Эпилог
Два года спустя
— Ты, кажется, не понимаешь, что вляпалась в серьезные неприятности, детка, — оскалил свои длинные клыки один из трех окружавших меня мужчин. Без сомнения вампиров, о чем говорили их зубы и бледные лица.
Выкрав меня час назад из отеля, они связали мне руки. А затем босую и едва одетую привезли на заброшенный склад, где привязали к единственному стулу, и принялись допрашивать, даже не подозревая, что сделает с ними мой ведьмак, который, мать его, давно уже должен быть здесь.
Что за муж, приезжая с женой в незнакомый город на задание, оставляет ее одну, сбегая утром из окна спальни? Боги, дайте мне только шанс до него добраться, от Елагина живого места не останется!
— Мне что, пора готовить вазелин? — захлопала я глазками, — парни, вы сами ворвались в мой номер, привезли непонятно куда, а теперь угрожаете? Объясните, хотя бы, в чем дело!
— А то ты не знаешь? — скривился блондин, — не ты ли вчера, вместе со своим дружком, официанток в баре допрашивала? Местом жительства Гришки, моего братишки интересовалась?
— Так он твой брат? Это же отлично, — улыбнулась я.
— И что же тут отличного?
— Он… выиграл в лотерею миллион златых, и мы с моим коллегой разыскиваем его, чтобы вручить выигрыш. Уже отчаялись совсем. Как хорошо, что я вас встретила.
— Прекрати нести чушь! Вы агенты Трибунала, признавайся!
— Трибунала? Вы о чем? — и Оскар за лучшую актерскую игру уходит… кому-то другому.
— Не строй из себя дуру, — зашипел приятель блондина, — говори, кто и зачем вас отправил.
— Какие у вас большие зубы, молодой человек. Я чувствую себя Красной Шапочкой, — не успела я закончить, как мужчина схватил стоящий на столике стакан и плеснул мне в лицо водой. Затем вытащил нож, подошел ближе, и принялся водить им рядом с промокшим лифом моей дорогущей ночной сорочки.
— Считаю до трех и, если не получу честный ответ, ты проклянешь тот день, когда родилась на свет. Один, — нет-нет-нет, все как-то быстро, я не готова! — два… три!
— Хорошо, хорошо, я признаюсь! — зажмурилась я, — мы с Гришей были близки, но он бросил меня одну… с ребенком! Я всего лишь хотела стрясти с него алименты. Не убивайте, пожалуйста.
Я так театрально подвывала, что кто-то из мужчин заклеил мне рот скотчем.
— Ты совсем нас за идиотов, держишь? У Гришки любимая жена и трое детей, он в жизни с левой бабой не свяжется, даже такой… как ты! Ну все, у тебя был шанс… — договорить мой мучитель не успел, так как за стеной раздался трубный рев.
Пол под ногами зашатался, и кирпичная кладка разлетелась на кусочки, заставив мужчин отпрянуть в стороны. В разломе показался огромный слон. Бивни его были перехвачены золотыми обручами, а на спине покачивалась напоминавшая башню конструкция, внутри которой сидел весело машущий мне Елагин.
— Цветочек, я пришел к тебе на помощь!
— Ммм, — я пыталась послать его к черту, но из-за заклеенного рта, все что удалось произнести, это невнятное мычание.
Заставив животное опуститься на землю, Глеб соскочил вниз и пиная ботинками попадавшиеся по пути куски кирпича, направился ко мне.
Лучащийся довольством, красивый, как дьявол, мой муж словно сошел с обложки журнала о мужском здоровье. Спадающие на лоб черные пряди, поблескивающие лукавством зеленые глаза, кривившийся в усмешке рот — если бы не веревки, что удерживали меня на стуле, бросилась бы ему в объятия, проклиная его медлительность, и жалуясь на хамское обращение моих похитителей.
Впрочем, последнего не потребовалось. Мужчины, заступив Глебу дорогу — отчаянные смертники, что тут еще скажешь — попытались напасть, но были резко оглушены и обездвижены.
Отобрав у одного из вампиров нож, Елагин разрезал веревки — правда не те, что связывали мои руки — подхватил меня под попу и спину, и зарывшись носом в мои волосы, простоял так минут пять. Пока мне не надоело, и я не начала извиваться и мычать, в надежде, что он избавит меня хотя бы от скотча.
Ага, бежит и спотыкается.
Донес до слона, усадил ему на спину, устроился рядом и, удерживая меня одной рукой, второй достал телефон и скинул нашу локацию агентам Трибунала. Правильно, пусть дальше сами со своей шайкой упырей разбираются. Мы выяснили, кто у них за главного, и где они свои «деликатесы» прячут, а дальше уже дело больших и лысых дяденек.
— Принцесса, они не причинили тебе вреда? — я отрицательно качнула головой, ожидая, когда он избавит меня от веревок и скотча, — ну, прости меня пожалуйста, я хотел устроить тебе сюрприз, подготовился, вернулся в отель, а тебя и след простыл. Чуть не разнес его к чертовой матери.
— Ммм.
— Спрашиваешь, что за сюрприз? — со всей серьезностью в голосе поинтересовался этот шут, — ну так у нас у нас вторая годовщина свадьбы, неужели ты забыла? Я из цирка слона увел, хотел по городу тебя покатать, а столько времени прошло, мы уже на самолет опаздываем.
— Ммм.
— Интересуешься, куда летим? В этот раз домой. Грим с родителями вечеринку готовят по случаю нашего возвращения, там и Петька с женой будет, и брат твой, — тут Елагин недовольно скривился, так как с Дэшем они никогда не ладили, — с Ариэль. Только не говори им, что я тебе все рассказал. Издеваться начнут, что каблук, и в тайне ничего удержать не могу. Цветочек, с тобой точно все в порядке? Что-то ты покраснела.
— Ммм, — не выдержав, я боднула его лбом.
Осознав, что со своими шутками зашел слишком далеко, Глеб тут же срезал веревки с моих запястий, дождался, когда я избавлюсь от скотча, и стойко вытерпел пару ударов в грудь.
— Я с тобой больше не разговариваю! — обиженным тоном заявила я, расслабившись, наконец, в его объятиях, — я столько натерпелась, а ты издеваешься!
— Любимая, ты же знаешь, что они не смогли бы причинить тебе настоящий вред, на тебе куча моих охранных заклятий.
— От кражи они меня не спасли! В меня плеснули водой, у меня стресс. И непонятно, как это скажется на ребенке… — произнеся последние слова, я осеклась, и быстро прижала ладонь ко рту, но судя по замершей грудной клетке Глеба, было уже поздно.
— Ребенке?
— Да, я узнала сегодня утром, хотела рассказать, как вернешься, но… меня украли, — руки, что удерживали меня за талию, заметно напряглись, а пауза затянулась, — эй, земля вызывает Елагина!
Вместо ответа, Глеб дотянулся до висящего сбоку копья с крюком на конце, и с его помощью развернул слона на девяносто градусов.
— Подождешь меня в больнице, Цветочек. Пусть врачи пока подлечат твой стресс и выпишут витамины для предстоящего перелета.
— А ты?
— А я поеду убивать трех недобитых пиявок…
Два часа спустя, в самолете
— Елагин, если ты еще раз спросишь, в порядке ли я, получишь по морде!