Глава 10

Я хочу быть …последней женщиной…

Окончательной…заключительной…

Не уболтанной, … а обвенчанной…

Ясным светом твоей обители…

— К некоторым своим желаниям я отношусь не серьёзно. Какие уж тут эксперименты, мне бы с тобой справиться, — бросаю в ответ с улыбкой, принявшись накрывать на стол. — Тебя вообще легко удовлетворить или ты у нас привык к изощрениям в постели? — а что, он же сам предложил нагуливать аппетит и болтать, вот я и любопытствую.

— Чувствую, что сейчас мы будем разбирать твою логику по пунктам, — Киран поставил передо мной порцию пасты с ароматным соусом и у меня тут же потекли слюнки. — Осторожно горячо. Будешь салат? Так вот, с чего ты взяла, что я сексуально избалован? Да подкован, но я никогда к изощрениям, боже, что за слово, я никогда к подобному не стремился. Что ты себе такое придумала, Ава? — этот тип с игривым малахитовым взглядом явно надо мной подтрунивает.

— Ну, вот тебе аргумент железной женской логики — ты красивый парень. У тебя божественное тело, с тебя статуи лепить можно для королевского музея искусств. Кстати, мог бы подрабатывать ещё и натурщиком. …Хотя нет, я бы не хотела, чтобы на тебя пялились. Поэтому рождается разумное предположение, что ты купаешься в женском внимании и секс для тебя легкодоступен, а значит, приелся и ты предпочитаешь нечто с пометкой «разновидности сексуальных удовольствий».

— Кошмар, значит, я заложник собственной внешности. А может, это ты у нас маленькая извращенка? Я тебя разочарую, если скажу, что в этом плане я совершенно обычный парень, отзывчивый на ласку, который вполне может кончить и в миссионерской позе? У меня было не так много сексуальных приключений, как ты себе тут нафантазировала, выдумщица. И вообще, внешние данные, как и размер члена вовсе не влияют на эту самую изощрённость, некоторые мужчины сводят женщин с ума будучи абсолютно непримечательными на вид. Так что нечего на меня тут ярлыки вешать. Часто я месяцами был завален работой, едва хватало времени для пятичасового сна. На секс сил уже не оставалось. И, кстати, если мы будем встречаться, я против секса втроём. Этим можно заниматься только если ты не состоишь в серьёзных отношениях, либо ты отбитый на всю голову, либо ты под лёгкой наркотой, что я тоже не приветствую. Так что, если этот пункт есть в твоём списке неисполненных желаний сразу вычёркивай.

— С огромной радостью заменю его на парня, умеющего готовить. Вот ведь мне повезло, уже тихо себе завидую. Это же вкуснотища, Киран! А что ты ещё умеешь делать?

— Много чего. И с пунктом про парня из большой семьи тоже не вышло. Я сирота. Так что не все мечты сбываются, очаровашка.

— Не то чтобы я так сильно об этом мечтала, — тяну я, не спуская с него зачарованного взгляда. — Расскажешь о себе?

— Хорошая попытка. Не сегодня и не в ближайшее время. Прости.

Ладно, это дело времени, я всё равно узнаю.

— А что у тебя получается лучше всего?

— Тебе вряд ли понравится моя суперспособность, — тут же отрезал он. — А кем у нас работает, мисс вруша?

— Ой, да перестань. Это было не враньё. Я работаю редактором в издательстве «Колибри», исправляю чужие ошибки в текстах. Поделишься, чем я тебе приглянулась? Это ведь не секрет?

— Если бы я знал ответ, Эвелин, — качает он головой, и его чувственные чётко очерченные губы трогает мягкая чуточку грустная улыбка. — Ты такая забавная, трепетная. Рядом с тобой как-то увеличивается яркость, лично для меня. Ты такая хорошенькая и соблазнительная. Я ещё в собачьем приюте завёлся, глядя на тебя. А затем в баре. Зацепился за твои глаза и улыбку, мне нравится твой голос и твоя походка, и то, как ты пахнешь и с каким восторгом целуешься. Прикасаясь к тебе, … я чувствую себя более живым. Всё это в совокупности дало результат. А когда ты совместилась с Авой, теперь я ещё знаю, что ты жутко вредная, умная и настойчивая. Даже не знаю, что мне теперь с таким сокровищем делать.

— Перестать болтать, — выдохнула я севшим от возбуждения голосом. Стыдно даже признаться, насколько сильно я хочу его именно в этот момент. Он понял это по моему безумному взгляду, наверное. Потому что через пару секунд я почувствовала его руки, ещё через пару мы оказались в спальне, раздеваясь кто быстрее. На этот раз я оказалась у него на коленях. Мне нравится его свободная раскованность, его подрагивающие от срасти пальцы, то с какой нежностью они ко мне прикасаются, скользят по моей коже, проникают в меня, его смелые губы, и с какой осторожностью он приподнимает меня над своим бёдрами. Восторг! Этот парень вызывает у меня восторг и обожание каждым своим уверенным прикосновением, каждым своим удовлетворённым стоном, в которых отзываются его чувства. Если он ощущает себя рядом со мной живым, то я ощущаю себя переродившейся. От счастья.

— Слава богу, что я развожусь, спасибо тебе господи за тот сбой связи и за собачий приют, за этого сногсшибательного типа и мою сумасбродность, — вырвалось у меня на одном дыхании и только после я осознаю, что произнесла всё это вслух. Судя по тому, как хмыкнул Каран. После чего шумно вздохнул и лёг на спину, расслабленно блуждая кончиками пальцев по моему бедру.

— Может, в постели я делаю тебя счастливой женщиной, но не стоит благодарить за меня всевышнего. Я ещё тот подарок. Господь просто не знал куда меня деть и сунул тебе, но вовсе не по доброте душевной.

— И всё-таки я рискну. Просто ты меня плохо знаешь, — я же наоборот, перевернувшись на бок с интересом рассматриваю его тело, касаясь самых красивых и интимных штрихов, странных шрамов и родинок. В прошлый раз такой возможности у меня не было. — Что ты делаешь в эту пятницу, красавчик?

— Работаю.

— И никак нельзя отпроситься?

— Исключено!

— Ладно. Тогда поеду одна.

— Куда? — его расслабленность как рукой сняло. Резко приподнявшись на локте, сверлит меня серьёзным взглядом. — Я спросил?

— О, кто-то у нас заводится с пол оборота. У бабули день рождения, семьдесят пять, юбилей.

— Мне жаль, малышка, но тебе придётся повеселиться там без меня.

— Не страшно. Всё равно, наверное, ещё рано знакомить тебя с ба, она у меня дама экстравагантная. Придётся тебя и Шмеля скрывать от неё как можно дольше. Неужели в собачьем приюте такие строгие правила?

— Нет. Это другое. Увидимся в субботу?

— Ага, — но меня вдруг накрыло такое необъяснимое разочарование и тоска, в носу защипало и я уже избегаю смотреть Кирану в глаза.

— Послушай, — привлекая меня к себе, он даём мне возможность спрятаться у него на груди, — Приют это … чёрт… это для отвода глаз. Только прошу не спрашивай. Время от времени я выполняю кое-какие задания. Иногда это занимает несколько дней, иногда недель, но такое случается редко. И я не всегда остаюсь на связи. Вспоминая твой гневный спич, по поводу того, как омерзительно плыть по течении не пытаясь поменять ситуацию, я спрашиваю тебя, Ава, ты будешь поддерживать наши отношения и ждать меня без каких-то конкретных объяснений.

— И я никогда не узнаю правды?

-  Я не знаю. Я бы этого не хотел. … Просто будь в моей жизни, Ава. Раз уж ты имела наглость в неё ворваться, — глядя мне в глаза, Киран с нежностью гладит меня по щеке. И так как голос разума заблокирован, я просто продолжаю к нему тянуться своей душой. И верить. Какая-то идиотская потребность верить, после того как меня предали. Верить и оказаться правой. Поэтому я киваю. Если бы здравый смысл не был отключён раньше, сейчас он бы всё равно валялся в обмороке. Либо я сошла с ума. Ба часто мне повторяла, что все русские сумасшедшие, и что она боится, что я унаследовала материнские гены, потому что она не любила мою маму, так и не смирившись с их любовью. Похоже, я их всё-таки унаследовала.

— Останешься на ночь или побредёшь в свой трейлер? — улыбаюсь я. Хоть бы не влюбиться. Нельзя потерять голову, сейчас совсем не время.

— Останусь с большим удовольствием, если не выгонишь. Это твоя квартира или бывшего мужа?

— Моя. Досталась мне от родителей. И ты, кстати, первый мужчина, с которым я занимаюсь любовью на этой кровати. Своё прошлое супружеское ложе я безжалостно выбросила.

— Какая честь. Но выражение «первый мужчина» меня как-то напрягает. Это подразумевает, что будет второй, третий? Или каждый раз будут меняться кровати?

— Ты ревнивый? — его напрягает, а мне смешно. …Ирвин никогда меня не ревновал, потому что я была идеальной женой. И ему стало тошно.

— Не знаю, — ворчит Киран. — Не доводилось проверять насколько. Я никогда не любит так, чтобы крышу срывало. Так, были мимолётные симпатии. Но когда ты вычитывала меня телефону, бросив фразу о том, что я буду чувствовать, когда тебя будет ласкать другой, я это представил, и мне это ужасно не понравилось. А вообще ты плохо на меня действуешь, раньше моя запутанная и дерьмовая жизнь казалась мне проще, я знал, как действовать. А теперь не знаю.

— Тогда заткнись и поцелуй меня. Это хороший план. А утро вечера мудренее.

…Ну, насколько оно мудренее в нашей ситуации я не знаю, но чувство счастливой блаженности всё ещё сохраняется. Особенно, когда проснувшись, я застала его рядом с кофе машиной. Чашечка кофе для меня и стакан свежевыжатого сока для него. Хм.

— Стараюсь не увлекаться кофе, — отвечает он на отпечатавшееся удивление на моём лице. — Лишняя возбуждённость мешает концентрироваться. Шмеля выгулял. Посуду после вчерашнего помыл. … Мне нравится, наблюдать за тобой спящей. Я открыл для себя новый фетиш, — добавил он тише, потянувшись ко мне за поцелуем. — Уже не дождусь субботы. А сейчас мне пора бежать, — нехотя, с тяжёлым вздохом отпускает он меня. И мне это невозможно нравится, то, что он не хочет уходить.

Киран присаживается на корточки и треплет за ухом моего микро пса, а я схватив телефон, делаю фото этой милой сцены.

— Удали! Немедленно! — голос Кирана изменился моментально. Как и его выражение лица.

— Не любишь фотографироваться? И могу поспорить, тебя нет в социальных сетях.

— Верно, — подойдя ближе, Киран выхватил мой телефон чтобы удостовериться, что я действительно стёрла фото. -  Не стоит этого больше делать. … Дай нам шанс, Ава, — и бросив на меня такой набитый тайнами многозначительный взгляд, Киран накинул куртку и хлопнул входной дверью.

Если на какую-то загадочную работу ему только завтра, а спешит он уже сейчас, значит, нужно время на дорогу. Кто же ты, чёрт возьми, такой? И что вначале меня сведёт с ума ты или твои загадки?!

Я думаю о нём, и о последних событиях целый день, никакой пользы от меня на работе, а когда вечером пытаюсь ему позвонить он уже недоступен. И это нервирует. Я скучаю по нему. И пол ночи фактически без сна.

«О, Ава, а ты, оказывается, любишь всё контролировать!» — открываю я в себе новые грани. Это, всё-таки не просто, завязать отношения и не иметь возможности связаться с ним. Вчера это казалось мне ерундой, а сегодня это катастрофа. «Мало тебе было проблем, Ава, так ты ещё умудрилась подцепить самого загадочного парня!»

И в итоге я, конечно же, проспала. Ба меня убьёт! Целый год ведь будет мне потом вспоминать, вставляя язвительные шпильки по поводу моей несобранности и непунктуальности! Ношусь по квартире, как угоревшая, не знаю, у кого раньше случится инфаркт у меня или у Шмеля. Он обо мне точно не лучшего мнения, если учесть, как я второпях его сегодня выгуливала.

А тут ещё причёска, как на зло не получается!!! И последней каплей — звонит ба.

— Эвелин, ты уже подъезжаешь?

Я испортила ей день рождения. Мне редко хочется провалиться сквозь землю, сейчас именно тот момент. А всё из-за Кирана!

— Я только выезжаю, ба. Прости. Буду через пару часов, — выдавливаю я. Я её разочаровала, я это чувствую по повисшей паузе.

— До встречи. Будь осторожна, — повелительно ледяной тон не предвещает праздничную атмосферу. Ей бы на трон, она бы точно справилась.

…Удивлена, что на подъездной дороге к поместью нигде не висят плакаты с надписью «Опоздание не делает леди чести». Я безобразно опоздала в первый раз в своей жизни.

Я-то думала, что это будет вечеринка для узкого круга друзей, но глядя на припаркованные авто и снующий обслуживающий персонал, понимаю, что ба гуляет с размахом. Здесь человек тридцать не меньше! И все отборные лорды, графы и баронессы, некоторые, по-видимому, прилетели из Лондона. Одна из гостиных, которая открывается в поместье лишь для подобных торжеств заполнена гостями, тихо и чинно беседующих между собой, отдыхая между сменой блюд, официанты порхают с подносами, некоторые аристократы явились с телохранителями. Меня тоже чуть ли не обыскали на входе, еле отбилась. Наконец, ба замечает моё появление.

— Дорогая, это эффектно, но не вежливо, — специально так сказала, чтобы привлечь всеобщее внимание.

— Прости, бабуль, зато я ехала медленно, — виновато улыбаюсь я, подкрадываясь к ней ближе. Если она позорит меня пред всеми, тогда я сгребу её в объятья — она этого жуть как не любит на людях. — С днём рождения! Долгих лет!

Но бабуля у меня лицо держать умеет, она в этих кругах всю жизнь вращается. И я уже морально готова, что она меня теперь со всеми перезнакомит, а потом начнёт подсылать ко мне кандидатов в женихи.

— Господа, прошу знакомиться, моя единственная внучка Эвелин, будущая наследница титула герцогини Графтон! — она обожает и гордится своей фамилией и историей рода, потому произносит её нарочито громко.

Но тут я случайно натыкаюсь глазами на знакомую до боли фигуру, он стоит за спиной одного из гостей. Вышколенная профессиональная стойка, чёрный костюм, портупея под пиджаком. Вижу удивлённо приподнятую бровь и губы, скривившиеся в странной усмешке. … Лучше бы я не приезжала вовсе.

… Киран телохранитель близкого друга ба, графа Кадогана, одного из богатейших людей Британии, одиозного параноика, которому везде мерещатся заговоры. А мне мерещится, что подо мной разверзлась земля, судя по окаменевшему выражению лица моего парня.