Глава 24

С Фаем было очень комфортно, выйдя из ворот мы бодрым шагом потопали в сторону города, она сразу спросил куда мне надо, я рассказала адрес, который мне удалось запомнить, и то ли мы пошли по какой-то другой дорогое, то ли, Фай просто задал очень уверенный темп, а только уже через минут десять мы уже подходили к дому Карины.

На улице уже начало темнеть, и в домах постепенно зажигались окна, световые артефакты, которые здесь использовались, давали мягкий тёплый свет, и поэтому создавалось впечатление, дома окружены золотистым сиянием. Я вздохнула, отчего-то мне тоже захотелось жить вот так вот, иметь свои маленький домик, в котором вечером будет загораться свет, небольшой палисадник, но откуда-то вдруг пришло ощущение, что это не мой путь. К сожалению, не все прожив одну жизнь заслужили покой в другой. Мне, видно, ещё надо потрудиться.

Я постучала в дверь, калитку в палисадник открыла сама, не хотелось кричать на свю улицу, а звонков здесь не было.

Дверь мне открыла Карина, и на лице у неё сначала был испуг, но увидев меня, она вдруг просияла, и с криком: «мама, это Ксана!», кинулась меня обнимать. После она заметила Фая и замерла, пришлось объяснять, что это ничего страшного, это мой провожатый, потому что поздно.

Тоник чувствовал себя прекрасно, я, кстати, думала о том, как может сработать магия, но всё снова оказалось гораздо проще. Стоило мне положить руки мальчику на плечики, как я сразу увидела, что в целом все было хорошо, все воспалительные очаги исчезли, но осталось небольшое раздражение в области кишечника, подозреваю, что это было связано с иммунитетом, я быстренько подправила.

Карина попыталась усадить нас ужинать, но мы-то поели, поэтому отказались.

Зато я примерила платье, которое было почти готово и после примерки Карина обещала, к выходным его закончить.

— Как там реж Гафар? — спросила я, с ужасом ожидая, что реж «алкоголик» снова ушёл в запой.

Однако Карина, отчего-то смутившись, сказала, что всё в порядке, с того дня как мы о нём позаботились, ничего подобного больше не было.

— Я захожу к нему почти каждый день, — сказала она, — вот посмотрите Ксана, он на сказал такой сок пить каждое утро.

Я вдруг вспомнила, что «не магией единой жив человек» и тоже оставила рекомендации, что мальчишке ещё поделать и подавать, после перенесённого воспаления.

В общем, пообещав, что в выходные зайду, я собралась уходить, и вдруг вспомнила испуганное выражение лица Карины, когда она открыла дверь.

Попросив Фая подождать меня снаружи, я спросила:

— Карина, у тебя что-то случилось? Ты кого-то боишься?

И Карина расплакалась.

— Да в чём дело?

Оказалось дело снова людской жадности. Во сколько живу на свете, всё никак не могу понять, отчего некоторым, всё время мало? И своё, и чужое, всё бы загребли? Куда спрашивается? Вот я, копила-копила, на счету сумма, так и осталась, лучше бы съездила куда-нибудь отдохнуть, вот мечтала всё время на Алтай, а так и не поехала, и чего копила?

У погибшего мужа Карины были родственники, сестра старшая, живут в деревне, и решили они в город податься, и вдруг вспомнили, что у их почившего родственника там есть дом, и они же не написали Карине, мол так и так приедем погостить, они сразу пошли к судье, и заявили, что «наследства нас лишили, помогите восстановить справедливость».

И пришло Карине уведомление, что родственникам надо бы четвёртую часть дома отдать, потому как ей четвертина, сыну половина, и сестре мужа четвертушка, ну или деньгами, если она хочет, чтобы дом у неё целиком остался. А деньгами ни много ни мало три с половиной тысячи монет, да ещё и услуги судьи надо оплатить в размере двухсот пятидесяти монет.

А всё произошло из-за того, что муж не успел завещание оставить, и вот результат.

— Не представляю, — рыдая говорила Карина, — как это всё будет, они же приедут и начнут здесь порядки свои устанавливать.

«Ну да, — подумала я, — и получит Карина локальную войну в собственном доме».

А вслух сказала:

— Ты давай сырость не разводи, Сколько у тебя есть времени?

Оказалось, что на выплату Карине дали десять дней. Хорошо было то, что от выплаты родственнички отказаться не могли, если основной владелец дома находил деньги, то дом переходил в его полную собственность.

Я решила завтра сбегать к ректору и спросить, где можно взять такую немалую сумму. Может можно в армии займ оформить? Я бы тогда взяла. Мне же всё равно десять лет служить, а армия целителей всем обеспечивает. А может смогу хорошим людям помочь.

Успокоив Карину, вышла из дома, а к режу Гафару всё же решилась заглянуть, вдруг он там втихаря прикладывается, а Карину обманывает.

Фай молча следовал за мной. Постучалась в дверь, которая на сей раз оказалось заперта, стала ждать. Вскоре дверь отворилась и вначале я даже не узнала в гладко выбритом, коротко подстриженном мужчине, того самого режа Гафара, с набрякшими мешками под глазами, со спутанными волосами и щетиной, которого мы здесь обнаружили с Кариной несколько дней назад.

И мне сразу стало понятно, почему Карина смущалась.

«А он так ничего, — подумала я- но вот пока я ему не доверяю».

— Приветствую вас, реж Гафар, — сказала я.

Мужчина с подозрением на меня взглянул, потом перевёл взгляд на Фая.

— Это со мной, — уже почти привычно сообщила я, и добавила, — а я пришла вам сказать, что в воскресенье приду. У нас же ничего не поменялось?

Реж Гафар отрицательно покачал головой.

Я принюхалась, спиртным не пахло. И я решила переложить на плечи режа Гафара немного ответственности.

— Хочу вас попросить, реж Гафар, приглядывайте за Кариной, а то что-то она волнуется, там родственники супруга объявились с претензиями.

Реж Гафар прям «стойку сделал», услышав имя Карины.

Но я сразу предупредила, что подробностей не знаю. Решила не облегчать режу задачу. Захочет сам всё узнает, а вдруг у него сундук где-то зарыт, глядишь и Карине поможет.

Обратно с Фаем мы шли не спеша, в городе он был несколько напряжён, как будто ожидал, что вот-вот из-за угла кто-то выскочит и накинется на нас, а когда вышли из города, то он немного расслабился и мне удалось даже у него кое-что выспросить.

А именно разговор зашёл про то, что я эйла. Я напрямую спросила у Фая, что он про меня знает. Сначала он пытался увильнуть, а потом яч ему сказала, что я не маленькая восторженная девица, и, если я буду точно знать от чего он меня охраняет, то и мне и ему будет легче.

И тогда он сказал, что знает, что я неинициированная эйла, что заключила с армией контракт, чтобы скрыться от несправедливости.

Я взглянула на него и всё-таки спросила:

— А то что мы с вами через Восточные ворота прошли, это вас не удивило?

И сработало, он рассказал, что ректор подозревал во мне «посланницу богов».

А я подумала: «Вот же … некромант. А мне вообще ни словом»

И тогда я попросила Фая рассказать мне подробнее про эйлу. И то, что он мне рассказал привело меня в ещё больший шок.