Глава 45

Борис

Пальцы шевелились. На одной руке — даже вполне бодро. Именно этим Борис и занимался на досуге, чтобы не смотреть уже на свою мучительницу. Тренировал пальцы, чтобы, когда гипс снимут, хотя бы на сенсоре можно было напечатать. И Ивану, что его незнакомка давно нашлась, и этой женщине, чтобы или ушла, или добила уже его до конца.

Сегодня Маргарита покормила его обедом, который старательно превратила в кашу блендером и ушла. Борис с тревогой вслушивался в шаги из коридора — она могла вернуться в любой момент. Когда шаги раздавались слишком близко к его двери даже ежился. Но он лгал сам себе — шаги Риты он научился отличать от других уже давно. Она была достаточно крупной, но её тело красивым и пропорциональным, а шаги — лёгкими и торопливыми, словно эта непостижимая женщина пыталась успеть все на свете и желательно сразу.

Пришло время ужина, а её все не было. Борис ждал, шевелил пальцами, иногда здоровой ногой. По коридору прогремела тележка, на которой другим горемыкам медсестры везли еду, а Рита все не приходила. В животе начинало урчать. Через минут сорок после ужина прошелестели чужие шаги, а затем дверь открылась, заглянула симпатичная медсестричка.

— Что, не приходила ещё ваша невеста? — Борис отрицательно мотнул головой. — Не говорила ничего?

Борис снова головой мотнул.

— Ну значит, сегодня я вас кормлю, — улыбнулась девушка. Борис вздохнул — ему надоело зависеть от чужих милостей, но он был рад отдохнуть от Риты. На ужин в больнице было пюре и измельченное в кашу варёное мясо. Неплохо вполне, учитывая, что ничего особо Борис есть не мог, пока скобы с челюсти не уберут, но и Рита, и тем более её чокнутая подруга готовили куда как лучше.

Он послушно приоткрывал рот и томясь продолжал прислушиваться к шагам, наверное, просто по привычке. Все же, как ни крути, все это время Рита была единственной связью с внешним миром, и самим этим миром все это время. Кроме неё была только боль от медицинских манипуляций, надоевший гипс и не менее надоевший зуд под ним. А Рита под гипсом старательно чесала спицей…

— Свет выключить? — спросила девушка, закончив.

Борис кивнул. Она предложила ему помощь с туалетом, но Борис отказался, он уже научился справляться с этим сидя, хоть эту часть ухода за собой не отдав Рите, сохранив остатки достоинства. На улице уже темнело, делать все равно нечего, Риты нет, придётся спать. На комнату опустился густой полумрак. Снова чужие шаги. Стук костылей — мужики потянулись курить. Потом тихо. Скучно.

Рита его развлекала. Читала свои дурацкие книжки вслух про любовь. Борис даже проникся одной из историй и самую малость переживал за героиню, столько всякого дерьма с ней приключилась. Сама внебрачная дочка герцога, теперь ещё и от властного графа беременная, он у неё первый, судя по всему последний, а у него другая, точнее глупая героиня так думает. И ни один, ни другой не могут просто поговорить, проще же сбежать и страдать. А если Рита не вернётся, то финал он так и не узнает. Хотя наверняка все закончится, как всегда — великой любовью до самого гроба.

Ещё она включала фильмы на планшете. Иногда они совпадали вкусами, долго и мучительно выбирая, что посмотреть. Рита вслух читала название и описание, а Борис мотал головой, чтобы не смотреть эту муру. Порой Рита с ним соглашалась, но пару фильмов они смотрели нисколько с его мнением не считаясь. И планшет вон лежит на тумбочке, попросить бы медсестру, да только он запаролен. Да и скучно, как будто, без Риты.

В общем, все вечера были заполнены какими-то занятиями, а сейчас одному ужасно скучно лежать в темноте этой и не спалось нисколько. Знакомые шаги раздались очень поздно, Борис не знал, который час, но уже наступала ночь. Благодаря оплаченной отдельной палате и прикормки финансами персонала время посещений строго не ограничивалось.

Если бы мог, Борис бы спросил, где она так долго была. Зажёгся ярко свет. На Рите было вечернее платье, выгодно подчеркивающее все её формы, пахло лёгкими, чуть пряными духами, на лице макияж, волосы уложены. Борис даже рассердился — он тут умирает от травм, которые эта женщина нанесла ему своим автомобилем, а она ходит по свиданиям!

— Прости, — легко пожала плечами Рита. — Совсем забыла, что у коллеги сегодня юбилей, поэтому не предупредила. Я бы позвонила, но ты трубку взять не можешь даже. Борис обиженно отвернулся. Он не очень верил в юбилей коллеги, Рита была очень яркой женщиной, вокруг неё наверняка вьется много мужчин.

— Не дуйся, — попросила она. — Тебя покормили? Хочешь, посмотрим фильм? Борис не соизволил обернуться. Она его тут бросила одного, а теперь хочет, чтобы не дулся? Смешно вроде.

— Что за хаос? — удивилась Рита.

Последний раз, когда Борис ходил в туалет, загипсованной рукой сбил с тумбочки недовязанный Ритой носок и книжку про любовь, поднять, естественно, не смог. Она наклонилась подобрала книжку, затем потянулась за носком, но верткий клубок размотался и ускользнул под тумбу, вынуждая Риту встать на четвереньки в поисках беглеца.

Тут Борис не выдержал и взгляд скосил. Не посмотреть было невозможно — обтянутая платьем попа была на диво как хороша, смотреть бы и смотреть. И попался — Ритка на него глянула и за этим делом застукала. Блин. Улыбнулась довольная, словно сытая кошка. Медленно выпрямилась. А затем… перевела взгляд на его тело. Одеяло было тонким — в палате тепло. А чёртов Боречкин организм отреагировал на увиденное самым, что ни на есть элементарным образом, приподняв одеяло в определённом месте. Ритка молча шагнула ближе. Положила ему руку на бедро, заставляя кровь по венам бежать быстрее. За эти недели она касалась его сотни раз — но сейчас все было иначе. И Борис вместе с возбуждением ощутил невероятную злость. Потому что он был беспомощен. Ни на что не способен. И предложение, которое так явно читалось в женском прикосновение вызывало только бессильную ярость.

— Борь? — позвала Рита.

И вдруг одним движением стянула с себя платье, бросила его на пол, оставшись в чёрном, без единого намёка на кружево белье, которое словно обнимало её, делая ещё притягательнее.

Борис мотнул головой. Если бы мог, выкрикнул бы — нет. Не нужно. Не добивай меня, предлагая то, что не могу сейчас взять. Уйди…

— Не казни себя, — шёпотом попросила Рита. — Всё хорошо. Я все сделаю сама… И скользнула к нему на постель, обволакивая его своим теплом и клокочущим где-то в самом горле желанием.