Глава 24

Рину засмеялся, методично похлопывая меня по бокам, по бёдрам, по ногам… а я замерла. Ведь не было в его прикосновениях никакого подтекста. Если не искать подтекст в банальном обыске на рамке металлодетектора перед каким-нибудь матчем по регби, или, например, в аэропорту.

— Признавайся, где прячешь пушку, грозная землянитянка? Ага…

Из моего ботинка был осторожно извлечён и продемонстрирован мне ворованный кухонный нож. Рину уперся рукой в дерево выше моей головы, но это не помешало мне снова развернуться к нему лицом.

— Предпочитаешь холодное оружие, красотка? Только вот это совсем не годится. — Презрительно сказал он и поднёс нож ближе к моим глазам, ловя металлом солнечный блик. — Смотри, у лезвия нет ограничителя. Рукоять гладкая: из-за крови станет скользкой, как мыло! Нет дола, баланс лезвия и черена, хуже, чем у вусмерть пьяного собирателя, пытающегося помочиться с обрыва… Это нож для фруктов, а не для чьей-то печени. Другими словами, попробуешь кого-то таким заколоть, сама же и покалечишься. Снова придётся тебя… штопать. Пожалей свои маленькие нежные пальчики, недотрога...

Красотка? Недотрога?! Пальчиков ему моих, видите ли, жалко?! Да что он вообще себе позволяет...

Я сверкнула злым взглядом на этого позера. Рину дерзко ухмыльнулся, но руку с ножом от моего лица всё же убрал. А потом подкинул моё ворованное оружие в воздухе и, поймав за лезвие, снова протянул мне рукоятью вперёд. Замер, ожидая, когда я заберу его, не сводя с меня хитрющего взгляда.

Я забирать не стала. Это было уж слишком унизительно!

— Не мог бы ты… просто немного отойти. — Попросила я, стараясь быть максимально спокойной и вежливой, хотя у самой при этом сердце, как сумасшедшее билось о рёбра. — Пожалуйста.

Рину нож убрал, но снова задержал на моих губах долгий… очень долгий взгляд. При том такой, что мне стало ещё неуютнее в его компании, чем было до этого... Да что он высматривает-то там, в конце концов! Усы у меня что ли выросли?!

Наконец, словно совладав с собой, он сказал:

— Пойдём. Дам тебе что-нибудь посерьёзнее, а после завтрака поучу пользоваться. Не думаю, что с нами тебе это когда-нибудь пригодится, но кто знает... Если хочешь, разумеется…

Сказал. Но при этом всё равно не отступил ни на шаг.

Я шумно втянула носом воздух. Пожалуй, липкие щупальца пережитого вчера страха, снова начали пробираться мне под одежду, заставляя кожу щетиниться мурашками. Слишком странно Рину себя вёл… Как-то непредсказуемо. И ещё смотрел так, будто вот-вот собирался вгрызться мне в горло своими острыми клыками.

— Чего я действительно хочу, так это чтобы ты покинул мою зону комфорта, Рину. — Сказала я вкрадчиво, не разрывая со зверем зрительный контакт, как учил меня кинолог при дрессировке Роки. — Я не глухая и прекрасно расслышу всё, что ты мне хочешь сказать, и без того, чтобы… пялиться на твою подмышку.

Рину рассмеялся в голос и, наконец, убрал от моей головы руку.

— Ах, Ив, Ив… — Сказал он, резко став серьёзным. — Просто пойми, в лесу для тебя совсем небезопасно. Вчера тебя чуть не задрал молодой верг, всего-то зелёный молодняк. А что будет, если встретишь его злобную мамочку? Или у реки наткнёшься на гигозавра?

Я прыснула от смеха.

— Гигозавра?

Да кто придумывает здесь все эти названия... Икеевский генератор?

Рину шутливо погрозил мне пальцем и сказал, нарочно добавив в свой голос нравоучительную менторскую интонацию.

— Зря смеёшься. Этот лес полон хищников. Вот только не они здесь главная опасность. Поверь, есть вещи пострашнее нападения одинокого голодного верга. Эта планета… м-м… как бы сказать? Она настоящая колыбель жизни! Бактерии, микробы, вирусы, которые привносят в местный, ещё только формирующийся биом, из своих миров такие вот неудачники, как ты или я, они меняют здесь всё под себя! И это так... завораживает. Эх, хотел бы я увидеть эту планету через десяток тысяч лет…

Я прищурилась, внимательно разглядывая его лицо. Этот плут умел вертеть хвостом и нагонять жути, пожалуй, как никто. И было совершенно неясно, когда его слова можно было делить надвое, а когда следовало верить каждому. Пожалуй, должно было пройти ещё немало времени, чтобы я научилась отличать одно от другого!

— Ве-ерги, гигоза-авры… — Проворчала я, передразнивая его манеру слегка растягивать ударные гласные. — А какой хищник здесь самый опасный? Ну я так, просто из любопытства спрашиваю. Чтобы знать. Хорошо бы понять хотя бы от кого бежать-то в первую очередь?

— Самый-самый опасный? — Рину язвительно усмехнулся и демонстративно потёр подбородок пальцами, словно и правда задумался. — О, их целых два, Ив. Но и далеко ты от них всё равно не убежишь. Потому что это мы с Рэвулом, и твой аромат теперь приведёт нас даже на другую сторону вселенной.

Мой аромат? Да о чём он вообще? Я же только из душа...

Он снова сделал шаг ко мне, заставив инстинктивно попятиться, и добавил более низким и зловещим тоном.

— Так что, в следующий раз, когда надумаешь взять что-нибудь без спроса и слинять, не попрощавшись — вспомни об этом, землянитянка.

— Землянка!

Я разозлилась. Вот теперь я действительно разозлилась! Пихнула его ладонями в грудь, заставив убраться с моей дороги и быстро пошла в сторону кустов гигантского укропа. Рину догнал меня и нагло ухмыляясь пошёл рядом.

— С чего ты вообще взял, что я сейчас пыталась убежать?

— Обулась, оделась, взяла нож из любимого поварского набора Рэвула… Неужели думала, что он не заметит?

— Я просто так. — Попыталась я оправдаться. — На всякий случай!

— Да, да. Только теперь на место его положить не забудь. Причём на место — это значит, именно на то место, с которого ты его взяла. Иначе сама перед Рэвом оправдываться будешь.

— Сам положишь! Знаешь, вы с братом оба просто невыносимы! Я свободный человек — это значит, что я могу делать что хочу! Так что может, и стоило бы всерьёз задуматься о побеге!

Рину с досадой всплеснул руками.

— Да что случилось-то, что тебя понесло в лес с утра пораньше? Мы тебя обидели чем-то? Неужели Рэвул ночью слишком громко храпел и не давал тебе спать? Нет, я порой тоже часами из-за этого пялюсь в потолок и думаю о побеге куда подальше, но чтобы вот так, с одним только кухонным ножом… Я-то опасался, что ты до арсенала нашего втихую добралась!

До арсенала? Как интересно...

— Рину! — Я резко остановилась и развернулась к нему. — Может, хватит уже всё сводить в шутку?

Киранец фыркнул, даже не подумав хотя бы притвориться серьёзным.

— Эх, Ив… Пойми, шутки, они как флеминги, в мутной воде не водятся! Даже если шучу, я всё равно с тобой честнее честного, и все мои намерения на твой счёт предельно прозрачны...

Рину словно хотел сказать что-то ещё, но резко передумал. Он шумно выдохнул, прикрыл глаза и обречённо помотал головой.

— Знаешь, давай лучше сделаем вид, что всё так и было задумано — пойдём сейчас соберём чего-нибудь вкусненького, раз уж всё равно так далеко ушли. Здесь за деревьями у нас с Рэвом целая заимка для съедобных растений. Там есть сладкие нимы и других фруктов в избытке. Не будем давать нашему зануде лишний повод понудеть о правилах безопасности на чужой дикой планете. Скажем, что устали от его храпа и пошли прогуляться, набрать чего-нибудь к завтраку.

Он обогнал меня и сошёл с тропы, взяв правее. Остановился, ожидая, что пойду за ним.

И я зарычала от досады, но пошла. Чему Рину, судя по весёлой мелодии, которую он стал насвистывать, был весьма рад.

— Почему ты это делаешь? Зачем собрался выгораживать меня перед братом?

Киранец развернулся ко мне со своей неизменной клыкастой улыбочкой и пошёл спиной вперёд.

— Честно? Не хочу, чтобы Рэв включил режим телохранителя. Ты ведь тогда и на секунду не сможешь остаться одна. Поверь, он лучший в этом. В том, чтобы задушить тебя своей заботой, если почувствует, что тебе грозит опасность! — Весьма эмоционально добавил он, явно зная об этом на своём личном опыте. — Это его «пунктик» по жизни. Детская травма, если хочешь, и ничего с этим не сделать.

Я надолго замолчала, раздумывая над его словами. Высокие кусты укропа сменились какой-то жёсткой травой по пояс, похожей на листья ананаса, только в несколько раз мягче. Идти между ними было одновременно проще из-за прореженной почвы под ногами, и сложнее, ведь листья эти приходилось отгибать, чтобы пройти вперёд и не порезаться об острые края.

Устав саму себя изводить тяжёлыми мыслями, я всё-таки решила задать киранцу самый главный из мучавших меня вопросов:

— Рину, пожалуйста, скажи честно, зачем я вам сдалась?

Красноволосый обернулся ко мне, едва не налетев на куст прямо перед собой. Язвительно фыркнул.

— Думаешь, следовало оставить тебя в том пыльном подвале?

— Это не ответ.

Он устало вздохнул и покачал головой.

— Но это и не вопрос. Мы не могли тебя там оставить, Ив. Собиратели не лучшая компания для такой красивой и шустрой девушки… Пойдём. Есть хочется, аж зубы сводит! А Рэв ничего готовить не будет, пока не убедится, что с нами всё в порядке. Хорошо бы, конечно, вернуться до того, как он проснётся и успеть, в кои-то веки, первым пнуть его с кровати… — Кровожадно добавил Рину.

Я смутилась. Ну вот, он опять назвал меня красивой. Интересно, правда так думал, или просто вворачивал в речь всякий раз, чтобы увидеть, как я от этого бешусь и покрываюсь красными пятнами?