Глава 34

Кристина

Убегаю от Артёма, но в здание университета не идут. Я не могу. Внутри взрыв ядерной бомбы произошёл, разворотив все внутренности, растерзав их на ошмётки. Дышать не могу, плакать не могу, даже сделать вдох не могу. Больно.

Несусь к скамейкам под липами. Здесь пусто, потому что уже началась следующая пара. Но на данный момент мне всё равно. Я не умею ещё справляться с подобными эмоциями, из-за этого выпадаю из реальности. Шагаю к первой попавшейся лавочке и падаю на неё, потому что ноги держать отказываются.

Не знаю, сколько сижу, бездумно глядя в одну точку. Каждый вдох — боль. Она бьётся в груди, давит на виски, стискивает горло ледяными пальцами.

Он не мог, не мог, не мог! Просто не мог! Я не верю, не верю!

Кровь пульсирует в черепе с такой силой, что голова начинает раскалываться. Мне бы заплакать, закричать, выдавить из горла тугой комок, но не получается. Заледенело всё внутри, затвердело, будто в бетон закатали.

Пиликанье телефона приводит в чувство. Сообщение от Яны:

«Ты где? Уже середина пары».

Вовремя. Внезапно чувствую острое желание поделиться, сбросить хотя бы часть той тяжести, что давит на сердце.

Собираюсь с мыслями и начинаю быстро печатать дрожащими пальцами.

«Артём сказал, что Глеб мне изменил, что он вчера был с другой девушкой».

Яна читает, и тут же прилетает ответ от неё:

«И что, ты сразу поверила? А вдруг это новая уловка? С Глебом сначала поговори, а потом делай выводы».

«Блин, ты права».

Немного отпускает. Хотя бы дышать могу. Руки всё ещё дрожат, но всепоглощающая, раздирающая внутренности боль чуть-чуть притупляется. А ещё вспыхивает надежда.

Ни секунды не мешкая, пишу сообщение Глебу:

«Я во дворе университета, на лавке под липами. Можешь прийти сейчас?»

Борисов сразу же входит в сеть. Читает и отвечает почти мгновенно.

«Иду».

Не спрашивает зачем, не ссылается на то, что у него пара. Просто идёт.

Фух...

Вскакиваю с лавочки и начинаю шагать по выложенным брусчаткой дорожкам. Просто не могу усидеть на месте, тревога не даёт, требует хоть каких-нибудь действий.

Наконец, мой парень появляется из-за угла здания. Не раздумывая, несусь к нему навстречу. Глеб бросается ко мне. Раскрывает руки, приглашая нырнуть в его объятия, но я торможу, замираю, отшатываюсь. Не сейчас, сначала нужно всё выяснить.

Вижу, как меняется лицо Борисова, как распахиваются глаза, тревожная складка перерезает лоб, сжимаются губы в тонкую нитку.

— В чём дело, Крис? Что произошло, маленький мой? — голос охрипший, грудь беспокойно ходит вверх-вниз от частых вдохов.

— Где ты был вчера, после того, как отвёз меня домой? И с кем? — выпаливаю сразу же, потому что не могу больше терпеть.

Борисов вскидывает голову, замирает, напрягается. Стискивает руки в кулаки, нервно сглатывает, делает вдох, снова сглатывает.

Блин, это плохо. Это очень плохо! Я так надеялась, что он улыбнётся и скажет, что был дома, или ездил в редакцию, или на каком-нибудь матче. В общем, покажет, что скрывать ему нечего. А получилось совсем наоборот.

Внутри всё холодеет. Дурное предчувствие расползается под кожей, отравляя собой кровь. Неужели Артём сказал правду? Нет, пожалуйста, только не это!

— Глеб? — бормочу севшим голосом.

Он отмирает и делает шаг в мою сторону. Вижу, как на щеках проступают красные пятна, как лихорадочно начинают блестеть глаза, как ходит кадык, поверх воротника толстовки.

Понимание приходит внезапно. Накатывает огненными волнами, сжигая дотла, опаляя растерзанное сердце.

— Ответь…

Глеб трясёт головой и выдаёт совсем не то, что хочу услышать.

— Ты мне нужна. Веришь? Крис, ну скажи, ну пожалуйста, что ты мне веришь… — шепчет и смотрит пристально.

Мотаю головой. Не хочу плакать, но слёзы сами текут по щекам. Потому что больно.

— Ты был с другой. Вчера был. И сегодня поедешь. Артём мне всё рассказал, — чеканю отрывисто, каждое слово выталкиваю из себя как колючий ком.

Молчит и смотрит. Сжимает губы в нитку, сглатывает нервно, дышит часто и поверхностно. Не оправдывается. И от этого больнее во сто крат. Значит правда.

Хочу закричать зарыдать в голос, но не могу — горло сводит. А истерзанное сердце стучит с перебоями, через раз.

— Подойди ко мне, пожалуйста, Крис, — делает шаг в мою сторону.

Отскакиваю, обхватываю себя руками, чтобы перестать дрожать. Смотрю на парня, которого люблю сквозь пелену слёз, всё ещё не в силах принять, осознать до конца его предательство.

— Нет! Ты же говорил… Ты говорил, что любишь меня! А сам… А сам спал с другой!