Глава 3

/Иден/

Мы довольно быстро покинули город и направили лошадей к находящемуся рядом лесу. Среди деревьев неслось множество тропинок и дорог, я позволил Виолет выбрать ту, что ей по душе, и моя ведьма сразу пришпорила лошадь, уносясь прочь от меня. Чувствовала себя свободно как в седле, так и в лесу. Но и не удивительно, ведь ведьмы – продолжение стихий. Они связаны с природой этого мира, ощущают незримые связи и потому могут на них воздействовать, а иногда и рвать, как вышло с нашей истинностью.

Припорошённые снегом листья вырывались из-под копыт лошадей. С неба сыпала ледяная морось. Изо рта вырывался пар, а мой взгляд не отрывался от петляющей впереди фигуры моей ведьмы. Я знал, куда она несётся, потому в какой-то момент свернул с тропы и двинулся по параллельной дороге, ускоряясь. Вскоре сравнялся со своей ведьмой в этой дикой скачке. Виолет улыбалась, её глаза горели восторгом. На миг наши взгляды встретились. Она насмешливо фыркнула и со смехом крикнула: «Быстрее!». Лошадь её послушала, одобрительно заржала и ускорилась. Вскоре они скрылись за поворотом.

Я добрался до них через пару минут. Вылетел к берегу озера и осадил коня. Виолет успела соскользнуть со спины своей кобылки и приблизилась к воде. Шапка была отброшена назад, непокорные пряди каштановых волос высвободились из пучка. Щёки девушки раскраснелись, тёмные стрелки чуть растеклись из-за слёз.

– Не лучший макияж для прогулки верхом, – отметил я, приближаясь к Виолет.

Она присела на берег и опустила пальцы в воду.

– Вроде не так плохо, – возразила она, приглядываясь к отражению в воде.

– Иди сюда, поправлю, – я выхватил из кармана платок и приблизился к девушке.

Она выпрямилась и развернулась ко мне. Я удержал её за руку, не давая сбежать, и провёл платком по её губам, стирая алую помаду.

– Ты что творишь? – возмутилась она.

– Макияж тебе не нужен, ты и так прекрасна.

– Это мне решать. Эй! – рыкнула, когда я провёл платком под её глазом, стирая и дурацкую стрелку. – Прекрати!

Она с силой толкнула меня, отступила, но соскользнула ногой в воду. Сапог утонул в топкой земле. Я бросился за ней, успел поймать. А она вдруг извернулась и вновь толкнула меня в грудь. И через миг я окунулся в ледяную воду. Лёгкие сжало от неожиданности. Сквозь шум крови в ушах раздался звонкий смех Виолет. Я резко подскочил на ноги, ощущая, как мокрая одежда тяжестью повисает на моём теле. Злости не испытывал, ведь Виолет тоже стояла по колено в воде и громко хохотала. Сейчас она не походила на надменную королеву, а больше напоминала обычную девушку, что не боится слишком широко открыть рот, хрюкнуть или сморгнуть слёзы с глаз. Макияж окончательно потёк из-за брызнувших в сторону капель, но и это её не волновало.

– Идём ко мне, – я двинулся к ней, попытался поймать свою юркую ведьму.

– Нет! Отстань! – продолжая смеяться, она в два прыжка достигла берега, а меня накрыло ледяной волной.

С водными ведьмами лучше не воевать у источников их сил.

– Я могу умереть от обморожения, теперь ты обязана меня высушить, – сообщил я дерзко, двинувшись в сторону берега.

– Больше я ничего не должна? – она отсмеялась, но продолжала улыбаться.

– Не отказался бы от ласки и поцелуя.

– Все котяры настолько наглые или только ты?

– Все, – широко улыбнулся я, наконец, выбираясь из воды, приблизился к девушке и потянулся к её лицу, чтобы стереть чёрный развод от туши. – Придётся умыться, а то в тебе не призна́ют королеву.

– Разберусь, – она взмахнула рукой, и вода из нашей одежды начала стремительно испаряться.

Пара мгновений, и мы окончательно просохли.

– Идём завтракать, Иден. Пора вернуться к моему плану.

Мы прошли к коням. Я разложил два одеяла на поваленное дерево, а Виолет расположила между импровизированными сиденьями посуду с едой. Мы заняли свои места. И пока я любовался раскрасневшейся девушкой, она хмуро рассматривала выставленные блюда.

– Всё помялось и смешалось. Жаль, – посетовала она. – Не очень королевский завтрак. Но мне можно, а ты, пожалуй, лишён этого удовольствия.

– Что это значит? – напрягся я.

– Я запрещаю тебе есть со мной. В наказание за дерзость, – ухмыльнулась она с вызовом и забросила в рот кусочек вяленого мяса.

В её запахе забурлили разнообразные эмоции. И я не понимал, как лучше ответить. Даже казалось, это своего рода испытание. Впрочем, так оно или нет, но мы говорим лишь о еде. Если Виолет не считает меня достойным своей пищи, лучше попытаться изменить её мнение, чем применять силу.

– Как скажешь, моя ведьма, – согласно кивнул я. – Надеюсь, добровольной голодовки будет достаточно, чтобы ты сменила гнев на милость из-за моего самоуправства. Тебе ведь понравилась наша прогулка?

– Думаешь, пропустил завтрак, и я всё простила? – рассмеялась она.

Теперь была больше королевой: сидела прямо, прикрывала рот во время смеха, ела аккуратно, без спешки, разве что подхватывала еду пальцами.

– Мы ещё славно искупались, – напомнил я. – Ты необычная, Виолет, словно создана из контрастов. Возможно, потому, что в тебе пытаются ужиться аристократка Акрии и свободная ведьма?

– О, они не пытаются, а очень хорошо уживаются, – она открыла ещё одну посуду, достала пирожное и протянула его мне. – Разрешаю съесть это с моих рук. Но оно отравлено, – заявила так просто, словно говорила не о моей смерти.

– Решила убить меня? – вмиг осипшим голосом уточнил я.

Хорошее настроение рассеялось, накатило отодвигаемое мной эти дни отчаяние.

– Конечно. Ты же не в моём вкусе. Не люблю рыжих наглецов, игнорирующих мои приказы, – кивнула она, поднося пирожное к моим губам. – Облегчу себе жизнь.

– Ты жестока, – усмехнулся я горько, перехватывая её руку за запястье, и в один укус подхватил пирожное губами, прикусив и тонкие пальчики.

Ягодная сладость разлилась по языку. Артефакт определения ядов не среагировал, как и усиленные инстинкты оборотня. Виолет смешно зашипела и прищурилась, когда я слизал крем с подушечек её пальцев. И от этого вида в душе на миг воцарился мир с реальностью, но тут же рассеялся, когда я протолкнул сладость через глотку. Пока старался не думать о последствиях. В конце концов, понимал, что этот отбор может завершиться для меня смертью.

– Яд останется на моих губах? Ты тоже погибнешь, если я тебя поцелую? – спросил, на этот раз прихватив пальчики Виолет губами.

– Останется. Лучше не рисковать, – она нахмурилась в замешательстве. – Или хочешь забрать меня с собой?

– Нет. Живи и будь счастлива.

Я не могу желать зла истинной, да и не хочу. Тем более я вижу, Виолет тоже не желает мне зла. Может, она шутила про яд? Не понимаю.

– Оборотни… – протянула она устало. – Вы сведёте меня с ума.

Она взмахнула второй рукой, и посуда с едой упала на землю. Ещё один взмах изящной ручки – все яства обратились прахом.

– Яд был там. А ты съел сыворотку правды, – сообщила она.

– Вот как…

Облегчение во мне соперничало с замешательством и злостью на внезапное жестокое испытание. Но всё же беспокойство было сильнее.

– А ты? Ты ведь ела.

– Это мой яд. Я приняла противоядие заранее.

– Значит, я могу тебя поцеловать? – улыбнулся, мысленно испытывая облегчение.

– Как ты пришёл к этим выводам? – усмехнулась она в неверии.

– На моих устах нет яда, я для тебя не опасен.

– Зато на моих есть.

– Я готов пойти на риск, – сообщил ей прямо, прихватывая ещё сладкие подушечки пальцев губами. – А ты, Виолет, ведь тоже любишь рисковать?

– Только своей жизнью, – она резко выдернула руку из моей хватки. Вот как, значит, она бы не стала меня травить, что бы ни говорила. – Поехали дальше, Иден.

– С тобой хоть на край света, моя королева, – проурчал я и улыбнулся, когда она сердито фыркнула.

Виолет интриговала, путала, играла. Она делала всё, чтобы меня оттолкнуть, но только раззадоривала, будила азарт, желание добиться её расположения. Уверен, награда за моё терпение будет невероятной.

/Виолет/

– О чём размышляешь, моя королева? – Вилен послушно сорвал губами виноградинку со шпажки.

Он тоже не спорил, принимал еду с моих рук. Разве что не стремился поцеловать или укусить, как делал наглец Иден. Вилен был предсказуем, и я чувствовала себя спокойно, не гадала, что у него на уме, не ждала подвоха. Но женщинам нельзя слишком расслабляться при мужчинах, они могут воспользоваться моментом слабости. Так часто повторяла моя гувернантка Жаклис, иногда сдабривала мудрости ударами, когда за нами следили. Отец доверял ей, но не знал, что она отказавшаяся от сил ведьма и тайно обучает меня ведьмовству. Она помогла мне обуздать мою силу, что позволило мне обрести свободу, в том числе от неё и вопреки её планам.

– Завтра оценка физических сил, – протянула я, всё ещё пребывая в задумчивости. – Оборотни имеют преимущество над тобой, они сильнее обычных людей.

– Я намерен выложиться, Виолет, не сомневайся во мне.

– Дело не в моих сомнениях, – покачала я головой. – Ты человек, это соревнование заведомо нечестное. Но король настоял, ведь среди оборотней ценится боевое искусство. Они гордятся шрамами и с радостью наносят их друг другу.

– Я понимаю и постараюсь.

– Я усилю тебя, – сообщила ему прямо. – Но будет откат.

Неприязненно поморщившись, я подхватила пирожное и протянула его жениху.

– Здесь сыворотка правды.

– Сыворотка? – он потянулся было к подношению, но остановился.

– Да, Аделмар решил не тратить время и даже день знакомства превратить в испытание, а я предложила этот вариант. Будущий муж должен показать, что готов прислушиваться ко мне и быть со мной честным.

– Это… да, понимаю, – кивнул он, тяжело сглотнув, и прихватил губами пирожное.

Побледнел, но съел сладость и запил её водой.

– Через сколько подействует?

– Практически сразу, – я подпёрла подбородок руками и присмотрелась к его лицу. – Ты умрёшь за меня?

– Конечно, – ответил он без раздумий, чуть нахмурившись. – А что… ответили они?

– Были готовы съесть даже яд с моих рук, – я указала на тарелки с едой.

– Там яд?

– Да, но не особо опасный, – махнула я рукой, откидываясь на спинку кресла. – Идём гулять. Хочу к пруду. Там мне комфортно.

Ещё лучше я себя чувствовала в лесу у реки, но такие путешествия опасны. У меня достаточно врагов, лучше не рисковать, даже находясь в сотне километров от Акрии.

– Мне комфортно, когда комфортно тебе, моя королева, – он поднялся, обошёл стол и подал мне руку.

Я опёрлась на неё, поднялась и улыбнулась. Не опасалась внезапных объятий, поцелуев, рычания. Вилен был предсказуемо мил и предупредителен.

– Что для тебя важнее: стать королём или заполучить меня?

– Для меня это равнозначные понятия, – пожал он плечами, подхватывая меня под локоть.

– Но ты ведь очень хочешь стать королём?

– Хочу, – не стал спорить он. – Мне известно, что ты долго перебирала кандидатов. Ты свободна от главы рода, у тебя сильная поддержка союза стран, потому ты можешь творить что захочешь. Когда твой взор пал на меня, я не верил. Ты будто игралась. Я ведь не старший сын, моё дело – поддерживать отца и старших, преумножать честь рода.

Да, потому я и рассматривала младших сыновей, в них нет излишней гордыни. Но бывает обида на старших и жажда власти.

– Меня и привлекло то, что тебя не унижает твоё положение, – поделилась я.

Вопросы ни к чему, он уже проходил проверку сывороткой правды. Я была осторожна при выборе спутника жизни, отца моих детей и короля Акрии. Но соревнования должны проходить честно, так что и Вилену досталось пирожное с сюрпризом. Впрочем, полезно увидеть всех в равных условиях, чтобы сравнить. В конце концов, я всегда могу передумать. Должны же быть хоть какие-то плюсы от моего статуса.

– Я понял, – хмыкнул он. – Моя обязанность – служить королеве. Тебе, Виолет.

– И всё же корону ты хочешь больше, – кивнула я.

– Мне тоже так казалось, – задумчиво отозвался он. – Я сдерживал порывы, старался лишний раз не любоваться тобой, но когда… этот зверь поцеловал тебя… я сам будто озверел. Не знаю, как сдержался и не бросился на него. Тебя невозможно не хотеть, Виолет, – признался он, пронзительно заглядывая в мои глаза.

И моё сердечко задрожало. Может, почаще поить мужчин сыворотками правды? Узнаёшь столько приятного.

– А позавчера и Слоан. Призна́юсь, я наблюдал за вами в саду, – скрипнул зубами он. – Мне грустно, что я единственный не получил твоего поцелуя.

– Ты единственный, кто получит его добровольно, – шепнула ему, приблизившись, положила руки на его грудь, приподнялась на цыпочках и зажмурилась, окунаясь в мягкость нашего первого поцелуя.

Вилен нежно стиснул мои плечи и тихо простонал, с упоением лаская мои губы своими губами. Вышло лучше моих ожиданий. Я даже не сразу прервала поцелуй.

– Ты сделала меня счастливым, Виолет, – прохрипел он, когда я отступила от него.

– Мне тоже хорошо, – шепнула, беря его за руку. – Идём, нам предстоит весь день вместе. Давно у нас не было свиданий без примеси дел и обсуждения торговых сделок.

– Этот отбор внезапно подарил тебе выходные. Я рад хотя бы этому.

– Ты такой хороший, – промурлыкала я, потеревшись щекой о его плечо.

Отбор действительно стоит моих нервов, если мне удастся проникнуться к моему будущему королю симпатией и влечением. Хотелось бы, чтобы благо для Акрии стало и благом для меня.

***

– Рубашки снимать обязательно? – уточнил Вилен, неприязненно глянув на невозмутимых Идена и Слоана.

Те восприняли требование вполне спокойно, будто даже были рады выпрыгнуть из одежды.

Второй этап отбора проходил в закрытом тренировочном зале: обширном помещении с оружием на стенах, манекенами для отработки ударов и мишенями. Мы с Аделмаром разместились в креслах за столом. Перед нами выставили закуски и напитки. А вот возможные женихи прибыли в тренировочной одежде, с любимым оружием и планировали выложиться по полной программе.

– Да, – кивнула я, с трудом подавив желание посмотреть на лежащий передо мной артефакт связи.

Картинка не выводилась, да и о вызове знала только я, а по ту сторону сидела довольная Валери. В конце концов, какая женщина откажется посмотреть на соревнование поджарых полуобнажённых воинов? В общем, мы с сестрой были как раз из тех, кто ни за что бы не отказался. Правда, у Валери свой интерес, она хотела пощекотать нервы мужу. И явно вышло.

– Отбор для Виолет, а не для тебя, – раздался из артефакта голос Доминика.

– Не будь ханжой, давай вместе смотреть, – воспротивилась она.

– Лучше я посмотрю на тебя без рубашки.

Послышался треск ткани, визг восторга Валери, и вызов прервался.

Сидящий рядом со мной Аделмар прочистил горло, пытаясь не расхохотаться. Да и участники отбора не удержались от улыбок. Даже Вилен оттаял, сбросил с себя рубашку. И я не без удовольствия оценила взглядом подтянутость его фигуры. Конечно, знала, что он хорош с мечом, постоянно тренируется, но этот отбор позволил увидеть скрытое до первой брачной ночи. Мне определённо повезло.

– Кхм-кхм, – напомнил о себе наглый котяра Иден, выступая перед моим фаворитом.

Ладно, признаю́, оборотни превосходили людей по силе и комплекции. Ну и в количестве шрамов. Но это чистая физиология!

– Куда важнее внутренний мир, – пробормотала я и только потом осознала, что произнесла это вслух.

– Надеюсь, вы про душу, и не желаете вскрыть мне грудную клетку, Виолет, – широко улыбнулся Иден, блеснув острыми клыками. – А то уж больно плотоядно глядите.

– Его на испытание первым, – мрачно заключила я, отводя взгляд… к мускулистой груди Слоана.

Ох… Виолет меня снова подставила. Сама пошла веселиться с мужем, а меня, будем честны, абсолютно неопытную, бросила в замкнутом помещении с тремя полуобнажёнными красавцами.

– Мне приятно, Виолет, – проурчал волчара.

Я встретилась с чёрным взглядом Слоана и мысленно пожелала себе моральных сил.

– Сто отжиманий самого наглому, пятьдесят отжиманий самому упрямому, и двадцать – любимому, – махнула я рукой.

– Мне двадцать? – уточнил Иден с подрагивающей улыбкой на губах.

Кажется, он больше желал рычать.

– Тебе сто, – закатила я глаза.

– Знал, что ты меня выделишь, – заявил этот котяра.

И теперь мои губы начали подрагивать, пытаясь удержаться от улыбки.

– Тогда и я обнаглею, возьму сто, – заявил Слоан, уважительно кивнув Идену.

Проклятье, разве можно быть таким благородным?

– Я поддержку, – улыбнулся мне Вилен.

Он прелесть!

И как здесь выбирать?!

/Слоан/

Виолет смущалась. Это одновременно будоражило и удивляло. Она всегда вела себя свободно и вальяжно, двигалась с грацией хищницы, но внезапно стеснялась полуобнажённых мужчин. А мы ведь просто тренировались, почти как обычно. Раньше я встречал такое смущение только у невинных дев, но в случае Виолет мог предположить закрытый образ мыслей акрийцев. Там долгое время вели курс на женское целомудрие, одеяния женщин имели цель спрятать от взгляда абсолютно всё, даже цвет волос. Вот только Виолет казалась другой, свободолюбивой, соблазняющей, опытной. Да и внешне она оставалась спокойной. Её состояние угадывалось только в запахе.

– Ускорим темп, Слоан? – весело предложил Иден, отрывая меня от раздумий.

Признаться, я так глубоко ушёл в себя, что забыл о подсчёте количества отжиманий.

– Побереги силы, Иден, – фыркнул я, кивком указав на Вилена.

Он бесил, но глупо бахвалиться перед человеком. Так уж сложилось природой, что они слабее оборотней. Нет чести в попытках доказать своё превосходство в том, что естественно. Другое дело – соревноваться с равным, с Иденом. Но мешало присутствие Вилена. И не только мне, лев же только шутил и не собирался выходить из заданного человеком темпа. Скорее хотел вновь привлечь к себе внимание Виолет. Но ведьма сосредоточенно гипнотизировала спину Вилена. Он интересовал её больше всех нас.

– И кто дёрнул меня назвать цифру сто? – расстроенно протянула Виолет. – Так долго.

– Им ускориться? – уточнил Аделмар.

– Они могут завершить без меня, – заявила она, уверен, вводя в ступор абсолютно всех в помещении.

– В каком смысле, Виолет? Они стараются для вас, – возмутился король.

– Я увидела, что они благородны и в хорошей форме. Соревнование бессмысленно.

– Оно выявит сильнейшего, – возразил Иден, прерывая отжимания.

Да и мы все остановились, обращая взгляды к поднявшейся из-за стола Виолет.

– Король Акрии не обязан быть сильнейшим. Достаточно быть сильной мне, чтобы избавиться от опасности Разлома. Королю надлежит удержать власть и уберечь наследника… если я погибну, – последние слова она пробормотала, чуть нахмурившись.

– Истинная пара неразделима, – напомнил ей я. – Твой избранник будет рядом с тобой в опасный для всего мира час. Оборотень он или нет, не представляю, как возможно бросить свою женщину в такой момент.

– Поэтому оборотни мне не подходят. Человек будет способен жить дальше ради своей страны и нашего общего ребёнка, – ожесточённо заявила она. – И… я планирую влюбиться в своего короля. А любимому буду желать только счастья, а не смерти вместе со мной, – смягчившимся тоном завершила и усмехнулась.

– Мужчина рядом с тобой сам сделает свой выбор, Виолет, – рыкнул Иден.

Я был с ним согласен, но теперь становились понятными мотивы королевы. Она думала о стране, а не о себе, выбирала короля, а не спутника жизни. И собиралась стать главной в предстоящем браке.

– Поэтому мне нужен тот, за кого выбор сделаю я, – внезапно нежно улыбнулась она и попыталась сбежать, но Аделмар удержал её за запястье.

– Прошу позволить воинам показать себя, Виолет, – выдохнул он сердито. – Вы размышляете о несвершившемся, лишаете их шанса, но не говорите, что Валери и все правители мира стремятся избежать вашей смерти и смертей всех портальных магов.

Значит, вот оно как. Потому и смерть Виолет – лишь возможный исход. Она может выжить, может остаться со мной.

– Прошу, не отказывай нам, – присоединился я к словам короля, подскакивая с пола.

– Тебе же нравится, – с вызовом бросил Иден, тоже поднимаясь на ноги.

– Я готов биться, – заверил её Вилен, неспешно поднимаясь.

Соревнование далось ему сложнее всех.

– Ладно, – замахала она рукой и вернулась в своё кресло. – Только без отжиманий. Мне надоело считать. И, может… они просто помашут ножиками, король Аделмар?

– Нет, – широко улыбнулся он и махнул рукой.

Дверь в дальней части зала открылась, и несколько оборотней на верёвках втянули в помещение клетку, внутри которой рвалось на свободу умертвие в лице отравленного мглой медведя. И таких клеток в помещение втянули три.

– Какие правила? – мрачно ухмыльнулся Иден.

– Не умирать и избегать ран, – не менее мрачно заявила Виолет.

И я про себя решил, что она пыталась прервать соревнование в стремлении избежать боёв с монстрами.

– Обращение запрещено, как и использование атакующей магии. Можно лишь создавать щиты, – сообщил Аделмар. – Фаворит королевы пойдёт первым. Удачи, воины.

– Что же, удачи всем, – хмыкнул Вилен, направляясь к столу, где мы оставили излюбленное оружие и одежду.

Он предпочёл копьё и кинжал, словно знал, какое нам предстоит испытание. Не удивлюсь, если Виолет ему подсказала.

Мы с Иденом отступили к столу короля и королевы. Судя по сердитому выражению на лице соперника, он сделал те же выводы, что и я.

– Ты выбираешь умом, а не сердцем, – рыкнул он, внезапно склонившись к плечу Виолет.

Она рассерженно выдохнула, но сразу же улыбнулась.

– Наоборот, я выбираю сердцем, – пропела она, формируя в руке стило. – Откажись от связи, Иден. Твои шансы ниже остальных.

– Тогда бы тебя и вовсе не интересовало моё мнение, – заявил он, отступая от неё.

А Вилен вооружился и прошёл в центр зала, куда подкатили клетку. Медведь метался, бросался на прутья своей тюрьмы. Полусгнившая бурая шкура вспыхивала новыми ранами, обнажая склизкие мышцы и белёсые кости. Из кривой клыкастой пасти капала чёрная слюна, глаза пылали жёлтым светом. И словно сложности испытания было недостаточно, человека и зверя окружило барьером.

Решётка поднялась, и медведь с глухим рычанием рванул на свободу. Вилен вторил ему криком и запустил копьё. Я бы не удивился силе броска, если бы он был совершён оборотнем, сам бы провёл такую атаку против умертвия, а человек удивил. Копьё вонзилось в пасть зверя. Мужчина навалился на древко, углубил рану, но сразу выпустил его, чтобы приблизиться к медведю. Кинжал вонзился в череп умертвия по рукоять. Зверь вскинулся. Из ран засочилась почерневшая кровь. Древко заметалось и сбило с ног Вилена. Мужчина замолотил ногами, отползая прочь. Медведь направился к врагу, но шаг его замедлился, лапы подвели, и он рухнул на пол, так и не достигнув цели. Вилен опомнился, вскочил, выхватил кинжал из головы зверя и вновь вонзил его в череп.

– Ужас-ужас… – страдальчески протянула Виолет, платком стирая испарину со лба.

Будто лично сдерживала зверя. Может, так оно и было?

– Слоан, готовься, – ворвался в безрадостные мысли голос короля Аделмара.

Настал мой черёд доказать свою силу. Лишь бы Виолет не вмешалась и в мой бой. Я больше не сомневался, что она помогла своему фавориту.

– Поддержи меня хотя бы улыбкой, – я приблизился к столу, перехватил руку Виолет и припал к костяшкам её пальцев в поцелуе.

Озёрная свежесть ворвалась в мысли волной воодушевления.

– Удачи, Слоан, – вздохнула она утомлённо, но улыбнулась.

Я отправился за своим мечом. Человек при поддержке ведьмы справился за минуту, мне предстоит превзойти их обоих.

/Иден/

Ярость исходила от Слоана волнами, пока он шагал к столу, подхватывал свой меч и решительным шагом шёл к клетке со зверем, но все его чувства сменились глухой сосредоточенностью, стоило только решётке подняться.

Я отступил за спину Виолет, наблюдая одновременно за ней и за боем. Опасался, что она вновь вмешается, но девушка замерла, будто не дыша, и прикрыла глаза, стоило зверю вылететь из клетки. Не собиралась принимать участие в бое даже взглядом, Слоан был там сам по себе. И явно намеревался доказать свою силу.

Он бросился прямо на медведя, мощным взмахом меча отсёк направившуюся для удара лапу и развернулся вокруг своей оси, с трудом избегая столкновения с огромной тушей чудовища. Его лишь задело разлагающейся шерстью. Зверь попытался опереться на отсутствующую конечность, нелепо припал на плечо. И волк сразу приблизился. Меч поднялся и опустился, отсекая голову умертвия от туловища. Но тело вдруг поднялось, замахнулось, пытаясь достать противника второй лапой. Слоан отпрянул, падая на пол, и перекатился через голову. Рядом повалился поверженный зверь.

От Виолет повеяло облегчением, да и я сам выдохнул, радуясь, что этот бой обошёлся без ранений и смертей. Аделмар одобрительно закивал. Вилен похлопал в ладони, стоя возле стола с оружием.

– Быстрее сотри с себя гной зверя, – повелительно махнула рукой Виолет, когда довольный Слоан двинулся обратно к ней.

– Разве за победу мне не причитается новая улыбка? – хитро прищурился он.

– Слоан… – рассмеялась она, мотая головой, и он улыбнулся в ответ, весело ей отсалютовав.

– Твоя очередь, Иден, – напомнил Аделмар.

– Я надеюсь на объятие, – шепнул, склонившись к плечу Виолет. – И поцелуй за ранение…

– Только попробуй, – с предупреждением прошипела она.

– Волнуешься за меня? – подмигнув ей, я двинулся к столу.

Не торопился, ведь предстояло дождаться, когда уберут тушу поверженного медведя. Вилен кивнул мне и направился к королю и королеве. Двигался скованно, это соревнование заставило его выложиться на полную, когда мы со Слоаном даже не вспотели. Но Аделмар хотел подчеркнуть наше превосходство. Только явно прогадал, от Виолет не веяло даже толикой восхищения или наслаждения, она пребывала в тревоге и почти ужасе.

Медведя убрали, подкатили последнюю клетку. И я двинулся к ожидающему меня зверю. Он рвался из своей тюрьмы, рычал. В горящих жёлтым светом глазах не было осознанности. Погибшее от отравления мглой животное восстало, но лишилось инстинктов и сознания. Оно не боялось, несмотря на смерть предшественников. А вот меня немного потряхивало. Я бы мог показать хороший бой, попытаться превзойти результат Слоана, но желал… заставить бороться за меня Виолет.

Поэтому, когда медведя выпустили, я лишь увернулся от удара лапой и остановился в ожидании следующего удара. Зверь вскинулся, вновь рванул на меня. Ещё секунду и снесёт, бросит на пол, начнёт рвать, но он вдруг остановился, застыл, рыкнув словно в недоумении. Огромная лапа замерла у моего виска, так и не достигнув цели. Тело зверя дрожало, мышцы подрагивали, но он не мог сдвинуться с места.

– Спасибо за помощь, моя ведьма, – я обернулся и подмигнул Виолет.

Она сидела, напряжённо сжав руками подлокотники кресла. Бледная, встревоженная. И когда под её носом пробежала струйка крови, мне стало страшно. Я осознал, что в стремлении доказать вмешательство в соревнование подверг истинную опасности. Рыкнул про себя, поднял меч и опустил, в один удар рассекая голову зверя на две половинки. Туша животного рухнула к моим ногам, истекая зловонной кровью и гноем.

– Виолет… – я выпустил меч из рук и рванул к девушке.

– Я в порядке, – она кивнула, забирая платок из рук Вилена, и стёрла кровь из-под носа.

– Виолет, вы вмешались в соревнование, – громовым голосом обвинил король Аделмар.

– Чтобы этот идиот не убился! – вспылила она, подскакивая на ноги. Я к тому моменту достиг стола, и полный негодования лазурный взгляд впился в моё лицо. – Идиот! – припечатала, призывая своё стило.

Взмах изящной руки, и моё сердце сжалось от тоски. Виолет вновь разорвала нашу истинную связь.

– Ты выбыл! – припечатала она, двинувшись прочь.

На секунду стало невероятно страшно и одиноко. Моя жизнь и смерть перестали иметь значение, ведь истинная вновь от меня отказалась. Но следом пришли злость и упрямство.

– Отбор продолжается, я одержал победу, – напомнил сердито, в два прыжка достигая её, вцепился в запястье девушки и развернул её к себе.

Мои пальцы скользнули по пылающей от ярости щеке, вновь устанавливая истинную связь. Чуть потухший для моего сознания запах золотой кувшинки воспылал с новой силой.

– Ты проиграл. Погиб бы, – возразила она, вновь за взмах стило разрывая только сформировавшуюся нить.

Я охнул он прострелившей грудь боли, чуть нагнулся и, когда поймал тень тревоги в голубых глазах ведьмы, выпрямился и прихватил пальцами подбородок Виолет.

– Тогда надо было дать мне погибнуть. Я бы хоть умер достойно, в бою, – выдохнул, склоняя своё лицо к ней.

– Ты не умрёшь от разрыва истинности! – проревела она разгневанно.

– Умру. Не смогу жить, если ты от меня откажешься, – возразил упрямо.

Виолет задохнулась на миг, но в её взгляд вновь вернулась ярость.

– Ты ещё мне и угрожаешь, наглый котяра?! – взъярилась она, отталкивая мою руку.

– Конечно. Раз ты так неравнодушна ко мне.

– Ах… ты… – она вновь подняла руку со стило.

– Ну, давай… – я сделал шаг к ней, сокращая расстояние между нашими телами до жалких тридцати сантиметров, и с вызовом ухмыльнулся. – Пока я жив, не откажусь от тебя.

– Так, хватит, вы оба, – возле нас появился король Аделмар и подтолкнул меня в грудь, вынуждая отступить от ведьмы. – Вмешательство могло иметь место, и Иден доказал такую возможность. Но будем считать, что все кандидаты показали свои боевые навыки. Соревнование продолжается. Вы согласны, королева Виолет?

– Продолжается, – выдохнула она, вмиг успокаиваясь внешне, но все оборотни в помещении ощущали клокочущую в ней злость. – Значит, завтра конкурс талантов, – заключила, нежно улыбнулась и порывисто отвернулась от нас.

– Эй, моя ведьма, ты должна мне поцелуй за ранение, – напомнил ей я.

– Ты ранен? – она обернулась ко мне. Острый аромат тревоги смыл запах злости. – Как? Когда успел?

– Ты ранила, в самое сердце, когда разрывала связь, – в подтверждение похлопал себя по груди.

– Вот же… – цыкнула она, скривившись в недовольстве.

– Хватит, Виолет, идём, – возле неё появился Вилен и подал ей руку.

– Идём, – выдохнула она, моментально успокаиваясь.

А он вдруг нагнулся и мимолётно поцеловал её в губы. Ошеломление в ней сменилось весельем, когда гнев во мне почти затмил взор. Вилену она не отказывала.

– Как я справился, моя королева? – спросил он, потянув её прочь из зала.

– Ты был великолепен, – промурлыкала она, и, к сожалению, не врала.

– Играешь с огнём, Иден, – отметил Аделмар, внезапно улыбнувшись.

– Оно стоит того, – ухмыльнулся я, наблюдая, как Виолет покидает зал.

И ведь даже не обернулась. Но ничего, скоро ей будет сложно отводить от меня взгляд.