ГЛАВА 35 — КОРОЛЬ

Некоторые люди, больше не сдерживаемые солдатами, уходили прочь с площади. Некоторые, наоборот, брели в самый ее центр, как и я. Кто-то бродил вокруг, ища и зовя своих близких.

Идти до Уго было не так уж и далеко, но мне казалось, что время замедлилось, и каждый мой шаг занимал не секунды, а часы. Я осторожно обходила стонущих раненых, и лежащих без движения людей. Все звуки пропали — я видела, как люди открывают рты, но ничего не слышала. Во рту я ощутила привкус желчи, и к горлу подступила тошнота…

— … Изабель! Изабель! — снова и снова слышала я свое имя, пока меня трясли за плечи, — Ты не ранена? Изабель…

Я подняла голову, и увидела взволнованное лицо…

— Адриан! — зарыдала я и крепко обняла мужчину, спрятав лицо на его груди. — Адриан…

— Идем, я провожу тебя! — произнес мужчина, ласково и утешающе гладя меня по спине — Сейчас тебе лучше побыть во дворце. У меня.

Я судорожно затрясла головой, выражая согласие. Но на меня словно напал ступор, и я не могла сделать ни единого шага.

«Соберись! — подумала я, изо всех сил зажмурившись, — Соберись, позже порыдаешь!»

Я не могла прийти в себя и не понимала, что со мной происходит. Пока продолжались беспорядки я была напугана, но сейчас, когда все закончилось, я находилась в беспросветном ужасе и не знала, как мне выбраться.

— Что произошло? — спросила я, наконец оторвавшись от мужчины, — Прошу тебя, объясни…

— Ты ведь и сама это знаешь! — тихо ответил Адриан, подзывая одного из своих людей, — Тебя проводят. Я приду позже и мы обо всем поговорим.

Адриан коротко отдавал приказы насчет меня, а я тем временем оглядывалась вокруг. Пострадавшим оказывали помощь, перевязывая раны и унося людей на носилках. Погибших также уносили с площади и с окрестных улиц.

Сколько же людей погибло…

Уго деятельно раздавал приказы, а сам подходил к рыдающим мужчинам и женщинам и что-то сочувствующе говорил, похлопывал по плечам, обнимал…

— Что ты имеешь в виду? — спросила я Адриана. — Почему я должна знать о том, что произошло?

— Я все знаю. Бран. — произнес Адриан, и я вздрогнула. Но осознав, что имя и есть ответ, я отпустила ладонь принца и отправилась со своим сопровождающим во дворец.

Меня отвели в комнату Адриана и оставили в одиночестве. Пока мы шли по дворцу, я встретила мало придворных — в основном, все встреченные были не менее напуганы, чем я.

Примерно через десять минут дверь в спальню открылась и молодой парень, не старше меня, вошел в комнату с подносом, и оставив его на низком столике, поклонился и молча вышел.

На подносе лежали бутерброды и стояла чашка чая. К горлу снова подступила тошнота и я отвернулась от нехитрого угощения. На шкафу я увидела бутылку вина, и открыв ее, отхлебнула из горла, не став искать бокал.

«Адриан все знает? — думала я, сидя в кресле, — Они все заодно?»

— Я ничего не понимаю! — рассмеялась я и сделала очередной глоток вина. Капли потекли по подбородку и скатились на платье, которое было изорванным и грязным. — Меня казнят… Ну и прекрасно!

Я не знаю, сколько прошло времени, но я успела выпить целую бутылку вина и изучить орнамент на ковре, прежде чем дверь открылась и в комнату вошел Адриан. Мужчина сел на пол, оказавшись напротив меня, и забрал пустую бутылку из моих рук, отставив ее на пол рядом с собой.

Несколько минут мы оба сидели в тишине. Я надеялась, что опьянею от крепкого алкоголя, но разум мой, неожиданно, просветлел. Я внимательно взглянула на Адриана, который выглядел не самым лучшим образом. Одежда его была в таком же беспорядке, как и моя, волосы — взлохмачены, и весь он был покрыт каплями засохшей крови.

— Бран арестован, — нарушил Адриан тишину, — Как и многие остальные. Мы знали, что он затевает. Только я и не думал, что Бран втянет тебя в эту историю. На тебе ведь клятва?

— Да, — кивнула я, — Знали?

— Знали.

— Но почему вы не остановили его? — вскричала я, сжав кулаки, — Сколько людей погибло! Столько пострадало… Раз знали — арестовали бы, выбили бы из него…

— Подожди, Изабель! Не все так просто, успокойся, — тихо проговорил Адриан, — Я сейчас все тебе расскажу.

Я провела ладонями по лицу, пытаясь стереть усталость, и вся обратилась в слух.

Бран всегда был слабым ребенком. Слабый ребенок превратился в слабого юношу. Нет, слабость его выражалась вовсе не в физической подготовке, а в отношениях с окружающим миром. Бран был слаб и ему всегда требовалось напоминание об этом. Он с детства искал повод для недовольства, пытался бороться и проигрывал, убеждаясь в собственной никчемности. И плыл по течению — танцевал на балах, выпивал с друзьями и жаловался на окружающий мир. А потом Бран оказался в Карсе.

— Ему предложили помощь, — рассказывал мне Адриан, — Хотя, ты это уже знаешь… Нет, постой! Я вовсе тебя не виню… Я помню про твою клятву. Карсийцы вовсе не собирались дарить Брану трон, как ты уже могла догадаться…

Карсийцы хотели вызвать народные волнения. Именно поэтому они помогали Брану, которого со временем собирались убрать. Карса была обижена на наше королевство, нанесшее им недавно столь весомый ущерб, и отнявшее немалые территории. А в ходе беспорядков, Карса расчитывала вернуть утраченное и посадить на трон удобного для себя правителя. Но не Брана — полубезумного фанатика. Он был неудобен для Карсы.

— «Гибель Брианны» — дело рук Карсы, — сказал Адриан, — Бран не знал об этом. Карсийцы усовершенствовали проклятие, собирая энергию для портала…

— Это возможно? — перебила я.

— Как оказалось, это возможно. Сегодня вечером, как нам удалось узнать от одного из агентов, войско карсийцев окажется в городе.

План оказался прост: расшевелить народ с помощью Брана, а позже убить его и всю королевскую семью. Посадить на трон Орлейского принца и женить его на Карсийской принцессе, заключив с ними выгодные договора и вернув все, что было утрачено в ходе войны.

— Видишь ли, Бран был и сам скован клятвами. Именно поэтому мы и не стали его задерживать, — объяснял Адриан, — И я и Уго думали, что Бран знает гораздо больше, чем оказалось. Мы наблюдали за ним и его «друзьями»… Но он оказался пустышкой. Расспросить Брана помог один из карсийских магов. Нам бы взять с них пример в этом…

Адриан поднял меня с кресла, взяв на руки, и устроил у себя на коленях, крепко обняв.

— А еще эти разработки карсийцев с ипостасью… Уго был в восторге, когда узнал про твоего брата! — тихо произнес Адриан и успокаивающе погладил меня по руке, — Не нервничай, Иза, он жив.

— Его казнят?

— С твоего брата снимут клятву, и если он будет сотрудничать — я попрошу за него у Уго, — пообещал Адриан.

— Он теперь король…

— Да, отец отрекся. Его пришлось… заставить. Мы знали о готовящемся митинге, хотя и не думали, что на него придет столько жителей.

У всех служб, не только у стражей, есть свои агенты среди жителей города. От них то и выяснилось о намеченном митинге. Никто не придавал ему особое значение до вчерашнего вечера. Листовки начали распространять всего пару дней назад, а все знают, что людей нужно собирать за несколько недель. Агитировать, беседовать, уговаривать прийти. Да вот только никто не подумал о том, что жители столицы не привыкли отмечать День Фартийской Девы дома. И многие пришли на площадь просто из любопытства, за компанию. И были поглощены толпой — ее энергией и настроением.

— Планировалось, что отец прикажет разгонять митингующих. Так оно и случилось — в последние годы король принимал излишне жестокие решения… И Бран, вместе с гвардией, должен был остановить кровопролитие.

— Но это сделал Уго, а не Бран, — пробормотала я.

— Это было необходимо, — неуверенно произнес Адриан, — Распускались слухи, порочащие Уго. В них мало кто верил, но некоторые поверили в его жестокость. Хотя люди любили наследника — именно Уго выходил к людям, вместо отца. Именно он навещал госпитали и гарнизоны.

Король, узнав о собравшихся людях, приказал устрашить толпу. Арестовывать, бить, убивать… Разум правителя был ослаблен, и он не осознавал опасности этого решения, думая что страх погонит людей по домам. Бран к этому моменту уже был арестован, а Уго вывел верных людей на улицу и приказал остановить кровопролитие.

— Мы заставили отца отречься. А Уго теперь останется в памяти народа тем, кто остановил бойню, а не тем, про кого ходили сомнительные слухи!

— Вы могли вмешаться раньше?

— Могли. Это было тяжелое решение — дать возможность отцу отдать приказ о насилии над людьми, но так было нужно. Уго будет хорошим королем, который больше не допустит такого, — сказал Адриан.

— Уго позволял Фернанду Второму принимать неверные решения последние несколько лет. Хотя именно Уго, фактически, управлял страной, и мог надеть корону в любой момент…

— Мог. Но добровольно отец не отдавал свою власть. И в то время действия Уго были бы восприняты преступными, если бы он заставил отца отречься. Сейчас же Уго — спаситель! — со вздохом сказал Адриан, — Иза, я знаю, что тебе это неприятно. Это — политика, за что и сам я не люблю ее. Сплошь — кровь и грязь. Я рассказываю тебе об этом, потому что мой младший брат втянул тебя в это. Ты имеешь право знать.