Глава 98

Ежегодная церемония чествования наследников, оплота императорской власти и будущего империи Драгхарис протекает следующим образом: ритуальная жрица обходит всех наследников со священным артефактом, – золотым посохом, который обвил белый змей с единственным синим глазом – это и есть легендарное Око Дракона, тот самый артефакт, который много веков назад драконы принесли с собой из прошлого мира. Жрица касается посохом каждого из наследников, и тогда одна из граней синего камня начинает сиять. По завершению церемонии Око в буквальном смысле горит синим пламенем. Близнецы и даже тройняшки, кстати, у драконов не редкость, но никогда не случается близнецов-первенцев, тут Адингтоны скорее исключение из правил. В смутные века несколько поколений Адингтонов носили платиновые и золотые короны, поэтому никто не удивился, когда оба близнеца оказались наследниками. На этот счёт и не только просветила меня Луиза. Именно её выбрало Око Дракона в этом году на роль ритуальной жрицы. С тех пор, как подруга «удостоилась столь высокой чести», она нам с Ноной и кицунэ все уши прожужжала о предстоящей церемонии, поэтому теперь, ступая по нефритовому полу, скользя взглядом по безупречным лицам высших драгхов, освещаемым вмонтированными в стены лиловыми кристаллами, я словно вспоминала давно забытое, нежели наблюдала впервые. Больше всего я опасалась скандала. Что меня попробуют задержать, может даже, не пустят во дворец… Но жандармы в парадных мундирах провожали меня не менее любопытными взглядами, чем остальные, без враждебности. Тродор, что парил слева – над плечом Даура – обвил шею драгха своим мерцающим телом с подвижной чешуёй и шепнул мне на ухо: «Предупреждены. Не бойся, Птица». «Не боюсь, – почти не соврала я ему мысленно. – В какую игру играет император? Он приказал не трогать феникса, снявшего корсет!» «Не совсем… император», – покачал рогатой головой Эштард с другой стороны. И я поняла, что сегодняшним спокойствием обязана белому красноглазому змею. Надо будет поблагодарить его при случае… Случай представился довольно скоро. Точнее представился бы, но Рокэртх Третий, в отличие от своего змея, который, стоило нам войти в Ритуальный Зал, повернул в нашу сторону голову и подмигнул мне красным глазом, предпочёл сделать вид, что не заметил нас, и вообще, знать не знает. С оглядкой на монарха сторонились и придворные, лишь Корнелиус Адингтон скупо кивнул сыновьям. Я не успела выдохнуть с облегчением – мне внимания и без того хватало, так что кровная обида его императорского величества, оскорблённого в своих лучших намерениях, была на руку. Главное, чтобы это их Око Дракона подтвердило статус «моих» наследников, а там переходим к плану «Б»… И, конечно, главное, чтобы ни его оскорблённое величество, ни кто-то ещё не подстроил какую каверзу. Потому что до сего момента ну слишком гладко всё шло, даже подозрительно! Внутри всё так и замерло в ожидании какого-то подвоха… И гром-таки грянул! Ожидая его со стороны императора, я как-то упустила из внимания, что ждать надо было и с других сторон… Гром, разразившийся над моей головой, принял разнообразия ради облик высокой статной драгхары с белоснежной кожей, золотыми шёлковыми волосами и аметистовыми глазами на пол-лица. Я уже приготовилась к схватке с чьей-то бывшей любовницей, как оба близнеца произнесли почти одновременно: – Здравствуй, мама. – Как твоё здоровье, мама? – Вашими молитвами, – скривилась драгхара, пожирая меня глазами. – Ты не воздействуешь на меня, – сказала она удивлённо и захлопала длинными ресницами в подтверждение того, что собиралась сказать что-то совсем другое, уж точно не это обескураженное. – Не воздействую, – покачала я головой, решив не спорить. – Это потому, что ты тёмная? – проявила недюжинные познания наших особенностей драгхара. – Не думаю, леди, – спохватившись, я присела в книксене, и брови драгхары поползли вверх, подобного эффекта можно было бы ожидать, если бы в зоопарке с ней вдруг заговорила мартышка. – Мы и сами пока не во всём разобрались. Но, скорее всего, главную роль тут играет то, что я пришла сюда по своей воле. – Ингури, миледи Леонелла Адингтон, – спохватился Даур. – Мама, это наша невеста, Ингури Рамаян, – поддержал брата Арнэй. Аметистовые глаза золотоволосой драгхары вспыхнули, губы сжались в тонкую линию. Затем глаза её расширились, и я заметила над точёным плечиком движение. Еле уловимое… Крохотная, размером с палец, золотая змейка… – Я всего лишь хотела, чтобы вы были счастливы, а вы… – обиженно протянула она. – Мы счастливы, мама. – Правда. – Всё равно! – драгхара уже приходила в себя. Она не повышала голоса и говорила с вежливой улыбкой, так что со стороны можно было подумать, что мы мило беседуем. – Имейте ввиду, я против! Я не потерплю в своём доме дикарку! – Я не претендую на ваш дом, леди, – не сдержалась я. – И на вас вместе с ним. – Вы слышали? Эта маленькая наглая дрянь оскорбляет вашу мать, а вы молчите? – ахнула леди Леонелла. – Ты переходишь границу, мама, – сказал Даур таким тоном, что миледи поспешно сменила тон. – Мы никогда ни в чём вам не отказывали, – она картинно закатила глаза. – Хотите дик… феникса? Пожалуйста, играйте сколько хотите, мальчики, но догадаться привести её во дворец его величества!.. – Хватит, мама, – жёстко сказал Арнэй и, подхватив миледи под руку, увёл её ко столу с напитками. – Мне жаль, что тебе пришлось это выслушать, – Даур сжал мои пальцы. Я пожала плечами. – Я не рассчитывала, что будет легко. Боюсь, у нас вам бы оказали гораздо более… хм, худший приём, – я вздохнула. – Но надо учиться жить в мире. Иначе ничего не выйдет. Арнэй вернулся с наполненными рике бокалами. Пузырьки ударили мне в нос, чуть вскружили голову. Но допить я не успела. Ударил гонг, окутывая протяжным, пробирающим до костей, гудением. А затем знакомый уже голос объявил: – Всевидящее Око Дракона! Просьба ко всем наследникам выйти вперёд! Вместе со всеми я подняла взгляд на отделанный хрусталём балкон без перил, что отделился от дальней стены, зависнув в воздухе и в первую секунду не узнала подругу. В ритуальных одеждах драгхов с канделябром на голове и золотым посохом – щедро осыпанная золотой пудрой Луиза сама казалась диковинной статуэткой из городского храма. Внезапно взгляд подруги ожил – я проследила его и увидела, как смахнул украдкой слезу блистательный колонель, отец Луизы. Ему подруга, оттаяв на миг, робко и как-то виновато, улыбнулась. А затем Луиза посмотрела на меня и неожиданно подмигнула. Пальцы Даура дрогнули, сжимая мои. Я всей кожей ощутила напряжение, исходящее от драгха, и невольно прижалась к его боку. Что-то повисло в воздухе… тревожное. Наследники, один за другим, выходили из толпы и шли к хрустальному парящему острову. Когда они окружат его, платформа опустится вниз, и Луиза коснётся каждого из них посохом… «Осталось потерпеть совсем немного, Ингури», – увещевала я сама себя, не понимая, почему всё моё существо противится тому, чтобы и Адингтоны приближались к парящей площадке. Но, конечно, высвободила руку из пальцев Даура и прошептала: – Пора. Драгх кивнул. Арнэй быстро притянул меня к себе и поцеловал в висок. – Мы здесь, пташка, – шепнул он. – Мы всегда здесь. С тобой. От сердца на миг отлегло, я снова подняла взгляд на Луизу. И тут увидела, как в руке подруги сверкнула зелёная искра. «Пространственные чары?» – пронеслось в голове. В следующий миг целый столп зелёных искр взвился из-под ног Луизы и хрупкую фигурку в золотом окутал дым! Он тут же рассеялся. Но Луизы больше не было на хрустальной площадке. Ни Луизы, ни посоха с Оком Дракона.