Глава 4

Иллюминатор моей каюты следовало называть окном, таким он был огромным. Вместо шторок висели плотные бежевые с золотом портьеры, а за ними проглядывала воздушная ткань наподобие кисеи. Одна стена представляла собой шкаф от пола до потолка, где прятались холодильник, бар с напитками и огромный визор. Стену напротив украшало панно из разных пород дерева, на котором причудливо переплетались водоросли, кораллы и рыбы. Вместо светильников над кроватью свисали всё те же морские змеи, что и на дверных ручках, только теперь они держали в пасти по громадной жемчужине. Дёрнув за витой шнур, я заставила эти жемчужины светиться.

Что ж, на яхте князя и обстановка должна быть соответствующая, удивляться нечему. Было бы странно обратное, а так — впереди шесть дней комфортного плавания… С льеной Дерос. Интересно, на ком она будет срывать своё недовольство теперь, когда инго высадили, а Герео по статусу оказался чуть ли не равен князю? На мне? Ну, удачи!

Ровно заурчал мощный двигатель. Если бы не дождь, я непременно вышла бы на палубу, чтобы полюбоваться отплытием. Но мокнуть не хотелось, а в иллюминатор виднелись лишь рыхлое небо и открытая тёмно-свинцовая вода. В Скироне климат мягче, чем в Грасоре, здесь и сугробов таких не бывает, и морозы редкость. На яхте, кстати, работали обогреватели, было очень тепло, и я переоделась в лёгкий брючный костюм, который купила вчера специально для поездки.

В дверь тихонько постучали, я открыла и увидела Герео.

— Лоу приглашает вас на завтрак, льена Феран.

— Пожалуйста, зовите меня просто Мила, — улыбнулась я.

— Тогда я для вас тоже просто Акино, — он ответил мне доброжелательной улыбкой. — Лоу Майро не требует строгого соблюдения этикета, не то что его отец, князь Áлвио.

— Обращение по имени — это нарушение этикета? — заинтересовалась я.

— Да, и серьёзное. На островах большинство аристократов придерживается старых традиций. Имя только для родных и друзей. А назвать по имени лоу, если он не давал на то позволения, означает нанести ему оскорбление.

— То есть ваше непринуждённое «лоу Майро» говорит о том, что вы не только его помощник, но и друг, — ухватила мысль я. — А когда так поступила льена Дерос, она совершила ошибку.

— Грубую, — улыбка Акино стала хищной. — Лоу Майро никогда не покажет вида, но он ничего не упускает и не забывает.

— Большое спасибо, льен Акино, — искренне поблагодарила я. — Если после завтрака у вас найдётся свободное время, пожалуйста, расскажите мне поподробнее о традициях и этикете островов. Заодно я послушаю, как нужно произносить слова. У меня, наверное, чудовищный акцент.

— Чудовищный, — согласился он. — Но говорите вы бегло и понятно.

— Я учила ваш язык на архипелаге и практиковалась на контрабандистах Айлу́.

Акино удивлённо посмотрел на меня, затем рассмеялся:

— Всё время приходится напоминать себе, что вы агент тайной службы. Глядя на вас, сложно предположить, что такая девушка работает в разведке. Но поспешим, льена Мила, недопустимо заставлять лоу ждать.

Стол к завтраку был накрыт в просторной каюте, изысканность интерьера прекрасно дополняли живые цветы. Лоу Майро и льена Дерос как раз обсуждали орхидеи, причём лицо Дерос выглядело настолько кротким и почтительным, словно чванливая льена в коридоре была плодом моего воображения. Акино тихонько кашлянул, лоу Майро взглянул на него и направился к столу. Слуга почтительно выдвинул стул, и лоу занял место во главе стола, причём длиннющая коса удивительным образом ему не помешала.

Для меня, как для кергарки, было дико, что мужчина садится раньше дам, но свои эмоции я постаралась спрятать. Прислуживали нам проворные молодые люди в серых костюмах, вышколенные, безмолвные; не люди, а тени. Сам завтрак состоял из десятков блюд, половину из которых я видела впервые, поэтому ограничилась омлетом с креветками и стаканом ананасового сока. Дерос ориентировалась лучше и напропалую сыпала непроизносимыми названиями. Она тоже переоделась в лёгкий костюм, только, в отличие от моего, он просвечивал и подчёркивал её великолепную фигуру.

Лоу Майро и ел, и поглядывал на Дерос с большим аппетитом. Свой вполне объяснимый мужской интерес он даже не пытался скрывать, Дерос сияла и нарочно принимала самые соблазнительные позы. «Может, такая жена ему и нужна? — с непонятной обидой подумала я, — Чтобы хорошо смотрелась рядом и удовлетворяла в постели, а как при этом она ведёт себя с другими, его не волнует».

— Вы совсем ничего не едите, — негромко сказал мне Акино. — Не любите островную кухню?

— Я с утра вообще плохо ем, — повинилась я. — За три года службы привыкла к чашке кофе на завтрак, в самом лучшем случае с бутербродом.

— А обедаете вы во сколько?

— У нас нет обеденного перерыва как такового, сотрудники едят тогда, когда у них выпадает свободное время.

— Но ведь свободное время может и не появиться.

— Бывает, — я пожала плечами.

Дерос увлечённо рассказывала о выставке старинной майолики, лоу Майро кивал, не отвлекаясь от созерцания её глубокого декольте. Постепенно я расслабилась и обстоятельно отвечала на вопросы Акино — на каких островах архипелага мне удалось побывать, как переносится разница климата, не скучаю ли я потом по теплу… За разговором мы оба упустили момент, когда воцарилась полная тишина: я удивлённо подняла голову и столкнулась с насмешливым взглядом ярко-голубых глаз.

— Льена Феран, мне, как хозяину, даже обидно: вы совершенно меня не замечаете, — на островном произнёс лоу Майро.

— Не хочу мешать вашей занимательной беседе, лоу Соайро, — вежливо ответила я.

— У вас чудовищный акцент, — в тоне мне послышался вызов.

— Да, к сожалению, у меня было мало практики.

— Откуда вы знаете островной язык?

— Диалект, с вашего позволения, который от кергарского отличается лишь обилием гласных и особым произношением. Он в ходу на севере архипелага, где я работала почти год.

Дерос беспокойно заёрзала: её раздражало то, что она нас не понимала.

— Мила, передайте мне соусник, — громко потребовала она.

Мысленно поблагодарив Мича, я не шевельнулась. Акино перевёл просьбу на островной, и слуга ловко переставил соусник.

— Неужели у вас отвалились бы руки? — с ядовитой улыбкой спросила Дерос.

Я внимательно осмотрела сначала своё левое предплечье, затем правое.

— Что вы делаете? — удивился Акино.

— Ищу знак, — на кергарском ответила я. — Очевидно, я упустила момент, когда превратилась в инго льены Дерос.

Акино поднёс к губам салфетку, чтобы скрыть смешок.

— Вам, льена Мила, палец в клешню не суй, — вполголоса заметил он на диалекте. — Лоу Майро, вы позволите нам удалиться? Я обещал льене Миле рассказать о наших традициях.

— Идите, — довольно холодно бросил Майро.

Спину жёг его пристальный взгляд. За дверью я не сдержалась и рассмеялась. Рекомендации Мича летели к чертям, но меня это нисколько не беспокоило. Акино подал мне руку:

— Приглашаю вас на экскурсию по яхте. Если не ошибаюсь, вы ею заинтересовались.

— Ещё как, — не стала скрывать я. — В Кергаре очень мало личных яхт, все наши суда — это небольшие рейсовые корабли или гигантские грузовые теплоходы Морского торгового пути.

— На островах подобных яхт тоже немного, — заметил Акино. — При этом я учитываю как размеры, так и ходовые качества. Только «Чёрная жемчужина» князя Майу́ превосходит «Повелителя волн» по водоизмещению, а «Путеводная звезда» младшего сына лоу Алвио — в скорости.

— Названия словно из баллад! — восхитилась я.

— Островитяне склонны к пафосу, — Акино мягко улыбнулся. — Что ж, начнём нашу экскурсию. Сейчас мы находимся на верхней палубе…

Через пару часов у меня гудели ноги, но подобного восторга я не испытывала с детства. Яхта князя Сайо была одновременно и чудом технического прогресса, и прекрасным творением художника. Чего стоили одни шикарные зоны отдыха с открытыми бассейнами! А застеклённые обзорные площадки под таким прозрачным стеклом, что, казалось, дождь сам изгибается, чтобы нас не мочить! Мы остановились у стеклянной стены. Кергар давно скрылся за серой пеленой, впереди среди кудлатых облаков наметились просветы.

— Часам к пяти прояснится, — небрежно бросил Акино.

— Было бы здорово, — я с тоской задрала голову. — Так хочется солнца!

— Хотите? — Акино приосанился. — Желание льены — закон.

Его волосы засияли бледным флюоресцирующим светом, по коже пробежали едва заметные крошечные искорки. Облака над нами начали расходиться, в разрыве блеснуло солнце. Я восхищённо ахнула. Одно дело — слышать или читать о невероятных способностях водников, и совсем иное — увидеть самой. Чистое пространство ширилось, серая хмарь отступала, в волнах заиграли искристые блики.

— Очень мило, — лоу Майро бесшумно подошёл и остановился в нескольких шагах. — Развлекаешься, Акино?

— Льена Мила хотела солнца.

— Солнца? — наследный князь соизволил снисходительно взглянуть на меня. — Я вижу только пару лучиков.

Роскошная коса лоу Майро вспыхнула в десять раз ярче, чем у Акино, ослепительное сияние перешло на кожу и превратило глаза в бездонные мерцающие омуты. На какой-то миг он весь превратился в этот невероятный свет. Остатки облаков на небе разметало за секунды, яхту залило солнечными потоками.

— Льена довольна? — насмешливо поинтересовался лоу Майро.

Какая-то неведомая сила заставила меня спрятать свой восторг и бесстрастно ответить:

— Мне вполне хватало лучиков, лоу Соайро.

— Вот как? — прищурился он. — В таком случае, извините, не хотел вам мешать.

Он резко развернулся и ушёл. Акино неопределённо хмыкнул:

— Вы задели лоу.

— Меня за это скормят акулам?

— Нет, но…

— Остальное меня не волнует, — заверила я. — Льен Акино, давайте выйдем на палубу!

— Там холодно.

— Я надену свитер. Ну пожалуйста!

— Вы слишком непосредственная для агента разведки, — пошутил он. — Хорошо, возьмите свитер, я буду ждать вас у лестницы.

Сбегать за свитером было делом пяти минут, но в моей каюте я застала Дерос и от неожиданности чуть не споткнулась.

— И где это ты разгуливаешь? — надменно поинтересовалась она, захлопывая дверцу шкафа.

Я вернулась к двери, вытащила карточку-ключ, которую столь опрометчиво оставила в замке, и потребовала:

— Выходите.

— Что?! — взвилась она. — Ты как со мной разговариваешь?!

— Как с воровкой, залезшей в чужой дом.

— Да ты! — она задохнулась от негодования. — Ты ополоумела?! Кто ты — и кто я!

— Я — гражданка Кергара, и вы — гражданка Кергара, — спокойно ответила я. — И если ваша фамилия не Рени́р и не Велон, то можете не напрягать голосовые связки. Выходите.

— А то ш-што?! — прошипела она. — Побежишь жаловаться своему новому приятелю?

— Нет, выставлю вас из каюты силой, — я пожала плечами. — Рискнёте проверить?

Мы были примерно одного роста и комплекции, но я редко пропускала занятия в тренировочном зале и не сомневалась, что легко выволоку Дерос в коридор.

— Ты обязана мне подчиняться! — завопила она. — Ты всего лишь мелкая служащая!

— Вам я ничем не обязана, вы меня не нанимали. Так вы выйдете или вас вытащить?

— Только попробуй, — её глаза превратились в узкие щели, на щеках выступили пятна гневного румянца. — И я скажу Майро, что ты на меня набросилась, тупая соплячка!

Чтобы принять решение, мне потребовались секунды. Я просто вышла, захлопнула дверь и заблокировала её с помощью ключа. Дерос осталась внутри. Затем я вернулась к Акино и посетовала:

— Вы знаете, кажется, у меня барахлит замок. Не поможете?

— Конечно, — любезно откликнулся он.

В его руках карточка волшебным образом сработала. Немая сцена, когда Акино увидел доведённую до бешенства Дерос, была достойна запечатления. Жаль, мой вифон в это время лежал в сумке.

— Что вы здесь делаете, льена Дерос? — сухо спросил Акино.

— Я… — за секунду она превратилась из разъярённой мегеры в ангела. — Я зашла, чтобы предложить Миле поменяться каютами. В моей слишком мрачный интерьер.

— Вам следовало обратиться с просьбой ко мне, я подобрал бы вам другую каюту.

— В таком случае нельзя ли сразу переселить меня на верхнюю палубу? — ухватилась за идею Дерос.

Губы Акино сложились в коварную ухмылку:

— Там пустует всего одна каюта, льена Дерос. Она предназначена для льен, которые скрашивают лоу Майро досуг в пути. Приказать перенести туда ваши вещи?

Настолько откровенный намёк смутил даже Дерос.

— Не трудитесь, — процедила она сквозь зубы и вышла.

Выражение Акино я не сумела перевести дословно. Это было что-то вроде пожелания лопнуть, только на островной лад.

— Что она делала в вашей каюте? — спросил он.

— Рылась в вещах или документах, — предположила я. — Простите за то, что я вас обманула, льен Акино. Я пришла и застала её здесь, выходить она не захотела, вытащить её силой было чревато последствиями.

— У нас будут весёлые шесть дней, — подытожил он. — Очень весёлые.

Я была полностью с ним согласна.