Глава 18

Кристина

Глеб звонит через пару часов. Предлагает приехать за мной, но я благоразумно отказываюсь. Артём дома, не хватало ещё, чтобы он увидел приметную машину своего друга и всё понял.

До парка добираюсь на такси. Сама себе удивляюсь. Ведь ещё неделю назад, я без спросу и шагу ступить боялась, а уж ехать в город и подавно решалась только в сопровождении мамы. Как ребёнок, прямо! Давно пора уже было становиться самостоятельной!

Глеб ждёт меня возле центрального входа. Увидев, расплывается в довольной улыбке, шагает на встречу и раскидывает руки, готовясь обнять. Без колебаний бросаюсь в его объятия, счастливо смеясь. У меня настоящее свидание! Поверить не могу!

— Наконец-то! Я еле дождался, маленькая! — выпаливает и целует в уголок рта.

— И я! — восклицаю, подставляя своё лицо в ожидании новых поцелуев.

Он оправдывает мои ожидания, целует уже по-настоящему, прижимает крепко, ничуть не заботясь о том, что нас могут увидеть. Да и мне, честно сказать, безразлично это сейчас. Я реально на седьмом небе от счастья, просто оттого, что нахожусь рядом с ним.

— Так, давай немного успокоимся, малышка. От поцелуев пока лучше воздержаться, а то у меня крышу снесёт окончательно. Идём гулять, — отстраняется, смотрит чумным взглядом на мои губы.

— Идём! — смеюсь, отступаю, ловлю его ладонь.

Глеб с готовностью переплетается со мной пальцами и увлекает вглубь парка.

Следующие несколько часов проносятся как одна минута. Во всяком случае, у меня складывается такое впечатление.

Мы гуляем по тенистым аллеям, целуемся, сидя на лавочке в уединённом местечке в окружении розовых кустов и густых зарослей цветущего гибискуса. Перекусываем в маленьком кафе у небольшого прудика. Болтаем, смеёмся, держимся за руки, то и дело обнимаемся.

Я не просто хожу — порхаю! Сердце скачет от безудержной радости и удовольствия быть рядом с ним. Вот реально! Кажется, если подпрыгну, то в небо улечу, настолько легко внутри.

И безудержную радость даже не омрачает предстоящий разговор с родителями. Хотя знаю, что его не избежать, потому что они несколько раз звонили мне, а я не брала трубку, а после и вовсе выключила звук на телефоне.

Ругаться с ними в присутствии Глеба мне совсем не хочется. Приеду домой и перезвоню, расскажу всё как есть, попрошу разрешения видеться с Борисовым. А пока просто наслаждаюсь общением и сладкими поцелуями.

Уже на выходе из парка вновь зависаем, обнимаясь и прижимаясь друг к другу.

— Как не хочется с тобой расставаться… — шепчет Глеб, а затем склоняется к моему лицу и осторожно касается своими губами моих. — Сладенькая моя, маленькая…

Висну у него на шее, отвечаю коротким поцелуем. Чувствую себя красивой и желанной. Видимо, именно об этом состоянии так много рассказывала Вероника. Теперь и я знаю, что это такое.

Неожиданно Глеб напрягается и устремляет насторожённый взгляд куда-то мне за спину.

— Последний раз предупреждаю! Отвали от мелкой!

Вздрагиваю, узнав голос брата, и в тот же самый момент сильная рука выдёргивает меня из объятий Глеба и отталкивает в сторону.

Артём встаёт между нами. Наступает на моего парня, выпятив грудь, дышит часто и отрывисто, раздувая ноздри.

— Слышь, может, мы сами разберёмся? — Глеб задирает подбородок, смотрит с вызовом, тоже подаётся вперёд.

— Боря, отвали по-хорошему. Чо не видишь, что это малолетка глупая! Я не позволю трахать мою сестру! Только не тебе!

— Охуел? Это ещё почему? — лицо Борисова наливается кровью.

— Ты переебал половину, блядь, города! Мелкая в этот список не попадёт, будь уверен! — орёт Артём.

Они сейчас подерутся! У брата такой вид, будто он желает наброситься на Глеба. А тот явно в долгу не останется.

Я не могу этого допустить! Надо что-то делать, срочно!

Сердце к горлу подскакивает и заходится в бешеной скачке. Но я не обращаю на это внимания, делаю глубокий вдох и хватаю Артёма за руку.

— Мы сами разберёмся, и я тебе не мелкая! Мне уже восемнадцать, сама решу, с кем встречаться! — выпаливаю, срывающимся от волнения голосом.

— Живо в тачку, и не высовывайся! Будешь сидеть под домашним арестом, ясно?

— Не ясно! Почему ты решаешь?

— Слышь, Асеев, отъебись. Не лезь в наши отношения, — встревает Борисов.

— Буду лезть. Это и моё дело. Увижу с ней ещё раз, разъебу, понял?

— И чо? Думаешь, меня это остановит? Ну попробуй, рискни здоровьем! Я тоже втащу! — Глеб наступает, на лице холодная решимость.

— Хватит! — от страха, что они будут драться, меня колотить начинает.

Втискиваюсь между ними, хватаю ртом воздух, моргаю часто-часто, боясь разрыдаться.

— Отойди, маленькая, не бойся… Сейчас просто научу кое-кого не вмешиваться, куда не просят и отвезу тебя домой.

Глеб, пытается отодвинуть меня к себе за спину, но брат не пускает.

— Она поедет со мной.

Меня колотит уже по-настоящему. Дышать трудно, потому что сердце бабахает в горле, от страха и безумной тревоги.

Они смотрят друг на друга так, будто разорвать хотят, будто с трудом сдерживаются. На лицах одинаково играют желваки, губы искривлены и сжаты, глаза мечут молнии. Напряжение такое в воздухе, что, кажется, достаточно одной искры, чтобы произошёл взрыв.