68. Знакомый запах

Аня

Целый месяц после возвращения мужа я парю в эйфории. Большие деньги способны творить чудеса. По щелчку пальцев Глеба уже готова студия.

«Балетная школа Анны Агурской» — звучит как песня.

Реклама о моем детище несется из каждого утюга. Хотя в этом нет никакой необходимости. Моя основная группа подтянулась сразу же. В моей студии детям намного лучше, чем в ДК. Удобные раздевалки с душевыми, современные шкафчики с электронными замками. Но самое главное, огромный зал с панорамными окнами оснащен новым оборудованием. Плюс безопасность.

После возвращения Глеб уделяет ей особое внимание. До сих пор трудно поверить, что враг подобрался слишком близко. И сейчас после реорганизации персонал прошел строгую проверку. Кто-то ее не выдержал, как, например, Саня. И теперь меня охраняет строгий Антон Сергеевич, бывший майор спецназа.

Хотя в этом нет особой необходимости. Я редко куда хожу одна. В студию приезжаю вместе с мужем. Даже в лифте с парковки мы поднимаемся вместе. Я выхожу на первом этаже, а Глеб едет в офис на третий.

В течение рабочего дня мы почти не видимся. Муж постоянно проводит встречи и консультации, и у меня тоже плотное расписание. Зато часа в три мы вместе едем домой. Глеб пересмотрел свой режим. И вторую половину дня посвящает нам с Асей. Мы гуляем в Егоршино, плещемся в бассейне и справедливо считаем, что заслужили капельку счастья.

— Зачем мне охрана? — смеюсь я.

— Пусть будет, — отмахивается Глеб. — Мне так спокойнее, Аня. Я еще и к Марфе приставил. Так она развопилась, что я лишаю ее свободы. И ей без принадлежности к семье Агурских жилось гораздо лучше.

— Кажется, это мои слова, — улыбаюсь мужу и просто плавлюсь под его взглядом.

— Странное дело, — смеется Глеб, обнимая меня. — Законных наследников не заманишь, а всякие проходимцы во все щели лезут.

— Ордынцева так и не нашли? — спрашиваю я, стараясь скрыть тревогу. Этот человек до сих пор представляет опасность. Если не для меня, так для Глеба. Вот только непонятно, откуда взялось столько ненависти в старом друге Агурского? Ревность или алчность тому виной?

— Засел в какой-то норе, как крыса, — презрительно усмехается Глеб. — Пусть там и прячется до конца жизни. Неужели он думал, что я бы не поделился? Вон, Марфе выделил ее долю. В гробу карманов нет. А нашим детям и внукам за глаза хватит.

— А Павлика точно не он? — спрашиваю, а у самой все внутри замирает.

— Сарычев говорит, что трагическая случайность, — мотает головой муж, прижимая меня к себе. — Я его тоже любил, Анька, — выдыхает мне в ухо. — И лично бы придушил каждого, кто хоть как-то повинен в его гибели…

Даже сейчас, вспоминая разговор с мужем, чувствую его ярость. Смаргиваю слезы, глядя в окно. Репетиции закончились. Осталось дождаться Глеба, и можно ехать домой.

— К вам посетительница, Анечка, — заглядывает в дверь Антон Сергеевич. — Варвара из ДК.

— Пусть войдет, — киваю я и, радостно улыбнувшись, спешу навстречу бывшей коллеге.

— Прив-е-ет, — тянет она, с нескрываемым любопытством разглядывая студию.

Ко мне поглазеть на балетную школу приходят многие. Первой, конечно, прибежала Стелла. Азартно бегала по всем помещениям. Радостно тараторила и заявила официально.

— Счастливая ты, Анька! Может, и мне бросить к чертям собачьим папин бизнес и прийти к тебе учить деток? Возьмешь?

— Тебя — с удовольствием! — восклицаю я и в порыве чувств обнимаю подружку. — Стелка — ты же талантище! Жаль, что божий дар закопала…

— Вот покончу с Исаевым и вернусь. Папа меня точно попрет с работы…

— Приходи, — выдыхаю я. — Можем даже партнерство замутить. С тобой я на все согласна!

— Агурец не будет против? — словно опомнившись, спрашивает подруга.

— Мы его уговорим, систер, — хихикаю, обнимая Щербетову.

Но поведение Вари резко отличается от Стелкиного. Взгляд настороженный и злой. Даже на расстоянии чувствуется, как у Вари внутри колышется зависть.

— Вот, пришла посмотреть, — роняет она небрежно. — А то столько разговоров о твоей школе. Громко звучит, конечно. Ты бы постеснялась…

— С какой стати? — отрезаю я, не собираясь церемониться. — Это моя задумка и моя программа. Я ни у кого ничего не украла.

— Это тебе так кажется, — поджимает губки Варя. — А вот я считаю, что ты поступила подло. Переманила моих учеников.

— Заблуждаешься, — усмехаюсь горько. — Это мои ученики. Каждая девочка пришла ко мне в четыре года. И из каждой я вылепила маленькую балерину. Ты тут совершенно ни при чем. Придут еще дети. Работай с ними.

— Да вы со своим мужем задушили студию! Конечно, у вас деньги! А мы на бюджете! Сволочи!

— Зато я никого не била в раздевалке, — смотрю в упор на девчонку, в одночасье ставшую врагом.

— Это не я, — поспешно заявляет Варя. — И ты все равно ничего не докажешь…

— А я и не собираюсь. Просто знаю, и все. Тебе с этим жить, Варя.

— Я дала тебе по заслугам! — шипит Варвара, замахиваясь. — Ты слишком много о себе вообразила. Тебя должен был кто-то поставить на место.

— Спасибо, — коротко киваю я и зову чуть громче. — Антон Сергеевич, наша гостья уходит.

Тотчас же в дверях появляется мой «майор». Глядит сурово. Видимо, слышал весь разговор.

— А как ты догадалась? — отступает к дверям Варвара. — Я ведь ничем себя не выдала.

— Ошибаешься, — усмехаюсь криво. — Твои духи я узнаю из тысячи. Редкая дрянь.

— Ну, не всем же шанелью душиться, — фыркает Варвара, протискиваясь мимо Антона Сергеевича.

— Больше не пускать сюда эту особу? — спрашивает он, запирая дверь.

— Ни в коем случае, — силясь не расплакаться, киваю я и, быстро переодевшись, несусь к Глебу. Хочу поделиться с ним догадкой. И как я только эти духи учуяла!