Глава 23

– Какие планы на сегодня? – Если бы не дети, о чем-то щебетавшие за завтраком… – Агата, не нужно кормить кота яичницей, пожалуйста! – Пап, ну, он же член семьи! Ему неприятно, что мы едим, а с ним не делимся! Так же нельзя, папулечка! – Ему вредно для здоровья, Агата! Котам нельзя кушать жареное и яйца! – А вот когда ты будешь старенький… Все за столом замерли, ожидая продолжения этой трогательной сказки… – Ну, стану когда-нибудь. Вот только, чувствую, с тобой, малышка моя, придется стать стареньким намного раньше, чем полагается! – Не перебивай! – Агата дрыгнула ногой недовольно под столом, а коту подкинула еще кусочек. Теперь – вареной колбасы. Черт знает, когда и как она оказалась в моем доме… – Хорошо. Не буду мешать. Говори, что собиралась? – Ты будешь старенький и беззубый! И тебе тоже много чего будет нельзя… – Ага. Такое тоже возможно… А может, ты станешь беречь мое здоровье, и тогда все будет разрешено… – В общем. Представь… – Она встала со стула. Подошла ко мне, делая большие, очень выразительные глаза. – Вот я буду лопать жареные сосиски. И заедать их сыром. – Наверное… – Нет, ты представь! Вот я сижу, жую, мне очень-очень вкусно! А тебе – не даю! – Ты будешь жадничать? Не поделишься?! – Ты старый же будешь! С больным желудком! И беззубый уже! – А может, не станем такие ужасы сочинять, доченька? – Фаина поморщилась, умоляюще сложила ладони перед собой. – Мам, ты не будешь беззубая! Ты будешь всегда красивая и здоровая! Ты же за собой следишь и жареные сосики не употребляешь! – И ты будешь кормить меня манной кашей, да? А сама вот так, не стесняясь, жевать что-то вкусное у меня на глазах? – Кажется, я поймал ход мысли этой маленькой хитрюшки… – Вот! Вот, папочка! – Она чуть в ладоши не захлопала от радости, что я ее понял! – А представляешь, как сейчас Роман себя чувствует? Ему так же обидно, как и тебе! Он же ничем не хуже нас, и все хорошо чувствует! – А скажи мне, милая… – Галюня долго молчала, прежде, чем вмешаться в нашу высокоинтеллектуальную беседу. – Твой папа от кота совсем ничем не отличается? Ты сама-то не подумаешь о нем? Не сядешь рядом с такой же точно кашей, как у родителя? Агата насупилась. Опустила глаза. Губы поджала, превратив их в тонкую ниточку… – Ну, и чего ты куриную жопку-то сделала изо рта? Думаешь, это красиво? Дениска же посмотрит на эти физиономии страшные, да и не захочет на тебе жениться! – Галя! Ты что такое говоришь?! Что за «куриная жопка»?! Чему ты мне ребенка учишь?! – Фаина чуть под стол не упала, но удержалась пальцами за краешек. – Пускай сходит и посмотрит в зеркало на себя. И сразу поймет, как это выглядит. Поверь, ничего привлекательного! – В человеке важная внутренняя красота, а никак не внешняя! – Денис, до того активно жевавший, забрал со своей тарелки последний кусочек, проглотил его, и только тогда высказал свое веское слово. – Я Агату полюбил за ее красоту и доброту. И за то, что дружить со мной стала! Так что мне плевать, как она свои губы сложит! – А давайте, мы больше не будем про котов и мою беззубую старость? Лучше скажите, что будете делать днем? – Разговор заворачивал вообще не в ту сторону, куда надо. Еще чуть-чуть – и я начал бы нервничать из-за будущей свадьбы Агаты. От такого жениха ведь фиг отделаешься, а ей бы надо еще повыбирать… Вдруг, еще кто попадется, покруче? – Я не знаю… – Фаина вздохнула. Искренне и очень тяжело. – В смысле? – Ну… Я привыкла каждый день спозаранку бежать на работу. Потом домой, кормить Агату, потом – опять в кофейню. И так – каждый день… А тут уже столько времени ничем не занимаюсь… – О, так у нас с Денисом насыщенная программа в планах. Каникулы совместные. Давайте, с нами погуляете? Думаю, детям будет веселее вместе. И вы проветритесь, а? – Усольцев молодцевато повел плечами. Подмигнул… Непонятно кому… Меня это уже начинало раздражать: какого лешего он вечно хорохорится перед моей женой?! Чего добивается?! – И Галю с собой за компанию возьмем. Максим, отпустишь помощницу? Дашь ей отгул, или выходной, как там у вас называется, в твоей конторе? Ах… Вон оно что… Галя, значит… Моя жена ему не интересна. Галя… – Да ради Бога! Идите, развлекайтесь! Жаль, что я с вами не смогу. Важная встреча… Если бы не Галюня, хрен бы я их отпустил вдвоем. И даже вчетвером – с детьми… Но с Галей – можно. Она никому не позволит сделать ничего лишнего. Кроме самой себя, впрочем. – Отлично. Я на своей машине всех и покатаю. А когда надоест – верну домой, договорились? Усольцев уже ерзал на стуле, не хуже Агаты и Дениса. Какая радость: и дети заняты, и Фаина домой бежать не собирается, чтобы не помереть от скуки… И Усольцев к нам душой все больше прикипает! И я могу заниматься делами, наконец-то… У меня там проект, который Агата вчера слепила и раскрасила. Руки чешутся, чтобы довести его до ума… – Итак, парни! У вас получилось перевести вот эту прелесть в цифру? Хотя бы приблизительный план получилось набросать? Материалы, схемы и прочее – следующий шаг. Но нельзя затягивать! Время, мальчики, время! – Мальчики, а вы не могли бы оставить нас с Максимом Сергеевичем? У нас очень важный с ним разговор! – Ирина? Ты что… Как ты здесь оказалась? – Тебе пора менять секретаря, мой милый! Она ни с чем не справляется! – Ира. Мы с тобой не договаривались о встрече. Я – занят! Черт побери! Вот она здесь зачем нарисовалась? Хотя… Сам дурак. Надо было позвонить, обсудить с ней все… Договориться о встрече нормально… – А мне надо сейчас! – В ее голосе прозвенел металл. И глаза налились яростью. – Ну-ка, мальчики! У вас перерыв! «Мальчики» молчали в недоумении и крутили головой: от меня к Ирине и обратно. – Ребят… Я думаю, вам ни к чему смотреть на чужие скандалы. Оставьте нас на полчаса, пожалуйста. Парни загремели стульями, вскакивая из-за стола. С шумом, оглядываясь, выскочили из кабинета. – Полчасика, милый? Всего полчасика? Раньше ты уделял мне намного больше времени… А теперь что случилось, а? Не успеваешь с двумя сразу? А может, пора сделать выбор? – Ирин, я же тебе вчера все сказал… Поразительно. Как ее вдруг накрыло-то… Обычно сдержанная, осторожная, милая… А тут – искры из глаз. Пар из ушей… Хорошо, что ядом не брызжет… – А неделю назад, милый мой жених, ты пел совсем другие песни… А вдруг, у тебя опять мотив поменялся, Максим? Вот, зашла проверить… – Я женат. Понимаешь? Читай по губам: же-на-тый человек! Как ты себе представляешь свадьбу с женатым? Или хочешь быть второй женой? – А я думала, у нас любовь… – Ирина вдруг переменилась в лице. Улыбнулась так тепло и сладко… Так мило… – Серьезно? Ты в это верила, Ир? Вот лучше бы мне Фаина про любовь начала рассказывать. Я бы даже послушал, ответил… И – сердце бы точно ёкнуло от волнения… – А что ты думаешь, Макс? Ты меня деревяшкой тупой считаешь? Или, может быть, расчетливой стервой? – Кхм… И вот как сказать женщине, что она совершенно права? Я ведь ничего другого в ней и не видел. Правда, еще казалось, что она красивая, умная и привлекательная. Идеальная жена для бизнесмена… – Что ты кашляешь? Не знаешь, как ответить, да? – Ты очень умная и проницательная, Ир… Чуть в сторону голову повернул, а она – тут как тут. Уже вплотную стоит и дышит горячо в шею… – А еще – я тебе нравлюсь. Очень же нравлюсь, да? Пальцы с острыми, кроваво-красными ноготками легли на пуговицу рубашки, прошлись по галстуку, потянули его… – Нет. – Не нравлюсь? Милый, Максик, ты что говоришь такое? Зачем ты меня обманываешь? Черт. Она не обиделась даже, ни на грамм! Или очень хорошо это скрыла… – Ира. Тебе самой-то приятно вешаться на шею человеку? Тому, кто от тебя отказывается? – Я, милый, тебя обнимаю… – Второй рукой она пробралась под рубашку, царапнула кожу ноготком… – И очень хочу поцеловать. Соскучилась… Ира перешла на томный, завораживающий шепот… – Ты меня решила соблазнить? Прямо здесь, в кабинете? – А что такого? Почему бы и нет? – Прижалась ко мне всем телом… Потерлась, вжимая свое колено меж моих… Капец. – Ира, отойди от меня, пожалуйста… – Ничего внутри не дрогнуло. Не захотелось. – О… Кремень! Так ты у нас еще и верный, правильный, получается?! – Она не послушалась. Прижалась еще теснее. – Я еще больше убеждаюсь: выбор-то верный сделала. Нельзя отказываться… Она прикрыла глаза, облизала губы… – Папа! Это снова та тетя, да? Почему она без очереди влезла?! Возмущенный голосок Агаты зазвенел с такой силой, что я подпрыгнул. Ирина тоже подпрыгнула. Почти повисла на моей шее. Стерва! Бессовестная наглая стерва! – А тебя, девочка, разве не учили, что нельзя входить, пока не постучишь? И сначала нужно дождаться разрешения?! – Мне папа всегда разрешает входить! – Ой, какая интересная картина… – Вслед за Агатой в кабинете появилась Фаина, Галина, Денис и Влдаимир Федорович. – Ага. Приплыли. Вроде бы, Репин создал… – наконец-то, получилось отодрать от себя неудавшуюся невесту. – Макс, ну, кто ж так делает? – Усольцев хмурил брови, смотрел осуждающе. И губы поджал… – Если я скажу, что не хотел этого, а Ира сама пришла, вы поверите? На Усольцева было плевать. И на его осуждение – тоже. Взгляд Фаины – пустой, безжизненный… Она меня уже похоронила, кажется. Насовсем. Вот это пугало по-настоящему! – Никто не поверит, милый! И ты ведь сам прекрасно знаешь: хотел! Ты хотел меня поцеловать! Только нам помешали! – Ира. Я вчера тебе сказал, что женат. На другой. Чего тебе еще не хватает, чтобы понять? – Милый. Ты со мной брачный контракт составлял! Неделю назад мы дату свадьбы выбрали! Как ты можешь быть женат? Успел еще разок в ЗАГС забежать, между делом?! – Ирина, вы его простите, пожалуйста. – Фаина уронила эту фразу едва слышно. Но все вокруг стихли, приоткрыв рты. – Максим, действительно, не знал, что у него стоит штамп в паспорте. Так вышло. И обнаружил он его, лишь когда готовил контракт с вами… – И что? Я теперь должна отказываться от своего счастья?! Из-за какого-то левого штампа?! – Ира взвилась, подпрыгнула, даже покраснела от возмущения. Ее верещание больно било по ушам. Даже Агата с Денисом поморщились и попятились… – Девушка… У вас какое-то странное отношение к чужой семье… – Усольцев долго тянул паузу. Молчал. Не вмешивался. Но тут не выдержал, сделал Ире замечание. – А вы, наверное, тот самый… партнер? Да? Тот самый человек, ради которого наш драгоценный Максик решил внезапно пожениться? Вот же… гадина какая… Бог меня отвел от такой суженой – злой, мстительной и беспринципной… – Вот даже как? Максим, эта леди правду говорит? Владимир Федорович держал покерфейс. Не злился, не нервничал, лишь едва-едва пошевелил бровью. Иронично и насмешливо… – Да. Леди говорит все так, как было на самом деле. Я планировал взять ее в жены. Ирина согласилась. – И все эти жертвы – только ради меня? – Жертвы? Почему жертвы, Владимир Федорович? – Ире что-то не понравилось в его речи. Или в тоне… Только она шагнула в сторону, напряглась… Вся ее томность, вся нежность в голосе и движениях куда-то пропала… – Ну… Жениться на такой звезде – это настоящая жертва. – Усольцев недобро искривил губы. Казалось, еще чуть-чуть – и сплюнет. – Мне льстит, Максим, что ты хотел свою жизнь испортить ради бизнеса… – Зато я честная. И не кривлю душой. С такими проще договариваться. Нет никаких сантиментов, и все по-честному. Не взбрыкну, не убегу, потому, что обиделась… Брак по расчету – он самый идеальный, разве вы не знаете сами?! Ого. Вот это тирада.. Неожиданно искренняя… – Да. Действительно. Идеальный вариант, если говорить про бизнес… – Вот видите, как все отлично сложилось… – Фаина не видела лица Владимира Федоровича. Не могла рассмотреть, как брезгливо он поджимает губы… Она крутанулась вокруг своей оси, схватила Агату за руку и потянула к выходу. – Желаю вам отлично устроить свои дела! А мы, такие капризные, эмоциональные и неудобные, возвращаемся домой! Документы на развод можете выслать почтой! Твою же мать! Помчался следом. Бизнес. Какой, к черту бизнес?! Мне жена нужна! Именно вот эта, капризная, нервная и неудобная! Дверь захлопнулась перед носом. Чуть-чуть не успел… А сзади меня за руку поймал Усольцев. – Притормози, Максим.