Глава 15

– С дедом виделся… – всхлипывал огромный кузнец Ллойд. – Эх, если бы не некроманточка, так бы и не поговорил с ним. Так полегчало, аж от сердца отлегло…

– А я к матушке заходил, – вторил ему господин Морган. – Сказал, что жёнушка меня хорошо кормит. Уверен, мама довольна…

Я припомнила, что Софи Морган – это та гиперопекающая мамаша, неспособная отпустить сына к жене. К ней я ходила по понедельникам. Что ж, похвально, что сын решил её навестить… Но плакать-то зачем?

В этот момент поверх голосов присутствующих прозвучал другой голос, ещё печальнее:

– Винс же, он… всему меня научил! – Ирвин сидел в дальнем углу, и вокруг него тоже собралось человек десять. Как помещались-то только? Тем временем блондин продолжал, горестно заломив руки.

– Вот, например, когда мне исполнилось двадцать лет, он узнал, что у меня до сих пор не было женщины. И сделал мне подарок – отвёл в бор…

– Какого драхна здесь происходит? – прогремел Винсент. Да так, что даже я за его спиной втянула голову в плечи.

Повисла звенящая тишина. И в этой тишине было слышно, как на пол рухнула кружка с пивом. Послышалось шипение и тихое журчание. Кто-то всхлипнул. А следом раздался оглушительный шёпот:

– Покойники вернулись!

И сразу:

– Убивать нас будут.

А потом:

– Караул!!!

И люди рванули врассыпную.

Увы, вариантов побега из зала оказалось немного. Окна здесь, конечно, были – но совсем небольшие. И никак не открывались. А зимой и вовсе были заколочены ставнями. Кто-то рванул было в сторону кухни, но наткнулся на стоявшую в дверях Рози.

Тем временем те, кто сидел недалеко от входа, начали пробираться на выход за моей спиной. Обернувшись, я сделала шажок вперёд, чтобы не мешать людям. От моего движения они шарахнулись, а потом начали проталкиваться на улицу с удвоенным энтузиазмом. Так что спустя пару минут в трактире остались Рози, Ирвин и парочка самых морально устойчивых граждан.

Ну и мы вдвоём посреди зала.

И снова повисла тишина. Переглянувшись, мы с Винсом двинулись к столу Ирвина и уселись за него.

– Рассказывай, – потребовал Винс. – Ты что тут устроил?

– Живой, – выдохнул Ирвин.

И наконец пришёл в движение. До этого момента он, кажется, даже не шевелился. А тут прямо накинулся на Винсента. Ощупал со всех сторон. Залечил пару порезов на скуле. И обернулся ко мне. Глаза блондина резко сузились.

– Ты что устроила, а? – прошипел он, обдавая перегаром. – Угробить моего друга решила?

– Я? – изумилась искренне.

– А кто ж ещё! Ты зачем его в пещеры потащила? Ведьма!

– Ну знаешь ли! – выдохнула я. И только собралась высказать блондину всё, что я о нём думаю, как меня буквально выдернули со скамьи. И секунду спустя я осознала себя в медвежьих объятиях Рози.

– Ох, напугала ты меня! Что ж ты так! – причитала она. – Говорила же тебе: не геройствуй. Ну зачем ты этого блаженного спасать полезла, а?

Я поджала губы. И внезапно всхлипнула – даже сама удивилась. Так вдруг жалко себя стало. Ну правда, сколько можно быть сильной…

– А каша со вчера осталась? – спросила осторожно.

– Да я тебе целый чугунок свежей положу! Идём скорей на кухню.

Не решившись спорить, я позволила увести себя от мужчин. И под миску потрясающей каши (ещё бы: я сутки не ела) рассказала Рози о наших приключениях. Она в ответ поведала о том, как мужики во главе с Ирвином ждали нас у выхода из пещеры. До темноты ждали. А потом увидели в реке нашу пропитавшуюся кровью одежду, над которой кружила мелкая крылатая нежить. Ещё какое-то время нас искали, но в пещеры, ясное дело, без некроманта не сунулись.

После этого все вернулись в трактир… И начались поминки. Поминали всю ночь до самого нашего прихода. Разумеется, после целой ночи причитаний никому и в голову не пришло, что мы могли выжить. Поэтому, увидев нас двоих с утра, приняли за умертвий.

– Слушай, мне бы сумку мою найти и по клиентам пройтись, – призналась я, облизывая ложку. – И так вчера всё на свете пропустила.

– Айрис у себя. И Зигмунд с ней, – качнула головой Рози.

Ну и отлично. Если Айрис дома, то и сумка моя с записями тоже там. Попробую сегодня посетить хотя бы одного из тех призраков, кого пропустила вчера. А ведь ещё встреча с Винсентом. Чем быстрее мы с ним закончим, тем быстрее…

Я осеклась. Удивительно, но заканчивать с консультациями не хотелось. Даже удивительно. Мы с Винсом знакомы-то были всего ничего. Но почему-то я уже успела к нему… Привязаться, что ли? Мысль ошеломила, и я застыла, глядя в одну точку.

– Дина? Всё в порядке? – позвала Рози.

– Ага.

Тряхнув головой, я отогнала новое откровение подальше. Подумаешь, эмоции. Просто мы с Винсом пережили приключение, а в таких обстоятельствах всегда рождается некоторая привязанность. Это просто симпатия. Как к человеку. Ничего романтичного.

– Спасибо за еду, – улыбнулась я, отметая остатки неудобных мыслей. – Я побегу.

– Отдохнула бы после вчерашнего, – неодобрительно покачала головой Рози.

– Да ну, я вчера уже и так целый рабочий день пропустила… Ничего, я быстренько. – С этими словами я выскочила в зал. Нашла взглядом Винса, который старательно отнекивался от слов Ирвина. О чём говорили, я не слышала. Поэтому просто крикнула: – Винс, сегодня в шесть вечера!

Поймала насупленный взгляд исподлобья от Винсента и крайне заинтересованный – от Ирвина. Впрочем, заострять внимание на странностях не стала. Меня ждали клиенты.

Встреча с родными прошла ещё более трогательно. Зигмунд подвывал, не прекращая меня обнимать. А Айрис выговаривала, как я не права, что заставила их понервничать. Они же не знали, что и думать!

На миг стало стыдно, но что я могла вчера сделать? Дойти до дома я бы не смогла физически. Меня до поместья-то Винс тащил на себе. Как только амулет выдержал? А телефонов или подобных гаджетов тут не существовало… Или я ошибаюсь? Стоило задать этот вопрос Винсенту. Он же артефактор.

Вопреки моему желанию моментально бежать проводить консультации всё же пришлось задержаться. Зигмунд попросту отказался меня отпускать до тех пор, пока я не соглашусь выпить заваренный им чай. Или кофе. Против кофе я не смогла устоять. Ну и просто не готова была обидеть Зигмунда – он так трогательно пытался показать, как рад моему возвращению.

Так что я не только выпила кофе, но и попросила Зигмунда заварить чай к приходу Винсента. Заодно покосилась на настенные часы и подумала о том, что надо будет попросить Винса их починить. Впрочем, как раз это можно было оставить на потом. А сейчас меня ждали мои дорогие мёртвые клиенты.

С дорогими мёртвыми клиентами я разбиралась дольше, чем планировала. Как выяснилось, решив, что я сгинула, большинство жителей городка всё-таки пошли поговорить с родными. Как же – воля усопшей, как-никак.

С одной стороны, это радовало. Кажется, живой я при всём желании не смогла бы добиться лучшего результата. Даже криками, угрозами и запугиваниями. Всё-таки воля усопших в Эйнсвилле ценилась сильно.

С другой – в начале каждой встречи мне приходилось тратить не меньше двадцати минут на то, чтобы утихомирить разволновавшихся клиентов. Вот и нервные призраки пошли. Решили, что больше с ними никто не станет говорить – и впали в истерику. В двух случаях из четырёх пришлось отвлекаться от основного запроса и прорабатывать проблему «меня никто не видит – значит, я никому не нужен».

Словом, к вечеру я уже еле переставляла ноги и сильнее всего мечтала махнуть рукой на всё и сбежать в купальни. Так что, когда, подходя к дому, увидела подпирающего забор Винса, лишь с досадой скривилась.

– Слушай, не хочется показаться негостеприимной, – начала я, подходя ближе, – но давай на завтра перенесём?

По его лицу пробежала тень, и приветственная улыбка слегка померкла.

– Заманчиво, – отозвался он, отлипая от забора. – Но я слишком замёрз для твоего предложения.

– У Рози довольно тепло, – напомнила я, открывая калитку. – Можешь сходить погреться в трактир.

– Да перестань. У нас назначена встреча. Неужели даже на порог не пустишь?

– Так. – Я остановилась на крыльце и медленно развернулась. – Винс, что происходит?

– Вариант, что я соскучился, не рассматривается? – лукаво улыбнулся он. И снова эта ямочка на правой щеке.

Прищурившись, я пристально заглянула в тёмные глаза. Нет, не издевался… Ну ладно.

– Хорошо, заходи, – вздохнула я. – Всё равно я обещала Зигмунду, что он сможет сделать для нас чай.

Хмыкнув, Винс зашёл следом за мной и принялся растирать замёрзшие ладони. Хорошо, что в доме было натоплено. Сегодня зомби так трогательно старался опекать меня, не отходя ни на шаг, что мне с трудом удалось убедить его остаться дома. Для этого пришлось в красках описать, как я вчера замёрзла, выбираясь из пещер, и как мне бы хотелось, чтобы вечером дома было тепло и уютно.

Так что сейчас в нашем домике действительно было очень тепло. И от этого в груди разлилось приятное чувство благодарности. Как же здорово, когда есть место, где меня ждут.

– Ы! – Увидев нас, Зигмунд всплеснул руками и убежал в кухню готовить чай. Вот же умничка.

– Так что ты там говорил про то, что соскучился? – обернулась я к Винсенту.

– Ладно, сдаюсь, – фыркнул он, пристраивая на крючок верхнюю одежду. – Соскучиться не успел. Просто если уж я пришёл, то почему бы не провести встречу. Чем быстрее закончим, тем быстрее закроешь контракт с моим отцом, верно?

Ах, вот оно… С одной стороны, я полностью разделяла взгляды Винсента. С другой… С другой – в груди поднялось глухое раздражение. Так, значит, да?

– Верно, – мило улыбнулась я. – После этого у нас не будет необходимости видеть друг друга.

Винс улыбнулся уголком рта. Но гримаса вышла невесёлой. Это чем это он недоволен, интересно?

– Да уж, – отозвался он. – И не придётся ломать голову над тем, как укрепить амулет. А то он уже дыру мне на груди выжег. И не один раз.

Ох уж эти аристократы с дырами на груди… Внутри поднялась совершенно иррациональная злость. Наверняка дело в том самом амулете… Хотя это странно: ещё совсем недавно Винс меня не раздражал.

– Ы? – из кухни выглянул Зигмунд с двумя холщовыми мешочками.

Поджав губы, подошла к зомби и понюхала содержимое. Чабрец и мята.

– Добавь мяту, пожалуйста, – попросила я. И резко обернулась к Винсу: – Или ты предпочитаешь чабрец?

– Нет, мята подойдёт, – отозвался Винс. Он по-прежнему стоял у входа, скрестив руки на груди, и сверлил меня нечитаемым взглядом.

Кивнув Зигмунду, я взяла стул и специально отодвинулась подальше от Винсента, к самой стене. Он прищурился, взял свой и отзеркалил мой жест.

– Итак, о чём бы ты хотел побеседовать? – поинтересовалась я. Хотя какое уж тут побеседовать. Вон, на кухне гремит блюдцами Зигмунд, а сквозь дверь спальни просовывает любопытную мордашку Айрис. Уединением тут и не пахнет. Но он же сам хотел покончить с этим скорее…

– Да о чём угодно, в общем-то, – оскалился он. – Например, почему ты сейчас так хотела от меня избавиться.

– Что? – ахнула я. – Ты о чём вообще?

И осеклась. Опять эти странные реакции. Причём не только у меня, но и у него. Или я что-то неправильно оцениваю?

– Винс… – прищурилась я. – А ты сегодня больше ничего не делал с амулетом?

Винсент застыл. Нахмурился и как будто смутился. И вроде хотел что-то сказать, но не успел: из кухни появился Зигмунд с подносом. Поднос явно тоже приехал из замка – слишком уж вычурно он выглядел. Остановившись возле Винсента, он вручил чашечку ему, а потом пересёк комнату и отдал мне вторую. Чайник он примостил на стоявшем немного в стороне столе. Оглядел комнату, неодобрительно покачал головой и ушёл на кухню. Очевидно, ему не понравилось, что мы сидим так далеко друг от друга.

Хмыкнув, я поднесла к губам чашку и с наслаждением сделала глоток. Согревающее тепло разлилось в груди. Я довольно зажмурилась. Кажется, зомби положил в напиток помимо мяты что-то ещё. Что-то приятное и почти неуловимое.

Открыв глаза, хотела спросить Винсента, как ему чай… И застыла.

Винс словно окаменел. Сидел, одной рукой сжимая чашку, другой блюдце… Его глаза горели. То есть действительно горели. Светились жёлтым, как прожекторы. И эти горящие жёлтой яростью глаза были направлены на меня.

А на груди у него дымился раскалённый добела амулет.

– Ч-ч-что-о?.. – пробормотала я, вскакивая со стула.

Винс тоже поднялся. Тяжело. Молча. И от этого ещё более угрожающе.

А следом он зарычал, обнажая клыки. Господи, у него всегда были такие клыки?

– Айрис?.. – позвала я, не узнавая собственный голос, так тонко он звучал. – Ты не знаешь, что происходит?

– Понятия не имею, – прокомментировала подруга, возникая рядом со мной. – Но я бы настоятельно советовала тебе бежать.

Сглотнув внезапно пересохшим горлом, я метнула взгляд в сторону входной двери. Дверь была ближе к Винсенту, чем ко мне. Но если сыграть на неожиданности…

Мои размышления прервал крик. Даже практически вой. Обернувшись на Винса, я выругалась сквозь зубы и, наплевав на вопящие об опасности инстинкты, ринулась на помощь. Потому что амулет уже поджёг одежду.

Подскочив к Винсенту, я протянула руку, намереваясь стянуть кулон, но замерла. Таким жаром полыхал камень. Чёрт, как он вообще это терпит?

– Зигмунд! – взвизгнула я. – Тащи снег. Много.

Зомби выскочил с кухни, быстро оценил обстановку и, прихватив тазик, пронёсся мимо нас к двери. А я тем временем натянула на ладони рукава и потянулась к цепочке…

– Не трогай… – прорычал Винс. Я вскинула взгляд и уставилась в пылающие глаза. – Хуже будет.

По его искажённому лицу было очевидно, что он испытывает дикую боль. Но всё равно цепляется за свой страх перед истинной парой? Вот это я понимаю, тараканы. Тут не психолог нужен, а целая бригада дезинсекторов.

Прищурившись, я упрямо мотнула головой и снова подняла руки. Хлопнула дверь – Зигмунд с тазиком.

– Не сме-е-ей…

– Да плевать, – процедила я и рванула цепочку в разные стороны. Раз. Другой. Она не поддавалась. На третий раз мои руки накрыли мужские ладони и сжали. Я усмехнулась краешком рта и дёрнула.

Совместного усилия оказалось достаточно. Камень отлетел и упал на пол, отчего доски моментально обуглились, а Винс практически отлетел в стену и сполз по ней, замерев на полу. Слышно было только рваное дыхание.

Не глядя на него, я щедро зачерпнула из тазика снег и уронила охапкой на амулет. Послышалось шипение, и комната наполнилась паром.

– Неси ещё! – скомандовала я, вычерпывая всё, что осталось в тазу, и кидаясь к замершему на полу Винсенту. Упала на колени, практически оседлав его, приложила рыхлый снежок к его груди… И застыла, напрочь ошеломлённая возникшими из ниоткуда эмоциями.

Это было нечто совершенно незнакомое и знакомое одновременно. Смесь безграничного доверия, счастья и узнавания. Как будто парочка чёртовых единорогов приготовила ванильное мороженое и решило насильно запихнуть его в меня.

Стиснув зубы, я заставила себя поднять голову и посмотреть в по-прежнему горящие жёлтые глаза. Ярость в них никуда не делась. О нет, она вышла на целый новый уровень.

– Я же говорил: не надо! – прорычал Винсент, перехватывая мои запястья.

За спиной хлопнула дверь – Зигмунд вернулся со снегом. А здесь я смотрела на Винса и пылала возмущением похуже амулета.

– Не надо? – повторила я. – Не надо?! Да ты издеваешься! Ты же погибнуть мог!

– Да плевать. Лучше погибнуть, чем…

За спиной шипел амулет под слоем снега. А здесь шипела я. От негодования. И злости.

– Чем что? Ну! Говори! Я тебе настолько противна, что лучше смерть?

– Я не… – Винс шумно втянул воздух. А следом взял меня за плечи и встряхнул, практически переходя на крик. – Ты вообще понимаешь, что произошло?

– Понятия не имею! – Если он сдерживался, то я уже орала. – Я не знаю, почему твой амулет пытался тебя прикончить!

– Да потому что твой зомби нас только что поженил! – прокричал Винс и вскочил с места, ссаживая меня с коленей.

В один прыжок преодолел расстояние до стола и схватил чайник. Сдёрнул крышку и принюхался.

– Волчья ягода, манжетка, полынь, дурман и наперстянка. Этот сбор используют в ритуалах обручения оборотней.

Зарычав, Винс размахнулся и швырнул чайник в стену.

– Эй! – возмутилась я. – Прекрати бить моё имущество!

– Это теперь и моё имущество, дор-рогая, – прорычал оборотень, оборачиваясь. О да, сейчас поверить в его происхождение не составляло труда. – У нас теперь всё общее.

– Это с каких пор? – опешила я.

– С тех, как мы поженились! – рыкнул он и попытался поднять стол. Тоже, что ли, в стену кинуть собрался?

– А ну стоять! – рявкнула я, запрыгивая на столешницу. Винс замер, сверля меня злющим взглядом. – Одного напитка точно мало, не психуй! Наверняка всё ещё можно повернуть вспять!

– Конечно мало, – согласился он, неуловимо сдвигаясь вбок, так что теперь я оказалась заключена в кольцо его рук. – Ещё нужно родовое кольцо на пальце!

И Винс выразительно поглядел на мою левую кисть… Да чтоб его! Камень даже цвет поменял. Был тускло-голубым, а стал ярко-лазурным.

– Я согласия не давала! – схватилась я за соломинку.

– Ты выпила чай, – оскалился Винсент и подался вперёд. Учитывая, что я сейчас сидела на столе, а Винс держался за него двумя руками, вышло ой как страшно. – Это приравнивается к согласию.

– Н-не правда! – пискнула я и позорно сместила взгляд ниже, на мужские губы. – Не приравнивается…

– О, ты удивишься… – прошептал он, опаляя горячим дыханием мои губы. – У оборотней совершенно невероятные нормы морали.

Я замерла не в силах пошевелиться. Как маленькая глупая крольчиха перед хищником. Разум вопил: беги! А сердце вырывалось из груди. Вот и поди пойми, что от тебя требуется.

– Например?.. – прошептала я.

– Например… – выдохнул Винс и качнулся вперёд.

– Ы! – возмутился Зигмунд.

В следующую секунду на лице Винса возникло изумление, и ещё через миг его оттащило от меня крайне оскорблённое умертвие.

– Ы! – возмутился зомби.

– Джек? – нахмурился Винс. – Ты что творишь?

– Ы-ы!

Я сидела на столе в абсолютном шоке. Возле меня зависла ошарашенная Айрис. А рядом возмущённый Зомби отчитывал бывшего хозяина и указывал ему на дверь.

Наваждение спало.

Соскочив со столешницы, я обогнула стол и замерла с другой стороны.

– Тебе пора, – заявила категорично. Голос слегка охрип, ну и ладно.

Винс вздрогнул, посмотрел на меня. Глаза больше не горели. Он тряхнул головой, провёл ладонью по лицу, словно избавляясь от какого-то морока, и сделал шаг к двери.

– Я поищу, как можно разорвать связь, – сказал он, не глядя на меня. – И сделаю новый амулет. Наверняка в библиотеке замка что-нибудь найдётся.

Он быстрым шагом дошёл до двери, сдёрнул с вешалки плащ и вышел на улицу. Даже не обернулся.

– Ага… – выдохнула я, уставившись на закрытую дверь.