Глава 24

– Мамочка, а куда мы бежим? – Агата старательно перебирает ножками, чтобы за мной успевать. Стыдно стало перед ребенком за свою прыть… – На метро, малыш. – На метро?! Ура! Я так хотела на метро покататься! Агата ускорилась, запрыгала, даже вперед меня выскочила. – Только не убегай далеко. Мы в большом городе. – А потом куда? – А потом – на вокзал. – Ух, ты? На поезде тоже покатаемся? Теперь она шла спиной вперед, заглядывая мне в лицо. Радостная моська моя… Через силу улыбнулась ее восторгу. – И на поезде тоже, да. Хорошо, что я все документы в сумку сложила… – А на метро тоже документы надо? Там будут все проверять? – Нет. Только на поезде. – А почему мы папу с собой кататься не позвали? И Дениса с дедушкой?! – У папы и без нас хватает развлечений! Как рассказать ребенку, почему мы срочно убегаем? Как объяснить, чем меня смог обидеть этот папочка, в которого Агата всем сердцем влюблена? И не сделать ей больно, объясняя? – Малыш, тут шумно. Давай, мы сначала спустимся в метро, станет немного поспокойнее, а потом поговорим. Хорошо? – А давай, мы позвоним папе? Он нас догонит, и мы вместе будем ехать? И не придется ничего объяснять, а? В ее глазах светилась надежда, что все еще наладится. Вот прямо сейчас – и сразу. И от этого становилось еще горше. – Агата. Я не буду звонить папе. Дочка насупилась, поджав губки. Но не спорила, не противилась, позволила усадить себя на колени и крепко-крепко обнять. От ее тепла, от запаха детской макушки, щекочущей мне нос пушистыми волосами, стало немного легче. – Какое счастье, что ты есть у меня, Агатыш… Какое же ты у меня чудо… – А у папы меня теперь не будет, да? – Малышка… Я иногда жалею, что ты у меня такая умная… Слишком хорошо все видишь, понимаешь, знаешь… – Ты такая грустная, потому, что эта тетя влезла без очереди, да? – Я грустная потому, что папа ей это позволил… – А он сердился. Он знаешь, как на нее смотрел? Агата вывернулась из мои объятий, закинула личико вверх, чтобы я ее лучше видела. – Вот так. Я тоже так смотрю, когда плохое настроение! – Губки снова собрались в кучу, бровки сошлись к переносице, из-под них сверкало что-то очень сердитое и возмущенное. – Не придумывай! – Потрепала ее волосы, взъерошила, пропустила пряди сквозь пальцы. – Я же рядом с тобой была, и папе все это нравилось. – Нет! – Ладно, мамочка. Ты же сама учила меня: сначала нужно остыть, подумать, а потом уже трезво рассуждать! – Вот пока мы едем с тобой домой, как раз и остыну. И подумаю. И все прекрасно с тобой порешаем, ладно? – Мамулечка… А давай, позовем с собой Дениса? Он же тебе тоже понравился? И дедушку его, деда Вову, и Галю? – Боюсь, Агата, они сами к нам в гости не захотят. Что они забыли в нашем городе? Он маленький, скучный… Им там нечего искать, кнопочка моя любимая… – Как это нечего? А меня?! – Вот если они решат, что тебя нужно разыскивать – значит, сами приедут. И найдут. Правда же? Они же взрослые и умные люди, спросить адрес – не проблема. Значит, разыщут. У дочери снова глаза загорелись, личико осветилось восторгом. – Ура! Значит, мы будем и дальше дружить с Денисом! – Ты прослушала главное: если они захотят. И если захочет Денис! – Фу, мама… Ты зачем такое говоришь? Он же обещал на мне жениться! – А папа на мне женат. Это ничего не меняет… – Он тебя тоже найдет! Я знаю! – Вряд ли, малыш… И даже если найдет – я с ним больше жить не собираюсь! Не хочу делить его с другими тетями! Сказала – и поморщилась. Кто бы мог подумать, что это будет так больно – даже вслух называть то, что случилось сегодня… Ничего же такого важного не произошло… Подумаешь, переспали с человеком… В нашем мире, в наше время – это ничего не значит. Ни-че-го! – А ты ее побей, эту тетю, мамочка. Она больше к папе и не пойдет! – Побить? Это как? Ты с ума сошла, доченька? – А что? Я так Маринку побила, когда она хотела Кирюшу моего увести… – Что ты сделала? – У меня упала челюсть. Моя милая девочка кого-то била?! – Ну, я так, несильно… За волосы ее чуть-чуть подергала. И по спине стукнула… – Зачем? Когда? Почему мне такого никто не говорил?! Тихий, тихий ужас… И это страшнее, чем измена Максима… – Мама. Мы с Мариной договорились: она к Кирюше больше не подходит, а я ее не буду бить! – И как? Что в итоге? Я давно уже ничего не слышала про Кирюшу… У Агаты эти женихи – как перчатки, каждый день новый… – Он дурак. Не нравится мне больше! – Зря подралась, выходит? – Чего это зря?! Очень даже нездря! Я же ее отогнала от своего парня! И Маринка к нему больше не подходила! – А Кирилл тебе больше не понадобился? – Ну, это потом было. А тогда он мне был очень надо! – А можно было пропустить этап с дракой, доченька. Просто сразу взять и сказать: ты мне, Кирилл, не надо! Нужно было поправить ее, научить говорить правильно… Но это звучало слишком классно, чтобы исправлять ее смешные фразы. – Мам. Папа тебя найдет. Ты побьешь ту тетю. И все у вас будет замечательно! Агата обняла меня за шею, крепко-крепко сжала ручонками, поцеловала в обе щеки. – Ты же у меня такая хорошая, мамочка! Ни один папа без тебя жить не сможет! – Пойдем, малыш. Наша станция. Нужно выходить, а то проскочим мимо поезда, и он без нас укатит. – Ну, и укатим. И все. По городу поездим, посмотрим на всякие разные станции! Они, вон, какие красивые! – Нет, малышка, выходим! Агата крутила головой, как на шарнире, пока поднималась на эскалаторе. Ее волновало все. Даже люди, спускавшиеся навстречу. И дяденьки с тетеньками с тряпками, моющие перила. – О, смотри, мама! Я же говорила: он тебя найдет! – Кто найдет? О чем ты, милая? – Склонилась ниже, чтобы разобрать ее слова среди шума. Присмотрелась, куда дочка тыкала пальчиком. – Да вон же, вон он стоит! Максим смотрелся в вестибюле метро, как верблюд в Антарктиде. И был таким же неожиданным… – Ну, как вам этот аттракцион, Агат? Понравилось кататься на метро? Дочка с разбега врезалась в Макса, он распахнул объятия, подхватил ее, закружил в воздухе. – Папа, я соскучилась уже! Я так по тебе скучала, не можешь себе представить даже! Нужно было срочно прекращать эти милости, забирать Агату и бежать на вокзал… Но сердце ёкнуло. Рука не поднялась, чтобы остановить Макса… – Что ты здесь делаешь? – Да вот, хотел вместе с вами… – Он улыбнулся открыто и уверенно. Взгляд не пытался даже опустить. – Что хотел? На метро проехаться? – Ну… Сто лет уже туда не спускался. Даже не помню, сколько стоит жетончик… – Могу приобрести. В подарок, на память, так сказать… Я пыталась бросать слова небрежно, будто бы совсем не обидно и не больно… Да только они с трудом выдавливались. – Так давай, купим сразу несколько? И погоняем – туда, сюда, пока не надоест? – Нет, папочка! Я больше не хочу на метро кататься! Тут шумно. И ветер дует сильно. И очень много людей! – Агата заерзала на его руках, спустилась на землю, потянула отца к выходу из вестибюля. – Нам туда надо? Или в другую сторону? – Дочка, нам – на вокзал! Пойдем, быстрее! Иначе опоздаем! – А папа поедет с нами? – Нет. У него дела еще здесь. Бизнес. – Плевать мне на бизнес, Фаина. Куда вы – туда и я. Если хотите домой, на поезде – значит, и я с вами. Гул приходящих и уходящих поездов – словно грохот грома, от которого часть слов улетала в никуда, звуки путались и исчезали. – Нужно выйти на улицу. И там поговорить. Здесь невозможно просто: я ни черта не понимаю! Макс тут же протянул свои пальцы, чтобы переплести их с моими. Отдернула… Он поймал. Второй рукой ухватил за пальчики Агату. – Мы опять как настоящая семья, правда же, мама? И папа? Правда же? – Почему «как», Агат? Настоящая, а не как… – Максим опять чему-то улыбался. – А ты уже побил ту тетю, пап? – Побил? Зачем? – Нам всем вместе пришлось притормозить, потому, что Макс остановился. – За то, что она влезла без очереди. Мама же ей сказала – не лезть. А она влезла. Надо было выдрать ей все волосья, папочка! И поцарапать. И пинок под попу дать, чтобы далеко-далеко летела! – Кхм… Интересные какие у тебя идеи… – Учись, Максим, у молодого поколения, как надо правильно конкурентов отваживать! – Мы сейчас домой приедем, и Агата мне покажет, как это делается, да? – А домой куда? К нам в город? Или в твоем городе останемся? – Если мама хочет к вам домой – значит, едем к вам… Ты посмотри, какой сговорчивый… Какой послушный и правильный… Даже противно стало. – А как же Ромки? Роман второй и Роман четвертый? Мы как их там без присмотра оставим?! Черт побери! – За ними пускай Галина присматривает. Она справится, я точно в этом уверена! – Галя сегодня пообещала, что пойдет в гости к Денису с дедушкой. Ты разве не помнишь, мам? Да что ж такое-то! Галя, реально, собралась в гости к Усольцевым. Ради этого мы и приехали в офис к Максу: сообщить, что наши планы поменялись… – Вот видишь, Агата? Я тебе говорила, что животных заводить – верный путь к проблемам?! – Каким проблемам, мамочка? Ромки нам не дадут уехать от папочки. Они нам только помогают, видишь же? – Ну, вот мы их заберем, и тогда поедем! – Они не поместятся в нашей квартире. Ты помнишь, какая клетка у попугая огромная?! Дочь ненавязчиво тянула нас на парковку. Ровно туда, где уже приветливо мигнула фарами машина Макса. – Значит, потребуем от папы еще одну квартиру. Побольше. Чтобы с отдельными комнатами – для тебя, для попугая и для кота! – А еще аквариум, хорошо? Мы же поставим аквариум? Я давно хотела золотую рыбку, мам! Рыбку, кораллы, и чтобы на дне лежал кораблик! – А шиншиллы, хомячки, собачки? Вся эта живность тебе не нужна, малыш? Макс еще улыбался, но весьма натянуто. – Что, милый муж, ты уже начинаешь жалеть? – О чем, Фаина, милая женушка? Я счастлив, что успел вас поймать! – Ну, ты видишь? Аппетиты женщины и ребенка – это намного круче и серьезнее, чем аппетиты всего одной невесты. Пусть и брошенной… Это очень дорого – содержать маленькую девочку и выполнять все ее капризы! – Фаина. Милая… – Он повернулся к Агате, помогая ей забраться в машину. – Агата, посиди здесь немного. Посмотри мультфильмы. – Вручил ей телефон с включенным интернетом. – А мы с мамой кое о чем поговорим. – Вы будете целоваться? Да? Мамуль, ты папе не запрещай целовать! Это он так будет мириться! А ту тетю мы вдвоем с тобой побьем, если она снова появится! – Агата. Закрой, пожалуйста, дверь. И не подсматривай! И надень наушники! – А их-то зачем? Я же не ушами подсматривать буду! – Я буду сейчас очень громко ругаться. И тебе не стоит слышать всякие нехорошие слова… – Ой, мама. Я тебя сама научить смогу всяким разным словам! – Что? Дочь, ты что говоришь такое? – Все, мамуль! Миритесь уже, давайте! А я постараюсь ничего не замечать! И дверь захлопнула. Обиделась, что ли? – Итак, Максим. Давай, мы быстро с тобой закончим этот маскарад и разбежимся! – Мы не будем разбегаться, Фаина. Я не дам тебе развод… Он заметно напрягся и занервничал. Но стоял на своем. – Придется. Шагнула назад, отстраняясь от него. – Почему это? – Уверена, Усольцев больше не захочет иметь с тобой дел. Ты же обманул его? Никому не понравится такое… – Да плевать мне на Усольцева, Фаина! Он тоже шагнул. Навстречу. Заставил отшатнуться… Прижаться спиной к машине. Пришлось немного понервничать. – Почему плевать? А как же твои планы, и все такое?! У тебя же все порушится, слышишь? – У меня есть ты и Агата, моя дочь. Все. Обойдусь без Усольцева! – Врешь. – Я тебе ни разу не соврал, Фаина. И потом не собираюсь тоже. Так что – давай, помиримся, и больше не будем к этой теме возвращаться! – Я видела у тебя Ирину. Ты ее обнимал! – Нет. Это она меня обнимала. А потом я ее оттолкнул и побежал за вами. Так хотелось ему поверить. Сдаться. И сделать вид, что ничего не было… – А если она вернется опять? Я не хочу все время ждать, что она опять появится… – Не появится. Поверь. Я ей все объяснил. Жаль, что не сделал этого раньше… – Зачем? Почему ты это делаешь, Макс? Ты же все потеряешь теперь! – Я вас нашел, Фаина. Вы у меня есть. И я не хочу ничего больше! Я только рот успела приоткрыть, чтобы возразить ему… И тут же закрыла: Макс меня целовать начал. И обнимать. И тискать всячески. Хорошо, что Агата не видела происходящего… И не слышала, как я чертыхаюсь, трепыхаюсь и пытаюсь вырваться. Она бы не поверила, что я по-настоящему стараюсь… И я бы не поверила тоже. Умом не верила, а сердце – радовалось. И плясало, билось об ребра от счастья.