Глава 13

– Ваша милость, все готово, – улыбаясь до ушей, произнесла Люси.

– Все? – переспросила, отрываясь от книги. – Отлично.

Я вздохнула и наслаждением потянулась. Поднялась с софы и чуть размялась. Все же и ноги, и шея затекли от длительного сидения. Казалось бы, всего час назад ходила Илюшу кормить, а все равно телу этой передышки не хватило.

– Ваша светлость, приступать?

– Приступай, – улыбнулась я.

Мне предстояло последнее собеседование. Считай, самое важное. С бывшим старшим над замковой охраной…

После разговора с Амадео прошло три дня. Повезло с тем, что королевские гости захаживали ко мне только после ужина и буквально на полчаса. В основном потетешкаться с Илюшей. Остальное время я использовала по максимуму в своих интересах.

Во-первых, ссылаясь на свою слабость, не появлялась на приемах пищи и сычом сидела в своих покоях. Учитывая, что муженек тоже не появлялся (а ты попробуй, усиди на поротой заднице, которая к тому же порота магией, пусть и живительной. До полного заживления ему еще день, зато потом ни один ремень ту попу не возьмет. По словам лекаря, которому я склонна верить, этакая прививка получилась), меня особо и не ждали за столом.

К тому же все кругом были уверены, что герцогиня болеет, устала и ей необходим отдых.

О том, что эта самая герцогиня умудрилась уже дважды покинуть свои покои и провести несколько собеседований, вряд ли кто догадывался. И не догадается.

Во-вторых, я провела инвентаризацию, которая прошла отлично. То, что мне могло понадобиться в ближайшее время, было отложено. То, что потребуется нескоро – утрамбовано в глубь сундуков с магическим узлом (если кто потревожит, я первая узнаю) и под увесистый замок.

Конечно, я рисковала, решив самостоятельно экспериментировать с магией, но я всегда полагалась на интуицию. И раз мне пришло в голову подобное, то просто не имела права отказаться от дополнительной защиты.

Тем более, выпускать магию в небольших количествах требовал лекарь (к тому же все получилось), и под его присмотром дважды в день я немного тренировалась. Немного – это пятнадцать минут от силы, но этого мне было достаточно, чтобы понять приблизительный механизм работы дара. Главное – контролировать и чувствовать эту самую зеленую нить, причем так, словно она мое естественное продолжение. Позже, насколько я поняла, эта нить сможет принимать любую форму, какую я пожелаю. Захочу – тонким ручейком, захочу – и будут всполохи.

В-третьих, меня ждал немаленький сюрприз от наборов по рукоделию. Практически в каждом сундуке с ними обнаружилось потайное отделение, а там – кошель, где с золотыми, где с серебряными монетами.

Видимо, женщины прекрасно понимали, что свои деньги, которыми сможет распоряжаться только жена, никакие шелковые нитки не заменят. Это позволило мне посмотреть на гостей с другого бока. Пусть они выражали поддержку не в открытую, но все-таки это делали!

А я умела быть благодарной. Потому имена тех, кто преподнес мне денежки, внесла в свой собственный список. Сочтемся, обязательно.

Конечно, в кошельках было не баснословно много денег (содержать все герцогство не выйдет, то есть все мои проблемы ими не решить), но и немало. Где пять монет, где семь. Максимально с одного кошелька я получила двадцать серебряных, с другого – пятнадцать золотых.

Один золотой приравнивался к семнадцати серебряным монетам и ста семидесяти медным.

На две медных можно было очень хорошо покушать в столичной таверне (завтрак и ужин), еще за полторы снять там же комнату на сутки. Снять на месяц самое простое жилье в столице – сорок пять медных. К слову, стельная корова стоила чуть больше – пять серебряных или пятьдесят медных монет.

Почему я брала именно столицу, если чем отдаленнее от главного города королевства, тем дешевле? Затем, чтобы понимать самую высокую планку и не дать никому себя облапошить.

Итого с наборов для рукоделия (за исключением подарка от принцессы) я стала обладателем пятидесяти восьми золотых и ста серебряных монет. Состояние для той же Люси. Для меня, увы, капля в море. Три деревни – это вам не хухры-мухры! А если учесть, что я еще и людей с собой повезу, которых нужно будет одевать, кормить, да и платить им... Плюс собираюсь свое дело поднимать... Мало, очень мало.

Да и слухи о герцогстве Моррисон совершенно не обнадеживали. Понятно, что я лишь на месте смогу определиться, насколько все плохо. Однако пока выводы были неутешительными.

Согласно карте, а также землеописаниям (считай, учебнику географии), местность мне досталась каменистая, с плохой почвой, еще и практически на границе с другим королевством, которое всегда зарилось на эти земли.

Спасибо, Вашество! Удружили!

Скота держали мало, ибо, опять же, местность не располагала. Мелькнула мыслишка, что меня туда отправляют исправлять плодородность... Однако я же там не всю жизнь проведу, так что смысла никакого. Разве с перспективой на будущее. Второй-то сын там герцогом будет... С моим даром, опять же, в перспективе. М-да…

Но я не унывала, несмотря на то, что вроде как достались мне оплеушки вместо плюшек.

Ничего, найду, с чего сливок снять.

– Его светлость спит, – доложила Люси, споро переоблачая меня, и позволила себе небольшую бестактность: – Он так умильно причмокивает во сне…

Я не стала ее одергивать, мне нужно было добиться того, чтобы люди при разговоре со мной выражали свои мысли искренне, даже если не по делу. Чувствовали себя в безопасности рядом со мной и доверяли. Тем более на Люси у меня были большие планы.

На этот раз я собиралась выйти под видом одной из служанок, для чего меня сейчас и переодевали, а также рисовали лицо.

Правда, рисовали – громко сказано. С косметикой тут было относительно плохо. Ладно, не относительно. Плохо. Но сажей-то пользоваться можно! И брови густые подрисовать, и синяки под глазами обозначить, делая мои и без того острые скулы еще острее. А цвет волос можно чепчиком скрыть. Честно говоря, я себя в зеркале с трудом узнавала. А уж остальные... Кто там будет в лицо прислуге вглядываться? Да никто.

Во всяком случае, предыдущие два раза мне везло.

– Вот и все, – выдохнула Люси.

– Молодец, – похвалила девчонку и тут же отдала приказ: – От Илиаса не отходить ни на шаг.

Увы, Интена нужна была мне самой.

– Да, Ваша светлость, – поклонилась Люси, – не отойду и никому другому подойти не дам.

– Если кто-то будет ломиться в спальню, ты…

– Не пущу. Скажу, что не велено, пока Вы спите. И Ваши воспитанники тоже не дадут.

Я усмехнулась. Эти не только отвлекут внимание, но и быстрей ветра ко мне примчатся, где бы я ни находилась.

– Хорошо. Интена, готова?

– Да, Ваша светлость, и я готова, и у меня все готово.

Мы прошмыгнули в коридор, неся в корзинах грязные пеленки, за которыми я, по сути, и пряталась.

– Поторапливайся, – приказным тоном сказала мне Интена, когда мы проходили мимо охранников.

Я в ответ неразборчиво пискнула и поспешила за женщиной. Мол, все сделаю и быстро, и качественно, и вообще, только не прогоняйте.

Мы спускались по лестнице для слуг, мимо нас то и дело кто-то сновал. И тут раздались рыдания. Громкие, чуть ли не с подвыванием.

– Не плачь, Кариша, не плачь… – послышалось где-то впереди, и я дотронулась до Интены, чтобы та притормозила.

В ответ рыдания лишь усилились.

– Потерпи немного, скоро они уедут…

– Она хочет взять меня с собой…

Может, подслушивать было и недостойно, но я нутром чуяла, что речь о Сарвенде. А потому усмехнулась. О том, что любовница мужа едет с ним, вслух не говорилось. И мне не объявлялось, но это было логичным. Потому что надо же королевской свите следить за ее состоянием? Оставлять девку без присмотра глупо. Чтобы, не дай Священная Пара, не скинула ребенка.

– Я боюсь, что она меня убьет, и тогда мой Таниш останется круглым сиротой.

– Кариша, нужно идти, нельзя тут долго стоять.

– Не хочу…

Я тронула Интену, чтобы та продолжила спуск.

– Ох, госпожа! – завидев нас, пискнула собеседница молодой заплаканной женщины, на чьей скуле алел след пощечины.

Сначала я решила, что меня разоблачили, но потом поняла, что госпожой назвали Интену. Я незаметно подпихнула ее, чтобы не останавливалась.

Влезать в разговор служанок, даже если с ними плохо обращались, я не стану. Это не мои люди. И пригревать всех сирых и убогих я не нанималась. Что-то никто из них не пригрел Стейзи и даже тишком помочь не пытался.

– Кариша, вот же решение, – произнесла бойкая подруга этой Кариши, когда мы спустились ниже. – Попросись к Ее светлости. Упроси госпожу Интену помочь…

В принципе, неплохое решение. Только что я получу взамен?

Конечно, ничего подобного я не озвучила, а продолжила спуск. И если вдруг такая ситуация возникнет, отдам четкие указания Интене.

К нам так никто и не обратился, но я не сомневалась, что в будущем это произойдет. Если женщина всерьез опасается за свою жизнь, то быстро примет решение по смене хозяйки.

– Вот сюда, – прошмыгнув в нишу, прошептала Интена, и я юркнула за ней.

Мы блуждали по коридорам добрых пятнадцать минут, пока наконец не оказались где-то на задворках замка. Стейзи тут бывать не приходилось. В прошлые разы мы использовали для собеседований одну из многочисленных свободных комнат. Сейчас же оказались то ли в тренировочном зале, то ли в каком-то небольшом заброшенном складе. Здесь было грязно и пыльно. И явно этим помещением давно не пользовались.

Собственно, мы здесь уже были не одни. Нас дожидались.

Высокий статный мужчина приглянулся мне с первого взгляда. Чем-то он напомнил мне дядьку Андрияша Шиманского, бравого лейтенанта, прошедшего войну и вернувшегося в деревню без руки и глаза.

Что совершенно не мешало ему ни в поле пахать, ни с мужиками рыбачить, да и нас, мелюзгу голозадую, гонять и в хвост, и в гриву, при этом не забывая учить, наставлять. Он нас самообороне и учил. Впрочем, не только ей. Но это я поняла уже много позже, когда наши пути разошлись.

Бывший старший охраны вызвал во мне давно позабытые чувства. Словно я в прошлое попала. И опять была порота дядькой за сворованные штаны.

Я даже вздрогнула от своих ощущений. Надо же…

И внешность ведь разная, но было в нем что-то такое... Сила духа, что ли, которой от него перло за версту.

И вот стоит передо мной вояка, стоит навытяжку, изучает меня, совершенно не стесняясь, хмурится. А взгляд умный, сканирующий, неодобрительный и сомневающийся.

Густые черные брови собрались у переносицы, сеть морщинок у глаз, да и лоб они украшают, губы плотно сжаты, нос орлиный. Одежда старая, но добротная, руки в мозолях.

Я изучала его жадно, понимая, что такого человека хочу в свою команду. Хочу. Он нам нужен. Мне нужен. Позарез необходим.

Хоть и понимала, что он пришел сюда отказать. Ослушаться и не прийти – не мог, а вот отказать в службе хочет.

Однако помогать ему в этом я не собиралась. И стояла, выпрямившись, твердо встречая его взгляд и тем самым заставляя именно его отвести свой. Не по чину ему так на аристократку смотреть. Ой, не по чину. И я легко просчитала его стратегию.

Низкий поклон и сухое:

– Ваша светлость, по Вашему приказанию прибыл.

– Назовись, – спокойно потребовала, продолжая смотреть в упор.

– Третий сын эдора Рафлада Тарейского, Аррияш Тарейский, – все тем же тоном отрапортовал мужчина. – Старший девятнадцатого взвода Альранской армии в отставке.

Так, Сарвенда – дочь эдорнета, мелкого купца. Титул же эдора носят полезные государству чиновники, и приравнивается он к ненаследуемому баронству.

Но стойку я сделала на две вещи.

Первая – это имя мужчины, созвучное с тем, который носил мой наставник в детстве. Вторая – это его звание. Старший взвода приравнивался к нашему лейтенанту.

Ну уж нет, сама судьба на него указывала. А я такие знаки пропускать не собиралась.

– Приказывайте, Ваша светлость.

Приказывайте... Да уж, тебе наприказываешься.

– Расскажи о себе, – все же приказала я. – Чем занимаешься, к чему стремишься, чего хочешь?

О том, чего хочу я, ему явно уже рассказала Интена, может, не полностью, но в общих чертах – точно. Поэтому пусть говорит, а я послушаю и подумаю, какие слова подобрать, чтобы не услышать отказа.

– Мои стремления просты – служить своему королевству.

Он усмехнулся, а я вот отчетливо услышала горечь в его словах.

Уверена, что после того, как герцог его выгнал, и мужчина немного восстановился, он неоднократно пытался вернуться в армию. Да только кому нужен калека? Рассчитывать на наследство третьему сыну эдора тоже не приходилось. И тот факт, что он никуда не уехал, оставшись в герцогстве, говорил о двух вещах: либо он нигде не нужен, либо у него здесь есть семья.

– Женат, дети есть?

Стремительный взгляд на Интену – и я внутренне возликовала. Так вот почему он пришел, к тому же так быстро! Не ради меня, не ради моего приказа. Интена – вот, кто был ключом. Замечательно! И раз сама Интена заговорила со мной о нем, он ей тоже был небезразличен.

– Никак нет.

– А хотел бы?

– Желаете сосватать, Ваша светлость? – тонкие губы искривляются, и на меня смотрят насмешливые глаза, но секунда – и мужчина меняет выражение лица на нейтральное. – Так я невыгодный жених. В ходах, безземельный, калека... За меня и по Вашему приказу никто не пойдет.

– За Вас пойдет любая, у кого есть глаза и сердце, – отчеканила я. – Что до остального – это дело наживное. Было бы желание, а возможности всегда найдутся.

– Боюсь, мои возможности невелики. Сами видите, – переступив с ноги на ногу, продемонстрировал он.

Хм, учитывая рассказ Интены, речь шла о ноге, но судя по тому, что я теперь видела, бывшего старшего еще и отметелили после ослушания. Потому что хромота явно была следствием кривого срастания костей.

Не то чтобы я очень разбиралась в медицине, нет. Врачом при прошлой жизни не была, а вот на медсестру выучилась уже в зрелом возрасте, благодаря свекру. Было это, правда, так давно, что моих знаний в этой области, осталось, пожалуй, мизерно мало. Тем более что по специальности я отработала всего полтора года. А так я сварщик, строитель, уборщица... Кто угодно, но только не врач (кем мне только не приходилось работать. И швец, и жнец, и в дуду игрец). И лишь с сорока пяти лет – предприниматель. Стала им буквально спустя три месяца после того, как в СССР приняли закон о кооперативах.

Да и будем откровенны, если бы не свекор, земля ему пухом, все могло сложиться совсем иначе. Он помог, подготовил, направил... И до самой смерти был опорой.

– Полагаю, Ваш опыт и ум остались при Вас. А там, даст Священная Пара, и я смогу помочь, пусть не в полной мере, но хоть частично, – специально сказала это, подтвердив то, что имею дар.

И смотрела на него прямо.

Мужик-то совсем не глупый. Понятно, что раньше он меня воспринимал как молоденького неоперившегося птенца, которого не стоило принимать в расчет. Да и сейчас стояла перед ним разукрашенная герцогиня, вынужденная в собственном замке приходить инкогнито, да еще в таком виде! Такая себе рекомендация...

Но на войне все средства хороши, а этот явно о боевых действиях не понаслышке знает. И хитрость – одно из средств, способствующих выживанию.

Взгляд мужчины изменился. На меня смотрели уже не снисходительно, а заинтересованно.

– Так как, Аррияш Тарейский, желание есть? – я не дала ему разорвать зрительный контакт, и отчасти даже надавила своим тяжелым взглядом.

Он у меня всегда такой был. А то, что тело не мое – мелочи. К тому же я решила отбросить сомнения и говорить прямо. С ним точно не стоило юлить.

Молчит. Смотрит недоверчиво, ждет продолжения.

– Легкой жизни не обещаю. Наоборот, во многом будет трудно. Но за верную службу награжу, не обижу. Слово герцогини Дарремской.

– Службу? И как должен служить калека?

– Верой и правдой служить должен, – не стушевалась я. – Наставлять подчиненных, быть защитой и опорой нанимателю и отцом своим солдатам.

И тут я поняла, что попала не в бровь, а в глаз. Вздрогнул, посмотрел неверяще. Неужели думал, что и я такой же самодур, как мой муж? Который раскидывается людьми, словно у него в подчинении все королевство?

– Неповиновения не потерплю, однако и приказов отдавать в том, чего не понимаю – не стану. Все можно и нужно обговаривать. Я дам тебе такое право.

– И смиренно примете возражения от простого человека?

– От старшего своей охраны – приму. Аргументированные. Самодурства не потерплю.

– Ваша светлость! – вспыхнул мужчина.

Ну хоть какое-то проявление эмоций! А значит, попалась рыбка на крючок, осталось только подцепить и выудить.

– Два золотых в вехиман, – продолжила между тем соблазнять. – Одежда, еда – за мой счет.

Дороговато, учитывая, что герцог платит своему один золотой, дает униформу (состоит из комплекта парадной и двух комплектов для ежедневной носки) и кормит, но повседневную одежду для тех же увольнительных его старший покупает за свой счет и о земле не помышляет. Эту информацию мне собрали сироты и Интена.

Слово «мой» я подчеркнула, давая понять, что служить он будет только мне и никак иначе.

– Если согласишься и будешь верно служить, выделю землю под строительство своего дома, – добила вояку.

Возникла пауза, заполненная лишь шумным дыханием мужчины. Я не добавила более ничего, просто ждала.

И оказалась несколько обескуражена тем, что сделал Аррияш (мне бы хватило простого согласия, закрепленного клятвой). Но то мне. А вот в нынешних обстоятельствах мужчина сделал все правильно.

Он опустился на здоровое колено, не особо грузно, но и не плавно, склонил голову и произнес:

– Я, Аррияш Тарейский, клянусь, что буду хорошо и верно служить Ее светлости герцогине Анастейзи Дарремской, герцогине Моррисон, и буду поступать со всеми людьми правильно, согласно законам и традициям нашего королевства, без страха и личного расположения, привязанности или недоброжелательности. Да поможет мне Священная Пара.

– Да поможет Священная Пара, – произнесла я прежде, чем успела подумать. – Я принимаю твою клятву, поднимись.

И тут между мной и Аррияшем вспыхнул зеленый огонек и тут же пропал.

– Благословление Священной Пары... – сипло выдохнул мужчина. – Приказывайте, Ваша светлость.

И улыбнулся широко и счастливо!

Назад мы возвращались перебежками, а я – еще и облегченной на три золотых. Два – задаток Аррияшу, один – на сборы и вербовку солдат. В этом плане я полностью положилась на вояку. Заодно и проверю, как справится.

Также мы условились, что он вернется в замок через две вехи вместе с теми, кого наймет, для дальнейшей инструкции, а также для осмотра того, что должен будет охранять. И кого, естественно. Понятно, что у королевской охраны будут свои планы по транспортировке герцогини, и в чем-то ему придется подчиняться королевскому старшему. Но свои уши и глаза – это уже отлично. Вряд ли этой самой королевской охране дали распоряжение охранять меня и на герцогских землях Моррисон. Скорее всего, ограничатся доставкой.

Мы проделали полпути, когда навстречу выбежал запыхавшийся мальчишка, один из моих подопечных, и врезался в Интену.

– Там... эта... Там спешить надоть!

– Герцог? – спросила я.

Ребенок отрицательно покачал головой. Рудик – вспомнила я его имя.

– Гости?

Такой же жест. Ну и кто тогда?

– Слуги герцога?

– Рыжуха!

Чего?! Серьезно? Сарвенда решила ко мне прийти, пока гости в замке? Бесстрашная. Ну или отупевшая от беременности, хотя рановато для такого маленького срока. Или?..

– И чего она хочет? – я придержала мальчика, давая ему отдышаться.

Явно же бежал со всех ног и не делал остановок, так ведь и шею свернуть мог.

– Адиенцию требует. Кричит, что назначено…

И с чего бы ей это требовать? Чтобы шум возле моих покоев поднять? А для чего? И тут два варианта: либо нас кто-то сдал, либо мы прокололись с Интеной, и меня разоблачили. То есть Сарвенде донесли, что герцогиня в непотребном виде по замку шастает…

Но кто? Всех лишних из покоев я выдворила, дети Священной Парой молчать поклялись, Интена и Люси мне преданы…

Те две служанки на лестнице узнали?

Гадать можно бесконечно, вопрос в том, что делать. Войти в свои покои из главного коридора я не могу. Вот вообще никак. Не в таком виде. Спешно умываться? А толку, если на мне простое платье… Черт, расслабилась, Настька!

С другой стороны, никто не обязан эту козу ко мне пускать, и мое нежелание ее видеть вполне очевидно абсолютно для всех. Какая жена начнет общаться с беременной любовницей мужа? Никакая. Особенно в своем доме. А значит, я должна переждать бурю и дождаться момента, когда эту идиотку уведут из коридора.

К слову, замок старый, должны быть потайные ходы! Жаль только, Стейзи о них ни сном, ни духом. Нет, мне как-то приходило это в голову. Но учитывая стремительность проблем, свалившихся на меня, я эту мысль отмела на задворки сознания.

И тут мне стало плохо. А что, если действительно Сарвенде донесли, и бучу она подняла, желая всех увести из моей спальни? И в спальне остались только Илюша с Люси, но разве они помеха?

А в это время герцог через потайной ход тащит мое имущество! Пусть он к гостям не ходит, но по своим покоям вполне нормально передвигается.

У меня аж в глазах потемнело от такого варианта. И интуиция сиреной взвыла.

– Интена, веди меня в покои герцога, – решилась я.

Если мое предположение верно, то уже без разницы, в каком виде я предстану перед супругом. А если нет, то сделаю вид, что пришла за грязным бельем. Право слово, не так сложно вывалить из корзины имеющееся и нести уже пустую. Но, к сожалению, уверенность в том, что ничего не случилось, и беспокоюсь я зря, сошла на нет.

Однако, какая мразь сдала?!

И тут у меня внутри словно что-то лопнуло. Не что-то, нить на узелке!

– Ваша милость, Вы уверены?

– Более чем, – отрезала я, переводя дух и скидывая с себя чепчик, им же и вытерла лицо. – Рудик, бегом к покоям аргерцога, скажи, что я хочу его видеть у герцога. Понял?

– Да, Ваша светлость.

Мальчишка ветром унесся.

– Позвольте... – Интена протянула руку, видимо, желая вытереть мое лицо, и я кивнула.

Она все сделала быстро, пусть по ее глазам и было понятно, что неидеально, но черт с ним.

Бегом!

И мы побежали. Если сработал узелок, значит, стащили большую часть, раз герцог уже полез в сундук. Ничего, его там сюрприз ждал. Мой узелок был не просто сигналкой, правда, при условии, что я все правильно сделала.

До герцогских покоев мы добрались без происшествий, а то, что от нас все шарахались – мелочи. И кто бы сомневался, что охрана у дверей меня пускать не захотела.

Но я была в том состоянии, что не пустить оказалось вредно для жизни, очень вредно.

– Вон! – рявкнула похлеще герцога, и охрана расступилась.

Правда, вылез помощник герцога, за что тут же получил по морде. Рефлекторно вышло, и нить сама проявилась, и рука не дрогнула. У меня бы и нога не дрогнула, не будь на мне юбки.

– Нельзя! Сюда нельзя! – верещал ударенный, явно своим криком оповещая герцога, что тут посторонние.

И боровом пер на меня, закрывая собой и обзор, и проход. Видимо, мало ему по лицу досталось.

И тут Интена сделала подсечку. Честно, от нее я не ожидала. Но с удовольствием переступила через камердинера и фурией ворвалась в гостиную, чтобы тут же застыть от злости.

Мои сундуки. Мои, черт побери, сундуки! Кажется, не все... Но вот отодвигается большая картина на стене, и слуги тащат еще...

У меня от такой наглости перехватило дыхание, и перед глазами заплясали цветные мушки. Прибью...

– Ты? – скривился герцог, лелея обожженную кисть.

Мало! Мало ему, скоту, досталось.

– Пошла вон!

А у меня пелена перед глазами, и магия яростной волной поднимается. И в следующий миг муженек хрипит на полу, безуспешно пытаясь сорвать с себя удавку.

– Девочка, остановись! Анастейзи! Хватит!