Глава 13

Я несколько раз правила текст, продиктованный мэдью Зули. Выбранная зеркальная панель на стене послушно заполнялась туманом, но желанного результата все не было. Терпение мое было на исходе. Как же так? Где ошибка?

Снова и снова я повторяла про себя заклинание, пока слова не выстроились в единственно верном порядке. Точно! Если уж сейчас не выйдет, то бытовик из меня никакой.

Мое отражение в зеркале подернулось дымкой, полностью скрылось за молочной пеленой, а когда муть пропала, то передо мной стоял Майк. Он ошеломленно таращился на меня, явно застигнутый врасплох. Не ожидал, что смогу вызвать вопреки его желанию? Я тоже не была уверена в результате, хотя и надеялась.

В солнечном сплетении вспыхнул огонь. Дыхание стало прерывистым и частым. Глаза жадно пожирали дорогие сердцу черты лица. До жжения в ладонях хотелось коснуться его, и я протянула руку. Пальцы наткнулись на прохладную поверхность зеркала, и я опомнилась. Нельзя терять ни секунды.

Пока он снова от меня не улизнул, я сбивчиво и торопливо зачастила, хаотично жестикулируя:

– Майк, миленький, хороший мой, только не уходи! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Мне нужно столько тебе сказать. А еще спросить. Это очень важно, поверь. Только послушай. Ты можешь меня слышать? Ты слышишь меня? Нет?

Он слегка качнул головой из стороны в сторону.

Ничего страшного. Главное не расстраиваться. Раньше мы как-то с ним разговаривали, при всей его нелюбви к пустому сотрясанию воздуха.

– Что, совсем не слышишь? А по губам? По губам понимаешь, что я тебе говорю? – сбавила я темп и постаралась говорить четче, сопровождая каждое слово жестами.

Кивок.

– Майк, скажи, где находишься?

Пожал плечами.

– А как помочь тебе, знаешь?

Нет.

– Что с тобой там происходит? Тебе больно? Страшно? Плохо?

По его губам я прочла: «Темно и пусто».

– Что, совсем никого и ничего нет?

«Что-то есть».

– Что именно? Не знаешь? Не видишь? Быть может, другие студенты?

«Вряд ли».

– Ты других иномирян там видел?

Нет.

– Почему? Со мной же встречался.

«Мы связаны».

– Ой! Я же тебе не рассказала…

Краснея и пряча глаза, я кратко изложила про то, как связала нас брачной клятвой.

– Ты не подумай, я вовсе не собиралась тебя принуждать. Ты вовсе не обязан… В общем, не считай, что должен… Я… Ты…

Совсем запутавшись в словах и под конец сбившись, я примолкла. А потом резко перешла к другой теме:

– Просто забудь. Лучше скажи, я тебя могу видеть в зеркале без заклинания поиска?

Неопределенно повел плечами.

– Ты был на балу! – Я обвинительно наставила на него палец. – В зеркале. Я тебя видела.

Майк как-то грустно улыбнулся.

– И почему, скажи на милость, ты прятался? Ведь прятался, правда? Молчишь? А сны, которые я видела с твоим участием… Они не совсем сны, так? Тоже благодаря связи?

Кивок.

– Но в последнее время ты не приходишь! – Я не хотела скатываться до обвинений, но не смогла сдержать свою стервозную натуру. – Почему молчишь? Ты специально не появляешься больше. Не хочешь меня видеть?

Майк отвернулся и, кажется, собрался уходить. Но я дождалась-таки последнего брошенного на меня взгляда, чтобы произнести и подкрепить сказанное жестами:

– Я скучаю. Очень.

Я не собиралась при нем реветь, потом – да, но не сейчас. И все же предательская влага побежала ручейками по щекам. Его рука зависла на уровне моего лица, будто стирая слезы.

«Живи без меня».

– Нет!

«Будь счастлива».

– Нет!

«Я больше не приду».

– Майк! Майк! – Я прильнула к зеркалу, мечтая просочиться сквозь прочное стекло и оказаться рядом с человеком, который незаметно стал самым близким и дорогим на целом свете.

Неестественно по-стариковски ссутулившись, Майк уходил от меня, медленно исчезая. Зеркало затянулось дымкой, а мгновение спустя вернуло привычное отражение аудитории и уродливой девицы с красным носом, опухшими веками и потухшим взглядом.

Вволю нарыдавшись, я вернулась в свою комнату. Сегодня у меня не было сил на новое заклинание вызова Майка, но при первой же возможности я собиралась им снова воспользоваться. Что значит «живи без меня»? Вернись он в реальный мир, я бы после подобных слов отступила, но не теперь. Как я могу быть счастлива без него? Тем более зная, что он томится в Небытии.

Утром настроение значительно улучшилось. За ночь передумав обо всем на свете, я пришла к выводу, что Майк был прав, когда говорил о чудесных свойствах желания и приложенного старания. Мое страстное стремление найти его неизменно приводило к новым способам общения с ним. Следовательно, желание вернуть Майка тоже имеет все шансы на исполнение.

Я исправно отсидела лекции и отправилась к ректору докладывать вчерашние новости.

– Выходит, мы можем выходить на связь с Майком в любое время! – возбужденно рассказывала я о результатах своего эксперимента.

– Не «мы» – ты можешь, – задумчиво поправил меня ректор, отставляя в сторону крошечную коробочку, которую теребил до этого.

– Это не важно. Мы обязательно узнаем, что его там держит, и вытащим оттуда!

Но мэд Лоус моего энтузиазма почему-то не разделял. Он хмурился, кряхтел и делал пометки в блокноте.

– Неужели вы не рады возможности лучше понять то место, куда попали студенты? – не выдержала я его попытки отмолчаться. – Ведь это такой шанс!

Ректор тяжело вздохнул и поднял на меня взгляд, в котором читалась полная безнадега.

– Я буду с тобой честен, Шейлана. Твоя информация надежды не внушает. Мы не знаем, что держит иномирян в Небытии, и Майк ясно дал понять, что ему это тоже неизвестно. По зеркалу невозможно определить, куда ведут нити, спутывающие спящих. Я, разумеется, все записал и немедленно отправлю старейшинам, однако не стоит особо рассчитывать на них, они старшие из всех живущих ныне магов, но не всезнающие.

Я кивнула, разочарованная реакцией мэда Лоуса.

– И еще. Шейлана, я прекрасно понимаю, что запрещать тебе рисковать собой бесполезно, поэтому прошу принять вот это. – Он пододвинул ко мне ту самую малюсенькую коробочку, в которой я обнаружила амулет.

– Из меня не самый хороший артефактор, но его я создал специально для тебя. Возьми, пожалуйста. Он защитит от Небытия.

– Помешает вызвать Майка?

– Ну что ты. Не позволит той самой непреодолимой силе завладеть еще и тобой.

Я повертела в пальцах амулет и после непродолжительных раздумий все-таки надела. Снять-то в любой момент могу.

Поблагодарив мэда Лоуса, я вернулась к себе. В комнате витал удушающий запах роз. Несколько крупных корзин с объемными розовыми букетами стояло у моей кровати. Я заглянула в приложенную к цветам карточку и утвердилась в своей догадке – глава демонстрировал свой интерес. И все бы ничего, если бы слухи не распространялись с небывалой скоростью. В столовой на ужине только ленивый не обернулся в мою сторону, чтобы посмотреть на новую пассию правителя и недоуменно пожать плечами, мол, и краше девок видывали.

А к обеду следующего дня в академию заявилась мэдью Авизо, безмерно соскучившаяся по своей племяннице. На свидание с родственницей меня вызвали, сняв с урока.

– Тетушка? Какая радость, – проговорила, не веря своим глазам. Тетка действительно сидела в гостевой комнате и в ожидании меня попивала чаек, манерно оттопырив мизинчик. – Что-то случилось?

Даже чтобы забрать меня из академии, она не собиралась приезжать лично, а тут вдруг подобная честь. Но довольно быстро все прояснилось. Тетка Нинелья, убедившись в том, что нас не подслушивают, ухватила меня за руку и сжала, пропарывая ногтями мою кожу.

– От замужества ты сбежала, небось радовалась, как дурочка. Вот только пока спит твой муженек, твоей опекуншей остаюсь я. Поняла, Шу-Шу?

– Да, тетушка, – сквозь сжатые зубы выдавила я.

– А потому слушай сейчас меня. Твой полудохлый супруг не сегодня завтра помрет, и тогда наилучшей кандидатурой в мужья окажется не кто иной, как глава Светлонии. Будь поласковее с ним. Ты меня услышала?

– Вы, наверное, шутите, тетушка? – не сдержала я смешок. – Глава женат. И вообще, при чем тут я?

Тетка еще больнее сжала мою руку:

– Поговори у меня еще тут! Статус женатого мужчины у главы ненадолго, уж поверь моему опыту. И про ваш танец на балу мне тоже все известно, как он глаз с тебя не сводил да с удовольствием беседовал. Не дай боги, опять что-то выкинешь, я тебя замуж за садиста отдам, пусть даже в убыток себе. Повторяю, будь ласковой и милой!

Она меня уже сейчас готова под правителя подложить? Ну держитесь, мэдью Авизо, сами напросились!

– Тетушка, вы все не так поняли! То, что наблюдали очевидцы, оно, конечно, чистая правда. Да только всем им неизвестна суть нашей с главой беседы.

– Сейчас начнешь врать, что не было ни комплиментов, ни намеков? – Губы тетки побелели от напряжения.

– Врать не стану, и комплименты говорил, и намеки делал, – отчитывалась я, делая честные глаза и наблюдая за расплывающейся улыбкой родственницы. – Да только не в мою сторону.

Физиономия тетушки мгновенно скисла.

– И в чью же?

– В вашу.

– Ты с ума сошла?! Чего несешь, глупая девчонка?! Сколько мне лет!

– Вы моложе главы, и он это знает. А насчет меня он сказал… хм… цитирую: «Я не посмел бы сорвать бутон». Клянусь, что говорю правду! – Я вынула из ридикюля клинок и быстро чиркнула по большому пальцу, подтверждая магией. Ну да, ни словом не соврала в паре последних предложений.

Тетка стояла в растерянности, ее руки повисли плетями, а нижняя челюсть смешно отвисла, приоткрыв рот. Красотка!

– Но… Но… Как это? – силилась она понять сказанное мной и поверить в то, о чем не смела даже мечтать.

– Глава не только симпатичный, но и мудрый мужчина, и прекрасно понимает, что ему нужна не зеленая девчонка, а зрелая женщина. Он весь танец у меня выспрашивал о ваших вкусовых предпочтениях и о характере. Мэдью Авизо то да мэдью Авизо се. Очень сетовал на собственную нерешительность и скромность.

– Не может этого быть! – Тетка встрепенулась и огладила дрожащими руками безупречную прическу.

– Не может, но факт. Поэтому с моей стороны было бы чистейшим свинством пытаться переманить у вас поклонника. А уж стать с ним ласковой и милой – и вовсе не уместно. Да и смысла нет, разве я с вами сравнюсь? – решила я немного польстить тетушке для закрепления достигнутого эффекта.

– Я хорошо выгляжу для своих лет, – наконец обрела в себе уверенность мэдью Авизо.

– Особенно глава восхищался вашим умением непринужденно вести беседу в любом обществе, – добавила я, прекрасно зная тайную гордость родственницы.

– Да! Мастерство наводить мосты у меня в крови! – твердо заявила мэдью Авизо, уже ни капли не сомневаясь в собственной неотразимости и способности покорить сердце самого правителя. – Что еще он тебе говорил? Вспоминай же, Шу-Шу, мне важно знать каждое слово!

– Сетовал, что во дворце творится беспредел, фаворитки прохода не дают, совершая бесконечные глупости и требуя от него то новых привилегий, то денег, то звезду с неба, – вольно пересказала я смысл услышанного от правителя. – Ему явно не хватает такой рассудительной и опытной в житейских делах женщины, как вы.

– Это он так сказал?

– Намекнул.

– Я просто обязана его увидеть! – воспрянула родственница и тут же сдулась: – Но как мне попасть во дворец без приглашения?

– Тетушка, не думаю, что оно вам понадобится. Просто назовите свое имя, и, уверена, для вас распахнут любые двери дворца, вплоть до личных покоев главы.

– О чем ты говоришь, бесстыдница! – возмущенно воскликнула женщина, ее бледные щеки покрылись румянцем, но при этом глаза довольно заблестели.

– Извините, тетушка, забылась.

– Ничего, бывает, – смилостивилась, к моему несказанному удивлению, тетка. – Пожалуй, я так и поступлю. Нужно только остановиться в лучшей гостинице и переодеться.

– Темно-синий невероятно идет к вашим глазам, – подсказала я, вспоминая самое лучшее повседневное платье в гардеробе родственницы.

– Как удачно я взяла с собой любимый сапфировый гарнитур!

– И если позволите, тетушка, маленький совет…

Мэдью Авизо скривилась – она сама обожала давать всем вокруг ценные советы и принимать в свою очередь рекомендации от других считала ниже своего достоинства. Но в делах с главой она уж очень боялась промахнуться, поэтому скрепя сердце кивнула мне, позволяя высказаться.

– Если во дворце встретите крысу…

– Крысы во дворце?! Что за чушь?!

– О нет, это не обычная крыса, вы ее ни с какой другой не спутаете. Она раньше обучалась в академии в виде эксперимента, а теперь вот перешла на государственную службу. Я просто хотела предупредить…

– Я поняла. Пугаться не стану, а по возможности даже подружусь.

– В вашей мудрости я не сомневалась.

Мы тепло распрощались с тетушкой, каждая довольная собою. Мэдью Нинелья Авизо отправилась прихорашиваться перед посещением двора. А я припустила в свою комнату, чтобы закончить начатую авантюру.

– Шейланочка, прости-прости-прости! – засюсюкала Даша, стоило мне залететь к себе. – Я не хотела, чтобы глава перекинулся на тебя и стал докучать. Думала, что отвлечется и забудет про мое существование. Он постоянно ставил нас с Эраем в неловкое положение: развлечений ему, видите ли, маловато при дворе, еще и подданных терроризировать взялся. Я экзамен пришла сдавать, забежала с тобой поздороваться, а тут это… – виновато всхлипнула она и ткнула пальцем в объемные букеты роз.

– Не страшно, – отмахнулась я. – У меня для него припасен отличный сюрприз!

Встав на колени перед мусорной корзиной, я запустила в нее обе руки. Искать записку от правителя, которую до того небрежно выбросила, долго не пришлось.

– Нашла! – торжествующе воскликнула я, выхватив из кучи хлама кусочек надушенной бумаги.

Внизу в уголке стояла личная подпись главы. Как правило, на подпись отправителя записки ставится магия возврата, чтобы адресат мог просто и быстро ответить. Нажала пальцем на росчерк главы… Да! Листок очистился от букв, предлагая мне начертать собственный текст.

«Мой повелитель…»

Тьфу, до чего противно звучит!

«Уважаемый глава…»

Тоже не очень. Сухо и официально. Нет, тут нужно по-другому. О!

«Уважаемый мэд Норин, позвольте поблагодарить за оказанную честь и доставленное удовольствие. Цветы прекрасны…» – Я долго и пространно восхищалась букетом и сообразительностью главы, который якобы сумел вызвать во мне неописуемый восторг своим подношением, после чего перешла к сути, ради которой и затеяла написание ответа: – «Смиренно прошу больше не баловать свою подданную подарками, так как я бесконечно страшусь гнева своей строгой опекунши. В ближайшее время мэдью Нинелья Авизо пожалует ко двору, где вы сможете обсудить с ней этот и прочие вопросы, касающиеся никчемной меня…» Я добавила еще несколько комплиментов и ничего не значащих витиеватых фраз и завершила письмецо обычной закорючкой без возможности обратной переписки.

– Пусть теперь попробуют объясниться между собой в завуалированных придворным этикетом фразах, – пробормотала я и активировала возврат письма. – Пройдет немало времени, пока они поймут, о чем идет речь, и договорятся. Я же смогу отдохнуть от обоих.

– Же-э-эсть, – подвела итог моим стараниям Даша, стоявшая за плечом и уловившая суть моего эпистолярного труда.

– Не-а. Не так. Ме-э-эсть!

Но это было единственное удовольствие за множество последующих дней. Майк держал свое слово и больше не объявлялся ни в снах, ни в зеркалах. Любые попытки увидеть его проваливались. Я совершала призыв снова и снова, но в рассеивающемся тумане зазеркалья стояла кромешная тьма, ни намека на присутствие живого существа.

Однажды я навещала Майка в магопункте, когда услышала в коридоре голос ректора. Разговоры мэдью Веруки и мэда Лоуса в последнее время содержали не просто интересную для меня информацию, а невероятно важную, поэтому я без зазрения совести прильнула к щели приоткрытой двери.

– Кровотечение? Но как это возможно под восстанавливающим куполом? – почти возмущался ректор, громыхая на весь магопункт.

– Что-то вызывает в Майке столь высокое напряжение, что организм не выдерживает нагрузки, и кровь идет носом, – убитым тоном пояснила мэдью Верука.

– Что за нагрузка может быть в Небытии? Попытка двигаться? Но, кажется, Шейлана уже не ходит по снам, ради чего ему напрягаться?

Я зажала рот обеими ладонями, чтобы не закричать от ужасной догадки. Майк надсаживается так из-за меня. Это я его непрерывно вызываю в отражении зеркала. А он не желает меня видеть и прикладывает усилия, чтобы сопротивляться моей магии.

Чувствовала я себя в этот момент настоящей преступницей. Причем совершившей не просто беззаконие, а насилие над самым близким человеком. Беззащитным и безответным. Желание побиться головой об стену просто зашкаливало.

Если бы Майку было на меня наплевать, то, притянутый заклинанием вызова, он отвернулся бы, да и все. Мне же вполне хватило бы созерцания спины и затылка, чтобы удовлетвориться его близким присутствием. Но Майк это прекрасно понимал и не желал моей привязанности. Решил разом обрубить связывающие нас нити, позволить мне жить своей жизнью, наслаждаясь студенчеством, балами и ухаживаниями всяких… женатых правителей. Сделал выбор за меня, и ради моей призрачной счастливой жизни он упирался, сопротивляясь вызову, рискуя собственным состоянием, физическим и ментальным. Даже из Небытия прикрывал собой.

Стало горько-сладко. С одной стороны, я получила неопровержимое доказательство того, что я ему небезразлична, с другой – осознавала, какой ценой это произошло.

Но что теперь? Неужели остается смириться со своей беспомощностью? Я не могу ни вытащить его из Небытия, ни хотя бы увидеть в сознании. Жить в ожидании, пока восстанавливающий купол не будет уже справляться со своим назначением и последняя капля энергии покинет Майка? Должна ли я пойти навстречу его желанию и продолжить свое бесцельное существование, будто ничего не произошло? Но зачем? Какой в этом смысл?

Я брела по затихшему парку, укутанному в кружевное снежное одеяние. Снова зима. Почти год пролетел незаметно. Без Майка все теряло свою прелесть.

А потом решила. Сделаю вид, что подчинилась его воле. Но при первой же возможности вложу все накопившиеся силы и знания в новую попытку.

Каждый день стал для меня проверкой на прочность. Я дышала, ела и спала, старательно демонстрируя обычную жизнь студентки, но в голове постоянно вертелся вопрос: «Что я могу сделать?» – и не покидало чувство ожидания. Иногда в зеркальной аудитории мне казалось, что я мельком видела ускользающий силуэт Майка, словно он за мной присматривал. Но с уверенностью утверждать не стала бы – вполне могла принять желаемое за действительное. В мелких косметических зеркальцах он точно не появлялся, как бы я ни жаждала увидеть и ни старалась его подловить. Впрочем, неудивительно. Майк в вопросах личного пространства всегда был довольно щепетилен и вряд ли обрадовался бы возможности даже нечаянно увидеть то, что не предназначалось его взгляду. Подозреваю, в персональных зеркальцах чего только не насмотришься.

Но я не зря терпеливо ожидала от жизни подсказки, вскоре я ее все-таки получила.

Зимние экзамены прошли для меня без особых затруднений. Оставался лишь итоговый срез – небольшое задание, требующее применения знаний любого из пройденных предметов.

Я спустилась в подземелье. Студенты четвертого курса уже толпились возле подготовленной для нас аудитории.

– Святые боги, что в этом году учителя придумали? – громко шептались взволнованные девчонки. – Только не голем, как в прошлом году, говорят, он половину народа отсеял!

– И не вода, как в позапрошлом! Я утону, пока вспомню нужное заклинание.

– А я с умертвиями совершенно теряюсь. От страха все на свете забываю.

– Да ладно, никто не заставит тебя сражаться с восставшими.

– Оно понятно, но и на вопросы нежити я не смогу ничего ответить. Просто не смогу. Пусть в зале сидит ректор, а еще лучше профессор Евания, она такая добрая.

– Или родная мамочка! – загоготал кто-то из парней, вмешавшись в разговор. – Самый лучший вариант: и ответит за тебя, и сопли подотрет.

Девчонка фыркнула. Юмориста схватил за грудки другой парень, но драка не успела начаться. Из аудитории появился мэд Лоус, и студенты притихли.

– Пространственные карманы ждут вас, – объявил ректор о начале проверочного занятия. – Для удачного прохождения задания требуется за полчаса преодолеть лабиринт и забрать свой свиток с итоговыми отметками. В противном случае все зачеты и экзамены придется пересдавать. Прошу входить по одному.

Дверь приглашающе открылась. Студенты неохотно поплелись к темному дверному проему, в котором из коридора совершенно ничего не возможно было разглядеть.

Я вошла в аудиторию одной из первых – какой смысл топтаться у входа, знаний от этого точно не прибавится. И оказалась в полумраке с множеством стен и переходов. Какой путь выбрать? Я не предсказательница, и физических навыков для быстрого бега у меня тоже нет. Призвать помощь извне не выйдет – тут ни одного окна. При помощи своего бытового дара можно разобрать кладку лабиринта по камушку, но слишком долго, за полчаса не успеть. Эх, права была тетка, говоря о моей бесполезности. Только ножки к сундукам и умею приделывать. Точно! Ножки! В отращивании конечностей я профи!

Закатав рукава мантии, вытянула перед собой руки и пошевелила пальцами. Заклинание сорвалось с губ раньше, чем я успела задуматься. Стены передо мной вспыхнули на долю секунды и стали прозрачными, позволяя увидеть в конце длинного помещения стол, на котором лежал свиток с моими оценками. Вот ты где, мой хороший! Иди ко мне, лапушка!

Я послала табелю мысленный приказ. Бумага зашевелилась, зашуршала. Из-под свитка показались небольшие крылышки, почему-то огненно-красного цвета, точь-в-точь как мои волосы. Оперенные конечности встряхнулись, расправились и… полетели ко мне вместе с драгоценным листом.

Как только свиток лег мне в руки, аудитория приняла обычный вид, дверь предупредительно распахнулась и выпустила меня в коридор.

Здесь еще оставалось несколько человек, не успевших войти в лабиринт.

– Шейлана, даже если ты не уверена в своих силах, хотя бы попытайся, пока есть время, – начал было увещевать меня ректор, пытаясь запихнуть обратно в темное помещение. Но тут он заметил свиток в моих руках. Густые брови медленно поползли вверх.

– Так быстро? – обрадовался кто-то из студентов, тоже осознав, что я прошла проверку. – Значит, в этом году совсем легко!

Он торопливо юркнул в распахнувшуюся для него дверь. Его примеру последовали остальные, на что мэд Лоус даже не обратил внимания. Он рассматривал меня, будто силясь что-то понять.

– Я тебя поздравляю, – наконец пришел в себя ректор. – Ты поставила рекорд по выполнению итогового задания. Очень надеюсь увидеть тебя завтра в главном корпусе на официальном объявлении результатов обучения.

– Спасибо, – поблагодарила я. – Конечно, буду.

Куда я денусь, особенно если учесть, что в холле административного здания имеется несколько огромных зеркал и есть крошечный шанс встретиться в них глазами с Майком. Если, конечно, он захочет посетить мероприятие. Но надеждой я в последнее время жила, мне не привыкать.

На официальном сборе народу оказалось немного. Пришли только те студенты, которые не справились с заданием и теперь ожидали от ректора решения о своей дальнейшей судьбе. Мэд Лоус же к самому важному вопросу переходить не спешил. Словно в издевку, поздравил студентов с окончанием учебы и скорым наступлением каникул, объявил о том, что многие вольны уже сейчас начать заслуженный отдых и отправляться по домам, а также упомянул о возможности перевода из академии в школу магии для некоторых неуспевающих.

– А теперь я хотел бы поделиться с вами нашей радостью и гордостью. В этом году поставлен новый рекорд по скоростному прохождению итогового задания для четвертых курсов. Шейлана Авизо справилась с поставленной задачей за девять минут.

За спиной ректора от пустого полотна в раме пошло слабое сияние, сначала краски проявлялись крупными мазками, создавая образ вчерашнего лабиринта, а затем слились в единую живую картину. «Черное око» в действии. Итоговые срезы четвертых и пятых курсов записывались во избежание ошибок или обмана, а затем анализировались лично мэдом Лоусом. Делалось это с умыслом – выявить в студентах нетривиальные способности и по возможности их развить. Тем же, кто готов был покинуть академию, после четвертого курса дипломы выдавались не просто с оценками, но и с пометками ректора.

На картине несколько минут я стояла с растерянным видом и шевелила губами. Затем настороженно осмотрелась, но входить в лабиринт не спешила. Лицо стало обиженно-расстроенным, словно у ребенка отняли кулек с засахаренными орешками. О боги, еще и носом хлюпнула!

Я закрыла глаза, не желая смотреть на себя со стороны. Студенты шушукались, но прислушиваться к ним не хотелось. Пусть уже поскорее закончится это бессмысленное чествование. Зачем я только сюда пришла? Майка все равно ни в одном зеркале не видно.

После удивленных возгласов и одобрительного свиста ректор продолжил свою речь:

– Вы все смогли наблюдать неординарный подход к проблеме. Да-да, иной раз решение от обратного гораздо проще, быстрее и эффективнее…

Что там дальше внушал студентам мэд Лоус, я уже не слышала. Уши заложило, перед глазами все плыло. В голове стучала единственная мысль: «Вот она, ожидаемая подсказка! Решение от обратного».

Если я не могу Майка вытащить в этот мир и вызвать на разговор к себе, то… решаем проблему от обратного. В Небытие могу попасть я. Причем легко и просто. Достаточно спуститься в подземелье и найти ту самую дверь со стальным засовом, о которой рассказывала Даша. А заснуть в проклятой комнате – дело нехитрое.