25.3

Не отводя глаз от драгха, я взяла стакан с водой и сделала несколько глотков.

В глазах Даура Адингтона… это не огонь уже был, а настоящее стихийное бедствие!

— Сучка, — тихо, будто даже сквозь зубы сказал драгх.

А сила, которая в этот момент руководила мной — безумие ли, провидение, а может просто выброшенный в кровь адреналин, излишками которого меня обязательно вытошнит в самое ближайшее время — пожала плечами и заставила промокнуть уголки губ салфеткой.

— Правила шлюшьего этикета нам в Пансионе не преподавали. Надеюсь, я всё сделала правильно и…

Я не договорила.

Адингтон вдруг рванул тяжёлую накрахмаленную скатерть на себя!

Чашки, тарелки, блюда жалобно зазвякали об пол! Раздался звон посуды, которой не повезло.

Я сидела ни жива, ни мертва.

Этот шердов драгх не только деспот, но и псих!

Когда все тарелки, за исключением одной, на которой лежала чёрная кружевная горка, оказались на полу, этот псих остановился.

Не отрывая жадного взгляда от моего лица, он подцепил с тарелки трусики, всё ещё хранящие тепло моего тела. И вдруг прижал руку с ними к носу, с шумом вдыхая запах. Извращенец! От бесстыдства и развратности этой картины у меня аж пальцы на ногах поджались, а между ног запульсировало. Пламя! Да я же сейчас кончу от этого только его вида — с моими трусиками, прижатыми к лицу!

Но стоило моему дыханию участиться, как Адингтон вдруг безжалостно смял трусики в кулаке. Меня как обжигающе ледяной водой окатило! Я беспомощно глотнула ртом воздух, а Даур с невозмутимым видом сунул чёрное кружево во внутренний карман пиджака и бессовестно захрустел моим тостом!

Злости от него я больше не ощущала. Она было вспыхнула, занялась, как сухие ветки, а затем пламя также внезапно схлынуло!

Это не драгх, а наковальня для моих нервов какая-то!

— Конечно, мы не собираемся брать тебя с собой на императорские приёмы, пичужка, но это не значит, что мы не будем выходить, — доев тост, сообщил Адингтон совершенно спокойно и уголки его губ приподнялись в вежливой и отвратительно снисходительной улыбке.

— Спасибо, — кивнула я. — За объяснение. Я не подумала об этом…

Я уж поверила, что конфликт исчерпан, и даже выдохнула было с облегчением… А вот вдохнуть обратно забыла.

Потому что на красиво очерченных губах Даура Адингтона зазмеилась вдруг ядовитая усмешка. Такая ледяная и пугающая, что у меня сердце в пятки рухнуло, а горло сдавило, словно проклятая метка никуда не делась. И взгляд Даура вдруг изменился. Стал ледяным и очень знакомым.

Так смотрят на нас драгхи.

— А о чём ты думала, пичужка? — обманчиво спокойным голосом спросил он. — А? — не дождавшись моего ответа, он продолжил: — Может, ты думала, что мы на радостях запремся с тобой, такой сладкой и мокрой сучкой в четырёх стенах и будем трахать, пока не загнёмся от магического передоза?

Я оторопело захлопала ресницами.

Такое… случалось. Всё-таки магия драгхов чужеродна магии нашего мира. Потому и магический резервуар (современный термин, именно так нас учат говорить в академии) драгхов «склонен к эрозивным повреждениям при слишком высокой степени интенсивности прохождения энергии».

Сами драгхи называют свой «резервуар» средоточием силы, а моя прапрабабка-шаманка Шварахи объясняет это так: магические мехи бывших драконов недостаточно эластичные, к тому же съёжившиеся, потрескавшиеся от времени. Если пламя начёт поступать рывками, магические кожухи, расположены вдоль оси энергетического тела могут не выдержать, лопнуть…

Конечно, я знала о таком, слышала, но… даже представить себе не могла, что Даур считает, что я… способна на такие мысли.

Способна на такое!!

Теперь и моё дыхание потяжелело от гнева.

Будь под рукой стакан с водой, не задумываясь, выплеснула бы прямо в наглую рожу «платинового наследника»! Тоже мне йур с горы, молот и наковальня Тваштаровы!

Заподозрить феникса в бесчестии!!

Заподозрить в том, что я, я, Ингури из племени Рамаян способна причинить этим двум дуракам на букву «м» вред!!!

В следующий миг я уже оторопело мотала головой, избегая смотреть в глаза драгха.

Не я ли ещё вчера, вот буквально в это самое время считала драгхов нашими кровными, самыми, что ни на есть, заклятыми врагами, вторженцами, захватчиками?

Что же изменилось за такое короткое время?

Дело в смешанной для подписания договора крови или… нас троих и вправду связывает нечто большее?