Глава 11

— Том! Принеси, пожалуйста, кофе! — проорала в пространство Теодора. Внизу тут же хлопнула дверь, простучали шаги и полилась в раковине вода.

Как хорошо все-таки иметь в доме человека, который делает то, что велено. Не спорит, не спрашивает, не переубеждает. Просто берет и делает.

Минут через десять в дверь деликатно постучали.

— Заходи! — Теодора отметила карандашом абзац, на котором остановилась.

— Ваш кофе, госпожа.

Контрактный поставил перед ней истекающую паром пузатую чашку. Кофе он варил кошмарнейший — чересчур жесткий, мучительно-кислый и почему-то почти без запаха.

Но ведь варил же!

— Спасибо, — вежливо поблагодарила его Теодора, и парень тут же расплылся в смущенной улыбке.

— Не стоит благодарности, госпожа… — контрактный замялся, нервно поглаживая пальцами стол.

— Ты что-то хотел сказать? — подтолкнула его Теодора.

— Я… Ну… Да. Я расчистил от мусора участок перед домом. Если хотите, можете выйти, прогуляться. Теперь вы точно на ветки не наткнетесь.

— Уже расчистил? Отлично! Ты очень быстро справляешься.

Хвалить контрактного было до странности приятно. На каждую одобрительную реакцию Том реагировал так, словно Теодора ему ключи от «ламборгини» вручала.

Вот и сейчас он снова заулыбался — смущенно и радостно, как первоклашка перед Санта Клаусом.

— Ну… Я так подумал: вы вторые сутки на книгами сидите, устали, наверное. Вдруг погулять выйдете — так надо, чтобы двор хоть немного в порядке был… — глубоко вздохнув, контрактный переступил с ноги на ногу. — Вот. Может, вам еще что-нибудь принести? Сыра там или фруктов…

— Нет, спасибо. Иди — себе кофе свари, отдохни, по лесу прогуляйся. Я сейчас очень занята, — Теодора снова открыла книгу, и Том, еще немного потоптавшись, тихонько вышел, бесшумно за собой дверь.

Господи, красота-то какая! И зачем здесь люди замуж выходят? Возьми в аренду контрактного, научи его варить кофе — и живи счастливо.

Если, конечно, разъяренное привидение тебя не прикончит.

Про неупокоенных духов информации было катастрофически мало. А та, что была… Теодора допускала, что прежняя владелица тела действительно овладела всеми этими безумными навыками. Она рисовала круги силы, знала сковывающие и подчиняющие заклинания, могла, не разу не сбившись, произнести экзорцизм длиною с гребаного, мать его, «Уллиса». А самое главное, прежняя Теодора Дюваль умела удерживать концентрацию даже тогда, когда на нее бросается разгневанное привидение.

Новая Теодора Дюваль этого не могла. Даже если она безумным напряжением памяти выучит все тексты. Даже если она сумеет классифицировать духа и подберет правильный экзорцизм. Концентрацию Теодора точно не удержит.

Ну в самом-то деле! Когда Тео пыталась колдовать, из сосредоточения ее выбивало даже покашливание в соседней комнате.

Вряд ли неупокоенный дух будет настолько любезен, что отойдет в сторону и постоит там тихонько минут эдак сорок.

Здравый смысл был категоричен, как удар топора: нужно отказываться. Извиняться, придумывать какие-то обстоятельства и отказываться. И этот же здравый смысл подтверждал: если Теодора будет отказываться от положенной по патенту работы, очень скоро ее отзовут домой. Одно дело — выполнять обязанности формально, и совсем другое — не выполнять их вообще.

Допив остывший кофе, Тео взяла следующую книжку. Бенедикт Фано, «Неупокоенные души: методы взаимодействия и экстрадиции». Рекламный слоган на титульной странице гласил: «Встретиться с духом и не умереть — реально!».

Теодору оптимизм издателей совершенно не вдохновлял.

Минутная стрелка скользила по циферблату неумолимо, как нож гильотины. Десять утра. Одиннадцать. Полдень.

Дальше тянуть бессмысленно. То, чего Тео не знает, за лишние пару часов она все равно не выучит. А то, что знает, и так уже в голове.

Распахнув створки шкафа, Тео придирчиво оглядела гардероб. Лиловое, со сливочными кружевами — слишком легкомысленно. Шоколадное — траурно, не на похороны же она собирается. Бирюзовое — слишком броско.

Поколебавшись, Тео выбрала темно-зеленый костюм, отделанный черными бархатными лентами. Эффектно, солидно, уверенно. То, что нужно для случая, когда на самом деле уверенности нет и в помине.

Сложив в сумочку серебряное зеркало, мел и блокнот со шпаргалками, Теодора решительно защелкнула замочек.

Любое начало — это трамплин. И ты либо взлетишь, либо размажешься о стену.

Стремительно сбежав по лестнице, она вышла на крыльцо и прислонила руку ко лбу, прикрываясь от яркого солнца.

— Том!

— Да, госпожа! — донеслось откуда-то из-за глубины сада. — Сейчас иду!

Контрактный появился из-за угла — вспотевший, пыльный, с застрявшими в густых волосах щепками.

— Я там сливу распиливаю, госпожа. Уже почти готово. Если хотите посмотреть…

— Потом, когда вернусь. Сейчас я тороплюсь.

— Вы к той клиентке идете? Которая с привидением, — переступил с ноги на ногу контрактный.

— Да. Надеюсь, это не займет много времени, — совершенно искренне сказала Тео.

И очень надеюсь, что там меня не прикончат.

Контрактный еще немного потоптался на месте, старательно обегая взглядом все, кроме стоящей на крыльце Теодоры.

— Я… Ну… Я тут подумал… Может, мне с вами пойти? — решился наконец он.

— Зачем?

— Ну… Мало ли что. Тяжелое что-нибудь отнести.

— Я только сумочку с собою взяла, — Тео помахала ридикюлем для наглядности. — И она, как видишь, не тяжелая.

— Да. Не тяжелая, — с легким оттенком разочарования в голосе подтвердил контрактный. — Ну вы, может, по дороге что-нибудь купите. А я понесу.

— Я не собираюсь ничего покупать.

— А вдруг. Всякое бывает, госпожа. Вот увидите нужную вещь — а нести ее некому.

Тео никак не могла понять, почему он так решительно настаивает на прогулке — а для покорного, как теленок, контрактного, такое навязчивое проталкивание собственных предложений было ну просто гранитной решимостью.

После нескольких часов тяжелой физической работы, без обеда и отдыха парень готов таскаться за Теодорой по городу как минимум до вечера — а если не повезет, то и до ночи. И ради чего? Чтобы полюбоваться на кентавров в фонтане?

Или он рассчитывает, что юная госпожа не устоит перед посещением магазинов — и с этого можно будет получить какой-то профит?

Теодора задумчиво прикусила губу. С одной стороны, таскать за собой контрактного было совершенно излишне. Пользы от него никакой, а неудобные вопросы могли возникнуть. С другой стороны — ей очень не хотелось ловить призрака в одиночку. Конечно, от этого недотепы пользы не будет совершенно… Но даже такая никчемная компания лучше, чем никакой.

— Вообще-то я думала, что ты останешься дома — поешь, отдохнешь, книги посмотришь. По-моему, это приятнее, чем тащиться со мной к госпоже Натта, — облокотилась на перила Тео.

Утром она обнаружила контрактного в библиотеке — он завороженно листал огромный иллюстрированный географический атлас. Заметив, что его застукали на горячем, парень смешался, чуть не уронил книгу и начал долго, путано оправдываться. Тогда Теодора была слишком занята собственными проблемами, поэтому даже не удивилась внезапному интересу. Но информацию все-таки запомнила.

Вот тебе два варианта, дорогой. Отдых, еда и доступ в библиотеку — или долгая, нудная, совершенно бесперспективная прогулка. Что выбираешь?

Контрактный даже не задумался.

— Так я не устал. Зачем отдыхать?

— Ладно, — решилась в конце концов Теодора. — Тогда быстро умойся и надень что-нибудь чистое. В таком виде с тобой на публике показываться совершенно недопустимо.

— Да, госпожа. Одну минуту! — крутнувшись на пятках, контрактный стремительно исчез в доме. Опустившись в кресло-качалку, Теодора задумчиво оглядела двор. Могучие сорняки около забора исчезли, кусты приобрели какое-то подобие формы, а из-под травы показались замшелые камни бордюров.

Может быть, парень и не слишком умен — но работает не за страх, а за совесть.

— Все. Я готов.

Тео обернулась. Контрактный стоял у порога, нервно приглаживая пальцами влажные волосы. И улыбался. Точнее, пытался улыбку скрыть — но она все равно разбрызгивалась лучиками морщинок от глаз.

— Отлично. Тогда пошли.

Наверное, Канье был живописным городом. Каменные дома с красными черепичными крышами, зелень, цветы… Но Тео едва обращала на все эти красоты внимание. Единственное, что ее интересовало — таблички с названиями улиц. И чем ближе Теодора подходила к Зеленому спуску, тем сильнее у нее портилось настроение.

Перед домом номер одиннадцать Тео остановилась, как перед лестницей на эшафот. Нужно было сделать шаг. Поднять руку. И постучать в дверь.

Тео сжала кулак, разжала его, снова сжала…

— Позвать хозяйку? — простодушно предложил из-за плеча контрактный.

— Конечно. Зови.

И все понеслось, как плохой фильм на ускоренной перемотке.

Контрактный забарабанил в дверь, вышла розовая склочная идиотка — и потащила из, причитая на кухню. Не было ни светской беседы в гостиной, ни предложения выпить чайку. Через несколько минут Тео стояла в огромном полутемном помещении, половину которого занимала огромная дровяная печь.

— Вот. Тут оно все и происходит. Как раз вчера этот паршивец являлся — и посмотрите, что натворил! — хозяйка широко взмахнула рукой, очерчивая масштабы проблемы.

Дверцы шкафов были распахнуты, кастрюли с сковородки валялись на полу, не просто сброшенные, а выдернутые с полок.

— Муку и крупы я отсюда давно убрала. Этот гад их в первую очередь потрошит и на пол высыпает. Стекло и фарфор тоже вынесла. А все остальное трогать боюсь. Если на кухне бросать будет нечего — вдруг он за другие комнаты примется?

— Да, это вы совершенно верно подумали, — оскалилась автоматически-жизнерадостной улыбкой Теодора. — Неупокоенные духи не любят перемен в помещениях, к которым они привыкли при жизни. Убери вы всю посуду на кухне, господин Натта действительно мог бы разгневаться.

— Правда? Вот это удача! — всплеснула пухлыми ладошками госпожа Натта. — А вы так замечательно в этом разбираетесь! Такая молодая девушка — а знаете больше, чем иные седовласые господа. Вот что значит образование! — погрозила она пальцем неведомым седовласым господам. — Ну, я же тут больше не нужна? Нет? Тогда я вас оставлю. Позовите меня, как закончите!

Прежде чем Теодора успела рот открыть, госпожа Натта исчезла, с грохотом затворив за собой дверь.

Теодора затравленным взглядом обвела неровные каменные стены. Натта говорила, что привидение днем не является — но в книгах писали, что активность духов временем суток не ограничена.

А еще там писали, что неупокоенные души очень не любят, когда на их территорию вторгаются непрошенные гости. Дрожащей рукой Теодора нашарила в сумке пакетик бумажный пакетик с солью. Остановить она духа не сможет — но хотя бы на несколько минут отвлечет.

Пока Теодора судорожно размышляла, что сделать, тупоголовый контрактный выперся вперед, как дурачок на ярмарке. И нужно было сказать, чтобы он отошел в сторону, не стоял столбом там, где может атаковать дух… Теодора хотела сказать. Правда хотела. Просто никак не могла решиться.

— Давайте я первым пойду, — контрактный задрал голову, оглядывая закопченный до черноты потолок. — И если вдруг что — просто поворачивайтесь и бегите.

Тео почувствовала, как кровь жаркой волной приливает к лицу. Щеки пылали так, что от них можно было прикуривать.

— Ты для этого так в город рвался?

Контрактный на мгновение обернулся, смущенно дернул плечом.

— Ну… Должна же от меня быть хоть какая-то польза.

Теодоре очень хотелось согласиться. Отправить контрактного вперед, встать у него за спиной, а если дух все-таки атакует у нее будет время… чтобы хоть что-нибудь предпринять. Сосредоточиться. Подобрать заклинание. Произнести формулу.

Ну или просто сбежать.

Если дух сосредоточит внимание на контрактном, это даст Теодоре несколько минут.

О господи, да это же просто очередной тупоголовый банкрот, который просрал свою жизнь. И он сам предложил выйти вперед. Допустим, Теодора откажется. И что? Какие у контрактного перспективы? Будет до старости работать за еду, а потом, когда погасит в конце концов кредит — окажется на улице без дома, без семьи и без денег.

И потом — кто сказал, что дух вообще появится? Может, ничего плохого и не случится.

А если появится — ну собьет он этого болвана с ног, ну швырнет на него парочку кастрюль. И успокоится. Такое ведь может быть? Конечно, может.

— Госпожа? — окликнул Теодору контрактный. — Вы согласны?

— Что? Я… Да. Нет. Не совсем. Давай… — Теодора глубоко вздохнула, принимая решение. — Давай так. Ты смотри здесь, — она махнула рукой на тянущиеся вдоль стены шкафы. — А я пойду с той стороны.

— А что смотреть-то? — не понял контрактный.

— Э-э-э-э… Ну… Просто смотри. Если заметишь, что предметы двигаются или там, скажем, воздух колеблется, — сразу зови меня.

Это была полная чушь. Теодора отлично это понимала. Единственной настоящей функцией контрактного было отвлечение на себя половины внимания призрака. Но этот парень был слишком туп, чтобы сообразить, в чем дело.

И он не сообразил.

— Да. Понял. Колебания воздуха, — очень серьезно кивнул парень, и медленно, осторожно двинулся вперед, пристально вглядываясь в полумрак комнаты. Теодора, достав серебряное зеркальце, пошла с другой стороны. Она пристально вглядывалась в испещренную черными пятнышками амальгаму. В «Практическом руководстве по спиритуализму» порталы, по которым неупокоенные души перетекали в реальность, описывали как «радужные гало либо соцветия искр, подобные звездам». Совершенно не различимые невооруженным глазом, они замечательно отражались в серебряных зеркалах.

Так было сказано в руководстве.

И Тео очень надеялась, что руководство не врет.

Поначалу зеркало в руке мелко тряслось, и отражение закопченной кухни билось в эпилептическом припадке. Но потом Тео успокоилась, сосредоточилась и начала внимательно исследовать комнату. Медленно поворачиваясь, она разглядывала неровные, в темных разводах копоти, стены, тяжелые стеллажи и узкие окна, густо заросшие диким виноградом. Радужных гало не было. Звезд тоже.

Осмелев, Теодора развернула зеркальце так, чтобы оно отражало противоположную сторону комнаты. И обнаружила, что контрактный, присев на корточки, сосредоточенно что-то разглядывает на полу. Ковырнув это что-то ногтем, он поднялся и так же внимательно начал разглядывать дверцу шкафа.

Некоторые люди физически не способны сделать что-то нормально. Ну сказано же: просто пройди вдоль стены. Не лезь в шкаф, не рыскай по углам. Просто, маму твою, пройди.

И этот человек ухитрился получить кредит.

Куда вообще смотрят местные банки?

Махнув рукой на контрактного, Тео продолжила поиски портала. Освоившись, она перестала думать о возможной опасности и полностью сосредоточилась на работе. Теодора проверила все углы, залезла под массивный дубовый стол и, пододвинув табуретку, прошлась над стеллажами. Что-то подобное делал со своей стороны и контрактный — как будто у него было зеркало, отражающее порталы.

— У меня ничего нет, — через полчаса тщательных поисков объявила Теодора. — Обыскало все — ни одного портала.

— А у меня кое-что есть, — смущенно улыбнулся контрактный. — Это не призраки. Госпожа Натта ошиблась.

— Что? Почему? С чего ты взял?

— Идите сюда, — таинственно поманил Теодору рукой контрактный. — Вот, тут посмотрите. Видите?

Тео склонилась над полкой.

— Нет. Что я должна увидеть?

— Царапины. Вот они, — контрактный указал пальцем на три длинные борозды, вспоровшие отполированное до блеска дерево. — И вот, дальше — тут, тут и тут.

Тео проследила взглядом путь от полки до темного проема вентиляции, скрывающегося высоко над шкафом.

Рядом с нервной дырой камни был отчетливо затерты — темный налет на них побледнел, кое-где даже проглядывал неубедительный слой побелки.

— И что это, по-твоему? Воры? В такую дыру даже ребенок не пролезет.

— Нет, госпожа. Не воры. И не призраки, — контрактный почти улыбался, в глазах у него прыгали шкодливые искры смеха. — Это еноты.

Чудовищное облегчение, навалившееся на Теодору, привело к закономерному результату. Организм понял, что безвременная кончина отменяется, и рванул наверстывать упущенное. Тео захотела есть, пить, развлекаться — и скупить содержимое всех магазинов, которые попадались по пути. К счастью, здравый смысл возобладал. Тео ограничилась двумя здоровенными горшками с какими-то буйно цветущими кустиками. Продавец, уверяющий, что герани совершенно неприхотливы, вот буквально полил и забыл, всучил этих чудовищных глиняных монстров Тому. Тот принял ношу с совершенно непроницаемым лицом, но где-то совсем близко к поверхности, как трехметровый сом подо льдом, плавало здоровенное «А я же вам говорил!».

Но далеко тащить горшки не пришлось. В двух шагах от цветочного магазина обнаружилась крохотная кафешка, из которой завлекательно тянуло жареным мясом и тестом. Помещение было настолько маленьким, что хозяин, воспользовавшись солнечной погодой, выставил столики на улицу, декоративно разместив их на яркой траве газона. Тео выбрала место под старым абрикосом. Узловатые, растрескавшиеся ветви дерева были залиты белоснежными цветами, как свадебный торт — взбитыми сливками.

— Что госпожа желает отведать? — хозяин выкатился из здания, круглый, золотисто-коричневый и лоснящийся, словно масляный пончик.

— Не знаю. Что вы посоветуете?

— Возьмите пастуший пирог. Моя жена только что достала его из печи. Пастуший пирог в заведении Гильена — это просто… — не в силах выразить переполняющий его восторг, мужчина звонко чмокнул сведенные в щепотку пальцы.

— Ну что ж. Если ваш пирог настолько великолепен — я не могу отказаться, — рассмеялась Теодора.

Почтеннейший господин Гильен не обманул. Пирог действительно был великолепен.

Проломив вилкой хрустящую золотую корочку, Теодора обнажила влажную, рыхлую начинку. Кусочки томленой в вине ягнятины, крохотные сладкие луковки, обильно пропитанный мясным соком картофель и острые черные маслины… Пирог истекал густым маслянистым соусом и одурающе пах тимьяном и чесноком.

Теодора подцепила на вилку мягчайший кусочек мяса, подумала и добавила к нему маслинку.

— Ну и как ты понял, что это еноты?

Торопливо прожевав кусок, Том с видимым усилием сглотнул.

— Царапины. Иду я по кухню, смотрю — и вижу, что мебель-то поцарапана. А кошки в доме вроде как нет. Ну и царапины не особенно на кошачьи похожи — видно, что лапа шире была. Вот и я задумался.

Парень отпил лимонад, звякнув прозрачными кубиками льда о стекло.

— Полез я, значит, по шкафам. А они мало того что поцарапаны — так сверху еще и дерь… Кхм. Ну… То есть… Это. Которое после животных. Естественные следы. Простите, что за столом.

— Неважно, — махнула рукой Тео. — Ты нашел место, где еноты нагадили?

— Да. На шкафу. Причем давно нагадили — там все засохло уже. Служанка, наверное, так и не поняла, почему в кухне воняло. Думала, наверное, что рыба в щель завалилась или навроде того, — Том выцелил в тарелке маслину. — Вот тут-то я начал поверху искать. А над шкафами как раз вентиляция. Я туда сунулся — смотрю, штукатурка вся расцарапана, внутри хода шерсти нацеплялось, хоть варежки вяжи. Ну, я и прикинул одно к другому.

Контрактный торжествующе улыбнулся, но тут же смутился, уткнулся в тарелку и торопливо набросился на пирог.

— Вот как-то так оно было, — пробормотал он с набитым ртом.

— Спасибо. Если бы не ты, я бы не справилась, — совершенно искренне поблагодарила Тео.

Мучительно алея ушами, Том еще ниже ссутулился над тарелкой.

— Да я… Да что я… Посмотрел просто. Любой бы смог.

— Как видишь, не любой. До тебя никто не додумался енотов на шкафах искать. Так что я очень рада, что взяла тебя в город, — Теодора подняла зеленоватый прозрачный лимонад. Из стакана пахло цедрой, базиликом и какой-то незнакомой терпковатой травой. Она осторожно попробовала напиток — кисло-сладкий, чуть вяжущий, с легким привкусом жженого сахара. — Ты поэтому так напрашивался? Сразу заподозрил, что проблема в животных?

— Я? Нет. Сразу я ничего не понял. Думал, и правда призраки.

— А почему тогда пойти хотел?

— Ну… Я… Если это и правда призраки… — контрактный методично ломал вилкой свою порцию пирога. — Я вот как подумал. У меня ж одиннадцать арендаторов было. Ну что мне этот призрак сделает такого, что я не видел?

— А мне, значит, сделает?

— Вам — да. Вы же дама.

Теперь Том не разламывал пирог, а старательно давил его в кашу.

— Вообще-то я дипломированный маг.

— Ага. Были.

Каша медленно, но верно превращалась в пюре.

— Это с тобой Мэри поделилась соображениями? — нехорошо прищурилась Тео.

— И Мэри тоже, — контрактный таращился в тарелку так пристально, словно от качества пюрирования пирога зависело его будущее.

— А кто, кроме Мэри?

— Да все. Повариха. Доктор ваш. Господин Герберт. Старая госпожа.

— Ну надо же! Какие вокруг меня, оказываются, активные информационные потоки курсируют. А я и не знала. И о чем же эти все говорили?

— Ну… Обо всяком. Что болели вы, говорили.

— Дальше.

— Плохо болели вы. Тяжко. Чуть на тот свет не отошли. А потом, когда доктор обряд провел — вы память потеряли.

— И ты думаешь, что все это правда? — сделав над собой усилие, Тео перестала сверлить контрактного взглядом. — По-твоему, я похожа на сумасшедшую?

— Нет, госпожа. Не похожи, — теперь контрактный выписывал на пюрированном пироге неуклюжие узоры. — Вы очень умная.

— Тогда в чем проблема?

— Ну… — вилка замерла в центре тарелки. — Я думаю… Проблема в том, что вы ничего из учебы не помните.

— С чего ты взял? — опешила Тео.

— Вижу.

Контрактный поднял на нее темно-серые, с ярким васильковым ободком глаза.

— Когда вчера госпожа Натта ушла, вы сразу же в библиотеку пошли, все книги по призракам выбрали и до вечера читали. А потом с утра еще. Если вы все помните, то зачем заново все учить.

— Просто повторяла, — не моргнув глазом соврала Тео. — Для самоуспокоения. Все-таки первая серьезная работа, я нервничала.

— Нет. Если бы повторяли, сразу бы с заклинаний начали — как искать, как ловить. А вы с самого начала читали — откуда берутся призраки, какие бывают, что делать могут. Причем не просто так читали — вы еще и в тетрадку самое главное записывали.

Тео обдумала то, что услышала. Не поверила. Обдумала еще раз.

— Ты. Умеешь. Читать, — резюмировала она.

— Ну да, — удивленно поднял брови контрактный. — Я вообще-то школу закончил.