Глава 2: О грядущих проблемах

Мой тяжелый вздох и мама, и отец проигнорировали. Уже целый час я сидела на нашей кухоньке, по-прежнему завернутая в одеяло, а мне читали нотации о том, как это было безрассудно с моей стороны — натравить на смотрящего нежить. И ладно бы, если бы она его просто погоняла по деревне. Так нет же, она его еще и искусала так, что господин Керго уже несколько часов притворялся умирающим на последнем издыхании. В деревне-то, конечно, молятся Светлой Деве за его отход в мир иной, на венок уже скинулись да гроб в черный цвет покрасили, но в нашем конкретном случае надежда умерла еще на подходе, потому как некроманты треклятые отличались повышенным уровнем живучести.

— И вот что теперь прикажешь делать, Нара? — возмущалась мама, нарезая овощи для мясной похлебки. — Смотрящий-то как к себе вернулся, первым делом письмо в столицу отправил о том, что у нас тут неучтенного некроманта прячут. По твою душу этот черный прибыл, чтоб он Тьмой подавился.

— Рега, не поминай Тьму в доме! — сделал отец замечание маме.

Папа хоть и выглядел невозмутимо, но мы-то все прекрасно знали, как он сейчас злится. Просто, в отличие от мамы, в руках себя держать умеет, а женщинам эмоциональность простительна.

— А что я? Неправду какую сказала? Даже если мы его за домом прикопаем, из столицы другого пришлют, потому как знают, что некромант у нас в деревне необученный, — угрожающе воткнув тяжелый нож в разделочную доску, уперла мама руки в бока.

Про прикопаем мама, естественно, пошутила, но в каждой шутке, как известно, есть доля шутки. И пусть дар в нашей семье есть только у меня, род наш за своих всегда мог постоять. Некромант, конечно, который в комнату нашу детскую заявился, об этом не знал, но папа ему очень доходчиво объяснил, когда, словно котенка, за шкирку за ворота выкидывал.

Чтобы вы понимали, папа у меня ростом и шириной плеч удался на славу. Конкретно я ему едва ли до плеча доставала, тогда как мама моя исключительно до груди. Да и силой своей папа мой славился на всю деревню. В одиночку мог сеть, полную рыбы, из моря вытащить да на себе без устали от берега до самого дому нести. Собственно, именно поэтому у некроманта и шансов не было противостоять ему физически, а вот магически просто не успел. Папа раз его с лестницы спустил, так тот сознание сразу и потерял.

— Обученный, необученный, а некроманту все равно не отдадим, — постановил папа, от души хлопнув своей ручищей по столу. Еще не нарезанные овощи подпрыгнули, но мама их удержала и свалиться им на пол не дала. — Значит, так: пока некромантишка этот по деревне шастает, из дому ни ногой. Мужиков сейчас на совет соберу, а вечером мы его из деревни выставим. Не переживай, Нарка, не отдадим тебя магам этим темным, а смотрящий впредь молчать будет, коли жизнь ему дорога. Настойку-то он у Лютимы все время конфискует. Отравой пригрозим.

Вот за что я так сильно папу люблю, так это за то, что настоящий мужик. Хотела бы и я когда-нибудь встретить кого-то похожего на него. Того, кто ласки и заботы не чурается, а когда дело пахнет жареным, горы готов свернуть. С таким и на край света пойдешь, и в логово к некромантам сунешься, и к драконам отправишься, потому как знаешь: он тебя никогда в обиду не даст.

Папа ушел, а я поплелась наверх к младшим, чтобы переодеться да снова вниз спуститься. Мама без моей помощи еще долго провозится, чтобы наварить на такую ораву, а в четыре руки процесс пойдет куда быстрее.

Взявшись за ручку, я открыла дверь, но тут же ее захлопнула, пораженная до глубины души увиденной картиной. Сделав вдох, все-таки вошла в комнату, но створку на всякий случай заперла, чтобы отсюда никто не смог сбежать. А ведь я собиралась убивать. Очень решительно и очень безапелляционно.

— Что здесь происходит? — спокойно спросила я, пытаясь контролировать эмоции. Получалось не так хорошо, как у папы, но радует хотя бы то, что я просто потянулась к сковороде, а не сразу начала использовать ее как оружие массового поражения.

— Пусик, иглаемся, — пояснила мне мелкая, наглаживая пузико волосатого паука, который лежал прямо на моей подушке и от блаженства подергивал всеми своими лапками.

— Да-да, вот так. И вот здесь еще почеши, — комментировала происходящее крыса, пока моя средняя сестра — Аника — почесывала ей бока.

Мертвой крысе! Бока!

— Сейчас ооочень медленно поднялись обе и пошли вниз тщательно мыть руки. Считаю до трех. Раз…

Девочкам хватило услышать только «раз», и их тут же сдуло ветром. Они прекрасно были осведомлены, какими ужасными бывают некроманты в бешенстве. Про нашего дедушку в деревне все знали. А я некромант, между прочим. И стадия «бешенство» медленно, но верно перетекает в стадию «убью, подниму, а потом снова убью».

— Вы чего здесь устроили, а? — угрожающе нависала я над этими умертвиями, собираясь воспользоваться оружием массового поражения.

— Так возвращения твоего ждем не дождемся, — спокойно и даже лениво ответила мне крыса, подставляя спину солнечному лучу, что проникал в комнату через окно.

— Угу, — подтвердил паук, а его глазенки зло сузились, едва он встал на все свои лапы.

— Ругаться будем, — снова протянула эта серая вертихвостка.

— Угу, — поддакнул мохнатый монстр, на всякий случай, видимо, перебираясь поближе к крысе.

— Ругаться? — взвилась необученная некромантка, уже точно зная, что будет убивать. — Да как вам в голову пришло моим сестрам показаться? Да вы же неизвестно где валялись до того, как восстали! Убью! — замахнулась я сковородой.

Чего им, конечно, не занимать, так это скорости. Деревенские рассказывали, что поднятая нежить медлительна и тупа как пробка, но на своем личном опыте я смело могла говорить об обратном. Во-первых, крыса не только носилась как угорелая, взбираясь то на шкаф, то на стол, но еще и кричала про то, что я не имею никакого морального права наносить ей телесные повреждения.

Мертвой! Телесные повреждения!

Во-вторых, паук нисколько от нее не отставал и не забывал при этом угукать при каждой удобной возможности, соглашаясь с этим серым комком шерсти по всем фронтам. Правда, через полчаса активного бегания по комнате я все-таки поняла одну неоспоримую истину: умертвия не устают, в отличие от людей.

— Набегалась? — совсем как человек, села крыса со мной рядом прямо на пол.

Паучок приближался к нашей компании осторожно — бочком, бочком передвигался маленькими шажками, но в итоге тоже уселся рядом, с тяжелым вздохом сложив четыре передние лапки перед собой.

— Ага, — ответила, любовно поглаживая сковородку, которая не раз меня выручала.

— Софка, — протянула мне крыса лапку, и я не без брезгливости пожала ее, потому как родители воспитали хорошо. — Ну, раз ты уже успокоилась, я тебе так скажу: срочно тебе нужно в академию ехать. У них как раз через два дня новый учебный год начинается. Если артачиться будешь, опоздаешь и проблем не оберешься. Все равно ведь заберут, как бы папка твой ни лютовал. Некроманта он, кстати, крепко приложил. За такое и на каторгу сослать могут, поэтому, если кто спросит, это ты его толкнула. Тебе ничего не будет, а мужика жалко. Хороший он, детей любит.

— Угу, — согласился паучок, важно закивав.

— Так он ведь в дом проник без спроса. А вдруг он меня чести девичей лишить хотел? — призадумалась я над тем, почему такая несправедливость относительно простых людей.

— А это неважно. Они своих всегда отмажут, даже если не только хотел, но и лишил, так что ври напропалую, когда снова за тобой явятся.

— А они явятся? — не то чтобы я не верила. Просто верить до отчаяния не хотелось.

— Конечно, явятся. Сначала ученика отправляют, а если у него не получается, то преподавателя. Так что, собирай вещички…

— Помогите! Помогите! — вдруг раздалось где-то на улице, и мы все трое мигом очутились у окна.

Темный Бог подкрался незаметно.

* * *

— Твою ж мышь! — прижала я руки к груди, выбежав на порог дома.

Там, за воротами, все наши деревенские мужики — кто с чем в руках — гнали по деревне обоих некромантов. И если присланный из столицы паренек бежал вполне себе даже резво и на всю округу орал «Помогите!», то смотрящий плелся кое-как, едва уворачиваясь от сыплющихся на него ударов.

И ведь мужики же не знают, что им за это будет, если некроманты на них в столицу пожалуются…

Не думая ни секунды, я ринулась вслед за толпой, но куда там мне было за ними угнаться. Зато я знала, кто сможет их догнать.

— Эй, лошадь! — крикнула я, завидев, как в кустах прячется та самая животинка, которая благодаря моему дару восстала из мертвых.

Лошадь вскинулась, высунув морду из-под листьев, но взгляд у нее был совсем не добрый. Я бы даже сказала — укоризненный. И вот где-то я этот взгляд уже видела…

— Не лошадь? — правильно поняла я возмущенный взор мертвых глаз. — Ну, конь так конь! Шуруй давай сюда, иначе не успеем!

С независимым и гордым видом конь выбрался из кустов и встал рядом со мной, видимо, ожидая извинений за свое существование, но мне было не до реверансов. Подавив в себе приступ брезгливости, я забралась на животинку и привычно ударила по его бокам, но конь с места не двинулся. Только морду недовольную ко мне повернул да дыханием своим несвежим обдал.

— Ты чего стоишь? — взвилась злая некромантка и ударила пятками по его бокам еще раз. — Быстрее догоняй!

Конь вздернул бровь. Вот просто взял и вздернул бровь!

— Упокою, подниму, а потом еще раз упокою! — пригрозила я, зло сузив глаза.

Мы взвились с места.

Да я едва ли успела схватиться за шею этого бессовестного коня, когда он на всех парах двинулся вперед. Гул голосов был слышан еще издали, но к тому моменту, как мы поравнялись с мужиками, они добрались уже до конца деревни. Загнанные в угол, а точнее, к воротам некроманты тяжело дышали и кое-как держались на ногах, тогда как бежать им было уже некуда.

Как только в нашем королевстве поселились некроманты, абсолютно все города и деревни обзавелись забором и тяжелыми плоскими воротами высотой в три этажа. На воротах в городах и столице по обыкновению стояли стражники, но в деревнях такой роскоши, как охрана, простой люд не имел, а потому в роли постовых выступали сами деревенские, поочередно защищая родные земли и свои семьи.

Именно поэтому двум некромантам бежать из деревни было некуда. Дядьки Митор и Перок ворота им не открыли, да и сами к мужикам примкнули, угрожающе выставив вперед самые настоящие заговоренные мечи, которых на всю деревню и было что два штуки.

— Остановитесь! Подождите! — кричала я, но тут ворота без труда распахнулись, некроманты свалились на землю, а деревенские резко отпрянули назад. И вот все бы хорошо, но конь мой при этом остановиться как-то позабыл, а потому затормозила я, уже поравнявшись с воротами.

Явно ощущала на себе чужой изучающий взор. Дрожь прошлась по коже непроизвольно, но стоило мне только поднять взгляд, как сердце забилось в груди испуганной птицей. И вот я очень даже понимала коня, который прижал свои уши и ооочень осторожно, ооочень медленно начал ступать назад. Да я бы тоже сбежала, если бы тело вдруг от страха не приросло к коню, но, увы, инстинкт самосохранения действовать отказался категорически.

— Что здесь происходит? — спросил мужчина, облаченный в черный плащ, из-под которого виднелись шелковая рубашка, темные брюки и высокие начищенные сапоги.

Это с нашими-то дорогами! Начищенные сапоги!

Некроманты как-то резво перекатились и бухнулись на колени, отчаянно подвывая, а мужики наши синхронно сделали шаг назад. И вот промолчать бы мне, но…

— А ничего не происходит. Разбойников треклятых из деревни выгоняем, — с самым честным выражением лица заявила я, пока мой конь продолжал стратегическое отступление.

— А что они сделали? — и голос такой спокойный-спокойный, но почему-то сбежать захотелось еще сильнее.

Некроманты, кстати, вообще себя в землю закапывать начали, прямо под собой руками ямки разгребая.

— Так на честь девичью покусились.

— На чью честь? — уточнил мужчина, сурово сложив руки на груди.

В поисках поддержки я посмотрела на коня. Некромант в черном одеянии (хотя они, в принципе, одежду другого цвета и не имели) тоже посмотрел на коня, а одна его бровь медленно поползла вверх. Животинка всхрапнула. Всхрапнула и укоризненно глянула на меня. А я что?

— На мою честь, — ответила честно. Вот прямо-таки совсем честно. Даже кивнула в подтверждение. — Сначала один ворвался, кричал, что, если замуж за него не выйду, всем расскажет, как я его соблазнила. А я девушка честная, между прочим.

Смотрящий, который на время нашей беседы с некромантом копать перестал, начал орудовать собственными руками намного активнее. Прямо-таки подкоп решил себе устроить.

— А второй чем провинился? — нахмурился некромант.

— Так он не только в дом ворвался, но и в комнату мою. А я только в сорочке, между прочим, была…

Молодой некромант на мгновение замер, но затем копать стал еще быстрее. Я так понимаю, они со смотрящим договорились встретиться где-то под землей.

— Аристель Арод Колт, встать! — скомандовал некромант, и парень мигом взвился вверх, вытягиваясь по струнке. — Два наряда на кладбище вне очереди! Выполнять!

Мужчина по-прежнему стоял, сложив руки на груди, но вдруг прямо в воздухе вспыхнуло зеленое кольцо, наполненное темными всполохами. Трясущийся парень как-то уж слишком неуверенно шагнул прямо в него да там и пропал, а кольцо просто растворилось.

— Теперь ты, — взглянул он на смотрящего. Да так взглянул, что страшно стало всем. — Бегом.

Зеленое кольцо вновь открылось, и господин Керго буквально потонул в темных всполохах, но его душераздирающий крик еще долго звучал на всю округу. Конь начал двигаться быстрее, однако, как только взгляд некроманта остановился на нас, будто врос в землю и сбегать отказался. Предатель, что с него взять?

— Теперь с вами. Некромант необученный где?

И вот тут почему-то все мужики разом, включая моего папеньку, посмотрели на меня. А я что? Я честно и сказала:

— Она туда побежала, — неопределенно махнула я рукой в сторону деревни.

Кажется, некромант мне не поверил.