Глава 78

Я села между ними, лицом к Рэву. Он поставил шкатулку между нами и опустил в нее пальцы. Осторожно набрал немного розоватой смолы и принялся осторожно, короткими мазками, наносить мне её на кожу. Одно касание в центр лба, по одному за уши во впадинки за мочками, одно прикосновение к подбородку, легкое и короткое к ямке между ключиц.

Рэвул не пытался меня лапать или переходить грани дозволенного. Вместо этого он, словно художник, осторожно наносил последние мазки на картину. Поправить здесь, отметить там…

От сосредоточенности он даже высунул кончик языка между зубов. Я невольно улыбнулась. Сейчас он выглядел так мило. Словно и не был никогда тем жестоким и суровым Рэвулом, который без сомнения и страха может броситься на здоровенного гигозавра, имея в арсенале лишь собственные когти, зверину́ю ярость и нож.

Заметив, что я с интересом разглядываю его, Рвул подмигнул мне и протянул шкатулку с лагбанумом Рину. Он тоже опустил в нее пальцы и стал деловито наносить на себя смолу такими же короткими, осторожными мазками. Я спохватилась — это же ритуал! Выхватила шкатулку из его руки, опустила в нее указательный палец.

Мазь была вязкой наощупь, но быстро таяла на коже. От свечного воска в ней, пожалуй, был только мутноватый цвет. Я зачерпнула немного и мазнула Рину между ключиц и в центр лба.

А потом поймала на себе его взгляд и замерла.

Киранец смотрел на меня так, словно я была бескрайним звездным небом, а он тем, кто впервые в жизни оторвал взгляд от земли. Его узкие зрачки были расширены и казались круглыми, губы были чуть приоткрыты, он шумно дышал… или мне так только казалось? Я услышала, как за моей спиной рука Рэвула со скрипом скользнула по спинке дивана. Этот звук был громким. Почему-то все звуки вокруг стали казаться громче. В особенности стук моего собственного сердца, который вдруг начал резко набирать обороты.

Я обернулась к Рэву. Он влюбленно разглядывать мои ноги, скользил по ним взглядом, медленно поднимаясь вверх и вожделенно кусая свою пухлую нижнюю губу.

Я шумно втянула носом воздух и почувствовала яркий цветочный аромат. Нет, не цветочный… в нем было больше древесного. Или все же нет?

Этот запах было сложно описать. Пудровый, теплый и в то же время свежий. Лагбанум в шкатулке пах иначе. Его не хотелось так сильно распробовать, понять, прочувствовать и напитаться им. Этот же аромат хотелось вдыхать, жадно вбирать в себя, чтобы сделать его своей неотъемлемой частью и пахнуть так всегда. Двадцать четыре на семь, до самого конца своей долгой жизни…

Я шумно втянула носом воздух еще раз и поняла, что такой же аромат, но менее многогранный и более тихий я уже обоняла… Что так пахло от них. От Рэ́вула и Рину́.

У меня закружилась голова. Я на секунду прикрыла глаза, чтобы прийти в себя, а когда открыла, встретилась взглядом с Рэвулом, он был ко мне совсем близко и с жаждой смотрел на мои губы… А мои руки в это время…

Ох…

Я поймала себя на том, что мои пальцы жадно скользят по внушительной выпуклости на его штанах, сжимая член киранца через ткань с таким нетерпением, что у Рэва сбивается дыхание… Он подался ко мне, а я, жалобно пискнув, вскочила с места и попятилась прочь, едва не споткнувшись при этом об столик.

Братья поднялись следом за мной и не сговариваясь выставили вперед руки, намереваясь поймать меня, если все же не удержу равновесие.

— Ч-что в этом вашем лагбануме на самом деле? Вы меня обманули?! Это какой-то дурман, да? Наркотик?!

Рину́ отрицательно замотал головой.

— Нет, нет! Успокойся, Ив… Это всего лишь благовоние, как я и сказал!

— Я думал… — Начал Рэвул и запнулся с сомнением переведя взгляд с меня на Рину и обратно. — Твоё шампанское. Разве это не тонизирующий напиток для любовного ритуала?

У меня буквально глаза на лоб полезли!

— ЧТО?! Да с чего ты это взял?!

— Мгх… Рину?! — Опасно рявкнул капитан.

Красноволосый с невинным выражением на лице развёл руками.

— Да я только предположил! Откуда мне было знать наверняка? Зато не пришлось уговаривать Ив попробовать лагбанум!

У меня руки затряслись, как сильно захотелось кого-нибудь придушить. Но вместо этого я запустила дрожащие пальцы в волосы и обречённо простонала:

— Так это всё-таки был какой-то наркотик… Вы двое вообще в своём уме?!

— Нет Ив, ты что! — Обеспокоенно воскликнул Рину. — Никаких психостимуляторов, мы вообще против такого! Это просто… благовоние, как я и сказал.

— Достаточно. — Оборвал его Рэ́вул и серьезно на меня посмотрел. — Это действительно не просто благовоние. Лагбанум многократно усиливает действие естественных феромонов. Но он абсолютно безвреден и не токсичен. И уж точно не является наркотиком.

— Тогда зачем же он нужен? — Жалобно пискнула я, чувствуя как от их сумасшедшего аромата у меня томно тяжелеет внизу живота.

Рину́ недовольно поджал губы, глядя на прямолинейного брата и снова попытался меня убедить в своей невиновности:

— Как я и сказал тебе, киранцы используют его для ритуалов!

— Рину! Врать, конечно, не то же самое, что недоговаривать, но я прошу тебя. Она же наша единственная.

Рэ́вул сурово смотрел на брата, пока тот наконец не сдался.

— Хорошо. Я виноват, что сразу не рассказал все как есть. Но ты бы тогда просто не согласилась попробовать! Опять ушла бы в себя, надумав себе кучу несуществующих причин отказаться, даже не рассмотрев варианты. Ив, лагбанум — это афродизиак. Найдя единственную, исключительно подходящую пару, мы используем его для усиления восприятия друг друга во время бракосочетания.

Мне показалось, что мне только что кто-то выстрелил в затылок. Потому что эффект от произнесенных им слов для моих и без того плавящихся мозгов был аналогичный.

— Б-б… бракосочетания?!

Рину нервно дёрнул плечами.

— Ну, не только. Но основное предназначение именно ритуальное.

Словно бы это позволило ему с большей вероятностью убедить меня в своей правоте, этот негодяй сделал ко мне еще один шаг и сказал спокойно, уверенно и вкрадчиво:

— Ты — наша, Ив. Но твоя физиология ограничена, ты куда хуже ощущаешь запахи, твои инстинкты слабее. Я подумал, что лагбанум поможет тебе ощутить то, что мы с Рэ́вулом чувствуем постоянно. Ты ведь… чувствуешь нас сейчас, ведь так? Этот аромат, он кружит тебе голову? Затуманивает разум, заставляя думать… всякое…

Я шумно сглотнула подступивший к горлу ком. Или мне только показалось, что шумно? Все звуки вокруг продолжали быть для меня громче, чем есть на самом деле. А еще Рину́ был прав. Прямо сейчас я не только обоняла, я будто каждой клеточкой кожи чувствовала, как чудесно пахнут эти двое.

Как однажды сказал мне Рину́ — как счастье. Настолько притягательно и вкусно, что мне хотелось потереться об них, чтобы перенять этот аромат. Хотелось… прильнуть к ним, целовать их и делать еще очень… очень много всего!

Но при всём этом всём я сейчас чувствовала себя обманутой!

— И вы что… ощущаете этот аромат от меня постоянно?

Близнецы переглянулись с горькими усмешками.

— Каждую секунду. — Сдавленно ответил Рэ́вул.

— И даже когда тебя нет рядом, так пахнут вещи, которых ты хотя бы касалась. — Мечтательно добавил Рину́.

Рэв усмехнулся.

— Чтоб ты знала, Ив Сандерс, я из-за этого не могу спокойно в душ пойти. Все полотенца пахнут тобой даже после стирки. Приходится…

Рину́ сконфуженно кашлянул в кулак и толкнул брата локтем. Процедил сквозь зубы.

— Знаешь… это вряд ли то, о чем ей хотелось бы сейчас знать.

Я растерянно оглядела кают-компанию в поисках пути к отступлению. Я ведь действительно могла уйти. Хотя бы в свою каюту. Отсидеться там, пока не закончится действие этого афродизиака. А потом… а что потом?

Делать вид, что я никогда не чувствовала того, что чувствую сейчас? Но я чувствовала! И как оказалось дело было совсем не в лагбануме!

Ведь этот неописуемый аромат настойчиво преследовал меня уже несколько дней! И так манил сделать то, чего настолько нестерпимо хотелось теперь. Прижаться к этим двоим обормотам, вдохнуть их запах, оставить его на себе… Просто мои притуплённые человеческие инстинкты значительно уступали их острым хищническим и я не смогла сразу понять что именно со мной происходит! Но теперь из головы не шла настойчивая опасная мысль…

А что, если довериться их чутью? Что, если просто забыть обо всём, что тянет назад и отпустить эту дикую ситуацию…

— И каково это? — Спросила я, давя обиженные слезы в голосе. — У вас у всех так? У киранцев? Одна девушка на двоих?

Рину́ и Рэ́вул напряженно переглянулись. Они явно ждали этого вопроса, но всё равно будто не были к нему готовы.

— Нет. — Ответил Рэв. — Но сопряжение выше законов. Никто не имеет права вставать на его пути и разлучать сопряжённых. Ни общество, ни правила. Из-за этого у нас, киранцев, иногда случаются достаточно… кхм… сложные ситуации. На самом деле лично я о сопряжении двоих мужчин с одной женщиной даже и не слышал никогда. Но и таких, как мы с Рину, не так много на свете. Одинаковых.

Рину́ горько вздохнул и отвёл взгляд.

— А я слышал. Но это и правда редкость. И… о таком особо не говорят. Рэв всё верно сказал, сопряжение священно, никто не имеет ни морального ни законного права разбивать такие союзы.

Он нервно провёл рукой по затылку взлохматив свои и без того находившиеся в беспорядке волосы, и снова посмотрел на меня.

— Ив… на самом деле далеко не всем киранцам дано встретить свою единственную пару. Многие создают семьи и без этого, но найти настоящую, неотделимую часть своей души — это благословение от которого невозможно отказаться. Потому многие из нас даже выбирают путь одиночества вплоть до аскезы на близость, в надежде однажды все-таки обрести сопряжение. И теперь я по-настоящему понимаю их… Хотя раньше считал наивными дураками.

Рину шагнул ко мне, но я сделала шаг назад давая понять, что это совсем не то, что ему сейчас следует делать, если не хочет чтобы я просто ушла. Он, сдаваясь, на секунду поднял ладони и вновь отступил к брату. Возможно мне это лишь показалось, но в глазах Рину промелькнул страх. По крайней мере он точно не хотел, чтобы этот вечер закончился именно так.

— Я не мог не думать о том, как бы это было… М-м… Карадла! Когда не встретил свою единственную во время Тар Каад, решил что это и есть моя судьба и… выдохнул. В тот момент это было освобождением для меня, не найти свою пару. Решил посвящу жизнь поиску Рэва и спокойно проживу её и без этого их хвалёного сопряжения! Думал, что буду наслаждаться всем, что может дать мне мир, вместо того чтобы закостенеть в размеренном браке с какой-нибудь... — Он сжал кулаки и зарычал, задрав лицо к потолку, словно ничего сложнее для него сейчас не было, чем говорить всё это. — А теперь я чувствую себя абсолютным идиотом, Ив. Потому что не знаю, как раньше жил без тебя… Не понимаю, зачем мне весь этот мир, если в нём не будет моей недотроги!

— Именно так. — Кивнул Рэвул. — Точнее и не сказать…

Рину́ едко усмехнулся.

— И вот мы все здесь. И у нас обоих просто крыша едет от тебя... А ты и знать нас не хочешь. Только ответь, пожалуйста, честно. Хотя бы себе. Ты всё еще считаешь, что предложить тебе попробовать лагбанум было такой уж плохой идеей? Если бы сопряжение касалось только нас с Рэвом, а ты была бы к нему абсолютно невосприимчива, он бы не подействовал на тебя. Но я же вижу, что всё сработало как надо…

Я посмотрела на одного мужчину, на другого… А потом зажмурилась и спрятала лицо в ладонях. Этот аромат… он и правда сводил меня с ума.

Если близнецы всю дорогу с начала нашего знакомства ощущли его в моем присутствии, то совершенно неудивительно, что они все это время вели себя со мной, как похотливые самцы. Да от такой концентрации этого разлитого в воздухе «желания», ведь свихнуться можно! Я ощущала его меньше нескольких минут, а уже не была уверена, что смогу удержаться от того, чтобы не накинуться на кого-то из них или на обоих сразу.

— И что же мне со всем этим делать? — Отчаянно простонала я. — Как скоро перестанет действовать этот ваш лагбанум?!

Рину́ осторожно приблизился ко мне и протянул руку, желая коснуться моего плеча, но я увернулась. Не позволила. С меня было довольно и их запаха, в котором утопало все вокруг.

— Через несколько часов. Ты можешь пробыть это время на улице, когда диффузия воздуха выше, запахи рассеиваются быстрее. Или… ты можешь перестать относиться к этому, как к чему-то постыдному и позволить нам доказать тебе, что все может быть совершенно иначе. Ведь что может быть естественнее существ, нашедших свою исключительно подходящую пару? Мы не обидим тебя, Ив.

— Да я скорее руки себе сломаю, чем наврежу тебе. — Без намёка на улыбку сказал Рэв. — Или ему. Ему я их сломаю даже с удовольствием.

— Эй, полегче! — Возмутился Рину.

Моя голова кружилась от их запаха, витавшего в воздухе. От звуков их голосов по моей коже бегали щекотные мурашки, а низ живота тянуло от сладкого, томного предвкушения чего-то… чего я еще никогда в своей жизни не испытывала.

Я хотела уйти. Сейчас же! Оказаться от этих двоих на другом конце Вселенной! Но нет же… нет… я ведь просто врала себе. Ведь на самом деле больше всего на свете сейчас хотела остаться. Раствориться в их аромате, скользнуть носом по сильной шее одного, пока горячие руки другого будут исследовать мое тело…

Я утерла ладонью со лба выступившую на нем испарину и больно прикусила губу, пытаясь вернуть себе контроль над мыслями и телом, которое требовало какой-то неведомой мне разрядки, потому что было наэлектризовано сильнее громоотвода, в который только что ударила молния.

— Хорошо… я… я…

Я увидела, с какой жадностью одновременно вспыхнули их одинаковые хищные глаза.

— Но только я не хочу, чтобы вы…

Рину́ нежно прижал указательный палец к моим губам и провел по ним, словно отсекая все мои дальнейшие объяснения.

Он встал ко мне так близко, что у меня задрожали колени.

Такой головокружительно высокий, сильный и красивый… Он смотрел на меня с волнительным обожанием и кусал от нетерпения губы. Его чудесный притягательный аромат окружил меня и заставил зажмуриться от потока сладких мурашек, побежавших по моим плечам и спине. Киранец обхватил горячей ладонью мой подбородок и наклонился к самому уху, после чего прошептал дрожа от предвкушения, передавая этот трепет и мне:

— Просто скажи, что нам можно и останови, если что-то нельзя.