Глава 27

Соня ещё никогда не чувствовала себя такой счастливой, как в последнюю неделю.

Радостное волнение охватило ещё после их ошеломляющего примирения, и не покидало с тех пор. Пусть Глеб не разделял её представлений об ухаживаниях и романтике, это было не важно. Главное, что она поняла – он действительно мыслил иначе, по-своему. Не пренебрегал ею и не хотел откупиться.

А ведь прежде ей казалось именно так. Казалось, что он просто не хочет тратить на неё лишнего времени; считает её девочкой для постели, недостойной другого внимания.

Узнать, что это не так, было почти достаточно для счастья. Соня согласна была обойтись без цветов – «травы», как говорит Глеб – и любых других ничего, по большому счёту, не значащих мелочей. Главное – уверенность, что она всё-таки ему дорога.

Своим чувствам Соня уже нашла определение – оно всплыло как-то само собой, неожиданно, но не ошеломляюще, словно в глубине души она давно во всём разобралась и теперь только признала очевидное.

Она полюбила. Не по-девчоночьи влюбилась, когда всё видится сквозь розовые очки. Соня помнила все этапы их отношений, понимала, что с Глебом всегда будет непросто, и что она может не дождаться таких же сильных ответных чувств. Но она была готова принять его характер и взгляды, работать над их отношениями. Хотела быть рядом, даже если их ждут сложности.

Соня не знала, когда именно в ней начали происходить перемены. Когда она впервые решилась ему довериться? Или когда он предложил помощь, ничего не требуя взамен, и она вдруг почувствовала себя не одинокой? Или когда он даже в ярости не смог причинить ей боли, и Соня душой поверила, что рядом с ним всегда будет в безопасности? Это было неважно. Значение имело лишь то, что теперь он стал неотъемлемой частью её жизни, её мира, её души.

Только одно немного омрачало её счастье – сказанное однажды Глебом «пока». Пока мы вместе… Как бы ей хотелось услышать от него «навсегда»!

Впрочем, с момента тех слов их отношения заметно изменились. Теперь они часто бывали вдвоём. Не просто ужинали и отправлялись в постель. Глеб неожиданно стал звать её на прогулки – возле дома, но Соня всё равно была рада. По вечерам они часто смотрели фильмы – с ноутбука, лёжа в обнимку. Наверное, это было наивно и по-детски, но Соня искренне радовалась, когда их мнение о происходящем на экране совпадало.

Глеб снисходительно посмеивался над её любовью к попкорну – «этой липкой гадости» – но иногда не выдерживал и присоединялся. Правда, в такие вечера фильм чаще всего оставался недосмотренным, потому что Глеб требовал, чтобы она кормила его с рук, и тогда их баловство быстро переходило в совсем другое времяпровождение.

Пару раз Соня пыталась намекнуть, что с удовольствием бы выбралась с ним куда-нибудь за пределы особняка, но Глеб по своему обыкновению беспрекословно объявил, что кино удобнее смотреть дома, а к искусству он равнодушен, так что по музеям и театрам ей лучше гулять с Валентиной Григорьевной. Она не стала настаивать, не желая разрушать установившуюся между ними гармонию.

- О чём задумалась? – вопрос прозвучал неожиданно.

Соня обернулась. Оказывается, она, поглощённая своими размышлениями, не заметила, что Глеб уже дома.

Она встала, будто невзначай прикрыв крышку ноутбука. Перед его приходом она бродила по сайтам ВУЗов и не хотела, чтобы Глеб сейчас заметил открытые вкладки.

Соня лелеяла надежду, что уже этим летом сможет поступить. Домашних дел у неё не так много, и она бы прекрасно со всем справлялась. Вот только она ещё не придумала, как преподнести эту идею Глебу. Конечно, ничего предосудительного в её желании не было, но Соня хорошо помнила его ревность и неодобрительное отношение к её одиночным вылазкам в город, и потому была готова к разной реакции.

- О будущем, - честно призналась она, делая несколько шагов мужчине навстречу и подставляя губы для поцелуя, чем он с удовольствием воспользовался.

- М-м… - Глеб оторвался от неё, но из объятий выпускать не спешил. – Если о ближайшем, то на завтра не строй никаких планов, ты будешь занята.

- Чем? – Соня искренне удивилась. Обычно он возвращался не раньше, чем к ужину.

- Ну ты же хотела как-нибудь развлечься. Завтра к трём будь готова.

Удивление только усилилось, но теперь к нему примешалось приятное предвкушение.

- И куда мы пойдём? – полюбопытствовала Соня, решив, что сегодня заводить серьёзный разговор не станет.

- А как же сюрприз? Ты разве не любишь сюрпризы?

Глеб улыбнулся, явно довольный её неприкрытой радостью.

- Только одеться нужно будет поудобнее. У тебя есть что-нибудь спортивное?

- Конечно, - ответила Соня, теперь ещё больше теряясь в догадках.

* * *

Раньше Глебу не доводилось ломать голову над подарками. С Ветровым они на праздники традиционно обменивались дорогим алкоголем, матери и жене друга Глеб покупал первую попавшуюся на глаза ювелирку, крестницам – игрушки, да и те выбирал не сам, а поручал одному из сотрудников, у которого был ребёнок подходящего возраста.

Теперь стандартные схемы не работали. Поначалу это немало нервировало, но скоро он не то чтобы привык, а даже втянулся. Соня так искренне и неприкрыто радовалась любому совместному времяпровождению, что Глеб не мог не разделить её эмоций.

Когда он привёз её на каток, сразу понял, что не промахнулся. У других при виде путёвки на Мальдивы глаза так не блестят, как у его девочки засверкали от предвкушения незамысловатой забавы.

- Только я не умею кататься, - она виновато улыбнулась, будто призналась в чём-нибудь предосудительном. – Никогда не пробовала.

- Ничего, - не зря он арендовал весь каток, чтобы никто не мешался под ногами! – Мне нравится тебя всему учить.

Соня порозовела, уловив двусмысленность фразы, и Глеб счастливо засмеялся. Ему нравилась эта её умильная способность смущаться даже теперь, когда они уже не раз были близки. Вообще, ему всё в ней нравилось, и иногда от этого становилось не по себе.

Он ни разу в жизни сам не пробовал наркотиков. А вот теперь, кажется, подсел на человека. На женщину! Как иначе назвать то, что с ним происходит?

- Ой! – Соня храбро попробовала отъехать от бортика и сразу чуть не упала, замахала руками, стараясь сохранить равновесие.

Глеб успел поймать её за талию.

- Не спеши.

Соня оказалась прилежной ученицей. И способной. Глеб не ожидал, что их прогулка окажется настолько увлекательной. И… необременительной, что ли. Он был готов к капризам и обидам, если что-то пойдёт не так. Однако Соня, даже когда всё-таки упала, продолжала веселиться, как ребёнок.

К тому времени как оба выдохлись и захотели отдохнуть, Глеб решил, что такую вылазку можно будет и повторить. А когда потеплеет, можно выбраться с Соней в ботанический сад или в зоопарк. А летом взять её на море к Ветровым. Ей должно понравиться.

Он не сразу заметил, насколько далеко зашёл в своих планах. Раньше ведь только посмеялся над приглашением, не сомневаясь, что за такой срок его влечение к Соне сойдёт на нет.

- Ну что, теперь обедать? – спросил, спохватившись, что слишком увлёкся размышлениями.

Соня с энтузиазмом кивнула.

- Только можно, место я выберу?

- Валяй, - согласился он. – Надеюсь, это будет не Макдональдс?

Запоздало прикусил язык, но, к счастью, она не обиделась. Только хмыкнула в ответ.

- Провоцируешь? Представляешь, какое теперь искушение проверить, удалось бы тебя туда затащить или нет?

Кафе, в которое Соня их привела, оказалось ничем не примечательным, но довольно уютным. Если вначале Глеб был настроен скептически, как к любому заведению среднего пошиба, то потом оценил уединённое расположение столиков и приятное приглушённое освещение. Меню было незамысловатым, но выбранные блюда оказались качественными и на удивление вкусными.

- Здесь неплохо, правда? – пытливо наблюдая за его реакцией, поинтересовалась Соня. – Я бы не хотела попасть в какое-нибудь пафосное место сейчас, в простом свитере и...

Она словно извинялась, и Глеб отчего-то ощутил укол совести.

- Да, очень даже неплохо, - он ободряюще улыбнулся. – А ты в любой одежде выглядишь восхитительно. И соблазнительно…

- Глеб! – Соня укоризненно указала глазами на подошедшего как раз официанта, который мог слышать последнюю фразу.

Глеб только развёл руками – мол, что здесь такого?

- Знаешь, мне кажется, у меня ещё никогда не было такого прекрасного дня, - вдруг произнесла Соня, когда они снова остались наедине. – Ну, если только когда-то в детстве… Спасибо.

- Да ладно, - теперь он не знал, как реагировать. – Сонь, если бы ты раньше объяснила, что тебе надо для счастья… Надеюсь, теперь я больше никогда не буду слышать «мне не надо ничего»?

Соня неожиданно замялась. Посмотрела на него вопросительно, с каким-то сомнением, как если бы хотела что-то сказать, но не решалась.

- На самом деле мне нужно… - наконец медленно проговорила она. – Очень.

Глеб приподнял брови, выражая внимание.

- Что?

- Твоя поддержка, Глеб, - она взволнованно сжала вилку и, собравшись с духом, выпалила: - Я хочу учиться. Поступить в университет этим летом.

Ему показалось, что он ослышался. Точнее, хотелось, чтобы получилось так. Или чтобы это было просто шуткой. Но Соня смотрела с таким ожиданием и надеждой, что рассчитывать на подобный исход не приходилось.

Глеб медленно выдохнул, усилием воли заставляя себя сохранять спокойствие. Как там она сказала? Чудесный день? Вот почему было его таким не оставить? Почему, стоит только расслабиться, сразу начинается какая-то чертовщина?!

- Зачем? – поинтересовался вслух.

- Но… - Соня на мгновение растерялась. – Получить образование. Профессию.

- Я могу хоть завтра тебе любой диплом подогнать, только скажи. И маяться пять лет не надо.

Она неуверенно усмехнулась, словно приняла его слова за шутку, потом всё же возразила:

- Мне нужно образование, а не корочки. Как я потом буду работать?

Значит, ещё и работать! Самостоятельная нашлась! Вот какая женщина станет стремиться к работе, если есть другие варианты, а?

Глебу снова показалось, что его девочка уже сейчас ускользает, готовит для себя будущее без него. Даже если пока об этом не думает, стоит ей оказаться в свободном плавании, и всё быстро к этому придёт.

В том же институте вокруг будет вертеться не один десяток всяких «Маркуш». Одного с ней возраста, одного круга. А она ещё так молода, его Соня! Ничего интересного в жизни не видела, не пробовала. Фактически не жила. И он должен теперь отправить её развлекаться?! Разве он сам не помнит, как в этом возрасте хочется ухватить всего и побольше?! Стоит только во вкус войти. И разве он не знает, что такое студенческая среда? Вечеринки, которые заканчиваются... чем только не заканчиваются! Подружки, которые станут нашёптывать, что он стар для её, и что вообще их отношения начались не лучшим для красивого романа образом!

Но он не готов отпустить Соню ни сейчас, ни летом. Да он вообще не готов даже для себя обозначить какие-нибудь сроки!

- Соня, зачем тебе работать? Моя мать отработала всю жизнь, и спроси у неё, приносило ли это удовольствие? Ответ будет – нет. А ты уже сейчас можешь жить спокойно, делать, что хочешь. Тебе не надо думать о куске хлеба, так подумай, зачем это всё?

Он старался говорить мягко, но, видимо, раздражение всё равно прорывалось, потому что Соня на глазах погрустнела, сникла.

- У Валентины Григорьевны есть любимое дело, - тихо, но твёрдо напомнила она. – Её оранжерея.

- Так и ты найди себе занятие, - воодушевился Глеб, обрадовавшись, что девочка сама дала ему козырь. – Соня, я тебе говорил, начни уже пользоваться деньгами. Ты можешь делать всё, что захочешь, так зачем…

- Что – всё? Зависать по салонам красоты и модным бутикам? – она подалась вперёд, невольно повысила голос, забыв о волнении и явно готовясь отстаивать своё нелепое желание до последнего. – Это ты хочешь предложить? Это не может быть любимым делом, Глеб! Человек создан…

- Ещё скажи, как моя матушка, что человек создан для созидания!

- Так и есть!

Глеб поморщился, заметив, что на них уже начинают с любопытством поглядывать. Интересно, она специально решила преподнести свою новость в общественном месте, где и не поговоришь нормально?

- Соня, я не запрещаю тебе найти какое-то хобби, - он снова заговорил спокойнее. – Ты можешь, скажем, вести какой-нибудь блог, или что там сейчас модно? Если тебе скучно дома, можешь видеться с этой своей… Ритой, да?

- Не запрещаешь… - она безрадостно усмехнулась, опустив глаза в пол. – А учиться, значит, запрещаешь?

Прямой вопрос поставил его в тупик. Сказать ей – да? Добиться, чтобы опять замкнулась и не хотела иметь с ним дел? Она ведь не из тех, кто легко смиряется и забывает.

- Почему ты ко мне так относишься? – не дождавшись ответа, снова заговорила Соня.

- Как – так?

Она подняла глаза.

- Зачем ты со мной живёшь, если совсем не доверяешь?

Глеб первый не выдержал грустного, непонимающего взгляда. И ответа не нашёл.

- На кого ты хотела учиться? – поинтересовался будто между прочим, не уходя от темы демонстративно резко, но намеренно говоря в прошедшем времени.

Соня, похоже, не заметила, снова засветилась надеждой.

- На психолога.

Час от часу не легче! Он бы ещё подумал, выбери она какую-нибудь сугубо женскую специальность. Воспитательница, там. Учительница. Там и на факультете ему соперников бы не нашлось, и потом в сады-школы за детьми обычно приезжают няни или мамы.

Но психолог! То есть она всерьёз собралась один на один общаться со всякими типами, которые станут жаловаться ей на жизнь?! Один на один, и не по одному сеансу, в доверительной комфортной обстановке…

Соня потянулась через стол, поймала его руку.

- Пожалуйста, Глеб, - потёрлась щекой о ладонь, как котёнок. – Я так не хочу ссориться. Пожалуйста…

Это было слишком. Её ожидание, просьба. Доверчивая надежда, застывшая в устремлённых на него медовых глазищах. Такую, беззащитную и трогательную, её хотелось лишь оберегать от всего на свете, а никак не заставлять плакать.

Решение пришло внезапно. Просто соединились вместе его недавние мысли и планы, воспоминания о недолгой истории их отношений, нежелание видеть Соню несчастной…

- Хорошо, - кивнул он, сдаваясь. – Поступай. Но с одним условием.

Соня разулыбалась, едва не вскочила из-за стола, но в последний момент совладала с эмоциями.

- Конечно! – с готовностью согласилась и только потом надумала уточнить: - С каким?

- Сначала мы распишемся.