Глава 48

Общение с Амираном у нас вышло просто отличное, самое главное, что больше он меня про «непонятное» прошлое не спрашивал, и не обижался. А поговорили мы с ним о вещах мне интересных и как медику, и как женщине, которая не может пройти мимо того, кто нуждается в помощи, а уже о детях я вообще молчу.

Единственный момент был такой, что Амиран меня спросил, действительно ли я собираюсь служить в армии десять лет.

Я отшутилась:

— Если выживу!

А он почему-то стал мрачный и, похоже, что еле сдержался, потому что мне показалось, что пара алых чешуек на висках пыталась проявиться. Но было уже темно, поэтому, возможно, что мне показалось.

Когда мы вышли из беседки, то наткнулись на прогуливающегося там Фая. Отчего-то лицо Амирана вытянулось, как будто бы он забыл, что у меня есть телохранитель, но до общежития он меня всё же проводил.

А мне всё время казалось, что кто-то смотрит на нас, но спина в этот раз у меня не чесалась, значить обошлось без проклятий.

Следующие несколько дней были целиком учебные, никаких общих тренировок, всё было стандартно, нас даже предупредили, что боевики идут по своей программе, а как вернутся, снова будет практическое задание, после которого нас ждёт магическое распределение.

Никто из целителей не переживал, что останется без дракона, а вот драконы, я полагаю, переживали, потому как их было больше, чем нас.

А я переживала по другому поводу. К ректору меня вызвали в первый же учебный день. И «подмигивающий» дознаватель там тоже был.

— Карита Ксана, рад вас видеть! — расплылся он в улыбке, можно было подумать, что он просто душка, но я-то помню, как он Шаню расспрашивал, у той все её телеса тряслись.

— Доброго дня, риз Нафар, — проявила я вежливость и продемонстрировала прекрасную память. Что-то мне подсказывало что риз Нафар знает обо мне гораздо больше, чем показывает.

Вопросы он мне задавал в присутствии ректора, и все они касались ситуации, случившейся во время наших учений. Я так поняла, что некоторых с нашего факультета уже допросили, потому что, когда меня с первой пары вызвали к ректору, наш староста, улыбнувшись сказал:

— Там господин дознаватель, но он немного вопросов задаёт и в присутствии риза Орша.

— Спасибо, Арвир, — кивнула я.

Староста вообще переживал обо всех нас, а обо мне только, когда рядом не было Амирана.

— Итак, карита Ксана, как вы поняли, что это прорыв? — спросил дознаватель.

— Кто-то крикнул «прорыв» и после этого нестерпимо завоняло, и появился этот страшный туман, — ответила я.

— Вы когда-нибудь раньше видели прорывы?

— Нет, конечно, это было впервые.

— Тогда почему вы поверили?

Я улыбнулась:

— Я ориентировалась на приказы командира.

И тут риз Нафар меня подловил, вот же, знала же, что ему известно больше.

— И что вам приказал ваш командир, риз Сарват, кажется? — спросил меня дознаватель.

— Он приказал мне активировать экстренный портал — ответила я, (не врать же).

— Эх, карита, а зачем же тогда вы сказали, что ориентировались на приказы командира? -так по-доброму, по-отечески улыбнулся риз Нафар.

«Эх, риз дознаватель, когда вы только изучали науку допроса, я уже работала старшей медсестрой!» — усмехнулась я про себя, а вслух сказала:

— Так я же и говорю, что ориентировалась, будь это не настоящий прорыв, разве отдал бы Сарват такой приказ?

И заметила, как ректор, блеснув фиолетовыми глазами, понимающе улыбнулся.

А на лице риза Нафара сначала отразилось разочарование, а потом он снова изобразил этакого добряка и сказал:

— Так я думал! И последний вопрос, — и лицо его неожиданно стало серьёзным, — что вы ощутили, когда увидели теневиков перед собой?

И я ответила правду:

— Я почувствовала, что им не нужна моя смерть.

Ректор закашлялся, а дознаватель почесал ухо, как будто бы ему показалось, что он ослышался, но переспросил:

— А что им было нужно?

Я пожала плечами:

— Мне показалось, что они тянулись к силе.

Больше ни дознаватель, ни ректор меня ни о чем не спрашивали, и я в сопровождении Фая побежала учиться.

А через пару дней, у нас была контрольная работа по целительским потокам. Это такой предмет, по сути, анатомия, но с магической точки зрения.

А поскольку в человеческом обличье анатомия драконов, и магов мало чем отличалась от той, что я прекрасно знала в другом мире, то мне этот предмет давался легко, и, я с удовольствием вспоминала и перекладывала магические схемы на привычные мне понятия мышечной, нервной и других систем организма.

И надо же было такому случиться, что я отвлеклась прямо на контрольной работе, где нельзя было разговаривать. Подозреваю, что это была чья-то маленькая месть, за то, что я была по этому предмету круглой отличницей.

Один из парней-целителей, которому непросто давались в целом все теоретические предметы, он был откуда-то из глубинки, где качество образования было ниже,чем в столице, но при этом магически был очень силён, стал спрашивать у меня что-то вроде:

— На какую систему организма нельзя воздействовать, используя накопитель?

И вопрос-то плёвый.

— На мозг, конечно, — шёпотом ответила я, но наши перешёптывания засекли. Оба получили минус один балл, и как бы теперь я ни написала, всё равно мне отлично уже не получить. А значит придётся сдавать экзамен, вместо автомата. А это целый день, особенно если в конец списка поставят.

И я подошла после урока и прямо спросила преподавателя:

— Что надо сделать, что исправить этот балл?

Он сначала как-то странно на меня посмотрел:

— Карита, вам-то что бояться экзамена?

— Я не боюсь, но каждый экзамен — это день, и если я могу получить целый день в свободное пользование, то я лучше это сделаю.

— Тогда, — улыбнулся пожилой преподаватель, — подготовьте-ка доклад к следующему занятию на тему: «Лиар Маннор, наиболее значимые открытия».

Кто это вообще? И, видимо, на моём лице отразилось недоумение, потому что преподаватель посоветовал сходить в библиотеку:

— С вашим умом, карита, вам будет интересно, а если вам будет интересно, то и доклад получится такой, что мы все с удовольствием послушаем.

И поход в библиотеку оказался весьма полезным.

Пожилой господин, отвечающий за библиотеку, долго искал книгу про этого Лиара Маннора, а когда нашёл, то странно на меня посмотрел. Но ничего не сказал, выдал, сухо сообщил, что работать с этой книгой, которую и книгой-то назвать было нельзя, так, тоненькая брошюрка, я могу только здесь.

Здесь так здесь.

В библиотеке народа было немного, я села за самый дальний столик, что бы никто не заметил и не подсаживался, и я бы смогла по-быстрому закончить, и пойти отдыхать.

Но, как только я открыла эту книгу, то с первых же строк поняла, что Лиар Маннор никто иной, как тот, кто тоже, как и я прошёл на территорию Академии через Восточные ворота.

И эта брошюра, по сути, была короткой историей его жизни здесь. И за то время, что он провёл здесь, он «изобрёл» рентгеновский аппарат, стиральную машину, и как это не смешно, микроволновку.

Этот человек был великим инженером, но почти все его «изобретения» были уничтожены сразу после его гибели, потому что, не понимая принципов их работы, маги и драконы предпочли уничтожить эти вещи, не зная, как они могут повлиять на магию мира, которая продолжала утекать в теневой.

И я долго думала, как рассказать про этого мага, которого одни до сих пор считают причиной основной проблемы этого мира, а другие уже и не помнят, и поэтому немного дольше провозилась с оформлением, и, когда я уже заканчивала, то вдруг услышала знакомый голос.

Разговаривали мужчина и женщина.

Мужской голос я не узнала, а вот женский принадлежал Латифе.