Глава 1

Вивьен.

— Это что, розыгрыш⁈ — прямо над ухом возмущался грубый мужской голос.

Первая мысль была спросить, зачем же так кричать, а вторая, о каком, собственно, розыгрыше идёт речь. Но тут же пришло осознание: я вообще не должна была слышать мужских голосов. Ведь мы с сестрой жили вдвоём, в нашем небольшом, уютном доме, где единственным мужским присутствием был кот Пончик.

Резко распахнула глаза, пытаясь увидеть говорящего, но тут же снова зажмурилась, столкнувшись с ослепительным светом.

Мамочки!

Смогла различить лишь смутные очертания комнаты, но этого было вполне достаточно, чтобы понять, что я нахожусь не у себя дома.

В памяти всплыли обрывки воспоминаний: я в своём магазинчике сижу за рабочим столом с кружкой ароматного травяного чая, перебираю заказы и набрасываю план на завтра… а потом — темнота. Такая густая и непроглядная, как будто кто-то выключил свет в моей жизни.

Что со мной произошло? Где я?

Вдруг ощутила рядом тяжёлое дыхание. Оно было так близко, что волоски на руках предательски встали дыбом. Внутри всё сжалось в нервный комок, но тут же, вспомнив уроки самообладания от сестры, взяла себя в руки.

— Что вы здесь делаете, мисс Эмбервуд? — добавил холода в голос мужчина.

И я наконец-то узнала владельца этого голоса. Но лучше бы никогда не знала!

Резко открыв глаза, дождалась, когда искры от яркого света перестанут плясать перед ними, и встретилась с напряжённым взглядом серо-голубых глаз.

Аристократические черты лица, коротко стриженные волосы цвета спелой пшеницы, слишком чётко очерченные брови, которые были нахмурены, и вечно поджатые губы, словно он вовсе не умел улыбаться.

От увиденного, сама не понимая как, оказалась на ногах, хотя ноги казались ватными.

Лорд Сириан Уитмен.

Мужчина, разбивший немало женских сердец своей холодной красотой и надменностью. Тот самый лорд, чьи презрительные взгляды я то и дело ловила на себе.

А теперь он стоял и смотрел на меня с таким выражением, которое я за всю жизнь видела лишь однажды — на лице моего отчима, когда он обнаружил в своём любимом яблочном пироге дохлого таракана. Та же смесь шока, брезгливости и ярости, только у лорда Уитмена получалось гораздо более утончённо и опасно.

Опустила взгляд и застыла в недоумении. Что за чертовщина? Как такое возможно?

Я стояла в огромной подарочной коробке, обтянутой блестящей бумагой с золотой эмблемой моего магазина. На мне было роскошное атласное платье бордового цвета, расшитое мелкими цветами.

У меня такого никогда не было!

И тут же, словно в насмешку, косточки корсета впились в рёбра, мешая сделать глубокий вдох. Паника накрыла с головой, и я инстинктивно ухватилась за стенки коробки, чтобы удержать равновесие.

«Меня упаковали. Как живой подарок…» — правда, вызывавшая тошноту и головокружение, никак не укладывалась в голове. Я была в таком шоке от происходящего, что даже мысли собрать в кучу не получалось.

От всей этой иронии хотелось истерично смеяться.

Меня, Вивьен Эмбервуд, владелицу самого уютного в городе магазина «Подарок с сюрпризом», где каждый предмет выбирался с любовью и заботой, саму упаковали в коробку. Как какую-нибудь безделушку.

Меня не просто похитили. Ситуация попахивала изощрённой, чертовски издевательской шуткой. И я бы возможно оценила её, не окажись на месте подарка.

Лорду Сириану, видимо, надоело это представление.

Одним рывком, который заставил меня вздрогнуть, его лицо оказалось в опасной близости от моего. Его глаза… такие яркие, с серебристыми искорками, так близко, что я могла разглядеть каждую ресничку. Они горели гневом, но в то же время в них мелькало изумление, смешанное с неверием.

— Что. Вы. Тут. Делаете? — чеканя каждое слово, гневно прорычал он мне в лицо. Его дыхание опалило мои губы, а воздух вокруг нас сгустился, став вязким, словно патока.

Его зрачки изменились. Вертикальные щели, как у кошки, сверкнули в серо-голубых глазах.

Драконья сущность!

Я отшатнулась вглубь коробки, сердце заколотилось как бешеное. Никогда не видела драконьих глаз, тем более, так близко. Зрелище завораживало и пугало одновременно.

Нужно было что-то ответить, но, как на зло, язык прилип к нёбу и никак не хотел слушаться.

— Я… Я не знаю, как тут оказалась! — наконец выпалила дрожащим голосом.

Прошлась взглядом по обстановке, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, как я сюда попала, но ничего не было. Посмотрела на лорда Уитмена, а у самой руки подрагивали.

— Вы хотите сказать, что это не ваш розыгрыш, мисс Эмбервуд? — он внимательно вглядывался в мои черты. Казалось взглядом пытался проникнуть в самую душу, ища подтверждение своим домыслам.

Но ведь это и правда был не мой розыгрыш!

Чушь!

Я бы никогда не стала так поступать. Мои сюрпризы были добрыми и милыми, вызывающими улыбку, а не этот леденящий душу ужас. И уж точно, я не была злодейкой, устраивающей подобные представления.

Паника отступила, уступая место ярости. «Что он себе возомнил?»

— Розыгрыш? Лорд Уитмен, вы меня оскорбляете! С какой стати мне разыгрывать вас, да ещё и таким нелепым способом? — возмущённо выпалила я, гордо вскинув подбородок.

Пусть только попробует возразить! Свою репутацию я зарабатывала годами честного труда. Не позволю какому-то надменному аристократу, пусть даже одному из сильнейших драконов, бросать тень на моё имя.

Он отстранился, хмуро оглядывая меня с головы до ног. Взгляд стал чуть менее ледяным, но всё ещё колючим. Скрестив руки на груди, молчал несколько мгновений, взвешивая каждое моё слово.

— Допустим, я вам поверю, мисс Эмбервуд. Но тогда возникает вопрос: как вы оказались в моей спальне? И, смею заметить, в весьма… соблазнительном наряде? — его голос сочился ядом.

Я едва сдержалась, чтобы не влепить ему пощёчину.

— Если вы ещё не заметили, то в этой ситуации жертва — я! — чуть ли не кричала ему в ответ. — Меня похитили, упаковали как вещь и принесли вам в качестве подарка! А вы сейчас обвиняете меня в том, что я… что я сама этого хотела? Вы себя вообще видели? Вы мерзавец, лорд Уитмен. Меня от вас просто тошнит!

Его лицо скривилось, а в глазах вспыхнуло голубое пламя, но он продолжил, не обращая внимания на мои слова:

— Предположим, вас похитили и поместили туда силой. Но, почему именно в мою спальню? — с недоверием спросил он. — И кто бы так изощрённо спланировал этот фарс? Можете ли вы представить себе хотя бы один рациональный мотив для подобной выходки?

Меня разрывало от негодования.

— Понятия не имею! Последнее, что я помню, это как сидела у себя в магазине… а потом — темнота, и вот я здесь, замотанная в это дурацкое платье, — прошипела разводя руками. — Если это какая-то шутка, то шутник явно перешёл все границы!

Вслепую шарила руками по стенкам, ища замок, которым оснащала все свои коробки, чтобы выбраться из этой картонной ловушки.

Я не собиралась больше там оставаться.

Застёжка поддалась, и передняя стенка с тихим хлопком упала вниз. Еле выбравшись, на подкашивающихся ногах бессильно опустилась в рядом стоящее кресло, чувствуя, как волна отчаяния накрыла меня с головой. Кресло было мягким, обитым бархатом, но это не смягчило моего состояния.

Он был прав. Никто не поверит в мою невиновность. Всё выглядело так, будто я сама подстроила эту ситуацию, чтобы привлечь внимание могущественного дракона.

Но зачем?

Я была вполне успешной владелицей собственного дела, специализирующегося на подборе подарков, и у меня не было ни малейшего интереса к таким надменным аристократам, тем более драконам, как лорд Уитмен. Он с самого первого знакомства относился ко мне с презрением, словно я была не более чем надоедливой мушкой.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым дыханием. По спине бежали мурашки от его пристального взгляда, который, казалось, видел все мои страхи и сомнения.

— Я понимаю ваши подозрения, лорд Уитмен, — тихо произнесла я, стараясь сохранить остатки достоинства, в то время как внутри клокотала ярость. Сжала кулаки, чтобы не выдать своего волнения. — Но я искренне не имею ни малейшего представления о том, как здесь оказалась.

Подойдя ближе, Лорд Уитмен медленно навис надо мной. Его аура давила.

Наконец он вздохнул.

— Хорошо, мисс Эмбервуд. Я готов поверить вам. Но если я выясню, что вы хоть как-то причастны к этому безумию, вам не поздоровится.

Выдохнула с облегчением, собрала силы, чтобы встать и наконец покинуть это место, как он вдруг добавил:

— До тех пор вы останетесь в моём доме. Мне нужно время, чтобы обдумать всё случившееся и решить, как поступить дальше.

От этих слов сердце сжалось.

— Я не собираюсь здесь задерживаться! — холодно прошипела, поднимаясь. Но он одним движением схватил меня за руку и преградил путь.

— Вы не поняли, мисс, это была не просьба!

Да как он смеет указывать, что мне делать! Внутри взорвалась ярость, смешанная с отчаянием.

— Вы не имеете права! — крикнула ему в лицо. — Я свободный человек и сама решу, где мне быть!

Слёзы предательски щипали глаза, но я держалась. Хотелось домой — к своим мягким подушкам и ароматным свечам, где никто не смел мной помыкать.

Он внимательно смотрел на меня, и вдруг в его взгляде мелькнуло что-то похожее на… сочувствие? Да нет, такого просто не могло быть! Этот ледяной дракон не был способен на такие чувства.

Наверное, мне показалось.

— Поверьте, мисс Эмбервуд, наши желания совпадают. Но, у меня есть причины настаивать. — Всё так же держа меня за руку сказал он.

— Какие же? — Иронично подняла бровь, показывая своё отношение к происходящему.

— Если кто-то вас похитил и подстроил эту сцену, он может захотеть довести дело до конца, каким бы он ни был. — Он говорил холодно. — Кроме того, мои гости могут увидеть вас, и ваше появление вместе с моим отсутствием породит ненужные слухи. Этого я допустить не могу.

Сириан Уитмен говорит мне о слухах? Я не ослышалась? Когда они его вообще волновали?

Но если он уже что-то решил для себя, то ничего не изменит намерений дракона.

Оставаться с ним вовсе не входило в мои планы, поэтому нужно было разработать тактику и действовать осторожно. А для этого желательно было остаться одной и придумать план.

Страх, гнев и надежда сплелись в тугой узел, отражаясь на моём лице. По крайней мере я надеялась, что они отразились.

С тяжёлым вздохом я сдалась.

— Хорошо, лорд Уитмен. Я останусь. Но только до тех пор, пока вы не найдёте виновного. И будьте уверены, я буду считать каждую минуту.

О да, как же было приятно наблюдать за его выражением лица! Искреннее удивление в широко открытых глазах, словно он не ожидал от меня такой быстрой покорности. Тут же опустила взгляд, чтобы не выдать себя с головой. Я была отвратительной актрисой, и любая искорка неповиновения в глазах могла всё испортить.

Пока он молча переваривал капитуляцию, мой мозг лихорадочно работал. Отлично, первый шаг сделан. Он поверил…

— Я рад, что не придётся с вами долго возиться, — начал он, и в его голосе вновь зазвучала привычная уверенность. — Вам отведут комнату, и вы будете соблюдать…

Внезапно в дверь постучали. Я подпрыгнула от неожиданности, а Лорд Уитмен резко замолчал, взгляд метнулся от меня к двери.

Всё так же держа крепко за руку, быстрым, почти неуловимым движением он рванул к огромному дубовому шкафу, встроенному в стену, и, открыв дверцу, буквально втолкнул меня внутрь.

— Ни звука, — его шипение обжигало.

Дверца захлопнулась, и я оказалась в полной темноте.

Сердце колотилось где-то в горле, готовое вырваться наружу. Зажмурилась, пытаясь унять дрожь, и лишь через секунду поняла, что прямо перед моим лицом тянется тонкая вертикальная полоска света.

Щель.

Он захлопнул дверцу так поспешно, что не убедился в плотности прилегания, оставив мне крошечное окошко в свой мир. Вжалась в груду чего-то мягкого, скорее всего его плащей, пытаясь слиться с тенями.

В эту маленькую щель было видно, как Сириан, сделав глубокий вдох и одним движением сгладив с лица все следы недавней бури, направился к двери, чтобы впустить незваного гостя.

Дверь в спальню открылась, и в проёме возникла женщина. Не просто женщина, а воплощение ледяного величия. Седые волосы, уложенные в сложную причёску, платье тёмно-синего цвета, почти чёрного, и даже отсюда я видела её глаза, того же серо-голубого оттенка, что и у Сириана, но лишённые всякой теплоты.

— Сириан, дорогой, — начала она с претензии. — Объяснишь, почему ты скрываешься здесь, в то время как в твою честь льются реки поздравлений?

Он стоял, заслонив собой проём, плечами блокируя ей обзор комнаты. Мысленно поблагодарила его за эту предусмотрительность — огромная, позорная коробка с моим бантом оставалась вне поля зрения этой ледяной королевы.

Взгляд скользнул по его фигуре. По широким плечам, очерченным тонкой тканью парадного камзола, по сильным рукам, которые только что так легко подчинили меня своей воле. Он был опасен. Холоден. Невыносим. Но я солгала бы себе, если не признала: он был прекрасен в своём аристократическом совершенстве, как ледяная статуя, в которую вдохнули жизнь.

Пальцы впились в мягкую ткань плаща. Побег. Нужно думать о побеге. «Одного раза хватило, Вивьен» — сурово напомнила себе, вспоминая нашу первую встречу. — «Не смей. Это ловушка похуже коробки».

— Просто хотел освежиться, мама. — Его ответ прозвучал ровно, но я уловила лёгкое напряжение в спине, видной мне вполоборота.

— Ты пропустил тост в свою честь. Неприлично для хозяина дома. Да и выглядишь взволнованно.

Взволнованно. От этого слова по моей спине опять пробежали мурашки.

— Я сейчас, — произнёс Уитмен, и голос его на мгновение сорвался на хрипоту. Он откашлялся. — Буквально минута.

Она молча разглядывала сына.

— Не заставляй нас себя ждать, — наконец изрекла мать. — И приведи себя в порядок. Выглядишь как разгильдяй.

Сириан не двигался, пока звук её шагов не затих в коридоре. Затем дверь с тихим щелчком закрылась. Он прислонился к ней лбом, плечи опустились на выдохе. В тишине комнаты этот звук ощущался громче любого крика.

Медленно повернулся в мою сторону. Сделал шаг. Затем другой. Тень накрыла щель, и я отпрянула вглубь шкафа, вжавшись в его одежду. Затаила дыхание, ожидая, что сейчас дверца откроется, но он прошёл мимо. Спустя пару секунд до меня донёсся звук открываемой двери.

А затем и насмешливый голос:

— Вы собираетесь выходить?

Прокашлялась, пытаясь вернуть себе твёрдость, утонувшую в ворохе его одежд, но похоже не получилось.

— Мне и тут неплохо, — пропищала я, как мышка, попавшая в клетку.

Но выйти всё же пришлось.

Закрыв за собой дверцу шкафа, услышала тихий шелест ткани. Обернувшись на звук, увидела, как его длинные пальцы принялись умело застёгивать пуговицы на рубашке.

Он приводил себя в порядок, чтобы снова стать безупречным лордом Уитменом.

— Мне нужно вернуться в зал, — произнёс он, не глядя на меня, поправляя манжеты. — Вы можете оставаться здесь. Гости скоро разъедутся. Я вернусь, когда всё закончится.

И прежде, чем я успела хоть что-то ответить, он вышел, оставив меня одну.