Глава 27. Крутое пике

Разбудила меня даже не боль, а смачный звук, с которым моя макушка ударилась о челюсть сжимающего меня в объятиях спящего Елагина.

Чертыхнувшись, Глеб потряс головой, а затем перевел на меня затуманенный со сна взгляд, и тут же расплылся в ленивой ухмылке.

— Кажется, я начинаю привыкать к тому, что, просыпаясь, первым делом вижу твое недовольное личико, Цветочек, — ответить на столь возмутительное высказывание я не успела, так как самолет снова тряхнуло, и на этот раз гораздо сильнее. Вцепившись дрожащими пальцами в Глебову футболку, я уткнулась лицом в его плечо.

Вроде бы проделали большую часть пути, и пора бы успокоится, но я не могла отделаться от дурного предчувствия. Сердце сжималось от страха и тревоги.

Что-то было не так.

- Глеб, может ты проверишь, как там наш пилот? — попросила я, подняв на Елагина жалобный взгляд, — я волнуюсь.

— Ладно, — ответил он после небольшой паузы, и провел большим пальцем по моей нижней губе, — но будешь должна.

Пересадив меня в соседнее кресло, Елагин поднялся на ноги и неспешным шагом направился к кабине. Дернув за ручку двери, которая оказалась не заперта, он на минуту застыл на месте. Затем, вместо того чтобы вернуться и убедить меня, что все в порядке, вошел внутрь и захлопнул за собой дверь.

Волнение усилилось. Если раньше оно лениво ворочалось где-то на краю сознания, то сейчас меня начало заметно потрясывать. Чтобы хоть как-то отвлечься, я уставилась в иллюминатор и, убедившись, что мы не падаем, медленно выдохнула.

В этот самый момент, та дверь, что вела в кабину, резко распахнулась и, пролетев через весь салон, на пол приземлилось не подающее признаков жизни тело, в котором я тут же признала нашего пилота.

— Е-е-е-лагин, какого черта? — заикаясь, проблеяла я, с трудом оторвав взгляд от рыжего парня, — ты его убил?

Застывший в проеме ведьмак, судя по кровожадному выражению лица, был совсем не в настроении. Но услышав мой вопрос, поднял голову и невинно захлопал глазками.

— Принцесса, у меня две новости — хорошая и плохая. С какой начать?

— Глеб!

— Ну ладно-ладно, — выдохнул он, — начну с хорошей — нам не нужно ждать конца полета, посадка будет прямо сейчас. И плохая… — судя по всему, она будет аварийная.

— Ч-ч-что?

— Похоже, Тим, или кто-то работающий в его конторе сдал меня бабуле с потрохами. Она успела науськать этого упыренка, и уже поди празднует избавление мира от моей назойливой персоны.

— Но с нами же все будет хорошо? Ты говорил, что ходил на летные курсы и, в случае форс-мажора, возьмёшь управление на себя.

Шумно выдохнув, Елагин потупил взгляд.

— Цветочек, я не уточнял, что я на них ходил. Я сказал, что закончил. Но, это не совсем правда, я немного приукрасил, — замялся он, — так, глянул пару уроков на ютубе, думал заинтересует, но не заинтересовало. Да и будь я в теме, этот рыжий ублюдок сломал ручку управления и разбил приборы. Я его за этим делом и поймал.

Самолет резко качнуло, но я находилась в таком шоке, что даже не заметила. Стоило мне вникнуть в его слова, как страх сменился диким бешенством. Подскочив с кресла, я сжала ладони в кулаки, и пронзила бессовестного лжеца уничтожающим взглядом.

— Елагин, если ты живо что-нибудь не придумаешь, не воспользуешься своей темной абракадаброй, я убью тебя раньше, чем мы расшибемся в лепешку!

— Воу-воу, малышка, не горячись, — поднял он верх обе руки, — мы сегодня не умрем.

Глеб вернулся в кабину, и тут же снова появился, держа в руке огромный рюкзак цвета хаки.

— Парашют? — с надеждой в голосе уточнила я, — один?

— Ага, пиявка подготовилась, только вот проснулись мы не вовремя. Ничего, нам двоим его хватит. Интересно, почему он решил дотянуть до пустыни? Ладно, потом обмозгую. Иди сюда.

Только я приблизилась, Глеб надел на себя тяжелый рюкзак. Будто со знанием дела, принялся затягивать какие-то ремни. А затем, зловеще улыбнувшись, схватился за багажные полки, и зашагал вдоль кресел ко все еще лежавшему на полу пилоту.

— Принцесса, отвернись и закрой ушки, — довольно вежливо попросил он.

— Зачем?

— Вампир предал нас, я хочу вырвать ему сердце, но при тебе стесняюсь. Так что давай, отворачивайся.

— Не смей! — вцепившись в ближайшее кресло, закричала я в спину Глебу, который, развернувшись ко мне, недовольно хмыкнул.

— Пожалела?

— Да, пожалела! Тебя, дурака. Он и так не жилец, а забери ты его жизнь, обратной дороги не будет.

— А может у меня уже и нет никакой обратной дороги, ты не думала об этом?

Самолет опасно накренился вперед, и не держись я, уже бы впечаталась в дверь, ведущую в кабину пилота.

— Глеб, пожалуйста, давай прыгать, пока не поздно? — громко всхлипнув, я прижала ладони к груди.

Окинув меня долгим взглядом, Елагин схватил с кресла, где мы сидели, свой черный рюкзак. Приблизившись, надел его на меня, и взял за руку.

— Запрыгни на меня как обезьянка. Я знаю, ты умеешь, — произнес он, и я сделала как просил, вцепившись в его плечи ледяными пальцами.

Сконцентрировавшись на темной энергии, Глеб повернулся в сторону самолетной двери и поднял руку. Пара слов, сказанных хриплым шепотом, и заглушенные гулом турбин, вынесли ее напрочь, как кусок пенопласта.

Порыв ветра ударил в спину. Дыхание перехватило. А тело сковал панический ужас.

Крепко зажмурившись, я почувствовала, как талию обхватили сильные руки, а губы обжег жадный поцелуй. Мысли окутало туманом. Уши заложило. И секунды не прошло, как мы оказались в свободном падении.

Оно продолжалось около минуты, но превратилось для меня в часы. Вся моя короткая жизнь успела пронестись перед глазами калейдоскопом картинок, пока Глеб не потянул за металлическое кольцо и нас не подбросило вверх.

Над головой раскрылся бело-красный парашют, и мы словно застыли в воздухе. Вид открывался на километры вперед. Под нами простиралась желтая земля, что с каждой минутой становилась все ближе.

— Слишком быстро. Посадка будет жесткой, — прошептал мне на ухо Елагин, и прижал к себе еще сильнее, — держись.

***

Рев в ушах резко прекратился, и наступившая тишина вытолкнула на поверхность мое сознание. С трудом разлепив глаза, первое что я увидела, это песчаные барханы, и розовое зарево на горизонте, а повернувшись, встретилась с восхищенным взглядом ярко-зеленых глаз.

Пошевелившись, я поняла, что лежу на песке, а голова покоиться на ногах Глеба.

— Прошу, скажи, что я сплю, — прокаркала я, сиплым голосом.

— Ты спишь, — улыбнулся Елагин, заботливо смахнув с моего лба светлую прядь волос.

— Честно?

— Нет, конечно, Цветочек. Я соврал.