Глава 23

Я вчера намеренно сказала «свидание», давая понять, что лёд действительно оттаял и перемена между нами слишком ощутима. Да что там, значительна. Конечно, Дима это уловил, ведь до того момента «свиданиями» наши встречи называл только он. Хотя простыми встречами они не были никогда, если подумать. Но в любом случае, вчера я сделала и гораздо больше, чем произнесла это слово. Больше, чем назвала его по имени не только вслух, но и в мыслях. Даже больше, чем поцеловала. Я красноречиво дала ему понять, что готова на всё. Что я чувствую сегодня? Поражаюсь, как легко всё было вчера. Я ведь не только прошлое отпустила, но и чуть ли не клин клином вышибать хотела – стереть воспоминания о клубе, попробовав всё-таки заняться сексом с Димой. Да что там, я ведь хотела этого, даже не сомневалась. Вот только я и сейчас, хоть и поражаюсь вчерашнему поведению, но не жалею о нём. Единственное, что меня волнует и смущает – как воспринимает мой энтузиазм он. Ведь, помнится, с клубом вышло так во многом из-за того, что Дима посчитал меня излишне доступной и поверхностной. Конечно, сейчас он так не думает и это очевидно, но что если считает мою инициативу легкомысленной? Ведь отказал… Вчера я вызвалась устраивать нам новое свидание во многом ради того, чтобы показать, что мой порыв не был всплеском эмоций, или, уж тем более, под влиянием шампанского. Я вообще не так легко напиваюсь, как Диме могло показаться. Хотя понимаю, откуда у него такие опасения, учитывая, что на тусовке Лёши я вырубилась, а очнулась уже в другом месте, мало что помня…. В общем, принять решение доказать Диме вчера было легко и даже азартно. А сегодня волнительно. Очень. Но я запрещаю себе запить это чувство хотя бы одним глоточком даже самого безобидного алкоголя – буду трезвой, решительной и серьёзной. Ещё бы успеть успокоиться к приезду Орлова… В плане организации свидания я решила не отступать от вчерашнего плана. Вчера, когда он обещал мне организовать романтику для нашего первого раза, я решила, что дам ему понять, что не в ней там дело было. Вспомнила, как в наше первое свидание, ещё когда мы только из «Капитолия» ездили домой мои вещи занести, я говорила, что хочу провести вечер сидя дома, смотря фильмы и кушая вкусную еду. Дима ещё сказал, что с удовольствием составил бы мне компанию. Вот и составит. Сегодня. Да, посиделки будут простыми, но мне в любом случае сложно тягаться с его идеями. Да и зачем? Главное – дать ему понять, что мне с ним хорошо вне зависимости от романтики вокруг, и что я действительно готова. А обстановочка получается очень даже душевная. На экране на стене уже висят предложенные по вкусу фильмы, причём самых разных жанров. Я ведь чуть ли не всё подряд смотрю. Так что пусть выберет Дима, мне непринципиально. Всё равно вряд ли смогу сосредоточиться на фильме… Стол я накрывала без алкоголя. К счастью, на этот случай я умею делать очень даже достойную сангрию с использованием виноградного сока, так что напиток у нас будет не хуже хорошего вина по вкусу. Нарезала фруктовую, сырную и овощную тарелки. Особо не усердствовала – Дима ко мне поздним вечером приедет, понятно, что сытый уже будет. Да и нам не до еды скоро станет… А вот десерты вполне подойдут. Поэтому я на всякий случай сделала те самые печеньки, которые готовила при подготовке к истории. В тот вечер, когда отправила Диме провокационное сообщение. И пусть он не знает этот нюанс, но я оставила его для себя как знак, что всё у нас сегодня случится. Одеваюсь в чёрное платье с соблазнительным вырезом. Думаю, тут Дима вряд ли устоит, ведь оно ещё и ноги открывает, да и вообще очень выгодно демонстрирует фигуру. Конечно, совсем не выглядит домашним, но что уж, тут и так понятно, что я задумала. Ведь разве что свечи не купила для создания романтичной обстановки. Ещё немного красуюсь перед зеркалом. Улыбаюсь себе, поправляю волосы… Хотя, конечно, этим скорее тяну время. Понятно, что выгляжу хорошо, ни к чему пялиться в зеркало, чтобы в этом убедиться. Просто мне всё волнительнее… И это даже внешне отображается – выдают краснеющие в смущении щёки, бегающий взгляд, закусанные губы и перебирающие локоны пальцы. Оно и неудивительно – я хоть и уверена, но всё равно, шаг для меня будет слишком уж грандиозным. Вот только чтобы он всё-таки состоялся, остаётся самое сложное – позвать Диму. А то он ещё не в курсе, что наше четвёртое свидание состоится именно сегодня. И уж тем более, так поздно, ведь я сейчас, в девять вечера, его только звать собираюсь. Чтобы уж наверняка на ночь остался. ******* Конечно, Диму удивили мой звонок и предложение приехать. Но ему понадобилось совсем немного времени, чтобы уже оказаться тут. Открываю ему дверь, чуть не споткнувшись на ровном месте. Опять нервничаю… Тем более, что он потрясающе выглядит в этой чёрной рубашке, расстёгнутой на верхних пуговицах. Вниз не смотрю, но и вверх почему-то тоже не решаюсь, ведь чувствую, как его взгляд обжигает меня. Причём жадно, не пропуская почти ничего. Дима не с пустыми руками – протягивает мне тортик и нежный букет роз разного цвета. Беру, улыбаюсь, а потом молча разворачиваюсь ставить цветы в вазу. Лилии у меня, кстати, до сих пор отлично себя чувствуют, как раз в спальне, где мы будем «фильм смотреть». – Ты меня поражаешь, – слышу из коридора его чувственный голос. Только Дима умудряется говорить так вроде бы беспечно, но в то же время волнующе, что меня мурашками накрывает. И при этом он ещё разувается же, вроде как действием занят. – Ты про платье? – поставив торт и букет пока на кухонный стол, наливаю воду в вазу и машинально спрашиваю. И уже только после вопроса покрываюсь румянцем. Дима не в первый раз в моём доме, но ощущение особенности его визита просто зашкаливает. В прошлый раз он просто помог пакеты занести, потом вышел и у подъезда ждал, пока я переоденусь для поездки в аэродром. Но дело даже не в этом. И, наверное, не в том, что сегодня Дима останется. Скорее всего, дело в том, что теперь мне не всё равно. Тогда тоже было, но подавлялось обидой. А теперь мне хочется, чтобы ему понравилось тут всё. И сюрприз в моей комнате, и сама обстановка. – Не только про платье, – Дима как-то незаметно у меня за спиной оказывается, отчего я перевожу дыхание, прежде чем развернуться. – Но, конечно, оно просто выше всяких похвал. Вернее, ты в нём. Я хотела сказать что-то вроде «без него я ещё лучше», но почему-то не получается. Вроде всё приготовила, но сделать решающий шаг не могу. Может, Дима уже понимает всё сам?.. А ну да. Он ещё не был в спальне. Вот по ней всё сразу понятно становится. – А так я в целом про внезапный звонок и приглашение на… – Дима смотрит на стол, но там ничего нет, кроме тортика и нового букета в вазе. Всё основное ведь у меня в комнате, о чём он пока не знает. – На четвёртое свидание, – тогда добавляет он, а атмосфера между нами как-то мгновенно накаляется. Ну ещё бы, я ведь позвала его поздно вечером, кухонный стол не накрыт, зато я сама разодета тут стою красивая. Более того – провокационно сексуальная, хорошо хоть чулки не надела. Зато мой вырез явно приковывает его взгляд, даже при том, что Дима пока старается держать себя в руках. – Ну вообще, на ужин. Всё готово и ждёт нас в комнате, – мой голос слегка дрожит, с трудом придаю ему крепости. – Просто в прошлый раз, когда я хотела остаться дома и фильмы посмотреть, ты выразил желание присоединиться, вот я и подумала… Ну вот. Я уже ощутимо нервничаю. – Это отличная мысль, – подбадривающе говорит Дима, старательно делая вид, что ничего такого не происходит. Но ведь происходит. Ещё как. И если пока мы говорили на кухне, можно было сделать вид, что это просто приглашение действительно фильмы посмотреть, то такая игра становится совсем уж бессмысленной, когда мы заходим в комнату. Ведь я настолько загорелась сделать наш вечер с продолжением, что даже презервативы приобрела и положила их на очень даже видном месте. Причём идентичные тем, что у него в пиджаке лежали. И каким бы заманчивым ни выглядел сам стол, уверена, что взгляд Димы так или иначе задерживается именно на презервативах, недвусмысленно намекающих на истинную причину приглашения в гости. – Я запомнила марку, – нет, ну я, конечно, стремлюсь как-то заполнить неловкую паузу, но, кажется, первым в голову приходит не лучший способ. – И размер, – зачем-то добавляю, мгновенно покрываясь жаром и краской. Да что там краснею, я и на ногах уже еле стою. И сердце колотится очень быстро и громко. Уверена, что Дима это слышит. – Мальцева… – вздыхает он, так многозначительно и в то же время ласково произнеся мою фамилию, что по коже мурашки гулять начинают. Снова, значит, потрясён. Даже слов не находит. Хотя в том, как обратился, уже многое слышится. И от такой реакции мне вдруг проще становится. Я тут не одна в полнейшем смятении стою, разве что Дима не краснеет только. Но сбит с толку не меньше, а ещё взволнованность у нас общей становится. А значит, и справиться с ней легче. – А фильм выбирай ты, – непринуждённо предлагаю, кивнув на экран. И вдруг ловлю себя на мысли, что мне начинает нравиться вся эта ситуация. Ведь она будоражит. Дима так непривычно растерян, так старательно сдержан, что мне даже хочется его ещё чем-нибудь поддразнить. – Мне всё равно, что смотреть, – неоднозначно добавляю, изящно опустившись на диван и закинув ногу на ногу. Дима нечитаемым взглядом проследил за моим действием, после чего садится рядом и, наверное, не глядя, тыкает в первый попавшийся фильм. – Пусть будет этот, – хрипловато сообщает. От этого его тона, как и от взгляда, ноги подкашиваются. Хорошо, что сижу, а то строить из себя невозмутимую соблазнительницу всё сложнее. – Надо почитать аннотацию, – нахожусь я, уткнувшись в телефон. Боковым взглядом успеваю заметить, что Дима растягивает губы в хитрой улыбке. Пришёл в себя, значит. Что теперь будет?.. Делаю более глубокий вдох, ввожу в кинопоиске название фильма. К счастью, успела разглядеть его на экране, а то совсем глупо бы выглядело. – Кстати, очень вкусно, – сообщает Дима, откусив печенье. – Сама готовила, – не отрываясь от телефона, машинально отвечаю. – Ты полна сюрпризов, – с искренним восхищением говорит Дима. И вкрадчиво добавляет. – Причём самых разных… Что-то никак не могу прочесть первое предложение аннотации. Вернее, читаю его уже раз в четвёртый, только вот никак смысл не уловлю. – Может, выключим свет? – как-то нервно предлагаю, поспешно поднимаясь с места. – Чтобы как в кинотеатре. Тут замечаю, что после моего предложения выключить свет мы оба поднялись. И сейчас, обойдя стол с разных сторон, чуть ли не соприкасаемся в одной. Сердце то ли испуганно, то ли в предвкушении пропускает удар, когда наши взгляды соприкасаются. – Давай тогда ты, – не выдерживаю этого напряжения, пытаюсь хоть как-то разрядить обстановку. Но, кажется, Дима тоже не выдерживает. Вот только проявляет это иначе – притягивает меня к себе и впивается в губы своими, через пару секунд отстраняясь, но не отпуская. – Я имела в виду свет, – едва слышно отшучиваюсь, но какой теперь смысл. Оба понимаем, что никакого. Так же, как оба понимаем, что уже невозможно будет вернуться к фильму, который, кстати, на фоне активно начинается. Но у нас тут тоже начинается и покруче. Дима крепче обнимает меня, целует в висок, расслабляюще и пока сдержанно нежно поглаживает моё тело… И я сдаюсь, обвиваю его руками, прижимаюсь охотнее. Оказывается, и от безобидных ласок можно с трудом стоны подавлять. Эти почти невесомые поцелуи за ушком заставлять пальцы сжиматься. И Дима явно улавливает это, потому что становится всё раскованней. Ведёт носом по моей шее, втягивая запах, поглаживает по спине всё ниже, ненавязчиво приподнимая на мне платье. Момент, конечно, напоминает ситуацию в клубе, когда Дима был куда более напорист, несдержан и груб. Тогда он просто задрал на мне платье, бесцеремонно касаясь где и как хотел, а теперь… Я ведь чувствую, как ему сложно продолжать осторожничать, но мои ощущения для него сейчас гораздо важнее собственного дискомфорта. И мне настолько ощутимо дают это понять, что накрывает какой-то нежностью. Если теми прикосновениями Дима давал понять, что жаждет моего тела, то этими безмолвно признаётся в любви. И тут уже не выдерживаю я… Хочу хоть как-то дать ему понять, что можно действовать дальше. Смущённо закусываю нижнюю губу, чувствуя, как его пальцы слегка сжимают мне попу, и начинаю неровными движениями расстёгивать пуговицы на рубашке Димы. Смотрю только на них, постепенно открывая вид на широкую накачанную грудь и оттого закусывая губу ещё сильнее. – Начинаю думать, что тех презервативов не хватит, – с лукавой ухмылкой комментирует он мои действия. И вправду, если мы тут застрянем, может и не хватить. Хотя заявление, наверное, излишне наглое, я же тут только решаюсь пока. Я, может, и высказала бы, но Дима не даёт это сделать, резко впившись в мои губы и сразу углубляя поцелуй. Я лишь успеваю издать короткий стон от неожиданности. Ухватываюсь за его плечи, сжимая пальцы на вороте уже расстёгнутой рубашки, и отвечая. Дима проводит языком сначала по верхней, потом по нижней губе и отстраняется, заглядывая мне в глаза. – Ты в любой момент можешь меня остановить, – серьёзно говорит он, но это звучит, как последнее предупреждение перед полным срывом тормозов. Причём и его, и моих. Его заявление чуть ли не открыто намекает на обращение в клубе, но у меня и нет никаких ассоциаций. Если только поначалу, и то отголосками, в противопоставление. А теперь и думать о прошлом не хочу. Оно для меня стёрто. – А ты меня – нет, – беспечно заявляю и тяну его рубашку, окончательно оголяя торс. – Это я уже понял, – посмеиваясь, шепчет мне на ухо, провокационно вжимаясь стояком между моих ног. Если меня и напряг этот недвусмысленный жест, демонстрирующий всю серьёзность ситуации, то лишь поначалу, с непривычки и интимности момента. Но я быстро расслабляюсь. Решимость не снижается, уж не знаю, рассчитывал ли Дима на это или уже действует без лишних мыслей. – И правильно, – усмехаюсь и не сдерживаю стона, когда он засасывает кожу на шее и теснее прижимает меня к себе. Ощущения захватывают, на ногах едва стою, жар разгоняется по крови, а сама я в чувствительный комок нервов превращаюсь. Плавлюсь под любыми ласками, но чем смелее они становятся, тем больше меня пробирает на то, чтобы что-то сказать. – Свет… Кстати, м-ммм… можно не выключать, – я неосознанно закатываю глаза и громче дышу, когда наконец его пальцы забираются под платье. Кажется, Дима находит лучший способ заставить меня замолчать. У меня мало того, что мысли ускользают, так ещё и дар речи теряется. Максимум, что могу – издавать бессвязные звуки типа тихих полустонов. Ведь мужские пальцы играют на самых чувствительных точках. Пока ещё через бельё, не снимая, но и этого достаточно, чтобы я теряла равновесие, цепляясь за него и мало что соображая. Зато он держится куда увереннее, открыто наслаждается моей капитуляцией, смотрит мне в лицо. – Свет однозначно нужен, – с удовольствием сообщает, когда наши взгляды встречаются. Я широко улыбаюсь на эти слова, а в следующий миг уверенно целую Диму в губы. Так легко это даётся, так естественно… И в то же время жарко. Наслаждаюсь ощущениями от нового поцелуя, от себя, от него – нас. А Дима осторожно приподнимает меня и двигается в сторону кровати. Она у меня, кстати, уже застелена, что тоже намекало на мои намерения. Уж не знаю, заметил ли он это, или было не до того. Но это и не имеет значения теперь, когда всё очевидно движется в правильном направлении. Дима умудряется опустить меня на кровать, не разрывая объятий и продолжая ласкать рот своим языком. И это расслабляет настолько, что я уже не отделяю себя от ощущений и близости с ним. Его руки скользят по моему телу, а я изучающе глажу его мышцы, пресс, чуть ниже… Натыкаюсь на ширинку и немного медлю, но этой заминки хватает, чтобы Дима отвлёк меня от изучения себя в другие ощущения, не менее захватывающие. Ведь он оставляет мои губы и спускается не менее жадными поцелуями ниже. Добирается до выреза, обнажающего значительную часть груди, кладёт на неё ладонь, сжимает, гладит круговыми движениями, а я плавлюсь от этой нежности. И прикусываю губу, когда уже другими, гораздо более нетерпеливыми действиями, Дима чуть приподнимает меня, чтобы снять платье. Он быстро расправляется с ним и заодно с бельём, а я на волне ощущений даже не чувствую неловкости, подставляясь. Единственное, когда прихожу в себя – на короткий миг, во время которого мы как бы разъединяемся. Я ощущаю лёгкую прохладу по телу, смешиваемую с уязвимым осознанием собственной обнажённости. Но оба эти чувства очень быстро пропадают, заменяясь на противоположные, когда Дима возвращается ко мне. В тот же момент и вспоминаю, что он вообще-то уже видел меня обнажённой. Ну почти, я только в трусах оставалась, когда сам же раздевал меня пьяную и спящую. Наверняка уже разглядел всё, что хотел, и, судя по всему, увиденное ему очень понравилось ещё тогда. Наверняка понимаю это сейчас, чувствую, вижу – Дима с упоением и откровенностью рассматривает моё тело. Облизывается, провокационно сексуально, и в ту же секунду припадает к затвердевшей бусинке соска, обводя языком. Мы плавно и в то же время резко приземляемся на кровать. А его ласки становятся всё более изощрёнными, я и представить себе не могла, что мне будет так приятно. Всегда считала, что грудь у меня – нечувствительная зона. Но куда там… Я стону, сжимая под собой простыню, потому что как-то стесняюсь вцепиться в волосы Димы, творящего со мной такие ужасные потрясающие вещи. Но вопросы стеснения довольно быстро отходят на задний план. Голова сама собой отключается, уступая место ощущениям. Новым, ярким, крышесносным. Как горячо и остро. Дима покрывает поцелуями чуть ли не каждый миллиметр моего тела, на что я неосознанно цепляюсь за его плечи и выгибаюсь навстречу ласкам. Удивительное единение, с мужчиной, которого не так давно знаю, но открываюсь, как никому и никогда. Его руки скользят по моим слегка дрожащим ногам, поглаживая, а затем осторожно раздвигая. Отрезвляющее действие, ведь я уже без белья. Дима правда раздет только сверху, но что-то мне подсказывает, что ненадолго. Наши взгляды сталкиваются, и я понимаю, что моё смятение уловили. – Я и представить себе не мог, что это случится сегодня, – перестроившись, Дима нависает сверху, нежно поцеловав в плечо. – Хотя, конечно, представлял всякое, – ещё один поцелуй, уже в шею. – Не бойся, ты даже сейчас можешь меня остановить, – тихо, будто даже нежно говорит и принимается целовать всё, что ему попадается: шею, плечи, плоский живот, спускается ниже, нежно обводит языком припухшую горошинку между ног… Я чуть приподнимаюсь. Нет, останавливать его мне точно не хочется. Хотя я тоже и представить себе не могла ещё неделю назад, что мы будем это делать. И сейчас немного неловко от такой откровенности его действий. Но эти его успокаивающие слова, это стремление меня расслабить и доставить удовольствие, эта томительная сдержанность… – А… – я чуть дёргаюсь, когда к его языку присоединяются и пальцы. – Будет больно? – шёпотом спрашиваю, хотя меня не столько это волнует, сколько запоздалое смущение. Дима издаёт смешок, бесстыдно рассматривая меня между ног. Похоже, ему даже нравится моя внезапная стеснительность, а меня начинает будоражить его реакция. – Будет кайфово, – уверенно заявляет он. – Обоим. Послушно опускаюсь на кровать под его направляющей рукой, закрываю глаза. – Убедил, – прерывистым шёпотом отвечаю, и окончательно погружаюсь в мир ощущений. А в этом мире, оказывается, нет ни сомнений, ни смущения, ни стыда. Зато кайфа и вправду столько, что растворяюсь в нём. – Ди…Ди-и-и-ма, – закатываю глаза от распирающего удовольствия и хватаюсь за его волосы, сжимая. Порочно. Бесстыдно. Восхитительно. Дима продолжает ласкать меня там языком, аккуратно вводя палец, который входит вообще почти безболезненно и легко. Вот только неожиданно, и меня буквально подбрасывает на постели. На мгновение напрягаюсь, но быстро расслабляюсь, ощутив его горячее дыхание и улыбку. Больно ведь и вправду не было. Совсем… И бояться тут нечего, наоборот, новые впечатления захватывают. Хочется ощутить больше. – Е…ещё… – рвано выдыхаю, потому что жаркие волны по телу мешают мыслить и формулировать связно. Ведь Диму и просить не надо – увлечённо продолжает, то нажимая, то поглаживая, то выписывая языком самые разные движения, заставляющие меня исступлённо собирать простынь в кулаке. Палец при этом продолжает быть во мне, неторопливо шевелясь, что лишь добавляет остроты ощущений. На этот раз боль немного чувствуется, но лишь совсем отголосками. Как ни странно, она даже делает удовольствие ярче. Совсем скоро я уже не выдерживаю. Молчать просто невозможно, так же, как и спокойно лежать на месте. Я мечусь по кровати и задыхаюсь от удовольствия. Кажется, даже стону, причём очень даже громко, наверняка, Лёша услышал бы, если бы мы были в квартиры Димы. Но сдерживаться просто нет сил. А потом происходит взрыв. Оргазм настолько длительный и мощный, что я чуть сознание не теряю. Серьёзно, пропадаю где-то, не сразу передо мной появляются очертания этого мира. Да и когда, наконец, потолок становится более отчётливым, меня всё ещё ведёт. Не сразу улавливаю его взгляд. Дима с удовольствием наблюдает за моим восторгом, поглаживает чуть дрожащее тело, позволяет прийти в себя. А потом чмокает мне внутреннюю сторону бедра и поднимается к лицу, глубоко целуя, давая почувствовать собственный вкус. От такого мне немного не по себе, но я слушаюсь, отвечая… И тут же думаю, что и в этом ничего такого нет. Да и вообще, всё меньше сомневаюсь, что может быть что-то запретное, когда мы тут в постели вдвоём. Он определённо знает, куда меня вести… Это были мощные ощущения, но я хочу ещё. И уже готова повторить. Вернее, сейчас мне в первую очередь хочется насладиться именно им – Дима до сих пор лишь наполовину раздет. Самое время это исправить, мне, может, тоже интересно, как он выглядит, каково его трогать… Наверняка, это не менее приятно, чем когда он трогает меня. А ему явно нравится меня трогать. Даже сейчас продолжает порхать вокруг набухшего клитора пальцами, внимательно следя за каждой эмоцией на моём лице. – Вижу, что ты готова, – низким голосом констатирует Дима, расстёгивая штаны. – А я так вообще, – с хриплым смешком уверяет и впивается в шею поцелуем, толкаясь бёдрами. Да уж, чувствую, он просто каменный. И кстати, очень внушительный. Я это ещё по презервативам поняла, но реальность даже превосходит ожидания. Это, конечно, далеко не как палец ввести… Очень приятно чувствовать его вот так, когда трусь через его трусы, но понятно, что чем дольше мы тянем, тем мучительнее для Димы. А я всё-таки не эгоистка. Да и куда теперь отступать, особенно, когда совсем не хочется. Ну а к боли я готова, всё-таки реалистка. Решительно избавляю его от белья, на что он охотно подставляется, глядя мне в глаза. Не знаю, что там Дима в них видит, но, судя по всему, этим доволен – улыбается, целует, берёт мою руку и заводит её над головой, переплетая наши пальцы. Презервативы совсем рядом, в той же комнате, просто на столе рядом с диваном. Но я вряд ли способна сейчас сделать до них хотя бы шаг, чтобы ноги не подкосились. Меня ведь до сих пор не то чтобы отпустило после такого яркого оргазма. А вот Дима уже готов подорваться, но я пока не собираюсь его пускать. Пожалуй, первый раз пусть кончит без них. Мне ведь тоже интересно его поизучать. Да и чувствую, что он уже на пределе. Удержав его за плечо, несильно толкаю вниз, и Дима поддаётся. С любопытством и предвкушением ложится на кровать и тут же закусывает губу, потому что мои пальцы довольно уверенно обхватывают его член. Не ожидала, что одно моё прикосновение будет для него так приятно, но ясно улавливаю это в его реакции. И это открытие воодушевляет. Я становлюсь смелее, тем более что и самой очень даже нравится процесс. Даже не думала, что наощупь член окажется не менее офигительным, чем на вид, а понравился мне он сразу. Я, конечно, и прежде видела голых мужчин, в двадцать первом веке всё-таки живу. Но всё это во-первых, не вживую было, а во-вторых, не назвала бы их красивыми, по крайней мере, настолько, чтобы внизу живота горячо пульсировало от одного только взгляда. А в Диме идеально всё – сложен гармонично, мышцы, кубики, длинные ноги, внушительный ровный член… Итак, смотреть на него приятно, трогать – тем более, а интересно, как на вкус? Решительно спускаюсь ниже, уловив, каким ошеломляюще восторженным взглядом Дима за мной следит. Неужели думал, что я буду краснеть и отводить глаза, вместо того, чтобы получать и давать всё?.. Мне, может, и неловко, но только потому, что пока опыта нет. Ничего, он приходит с действиями. Дразня, обвожу кончиком языка головку, потом веду по всей длине, вырывая шумный выдох из лёгких Димы. – Чёрт… Мальцева, – рвано выдыхает он, когда я подключаю и пальцы. Это его произношение моей фамилии… Теперь оно ещё более выразительное – звучит, как признание, что с ума его свожу. – Что? – невинно интересуюсь. Как же заводит его реакция. Ответить не даю, на волне взбудораженности отправляю его член в рот, самонадеянно взяв по основание. И тут уже не до роли соблазнительницы становится, слишком уж внушительный размер. Давлюсь с непривычки, отступаю на более скромную глубину. Надеюсь, хотя бы зубами не задела. – Давай без экспериментов, – заботливо отзывается Дима, и я понимаю, что не задела. Его, судя по обеспокоенному взгляду, больше волнует, как там я, не задохнулась ли. Улыбаюсь и не думаю отстраняться, а наоборот – начинаю активно двигать головой. Сначала осторожно, привыкая к ощущениям и ловя его реакции и взгляды, а потом всё сильнее расхожусь, ведь чувствую, что всё делаю правильно. Ему нравится, и мне тоже. Хотя опять-таки, не думала, что это может так возбуждать, что уже снова следы на простыне оставляю. Скоро я уже опять беру глубоко, лижу, помогаю себе рукой. Дима тяжело дышит, и, кажется, перестаёт концентрироваться на мне, растворившись в ощущениях. – Сейчас, – хрипло предупреждает, на что я лишь активнее насаживаюсь. Прекращать не собираюсь – пробовать, так всё. Никакого барьера нет. Дима улавливает мою решимость и с головой погружается в наступающий оргазм. Запускает пятерню в мои волосы, чувствуя скорую разрядку, сжимает, чуть надавливая, и вскидывает бёдра. Вкус, кстати, совсем ненавязчивый, почти не ощущается. Я, наверное, ждала, что будет более вязко или неприятно – наслышалась разного. Но, видимо, парни знакомых девушек вели не очень здоровый образ жизни, вот он и сказывался на сперме. Довольно поддаюсь, когда Дима одним рывком подхватывает меня к себе. Ласково гладит по телу, удовлетворённо хмыкает, заметив, насколько я влажная. А я замечаю, что у него опять встаёт довольно быстро. На этот раз спокойно пускаю его за презервативами – пора приступить к основному. Прислушиваюсь к своим ощущениям, пока Дима разрывает упаковку. Страшно ли мне? Совсем нет. К боли тоже готова, расслаблюсь легко. Спешим? Не думаю. Неважно, что будет потом, но я знаю наверняка – хочу, чтобы он стал моим первым. Лучшего мужчину на эту роль просто не найти. А главное, я ведь и правда его хочу. Настолько, что даже тот эпизод в клубе меня не отвратил. Мне было скорее обидно, чем мерзко. Дима сам надевает презерватив, при этом глядя на меня. Знаю, что означает этот взгляд – попытка прочувствовать мой настрой, и успокоить, если надо. Но я лишь решительно тяну его к себе, раздвинув ноги. И Дима входит в меня, осторожно и не спеша. А я тяну руку, на что он незамедлительно переплетает наши пальцы, толкаясь глубже, но всё ещё предельно аккуратно и нежно. Ощущения, конечно, гораздо более острые, чем когда он палец вводил. Но боль более чем терпимая, да и отголосками где-то теряется под его ласками, нашими жаркими телами, общим дыханием… Я закрываю глаза, погружаясь в ощущение нашей близости, с силой сжимая мужскую ладонь и кусаю губы. – Дима… – шепчу, жмурясь от непривычки, когда он погружается полностью. Немного жжёт как будто. Но сосредоточиться на этом мне не позволяют – отстранившись так, чтобы не нависать надо мной, а стоять на коленях, приподняв меня, он ласкает моё тело. Я и без того уже мокрая, а под уверенными движениями его пальцев очень скоро выгибаюсь, стону и кончаю снова. Сладкая нега растекается по всему телу, и я растягиваю губы в довольной улыбке, когда Дима тянется ко мне и целует в шею. Одновременно начинает двигаться и сам. Осторожно, не спеша, но не встречая сопротивления. И от этого ускоряется. Я подмахиваю, сначала потому, что хочу, чтобы ему было так же хорошо, как было мне. А потом и саму захватывает процесс, ощущения всё более приятными становятся. А Дима будто срывается: упершись одной рукой в кровать, мощнее двигает бёдрами, по основание вбиваясь, а второй снова принимается ласкать мой клитор. Нежно, едва касаясь пальцами. Этот контраст сводит с ума – быстрые наполняющие движения внутри, и едва ощутимые – снаружи. Да ещё и боль где-то на задних ощущениях совсем уж дикий коктейль придаёт. Закрываю глаза, ловлю ощущения. Наслаждения всё больше. На этот раз мы кончаем вместе. И да, было кайфово.