Глава 25

Киро Мы с Бертом, одним из моих помощников, возвращались в замок. Объезжали пару деревень и городков к востоку от королевства, в которых работа управляющих вызывала вопросы. Мы немного не рассчитали время и возвращались в темноте. Ехать нужно было еще два дня и мы почему-то не стали оставаться с ночёвкой на гостином дворе, а поехали дальше. И это решение изменило мою жизнь. Там, на пустынной дороге ночного леса мы встретили разбойников, среди которых я увидел ЕЁ и пропал. Кинув взгляд на девушку, что стояла, расширив от удивления глаза и сжимала тонкими руками лук, я вдруг подумал, что знаю её. Но не мог вспомнить, где мы могли бы встречаться раньше. Светлые волосы и тонкая кожа явно говорили о том, что она не из этой среды. Девушка была слишком утонченная, и смотрелась среди разбойников, как редкая птица среди кур. Их рыжий предводитель начал нас запугивать, угрожая то ли ограбить, то ли убить, но мои мысли сводились к одному: нужно как-то узнать, кто эта девушка. Остаться здесь, задержаться и понять, почему и чем меня так зацепила простая девчонка. Решение пришло быстро. Под видом пленника я сдался разбойникам, отпустив Берта. Друг, зная мою силу и то, что я могу их всех сжечь к чертям, не моргнув, уехал. А я пошёл за ними со связанными руками. Присел у костра, делая вид, что сосредоточен на ужине, сам же украдкой разглядывал девушку. Робкая и нежная, она пыталась показать колючки каждому, кто переходил ее личные границы и меня это забавляло. Но один из них, высокий, темноволосый парень, явно был ей близок, и к нему она относилась совершенно по-другому. Кто он ей, брат, друг, возлюбленный? При мысли, что девушка ведёт такую жизнь, где каждый день в ее объятиях может оказываться новый мужчина, злость закипала в жилах. И я злился не на неё. Меня злило то, что мне вообще есть до этого дело. Вдруг я пожалел о своем решении. Зря я задержался, она точно не может оказаться той, которую я ищу. А мне нужно бросить все силы только на поиски спасения от проклятия. Я должен думать о королевстве, а не о какой-то лучнице. Пусть она и вызывает во мне эмоции, которых я не испытывал раньше. Когда пришла ночь, я тихонько привстал и сжёг веревки, обвивающие мои руки. Поднявшись на ноги, я пошел к лошади, которую привязали недалеко от костра. Животное радостно фыркнуло, увидев своего хозяина. Я погладил ее по гриве и вдруг услышал хруст веток. Оглянувшись, я понял, что это лучница, от которой я так хотел сбежать. Что ж, интересно, как она меня остановит. Девушка подняла лук и нацелилась мне в голову. Я чуть не хохотнул вслух, видя, как она лихо настроена. Ну уж нет, меня не запугать так просто. Усмехнувшись, я специально провоцировал ее на действия, будучи уверенным, что она ничего мне не сделает. Но девчонка выдохнула и мастерски отпустила тетиву, ни капли не боясь, что убьет меня прямо тут. Надо же, я в ней ошибся? Стрела пролетела мимо меня, чуть не зацепив ухо. Меня насколько взбудоражил этот момент, что я, не сдерживая сил, понесся на неё, заваливая на землю и прижимая тонкое тело к траве. Она не успела даже моргнуть, как оказалась подо мной с широко распахнутыми глазами. Я ожидал увидеть ужас, но в ее взгляде горел огонь, подобный моему. Меня затягивало, как в омут, не давая возможности вынырнуть из волны безумного желания. Девушка же ничем мне не помогала, наоборот – ерзала и вырывалась, заставляя прижиматься к ней ещё теснее. Проклятье, какая же она… Я наклонился к ее уху, чтобы то ли поцеловать, то ли прошептать слова успокоения. Мурашки прошлись по нежной коже её шеи, и лучница расслабилась. Я подумал, что вот сейчас самое время взять себя в руки и слезть с нее, но неожиданно даже для себя, она потянулась ко мне и поцеловала. Ох, как я хотел этого. Мое тело как будто пронзило молниями и я, ослабив хватку, впился в ее губы ответным поцелуем. Мне вдруг показалось, что это не первый наш поцелуй. Что руки помнят эти изгибы, и губы ещё хранят сладость её губ. Я действительно слишком отвлекся, иначе не пропустил бы момент, когда она больно укусила меня за губу и отпихнула от себя, отползая в сторону. Вряд ли у нее это бы получилось, не гори я сейчас, как факел от близости её тела. Не дав ей сделать даже трёх шагов, я схватил негодницу за тонкую лодыжку и потянул на себя. Больше у нее не выйдет меня вывести из равновесия. Но и отпустить я ее больше не смогу. Все нутро кричало, что я должен забрать её с собой. И я сделал это. По дороге к замку я думал о том, как ее представить там. Уверен, сразу же всем станет понятно, откуда я ее приволок, и если придворным я даже объяснять не стал бы свой поступок, то что сказать ей? Но тут случилось то, что помогло мне принять решение: увидев, как девушка ловко подстрелила нам дичь на ужин, вопрос решился сам собой. Она будет воином в моей армии. Ей я об этом, естественно, не сказал, пусть пока думает, что ее ждёт расплата за укус и похищение короля. Всю дорогу я чувствовал сладкий запах ее волос, когда ее голова покоилась на моей груди, пока мы ехали, и не мог понять, почему я хочу её. Может это просто потребность организма? И если добьюсь желаемого, магия рассеется? Я успокаивал себя этим, но где-то глубоко в душе знал, что здесь что-то другое. Меня манила ее загадка в голубых глазах, грусть в голосе, когда она даже смеялась. Мне хотелось знать о ней все. Услышав впервые ее имя, меня будто пронзило стрелой. Я даже переспросил, желая удостовериться, что мне не показалось. Что это? Почему перед глазами картина лесной опушки и девушки, внешность которой я не могу вспомнить? Только звенящее, словно утренние лучи, имя на ее губах. Амедеа… По приезде я приказал Марте показать девушке покои в восточном крыле. Да, там никто никогда не селился, особенно из гостей, ведь совсем рядом, через тайный ход, можно было попасть ко мне в комнаты. Я понимал, что поступаю опрометчиво, но я нуждался, чтобы она была как можно ближе. Была бы моя воля – вообще бы поселил у себя. Но боюсь перейти черту и спугнуть… После того как я оставил Амедею на попечение Марты, мне пришлось сходить к советнику и сообщить о том, что мы обнаружили в тех деревнях, за которыми наблюдал он. И что увиденное мне совершенно не понравилось. Кронус скрипел зубами, но пообещал всё исправить. Что ж, хоть я и видел этого человека насквозь, но кроме него никто не знает, как изменилось королевство за эти сто лет. И только он сейчас в состоянии помочь мне восстановить трон. Я прошел в купальни, чтобы помыться с дороги и привести мысли в покой. Но, уже выходя из привычного прохода, услышал плеск воды. Мигом шагнув обратно в тень, я снова увидел Амедею. Тонкое тело скрывала вода по плечи, не давая рассмотреть лучше. Но мои мысли спутались уже от этого. Сердце застучало быстрее обычного и огонь начал опутывать мои руки. Что я делаю? Закрыв глаза, я глубоко вздохнул и попытался успокоиться. Пламя на удивление быстро сошло на нет и я увидел, как девушка, выстирав свои вещи, пошла на выход. Не знаю зачем, но я прокрался за ней. Наверное, чтобы убедиться, что с ней ничего не произойдёт в темных коридорах замка. Просушив ее вещи, я увидел, как она удивилась, словно ребенок, и чуть не хохотнул от этой картины. Сдержав себя, я развернулся и пошел назад, краем уха слыша, как закрылась дверь ее комнаты. На следующее утро я не смог удержаться, чтобы не проверить девчонку на способность стрелять. И если бы не ее глаза, которые сбивали с толку, плавные движения и запах диких луговых цветов, исходящий от ее волос, я бы смог больше ее помучить заданиями. Но все в ней, до последней черты, сводило меня с ума. А я не хотел навредить ей или обидеть. Больше всего на свете я хотел, чтобы она была счастлива. Откуда это желание? Кто она мне? Я же ничего не знаю о ее жизни! В конце концов я решил, что для нее безопаснее будет, если мы не будем оставаться наедине. Я решил обучить ее всему, что должна знать принцесса. Для воина это, конечно, было необязательно. Но я даже сам себе не мог объяснить этого решения. Просто казалось, девушка достойна большего. И если я могу ей дать нужные знания, то почему бы этого не сделать? В первый день тренировок Амедеа пришла, одевшись в новую форму и я забыл, что хотел сделать. Поставил ее к мужчинам, чтобы она увидела уровень их подготовки. Это было низкое желание доказать себе, что девушка – капризная особа, не желающая менять свою жизнь, такая же, как Мириам, которая вот уже несколько недель протирала полы замка своими юбками. Но и тут она меня удивила. Ее упорство говорило лишь о том, что я все правильно сделал. Пусть после сегодняшней тренировки она вряд ли сможет подняться несколько дней, но все же в Амедее был внутренний стержень и это не могло не восхищать. Какое же было мое удивление, когда девушка все же пришла на следующую тренировку. Даже мужчина бы вряд ли осилил такое, а тут она, хрупкая и нежная девчонка, пытающаяся доказать свою силу. И я видел её. Ее силу, которая звенела в ней золотой струной. К восхищению примешивалась нежность, но я не давал себе возможности расслабиться. Пытаясь закрыть глаза на чувства, которые против моей воли росли в сердце, оплетая его крепкими путами, я нагружал Амедею тренировками, а сам уезжал так часто, как только мог. Лишь бы не смотреть, лишь бы не видеть, как та, которая заняла прочное положение в моей жизни, скоро останется в прошлом для меня.