Часть 22. Айрэн

— Случилось что-то, о чём я должен знать? — спросил Дамиан, продолжив сверлить меня взглядом.

— Не уверена… Впрочем, да.

Скрестив руки на груди, я рассказала инквизитору о визите Магнолии, и он задумался, только подтвердив то, что не отправлял женщину мне на помощь.

— Я проверю её. Вообще, я проверяю всех слуг в своём поместье, и это странно, если среди своих затесался чужак.

Кивнув, я покосилась на Джорджа. Он сохранял молчание? Ну надо же! Это было крайне непривычное поведение моего фамильяра, заставляющее задуматься, что с ним стало. Мог ли он замолкнуть из-за того, что почувствовал неладное?..

— Джордж, тебе придётся снова стать украшением, прости, парень! — извинилась я и занесла руку над кинжалом, но он не ответил даже на это.

Так странно всё это.

Испугался инквизитора? Или Магнолия каким-то образом заблокировала мою связь с фамильяром? Но ведь она ничего не сделала…

— Джордж? — негромко позвала я.

Нож лишь зазвенел ледяной сталью, словно просил оставить его в покое. Я провела над ним ладонью, ощутив исходящее от той тепло, и прицепила брошь, которой обернулся мой фамильяр, к платью.

— Он на меня обиделся? — удивлённо спросил Дамиан.

— Не знаю… Он никогда раньше не вёл себя так странно. Возможно, близость инквизитора утомила его, ведь именно вы уничтожили редчайший магический металл, из которого создавали вот такие интересные вещицы с душой.

Мне не хотелось упрекать Дамиана в деяниях предков, но он воспринял мои слова именно так. Схватив меня за локоть одной рукой, а вторую положив мне на талию, мужчина пронзительно посмотрел мне в глаза. Табун мурашек тут же побежал по коже. На меня никто не смотрел раньше точно так же. Что таил в себе столь странный взгляд мужчины?

— Разве имеет значение, что делали мои предки? Перед тобой находится Дамиан Риверден, инквизитор, который и мухи не обидел… — Дамиан негромко покашлял. — Ладно, про муху я преувеличиваю, но за время своего главенствования здесь, я не причинил вреда невинным. А ещё я мог бы рассказать тебе много интересного из того, что делали ведьмы… Ты знаешь, что в своё время они околдовывали драконов, влюбляли в себя, обездвиживали своими дурманящими зельями, а потом убивали? Нет? Наверное, ты не знала и то, что сердце дракона — мощнейший ингредиент для приготовления зелий. Не знала, правда?

Отрицательно мотнув головой, я почувствовала, как желудок стянуло от тошнотворных позывов.

Сердце дракона?

Да даже ради того, чтобы стать всемогущей я бы не стала вырезать сердце из груди дракона.

Хотя… Что уж там? Нужда и не такое заставит сделать. Мы ведь не знаем, почему ведьмы поступали так.

«Как и не знаем, почему инквизиция истребляла наш род», — прозвучал в голове голос матери, и я снова вздрогнула.

Почему я слышала её голос в этом месте? Быть может, здесь находился какой-то предмет, который инквизитор забрал у неё после смерти? Если так, то я просто обязана отыскать его.

А если это её кровь взывает ко мне? Кровь, пролитая в стенах поместья драго Ривердена?

— Нам следует поторопиться, пока облик Августа не выветрился у меня из головы, — ловко попыталась перевести тему разговора я, а Дамиан лишь тяжело вздохнул и кивнул.

Инквизитор отпустил меня и сделал шаг назад, позволяя дышать полной грудью, потому что до этого, чтобы избежать соприкосновений с ним, я пыталась вдыхать через раз.

Выйдя в коридор, Дамиан повёл меня к той самой комнате, в которой находилась Элеонора, выжившая ведьма, испытавшая на себе издевательства со стороны Иссушителя. Я боялась даже представить, на кого она похожа сейчас. Она встретилась с самой смертью и сумела обмануть ту.

— Могу я попросить вас выпроводить слуг? Охрана не должна знать о моём обращении, — шепнула я, склонившись близко-близко к уху Дамиан.

От него приятно пахло свежими яблоками, и мне захотелось ненадолго задержаться у его кожи, но я оборвала себя: не дело тянуться к наследнику рода предателей.

Инквизитор никак не отреагировал на мою просьбу, но стоило нам оказаться у двери в комнату, где содержали ведьму, и он приказал слугам временно покинуть подвал, сообщив, что обо всём позаботится самостоятельно. Завернув за угол, Дамиан щёлкнул пальцами, зажигая свечи в канделябрах, висящих на стенах, и я негромко вскрикнула, увидев орудия пыток. Прикрыв рот ладонями, чтобы заглушить свой крик, я испуганно помотала головой.

— Тебе нечего бояться. Доверься мне. Это нужно на тот случай, если Элеонора постарается оказать сопротивление.

Дамиан снял с крючка пропитанную ядом цепь, причиняющую боль магически одарённым, и судорожно сглотнул. Он смотрел на меня с мольбой, словно просил доверять ему, и я позволила себе немного расслабиться. Достав из переднего кармашка платья флакончик с зельем обращения, я сделала глоток, представляя Августа и желая обратиться в него. Инквизитор внимательно наблюдал за мной, точно опасался, что я сделаю что-то не так, попытаюсь навредить ему, и я улыбнулась, давая понять, что доверие должно быть взаимным. Через пару мгновений тело стало будто бы разрывать на миллиарды частиц, и я посмотрела на простенькую одежду поварёнка, которая теперь изящно сидела на мне.

— Поверить не могу, что я женат на поварёнке… — негромко хохотнул Дамиан.

— Это прозвучало немного странно и оскорбительно! — ответила я сипловатым голосом и тут же вспомнила, что нахожусь в мужском обличии.

А теперь осталось самое сложное…

— Можете открывать. Надеюсь, вам не потребуется использовать эту штуковину… — я кивнула на цепь, которую инквизитор продолжал сжимать в руках.

— Уверена, что готова? Ты говорила, что тебе потребуется множество зелий… Дамиан оттягивал момент, словно боялся, что я не справлюсь с поставленной передо мной задачей.

— Зелье только одно. Мне потребуются некоторые магические вещества, и я взяла их с собой. Прошу вас, открывайте, пока я не передумала, потому что находиться в теле паренька, от которого несёт рыбой и стручковым перцем — не самое приятное занятие.

— Твоя иллюзия перенимает даже запахи?

— Это не иллюзия, а прямое обращение. И если вы сомневаетесь, то можете подойти и оценить ароматы.

— Спасибо, я воздержусь.

Дамиан немного поморщил нос, открыл магический замок, сняв около пяти печатей с двери, и та негромко скрипнула, приглашая меня пройти. Признаться, в душном помещении, коим было это, любой здравомыслящий легко мог сойти с ума. Испуганная исхудалая ведьма сжалась в комочек и сидела в углу.

— Элеонора? — негромко позвала я.

Ведьма подняла потерянный исступленный взгляд и внимательно посмотрела на меня.

Наступил момент истины.

Узнает, или прогонит, как поступила с остальными, кто пытался помочь ей?