3

— Иди поспи, — сказал Став, едва я вщемилась в заклинившую и не отрывающуюся даже наполовину дверь «Только для». Удивлялась еще когда подъехала, отчего все через главный вход бегают.

— Я уже поспала.

— Иди еще поспи. Смотреть страшно. Не женщина, а подобие.

— Подобие чего?

— Подобие ничего. Всего и осталось, что глаза и си… и глаза.

Я краем глаза покосилась на «глаза» и посмотрела на начальство, не веря своим ушам. Этот ценитель объемного переписался в тролли или у меня бред? Или у него?

Полезла потрогать, нет ли у гнома внезапного жара, поскольку все прочие признаки могильной горячки наличествовали: нелогичное поведение, внезапная смена настроения, блеск в глазах нездоровый…

— Давай без благодарных объятий, — шарахнулся Став, — не такие у тебя большие… глаза, чтоб с тобой обниматься.

— Вы серьезно дежурить собрались? До конца смены и ночью?

— Подежурю, что я, не некромант? Вспомню былые времена.

— К ночи Кай придет.

— Пусть приходит, не то у меня здоровье, через палисадники гарцевать, а у него ноги и эти… перья сзади. И закапывай уже к патрульным в душевую бегать, они ребята крепкие, но не железные.

— Вот как оборудую… дова… ваете женскую помывочную, так и перестану. Где мне, по-вашему, свои перья сзади от требухи отмывать?

— Гарпия, ведьм твой папа, исчезни… Через дверь!

Я ухмыльнулась и скомкала переход за грань, охранка вякнула, как случайно попавший под ноги Копать. Я втянулась обратно в щель, через которую просочилась в отделение, добрела до стоянки и едва не лишилась чувств.

— О, Тьма! Шлак мне в ухо! — шахтерский лексикон комиссара арГорни неотвратимо ворвался в обиход всего Восточного и поделать с этим уже ничего было нельзя. — Данчик! Что это за… Что за… Что это вообще-е-е⁉..

— Это «Феррато Маард», детка, — раздулся от гордости Лодвейн так, будто самолично это чудо родил, а не просто только что в нем приехал. Да еще и стал рядышком с моим тюнингованным раритетом. Я моргнула раз, другой, перевела взгляд с вампирьего магмобиля на свой…

Пока в голове складывалось, мне хотелось отвлечься, а на Лодвейна отвлечься было легко: вампир упаковался с стильный костюмчик, уложил гриву и серьгу-камушек на ухо нацепил.

— А ты зачем здесь такой нарядный? — спросилось мне.

— У меня именины, но в основном повыделываться и поныть. Ты знаешь, что твой нелучший друг моего лучшего приятеля отжал? Только и слышу от него Арен-Тан то, Арен-тан се… А сейчас вообще куда-то пропал.

— Арен-Тан? И Тьма с ним.

— Да нет же… Видька. Он же до сих пор в тебя влюбленный до слюней.

— Ага, до голодных, — поддакнула я, продолжая визуальную сравнительную характеристику средств передвижения.

— Фу, противная, я просто подумал, ну вдруг вы общаетесь как-то. Я немного беспокоюсь, его же кто угодно обидит.

— У него колеса, — сказала я, а чтоб меня правильно поняли, некультурно показала пальцем на игрушку вампира.

— Угу, — важно кивал Лодвейн, купаясь в лучах, отраженных от алой полировки. — «Маард» только такой и бывает. С колесами. Ручная дядюшки Лайэнца сборка, нереальный эксклюзив. Ты прикинь, глава клана Феррато лично эту крошку собирал.

Лодвейн пел, а я мысленно содрала с винтажных боков своего раритета черепки, отвертела зеркала, навесные отражатели и передний бампер, сменила колеса… А обводы и стати — один в один. Вот вам и приехали. Только родной рыдван был словно поднятый древний зомби рядом со своим живым воплощением.

Если бы этот Лодвейнов дядюшка сейчас на мой магмобиль глянул, его бы крышкой на месте придавило. Я прям слышу этот полный вселенского ужаса голос…

— Мрак кромешный и все его твари… Вы что с ним сделали?

Мне захотелось пощупать лоб уже у себя.

В черной мантии с алым подбоем передо мной стояло живое олицетворение героя драматического сетесериала «Драгул великий и ужасный». Костюмчик в облипочку, напомаженные волосы… О торчащий воротник кипенно-белой рубашки даже взглядом порезаться можно, а под воротником, поверх шелкового галстука — многокаратная брошь кровавого цвета.

Ему осталось только клыки вывесить и провыть про ужас на крыльях ночи. Сам такой или придуривается? Хотя, если подумать, вообще все древние долгоживущие с прибабахом, вот хоть Халатира Фалмареля вспомнить.

Реальность на миг дрогнула и мне привиделся силуэт старейшины Фалмари, стоящего в раскаленной золе вполоборота с довольной улыбкой во весь рот. Волосы жидким серебром стекали по узкой спине, а у его ног…

Холодно…

Мне холодно…

Я здесь, свет мой. Иду к тебе.

Приду, когда позовешь. Я всегда прихожу

— Детка, с вами все в порядке? — душевно спросил вампир, а другой деликатно поддержал меня под локоть.

Реакция наше все… Запах крови, боли, смерти ударил по щитам и тот, кто коснулся меня, приподнял верхнюю губу, обнажая краешки клыков, как верный пес, дикий зверь, знающий одного хозяина. Я бы вскрыла ему горло не раздумывая, если бы клинок из мертвого железа пришел на мой зов, но взметнувшаяся рука была пуста. Плевать, у меня есть мой огонь и когти

Убей…

— Эверн, довольно. Прекрати свои шутки.

— Да, ана Феррат, — снисходительно, но клыки спрятал, а рубины глаз все еще пытались пробуравить защиту.

— Эверн…

Алые искры схлынули, и я убрала руку с его горла. Вокруг проколов бледнели пятна ожогов, по коже сочилось почти черным. Старая кровь, сильная, вкусная…

— Детка?

— Все в порядке, хладен Феррато, просто слишком активные сутки.

Было жарко и одновременно по коже прокатывало ознобом и дрожью. Как от сквозняка. Откуда всплыла эта древняя форма обращения?

Рядом уже никого не было. Мне еще не встречались те, кто так виртуозно ходит тенью. Словно растаял. Хорошая собачка…

— У вас звонит. Магфон, — сказал Феррато.

Вот что это за дрожь. В кармане гудело. Альвине. Я могла сказать это не глядя на экран. Первый звонок с того утра, когда призрак с магстанции Лога напомнил мне о самом дорогом.

Все в одной комнате. Все? Чувство было странное. Будто я играю, а какой-то шутник убрал с доски сферы, пока я моргнула, и теперь хихикает в кулачок, наблюдая, как я пытаюсь понять, чего не хватает.

У старейшины Феррат удивительно теплые глаза, сними с него всю эту мишуру, даже не скажешь, что вампир. Прямо как мой рыдван, оказавшийся таким уникальным.

Сам Феррато прикатил на «мартон астине» я таких еще не видела. Это из той же оперы, что и костюмчик — глава старейшего бренда мобилестроения ездит в магмобиле конкурентов. Красивый мобиль, как пикирующий дракон. И черный. Холин бы уже на слюну изошел.

В кармане снова задергалось. А вот и он. Вспомнил, что надо сказать, что мелкие паразиты у него?

Убедившись, что я стою ровно, старейшина Лайэнц резво для существа его лет подбежал к моему магмобилю, ловко открыл багажник, залез туда и почти тут же вынырнул, держа за шкирку Копатя. Вид у обоих был обескураженный: у вампира, что он нашел в багажнике кота, у кота — что его нашли.

— Ваш? — уточнил Феррато.

— Мой.

— Уважаю, — почему-то сказал вампир и положил Копатя откуда взял.

— А что вы ищете? — решила уточнить я.

— Уже нашел, — просиял Лайэнц и загадочно поманил пальцем.

Подошла и мне тут же стало стыдно за бардак в багажнике, но я сделала вид, что все как надо. Кот сидел за запасным рюкзаком со снарягой и отсвечивал фарами глаз.

— Это для недобросовестных коллег, выдававших подпольную сборку за эксклюзив. «Маардов», настоящих, и так не много, но этот — уникальный.

— Чем же?

— Он первый и именной. Табличку в салоне копировали, а об этой, — Феррато отрастил коготь на пальце, ткнул сам себя в подушечку другого, и набежавшей густо-вишневой каплей провез по боковой стенке багажника под самым краем, — никто не знал.

Бархатное темно-серое напыление поплыло, открывая узкую полоску красноватого металла с вензельной гравировкой: «Вдохновительнице и музе Малене Арденн»

— Это что?.. — опешила я. — Это ему лет почти как вам?

— Несколько меньше, но да. Это хороший мобиль.

— А… Дядюшка Лайэнц, — нарисовался рядом отбегавший поболтать со знакомыми патрульными Дан, — а вы зачем приехали? Не на мой же день рождения? На выставку?

— Нет, — сказал древний вампир, — мне позвонили. Вот отсюда.

Он потянулся, помацал под невозмутимым, расплывшимся бочкой Копатем и, как свежее яйцо из-под куры, добыл очень-очень старый и безнадежно мертвый магфон.

* * *

Лайэнц с трудом продрал глаза. Да уж. За триста это вам не за тридцать, теперь без последствий всю ночь, скрючившись над чертежами, не посидишь. Мигающий индикатор на краю монитора вбуравливался прямо в мозг даже без звука.

Кого там в такую несусветную рань… ближе к обеду принесло? Лайэц поднял хрустнувшее в копчике туловище с тахты, куда под утро вполз поспать, и навис над заваленным чертежами и заметками столом.

Правый глаз уверенно закрывался, левый неуверенно различил на мониторе коммуникатора, разделенном на четыре окошка, растерянное лицо музейного смотрителя в разных ракурсах.

После душа захотелось есть, но Лайэнц решил, что неприлично держать в прихожей верного служащего и скомандовал подать обоих в малую гостиную. Ждал не долго.

Вместе со служанкой и старым вампиром в комнату просочился Эверн, поклонился и исчез где-то между кадкой с фикусом и узким книжным шкафом.

— Ана Феррат, простите, — с порога начал смотритель, от волнения забыв поздороваться, зато церемониальный поклон дважды отвесил. — У вас там звонит.

— Где у меня там звонит? — насторожился глава и на всякий случай похлопал по карманам, но и личный магфон и прихваченная портативная панель коммуникатора домашней сети молчали.

— В зале с магфонами, в самой первой витрине. Вечером вчера. Я уже на смену заступил. Оно сначало позвонило, потом мигало долго, почти полночи, потом заряд иссяк. Так я утра дождался и к вам.

— Принес? — заинтересовался Лайэнц и заглянул под крышку на подносе: тефтельки в брусничном соусе выглядели хорошо.

— Как можно! — изумился смотритель. — Экспонат же.

Тефтельки потеряли свою прелесть мгновенно. Лайэн вскочил.

— Поехали.

Чувство чего-то удивительного и невероятного напрочь отбило аппетит, даже в копчике больше не хрустело. Только поныло немножко, когда уже в музее Лайэнц простоял цаплей над витриной, откуда звонило и мигало.

— Который? — в который раз спросил Феррато, и смотритель раз в двадцатый снова показал на крайний аппарат.

Не первый, но тоже прототип. На то время — инновационная система по поиску объекта по магмаркерам с опорой на вышки сети, но и изначальная, по привязке на крови, все еще была оставлена как альтернативная. Королевство только начинали повсеместно оборудовать вышками магсети и не далеко не везде можно было связаться.

Второй такой магфон был подарен музе. Просто так, без причины. Ей приятно было делать подарки — столько теплой благодарности и лучистой радости. Из слов смотрителя выходило, что сработала именно первая сигнальная система. Заряд нужен был минимальный. На аварийный вызов хватило бы. Но… столько лет? Как?

У Лайэнца руки чесались поковыряться в древнем аппарате и вычислить, откуда пришел вызов. Интересно, дом Пешт на Звонца еще стоит?

— Эверн, нет ли у меня каких дел в Нодлуте?

— Вас на выставку приглашали. Опять. А вы приглашение выкинули. Опять. Но у секретаря есть два других. Еще Мартайны подарок прислали из первой партии «МА-Хинэ». Магфото. Сам подарок в Нодлуте. На выставке. Но ваш. Видели?

— Видел, — азартно сопел глава прославленного клана, раскручивая когтем магфон и раскладывая детальки корпуса прямо на витрине. — Нечего там смотреть, как передирали, так и передирают. Переодели мой «Феррато Кулло» в другой корпус, плагиаторы, ни фантазии, ни… фантазии.

— Старейшина Лодвейн прислал приглашение на именины младшего сына.

— О! Именины — это хорошо.

— А подарок?

— Подарок, — повторил Лайэнц, подергал себя за нос, за ухо, макушку поскреб, хотелось карандаш погрызть, но ничего подходящего в карманах не нашлось. — Подарок! Да! Я знаю, что подарить. На нем и поедем. Не зеленей, Эверн, там не качает.

— Меня всегда качает, вы же знаете. Но я потерплю.

— Ага. А что там теперь модное, в этих столицах? Есть что-нибудь в меру элегантное и неброское?

— Просто будьте собой, ана Феррат, вас все равно узнают. Тайком не получится.

Лайэнц широко улыбнулся своему отражению в витрине, быстро рассовал детальки по карманам и помчался к выходу. Общее направление известно, собрать маяк для точного пеленга — дело пары минут, так что если выехать прямо сейчас, вечером уже можно быть в Нодлуте.

Племянничек Дантер обожает мобили, да и отец его давно намекал их с Эверном познакомить. Нехорошо, когда таланты пропадают. Годный заклинатель крови еще ни одной семье не мешал. Главное, чтоб снова не стал о переходе в клан талдычить. Лайэнц отдохнуть едет, развеяться, а не тяжбами заниматься.

* * *

— Дан, я красивая? — спросила я у вампира, усевшись в его игрушку на место водителя и сразу же почувствовав себя как дома.

— Ничего, — выкатил зубья Лодвейн, повис локтем на сиденьи и благожелательно взирал на мое восхищение мобилем.

— Значит и правда лучше поспать, раз ничего, — вздохнув, отвернулась я.

— Да я не про то. Я про то, что аппетитная.

— Тебе бы только жрать… Сходишь со мной куда-нибудь? — предложила я, почуяв внутри себя желудочную необходимость.

— Я себе не враг, — тут же принялся отпираться Дан, улыбнулся до коренных и, намекая на бурное прошлое подергиванием бровей, добавил: — Холин, кол, не спина. А что за хандра?

— Да так, — я пожала плечами, — сквозит. Порулить дашь?

В Лодвейне с полминуты боролись жадность, вредность и дружба. Дружба победила.

— Только без визга, ладно? — опасливо косясь на меня, уже возложившую руку на рычаг управления самой оптимальной формы: размер, чтобы легко можно было рукой обхватить, и округлый верх, чтобы большой палец удобно ложился.

— Исключительно от восторга, Данчик, — заверила я, слегка промурашившись от неприличных ассоциаций.

Магмобиль мягко выкатил со стоянки. После моего шумного раритета этот был словно спящий Копать — тихонько урчит и капельку вибрирует, приятно, будто кто-то по затылку гладит вверх-вниз. Да что ж такое ж! Что за?..

«А не пошли бы вы лесом, магистр Холин, с этими вашими ур-р-р?» — мысленно возмутилась я и задернула шторки щитов поплотнее. Ишь, пробрался бездный мрак… Среагировал, когда у меня на охрану дядюшки Феррато инстинкты сработали? Было в нем что-то…

— Этот Эверн. Он кто?

— Телохранитель ана Феррато. Заклинатель крови. Он куда старше дядюшки Лайэнца. Даже меня жуть берет, сколько ему. И если дядюшка застал времена Всадников Мора, этот мог вполне служить одному из них. Вроде даже и служил. Драгулам. Я не любитель истории. Только этот вот Эверн по мою душу. Глава Лодвейн мне в качестве подарка подсуетил у него мастер-класс. Брр… Не люблю я это.

— Учебу?

— Магию крови. Гнилое дело. Сложно по краю пройти и не замараться. А что за финт с магфоном? И при чем тут твой кошак?

— Кошак всегда при чем, у него натура такая, а про магфон я знаю, с кого спросить. Паразиты мелкие…

— Гы, — заулыбался Дан, пошарил в пространстве под своим сиденьем, добыл оттуда баночку витаминизированного ред-булька. — Хорошо, когда они есть, но когда их нет тоже хорошо. Мы вообще куда едем?

— Спать.

Вампир поперхнулся, пустив по подбородку алую струйку.

— Шутишь?

— Зачем? Спать — дело серьезное.

Я не стала въезжать во двор дома. Остановила перед воротами.

— Хороший магмобиль, — сказала я.

— Уоу, — подтвердили из багажника.

Вампир отвесил челюсть.

— Кошак всегда при чем, — повторила я, — причем везде. Достал, сволочь шерстяная, весь день за мной таскается. — Я вышла. — Пока, Данчик, спасибо что подвез.

— А кошак? А что, если он мне там нагадит?

— Хм, — я призадумалась. — Ни разу не видела, чтобы он гадил. Только жрет, пакостничает и спит. Копать?..

Кот, расплющившись волосатым блином, вылез из-под заднего сиденья и шмыганул к дому, продавившись сквозь сквозь железные прутья ворот — только контур мигнул. Вот же… И у этого вход без ограничений.

Дан укатил, а мне вдруг в голову пришло, что у дома имени нет. И я не припомню, чтобы его вообще как-то называли. Был Леве-мар — старое ведьмачье поместье Ливиу и дом в Нодлуте, просто дом. А ведь он живой. Дверь приветливо распахнулась, едва я прикрыла за собой калитку.

Вспомнилось, как папа встречал меня однажды утром, хмуря брови, а я явилась в сопровождении Альвине после ночи в отделении. Для многих Йона Ливиу больше нет, для меня — будет всегда, крылатой тенью над алтарным камнем у корней Леве-мар, отражениями в памяти дома и моей. Так же, как и ба Лукреция, отчаянно сватавшая меня эльфу, чтобы его светом избавить меня от тьмы и метаморфоз.

Но это только отсрочило неизбежное, тьма уже приняла меня и считала своей. Магистр-тьма-Холин, мое целое. Уже тогда. Мы долго бегали друг от друга, то он от меня, то я от него. По разным причинам. Почти как сейчас. Снова. По кругу. Виток за витком. Вечная игра. Танец.

Как повторяющийся музыкальный такт, с каждым разом звучащий на четверть октавы выше. И…

*И-и-иди-и-и…*

Я поднималась в дом по ступенькам крыльца. Три ступеньки и порожек.

Раз-два-три… И четыре. Порог. Три-четы…

Магфон вздрогнул, завибрировал. Одновременно с этим монитор домашней сети издал звук пришедшего письма и отчаянно замигал.

Сообщение было из приемной комиссии магистериума.

«Заявка №ХХХ на соискание степени магистра на основании работы по многокомпонентному темному боевому атакующему проклятию массового поражения 'Алый шторм» отклонена.

Причина. Один соискатель может подать следующую работу на повышение степени только после защиты первой. См. резолюцию №ХХ-Х.'

Тьма меня побери! Что за ересь? Они отклонили мой кровавый дождь? Идеально-темный и прекрасно-разрушительный? Степень магистра снова мимо?

Я ткнула в ссылку с резолюцией и озверела еще больше.

«Заявка №ХХХ на соискание степени магистра на основании работы по разнопотоковым многоконтурным динамическим саморазвивающимся системам щит-атака с условным названием „Зеркало Холин“ принята. Время на подготовку стандартное. О дате защиты вас информируют дополнительно.»

Чтоб меня гули…

Влезла по сетке в магистериум, плюясь и шипя, как дикий ящерок, нашла лист заявок, отыскала номер и потыкала в «Подробнее».

Чтоб меня… Не-е-ет. Чтоб его! Чтоб ЕГО гули драли, заразу темную, сволочь, паразита, а-а-а-а!

'Соискатель: Холин, Митика Лукреция, унив. вне кат., некр.-пр.

Науч. рук.: Холин, Марек Свер, унив. вне кат., магистр, некр.-пр.

Куратор: прокуратор конгрегации высшего ранга светен Арен-Тан

Резолюция: одобрено к защите.'

Он подождет, да? Это он так ждет, да? И не вмешивается, да? Сначала конференцию мне сорвал, нахлебавшись просроченного зелья, теперь мою идеальную магистерскую в могилу зарыл. А я еще, дура, воспользовалась практичным советом доделать «Алый шторм» и сидеть спокойно, вместо того чтобы ставить всех на дыбы своей многоконтурной матрицей. Доделала, глядь. И эта инквизиторская рожа туда же…

Светен ответил на звонок в ту же секунду, будто ждал.

— Да? — удивился прожженный манипулятор, — разве? Нет, заменить уже никак не выйдет. Дата защиты назначена. Комиссия будет в полном составе. От конгрегации в том числе. И от Академии. Закрытое. Никаких любопытных. В узком… В семейном кругу, можно сказать. Или вы наивно полагали, что можно задействовать девяносто процентов мощности вычислителя информатория по закрытому каналу без моего как вашего непосредственного куратора ведома и ведома конгрегации? Дело конечно ваше, ваши деньги, а ради чего? Из праздного любопытства? Как показала практика, это — не ваш случай, мадам Холин. Кстати, очень изящное название. Увидимся на защите.

Увидимся, да…

Я посмотрела на вновь приветливо распахнутую дверь кабинета.

Не сейчас. Для начала я увижусь кое с кем еще.