Глава 15

Девяносто девять процентов Седрик ставил на то, что Эстер не откажется от помолвки, и один, что откажется. Но этот один процент был ничтожно мал, так как Эстер не была глупышкой, какой он изначально ее представлял. Да и таких дураков на ее руку ей было не найти. Никто в здравом уме и без веской причины как у него не вздумал бы сделать ей предложение. Ради спасения своей семьи от долгов и кредиторов, она не передумает и согласится уступить ему, а ему удастся поцеловать ее. Он по-прежнему считал умение целоваться своей самой сильной стороной. После их поцелуя он окончательно завоюет ее любовь.

Но все равно, наблюдая за ней, Седрик волновался и почти не дышал. Он видел, как она раздумывала над своим ответом. Если пару дней назад он хотел получить ее согласие лишь для того, чтобы уязвить Скарлетт, то теперь к холодному расчету примешалось горячее желание заполучить симпатию Эстер. Ему вдруг стало важно, чтобы она с готовностью отвечала на его поцелуи, ждала его объятий и, получая от него подарки, смотрела на него не с натужной улыбкой, а была искренне счастлива. Его старания и страдания должны быть оплачены ее любовью. Терпеть пренебрежение со стороны красотки Скарлетт оказалось легче, чем терпеть его от дурнушки Эстер. Завоевать ее стало для него самой важной задачей. Получив Эстер, он получал и все остальное. Она была его дверью в рай.

Чтобы принять окончательно решение, Эстер раздумывала несколько долгих секунд, в течении которых Седрик все таки ощутил беспокойство и страх. А что если она откажет ему? Тогда его гордость сильно пострадает, а самолюбие вспыхнет как спичка и превратится в пепел.

Опустив голову, Эстер посмотрела на его руки, а потом подняла глаза и уверенно сказала:

— Ты слишком нетерпелив, а мне нужно время, чтобы привыкнуть к тебе. Я уже говорила, что никогда не рассматривала тебя как возможного жениха, и я не могу так сразу перейти к поцелуям. Мне нужно время. Но и тебя я понимаю. Ты имеешь полное право ждать от меня взаимности. Поэтому, чтобы и ты не страдал от моей холодности и я могла перестать тебя стесняться, хочу предложить компромисс, который поможет нам сблизиться.

— И что это за компромисс? — заинтересовался Седрик.

— Мы начнем с малого и постепенно будем продвигаться к поцелую. Но есть одно условие — я сама буду определять, на что готова пойти, а ты не будешь принуждать меня к большему. Ты проявишь терпение и не станешь нарушать мои личные границы, а я обещаю не избегать тебя и с каждым разом расширять их. Мне кажется это хороший выход из положения. Ты согласен со мной? Готов пойти на мои условия?

Предложение Эстер не просто заинтересовало Седрика, но и пробудило в нем охотничий инстинкт. В такую игру он еще ни с кем не играл. Скарлетт никогда не отказывала ему в поцелуях. Он добивался их быстро и без уговоров. В те дни, когда она была к нему благосклонна, он ни в чем не видел отказ, а вот Эстер предлагала ему что-то новенькое.

Ему предстоит завоевывать полностью невинную девушку, открывая перед ней мир прикосновений и чувственности. Он покажет ей этот мир с другой стороны, где существовали не только дом, отец и обычные вещи, но и желания, страсть и любимый мужчина. Он тоже будет ее проводником в рай.

Удивительно, но Эстер даже не подозревала, что сама подсказывала ему, как завоевать ее сердце. Она не только не отказала ему, так еще и отдала ему все козыри. Она поставила себе шах и мат!

— И что ты разрешишь мне сегодня? — с улыбкой чеширского кота спросил Седрик, нисколько не скрывая, насколько ему понравилась ее идея.

Эстер же с тревогой посмотрела на него.

— Ты точно понял мои условия? Ты делаешь только то, что я говорю, и не переходишь эту грань.

— Пока никто еще не жаловался на мои умственные способности. Я все прекрасно понял с первого раза. Но позволь мне хотя бы проявить нетерпение в том, что ты готова разрешить мне сегодня. Я весь в ожидании. Так с чего мы начнем?!

Одолеваемый азартом, Седрик ударил себя по колену и с горящими глазами уставился на Эстер. Ей же ничего не оставалось, как только поверить ему. Она приподняла руку и, немного вытянув ее, сказала:

— Мы начнем с простых прикосновений. Все влюбленные сначала держаться за руки. Вот тебе моя. Ты можешь взять ее и делать с ней что хочешь, но только не целовать. Ничего неприличного тоже не должно быть. Я же со своей стороны буду отзываться на твои прикосновения и отвечать тебе.

Седрику, конечно, хотелось чего-то более значимого, но это был только первый шаг к его успеху.

Чтобы ничто не мешало ему, он забрал коробку с украшениями с колен Эстер, поставив ее на диван позади себя, а затем снизу подхватил ее ладонь и нежно сжал. Он не сводил с лица Эстер пытливого взгляда. Он хотел видеть ее эмоции и чувства, чтобы быстро реагировать, если ей будет что-то нравиться или не нравиться.

Седрик и не знал, что тонкая женская ручка, на которой было сосредоточено все его внимание, может вызвать столько неожиданных и интригующих ощущений. Он провел подушечками пальцев по всей длине ее кисти, от ноготков до косточки на запястье и сам почувствовал дрожь в теле. О! Ему почти ничего не было позволено, но невинные прикосновения имели притягательную, неведомую силу! Они будоражили его воображение!

Эстер тоже выглядела удивленной. Она немного сдвинула брови и напряженно уставилась на их соединенные руки.

Седрик снова обхватил ее кисть и принялся гладить большим пальцем по центру ладошки. Он знал, как это было приятно, и ее порозовевшие щечки и участившееся дыхание говорили о том же самом. Но удовольствие получала не только она, но и он, что подтолкнуло его к следующему шагу.

Седрик расправил свою ладонь и приложил ее к ладони Эстер — палец к пальцу. Ее рука оказалась значительно меньше его руки и выглядела хрупко и беззащитно. Но вместе с этим он почувствовал, какой по-взрослому горячей она была. Она порождала в нем нестерпимый жар, который разливался по всему телу.

Медленно согнув пальцы, Седрик пропустил их между ее пальцев и соединил в замок. Следуя своему обещанию, Эстер подчинилась и сделала тоже самое. Ему тут же открылась еще одна удивительная вещь — они с Эстер стали близки без близости.

Это был невероятный эксперимент! И Седрик жаждал его продолжения!