Глава 6

Кристина

От его прикосновений, от интонации, с которой Глеб говорит, меня будто жаром обдаёт. Тело слабеет, сладостная нега накатывает волной, заставляя покрываться мурашками.

— Крис... Кристина... — бормочу, судорожно сглатывая.

Он ничего не делает, просто прикасается ладонями к плечам через футболку, стоит рядом, и всё. А у меня внутри что-то безумное происходит. Бабочки в животе, жар в груди, болезненно-сладкое томление между ног.

А-а-а, это нездоровая реакция! Приличные девушки такое не чувствуют!

— Очень приятно, Кристина, — горячие ладони Глеба скользят вверх, а потом вниз, вызывая новую порцию мурашек.

Медленно, потому что тело изо всех сил противится, отступаю от него и оборачиваюсь.

— Ты всех девушек так лапаешь? — выпаливаю первое, что приходит в голову.

Глеб вскидывает брови и ухмыляется.

— Лапают совсем не так, малышка. Это невинное прикосновение.

Теряюсь, опускаю глаза. Горю вся оттого только, что он рядом, что в одной комнате со мной.

Борисов вновь подходит и, протянув руку, приподнимает моё лицо за подбородок. Заставляет смотреть в глаза. Держит и одновременно гладит пылающую кожу большим пальцем, уверено двигаясь к губам. Медленно обводит по контуру и вдруг толкается между ними, просовывая кончик пальца мне в рот.

Боже! Меня сотни молний пронзают одновременно! Сжигающий дотла трепет разносится по венам искрящими разрядами. Это так пошло, интимно, запретно… Это ведь что-то и разряда предварительных ласк, прелюдия, имитация полового акта. Зачем он это делает… Со мной?

Хапаю ртом обжигающий воздух, давлюсь им, дёргаюсь в сторону. Колотит как в ознобе, сердце выскакивает прочь с дробным стуком. Задохнусь, взлечу или в обморок грохнусь, а может, всё это одновременно! Я не знаю, что со мной происходит! Помешательство какое-то!

Дышу поверхностно и часто, реально дрожу, ощутимо вибрирую. Стыдно выдавать подобную реакцию, но я не могу перестать. Тело предаёт, реально подчиняться отказывается.

Глеб, видимо, понимает, какое впечатление произвёл на меня своими действиями. Трясёт головой, отступает, растерянно запускает пятерню себе в волосы.

— Ты это, извини, Кристин, — отступает по направлению к выходу. — Я зря это начал. Хуёво, очень хуёво, что ты сеструха Асеева. Поеду, так лучше, наверное.

Разворачивается и уходит. Я же ещё некоторое время стою, как громом поражённая, не в силах сдвинуться с места.

Тело вибрирует, сердце остановилось как будто. Слабость разливается тягучим мёдом, прибивает к полу, так что не сдвинуться с места. Невидящим взглядом смотрю вслед Глебу и прижимаюсь спиной к стене, боясь упасть.

Сколько времени остаюсь в таком положении, сама не знаю. На автомате поднимаю руку к губам и несмело трогаю, вспоминая, как по ним скользил палец Борисова, отчего всё новые сладостные спазмы скручивают живот.

А что было бы, если бы он поцеловал? А если бы начал раздевать, трогать по-настоящему…

Прижимаю ладони к щекам, зажмуриваюсь, трясу головой. Нельзя, ну никак нельзя думать об этом! Но не могу перестать! Чувственность пробуждается во мне всё сильнее, и бороться с этим труднее с каждым прожитым месяцем, да что там! С каждым днём.

Понимаю, что ощущать всё это — неправильно. Это стыдно, позорно и неприемлемо для приличной девушки. С детства слышу, что нужно быть скромной, безупречной, сдержанной. Отношения с парнями — табу. Сексуальные желания — отвратительны и безобразны, они позволены лишь падшим женщинам. Ну и, разумеется, мужчинам. Артёму можно развлекаться как угодно. Мне нельзя.

От меня ждут, что я окончу университет и выйду замуж девственницей. Родители требуют, чтобы я не помышляла об отношениях с парнями ещё лет пять. Но как продержаться, когда гормоны в кровь фигачат с безумною силою?

Наверное, я сломанная какая-то. Не знаю, как всем «нормальным» удаётся не чувствовать тяги к противоположному полу, но я не справляюсь. Я хочу объятий, хочу поцелуев, звонков, ночных переписок и всего остального, что предполагают отношения между парнем и девушкой. Разумеется, пускаться во все тяжкие я не готова. Но отдала бы что угодно за возможность ходить на свидания.

Наконец, отмираю и плюхаюсь на диван, доставая из кармана телефон. Мне просто необходимо обсудить с кем-то всё, что произошло. Не могу держать в себе, иначе разорвёт просто. Набираю номер Вероники, моей подружки, и прошу приехать.

Она без разговоров соглашается и обещает примчать в ближайшее время.

Пока жду, выдыхаю. Лезу в соцсети, листаю рилсы, отвлекаюсь, короче. Ничего, приедет Вероничка, и мне станет легче. А она не даст особо париться и отвлечёт от переживаний, это точно.