Глава 19

Кристина

Лихорадочно соображаю, как прекратить это безумие.

— Поехали домой, Артём, поехали, пожалуйста. Глеб, не трогай его, я тебе позже наберу. Уезжай, — мечусь между ними, а внутри всё холодеет от ужаса.

— Иди в тачку! — брат бросает на меня быстрый взгляд.

— Только с тобой пойду!

Артём ещё некоторое время сверлит глазами Борисова, но всё-таки кивает.

— Позже поговорим, — цедит сквозь зубы и подталкивает меня к машине.

Выдыхаю и послушно иду вместе с ним. На ходу оборачиваюсь к Глебу и ловлю его пристальный взгляд. Не могу понять, что он выражает, наверное, злость. Но на кого? На меня или на моего брата?

К горлу слёзы подступают. Больше всего на свете боюсь, что мы больше не встретимся, что он не позвонит. А именно этого и стоит ожидать, после той сцены, что устроил Артём. Боль, раскалённой спицей пронзает сердце насквозь. Хочется разреветься прямо здесь, но держусь. Изо всех сил держусь.

Зажмуриваюсь на секунду, чтобы смахнуть с ресниц слёзы. Уже садясь в машину брата, вновь бросаю быстрый взгляд в сторону Борисова.

Он всё ещё стоит и смотрит. Замечает моё расстроенное лицо и сильнее хмурится. А потом поднимает руку и подносит к уху. Жестом показывает мне, что позвонит.

Выдыхаю, на душе немного спокойнее делается. На время даже забываю про рассерженного брата и про предстоящий разговор с родителями.

Устраиваюсь на пассажирском сидении и пристёгиваюсь. Отворачиваюсь к окну, демонстративно отказываюсь смотреть на Артёма. Соплю обиженно, скрестив руки на груди. Злюсь на брата и ничего не могу с собой поделать.

Ведь и правда обидно, зачем он лезет? Позорит меня перед всеми, обращается со мной как с ребёнком. Лучше бы за собой следил вместо этого.

— Ты не будешь видеться с Борей! — чеканит приказным тоном.

Злость вспыхивает с новой силой, обжигает внутренности, будто бензином облили и спичку поднесли. Но молчу, держусь. Не собираюсь вступать с ним в перепалки. Внутри всё полыхает, требуя выхода, а я упорно сжимаю губы и смотрю в окно.

— Что надулась? Ты хоть знаешь, с кем связалась? Это же Борисов! Он блядун, кобель настоящий! Стольких переебал, что сам, должно быть, со счёта сбился, сколько их было! — Артём не отстаёт.

— Как и ты? — бросаю ехидно.

— Да, как и я, Крис! Поэтому и говорю: не хрен тебе ловить с ним. Он просто потрахаться хочет, с красивой малышкой. Это всё, больше ему ничего не надо. Мне на девчонок, с которыми ночь провёл — по хую. Понимаешь? А они страдают, плачут, звонят, ждут чего-то. Не хочу, чтобы и ты так же…

Фыркаю и ничего не отвечаю. Не собираюсь с ним спорить.

— Почему трубку не брала, когда мама звонила? Родители извелись. Отправили тебя искать, — продолжает Артём. — Если обещаешь не видеться больше с Борей, готов промолчать, про то, что видел. Лады?

— Нет, не лады! — всё-таки взрываюсь. — Я буду видеться, с кем сама захочу! И родителям о нём сейчас расскажу сама!

— Ну давай, попробуй, мелкая! — в голосе брата слышится насмешка. — Запрут тебя в доме, хрен вообще куда выйдешь.

— Посмотрим.

Сжимаю губы и больше не произношу ни слова. В душе зреет решимость отстоять своё право на независимость. Не хочу больше так, не могу. И дело не только в Глебе. Просто мне важно добиться хоть немного самостоятельности. Сколько можно опекать и указывать?

Слова Артёма про то, что Борисов бабник, совершенно не пугают. Пусть обожгусь, пусть буду плакать и страдать! Зато это будут мои страдания, мои эмоции, а не подружек и не героинь из любовных романов, которые я взахлёб читаю втайне от родителей.

И я хочу их прожить, хочу получить этот опыт. Даже если он действительно окажется горьким.

Подъезжаем к дому. Артём щёлкает по брелку, открывая ворота, и загоняет машину во двор.

— Иди в дом, позвони родакам и не смей выходить на улицу. Я прослежу. Из-за тебя вынужден буду два дня проторчать дома. Ну ничего, переживу. Но с Борей ты больше не увидишься.

Выскакиваю из машины, хлопаю дверью и, выпрямив спину, шагаю в дом. Внутри всё трясётся от злости и обиды, но не показываю вида.

— И да, забыл сказать! На твоём телефоне установлен контроль геолокации, поэтому я тебя и отыскал в два счёта. Сразу увижу, если ты попытаешься смыться втихаря, — слышу за спиной голос брата.

На секунду замираю, хватаю ртом воздух, давлюсь им. Блин, меня реально держат за несмышлёного ребёнка! Родительский контроль установили, с помощью которого отслеживают моё местонахождение! Это уже вообще ни в какие ворота!

Усилием воли заставляю себя продолжить путь.

«Ну ничего! Спасибо, что предупредил, братец! — думаю про себя, бросая взгляд на телефон. — Неужели ты думаешь, что меня это остановит?»