он открыто любуется, нагло не скрывает этого, да ещё и такое теплое излучает, будто мы чуть ли не родные друг другу, и я только что именно это ему сказала. – Выглядишь прекрасно, – озвучивает он мысль, которая и без того считывается в его взгляде. – Ну а то, что готовилась к экзамену, это я одобряю. Собственно, мы и продолжим твою подготовку. Только придадим ей иной формат… Я озадаченно хмурюсь на это вкрадчивое неоднозначное заявление, а в голову лишние мысли лезут. Нестандартные занятия физикой почему-то у меня совсем не с тем, с чем надо, ассоциируются. Скорее уж, с анатомией. Машинально сажусь к нему в машину, стараясь не думать о лишнем. Тем более, я должна отвращение испытывать к подобным намёкам, а не жар по телу. Ведь случай в клубе не так давно произошёл… Почему тогда ощущение, что чуть ли не в прошлой жизни? – Расслабься, Мальцева, я не о законах притяжения и тому подобном, – ухмыляется Дмитрий Сергеевич, хотя смотрит скорее осторожно, ласково как-то и спокойно. – Просто предмет сложный, да ещё так быстро, да ещё и пропускала ты много. Почему бы и не совместить приятное с полезным? Говорят, лучшая техника запоминания – связать знания с воспоминаниями. А в развлекательном формате – самое то. Звучит как искренняя забота, да только мне как-то не по себе. Пока слабо представляю, о чём речь. Он будет зачитывать мне билеты? И где, интересно? Не стоит настолько доверять Орлову. Не стоит думать, что это мило – думать о том, как непросто мне должен даться предмет и беспокоиться, чтобы сдала. И уж тем более не стоит улыбаться этим мыслям. ********** Форматом подготовки к экзамену и вправду стало развлекательное мероприятие. А я ведь даже не знала о существовании такого музея, как «Экспериментаниум». И вот очень зря. Лучшего способа разобраться в физике и не придумаешь. Я бы даже не назвала его музеем, это скорее научный аттракцион. Способ вернуться в детство и упростить, казалось бы, слишком сложные для понимания темы. Читать их в лекциях мудрёными словами и терминами – одно, а самой проводить разные эксперименты, улавливать, как происходит какой-либо процесс – совсем другое. И ведь всё это так легко давалось… Сюда даже школьники ходят, а ведь тут приходит понимание самых основ. У нас в универе общая физика только на третьем курсе появилась, так что мои знания по ней очень сырыми были со школы. Да что там сырыми, почти отсутствовали. А тут… Дмитрию Сергеевичу удалось снова окунуть меня в такие эмоции, что уже не до неловкости между нами было. Меня полностью захватили эксперименты с водой, воздухом, пояснения ко всем ним, лазерное шоу, комнаты с оптическими иллюзиями… Я чувствовала себя ребёнком в волшебном мире, и не знала, за что хвататься. Держала облако, наблюдала за мини водоворотом, шумела, слушала эхо, пыталась играть на разных музыкальных инструментах, и даже увидела звук. А ещё заглядывала в чёрную дыру, смотрела в бесконечный колодец и за секунды стала выше Дмитрия Сергеевича, когда мы зашли в другую комнату. А потом увлечённо ставила шарик на струю воды, ходила в зеркальном лабиринте, сидела на гвоздях, наслаждалась огромными мыльными пузырями, которые полностью захватывали мой рост… В общем, много всякого было. И всё это действительно оставалось во мне знаниями о процессах физики. Мы ведь потом закрепили их, проходя музейный квест. Дмитрий Сергеевич, кстати, тоже с головой уходил в развлечения, предлагал свои варианты, помогал мне с заданиями, хоть и оставлял основную роль за мной. Ведь экзамен предстоит мне. В общем, было весело, причём обоим. Мы вышли из музея уже вечером, когда на улице начало темнеть. Съездили в ресторан, ведь оба успели проголодаться. Кстати, места для поесть Дмитрий Сергеевич умел выбирать. Везде, куда меня водил, вкусно кормили. Но вот увлекательный вечер подходит к концу. Дорога отдаляет меня от музея, ресторана и воспоминаний о дне. Даже небольшой паузы, пока Дмитрий Сергеевич смотрит ситуацию на дорогах, хватает, чтобы напомнить мне о реальности, в которой мы даже не друзья. Хоть и не преподаватель и студентка… Разговаривать с ним в ресторане мне было гораздо легче, чем теперь, в пути к моему дому. Не знаю, почему неловкость возвращается именно сейчас. Потому что мне снова было слишком хорошо с ним, и он это видел? А главное – я чувствовала. Мне вдруг хочется спросить его о том, почему тогда, в тот вечер в клубе, Дмитрий Сергеевич был слишком груб. Так, словно и вправду собирался довести дело до конца, и ему было наплевать, хотела я или нет. Он давал мне понять, что серьёзно относится ко мне, и это сложно не уловить, но разве его чувства отменяют всё то, что было? Ведь Лёша явно дал понять, что Орлов привык брать от жизни всё, и секс для него – очень даже значимая штука. Иначе не водил бы там стонущих девушек и не решил переспать со студенткой, которую даже не видел. И не предлагал бы ей секс вместо отношений. Или я должна поверить, что уже тогда Дмитрий Сергеевич был в меня влюблён? Я не позволяю ему начать отстранённый разговор, сообщив, что устала. Тогда он откидывает мне кресло, и я закрываю глаза, сделав вид, что и вправду дремлю. Мысли хаотично бегают от прошлого к настоящему, в итоге уплывая к будущему – экзамену по физике. Вспоминаю, какие там билеты, прикидываю, что мне легче всего дастся. А потом вдруг чуть ли не каждой клеточкой чувствую, как тормозит машина. Дмитрий Сергеевич смотрит на меня, и я неохотно открываю глаза. Что-то мне подсказывает, что он всё равно понял бы, что не сплю. Ну вот. Теперь мы смотрим друг другу в глаза в пусть и не тесном, но замкнутом пространстве. И ладно бы ещё это, хотя я почему-то взгляд отвести никак не могу, так Дмитрий Сергеевич вдруг ещё и тянется слегка… Задерживаю дыхание, но нет, это он не ко мне – к задним сиденьям.