Глава 35

– Что? Как это…теть Надь! – Алису забрали, она даже не доехала до меня! Даша, куда ты ввязалась?! Господи, что там у вас происходит! Я не могу ее найти! Зачем ты создала мне эти проблемы?! Я написала заявление в милицию, но они сказали, что много времени прошло, нет шансов! Даша, ты меня слышишь?! Алисы у меня нет! Телефон выпадает из руки, и на миг все темнеет перед глазами. Мой самый страшный кошмар сбылся. Я все делала для того, чтобы моя девочка не узнала, что такое бандиты, и ее никто не забрал. Я терпела бы все и дальше, лишь бы она жила свою нормальную жизнь, а теперь что… ее забрали. Мамай. Он забрал ее, как и обещал. Из-за меня. Потому что я тогда пошла против его слова и отправила Алису к тетке, но ведь я сделала все. Я передала документы, и он сказал, что отстанет от нас. В этот момент я понимаю, что ни дня, ни одного момента не контролировала ситуацию. Мамай тупо водил меня за нос и шантажировал сестрой, чтобы я не сбежала, он бы все равно ее забрал, и я… боже, какая же я дура! Почему, ну почему до этого момента я Крутому все не рассказала? Он бы, может, убил меня, но Алиса была бы у тети. Цела и невредима, а теперь мне страшно даже представить, что они с ней сделают и к кому она попала. – Алиса… о господи, нет. Я не чувствую рук, сердце болит в груди, и так мало воздуха. Я выбегаю на улицу и вижу на входе в клуб Крутого. Ганс и Соловей уже зашли, и я понимаю, что ад уже настал и я в самом его эпицентре. – Что случилось, Воробей? – Савелий… мы можем поговорить? Подхожу ближе, становлюсь напротив. Я знаю, что здесь не место, но тянуть больше нет смысла. – Говори. – Мою сестру забрали! Я не знаю, где она и с кем. – Снова песни поешь? Придумай что-то другое. Боже, он не верит, и это страшно. Когда ты напрочь потерял доверие самого близкого тебе человека. – Это правда! Мою сестру зовут Алиса и ей уже пятнадцать лет! Она еще ходит в школу. Я отправила ее к тетке, подальше от отчима и бандитов, которым он задолжал. Они тогда ее забрать хотели, я договорилась, чтобы тетя временно ее приютила, и сама хотела поехать следом, но меня вы… ты забрал раньше. Савелий, я только что позвонила тетке, и у нее нет Алисы! Пожалуйста, богом заклинаю, помоги мне ее найти! В моих глазах стоят слезы, но я понимаю, что это делает только хуже. Крутой закуривает и глубоко затягивается сигаретой. Высокий, статный, мой нелюбимый Зверь. – Допустим, это правда, а я при чем? – Я знаю, что не имею права просить у тебя помощи, но я прошу: помоги. – Нет. Твой поезд уже прошел, Воробей. Пожинай плоды своей лжи. – Пожалуйста, Савва, ее забрали опасные люди! У меня нет управы на них, милиция нам не поможет! – Какие люди? Ты созрела, наконец, сказать правду? – говорит прямо, и я понимаю, что выхода нет. Или я, или Алиса. Я выбираю дать шанс ей. – Имя заказчика – Давид Алексеевич Мамаев. Это ему мой отчим задолжал, и это он заставил меня внедриться в твой Прайд в роли крысы. Я все сдавала ему. Его людям передала папку с документами о казино! Крутой выбрасывает сигарету и выдыхает дым через нос. Он сводит брови и внимательно смотрит на меня, а я точно кролик загнанный. Понимаю, что в любом случае буду растерзана зверем, так пусть лучше это будет он. – Что ты сказала? Кто заказчик?! – Мамаев Давид Алексеевич, – лепечу и чувствую, как быстро стучит сердце. Разочарование, боль, неприятие и злость. Все это вижу на лице у Савелия, он смеется страшно, а после хватается за голову. – Блядь, какой же я БАРАН! Мамай! Мамай, СУКА! – Прости меня… – Прости?! ПРОСТИ?! Ты, блядь, совсем ебанутая или что?! Брат этого Мамая мою сестру убил! Моя мать вышла в окно из-за него, вся моя жизнь пошла в жопу после его наркоты! Вместо универа я на ринг пошел и вместо преподов общался со всяким сбродом! Ахах… как же я не понял, как… – Я не знала поначалу, кто это такой! Прости, Савва, я не хотела, чтобы все так! – Ты лишила меня и первой, и второй семьи! Сука… Он хватает меня за горло и после резко отпускает, будто боясь испачкаться. – Савелий, я знаю, что ты меня ненавидишь, но, пожалуйста, мне не к кому больше обратиться! Крутой держится за голову и идет по улице. На дворе никого, утро еще, и до костей мерзнут ноги, но я бегу за ним, потому что понимаю: у меня нет другого выхода, я снова сделала ему больно. Так больно, как еще никогда до этого. – Савелий, пожалуйста, подожди! Савелий! Я догоняю Крутого и вцепляюсь ему в руку, заставляю посмотреть в глаза. Его взгляд в этот момент страшный. Глаза красные, и ему больно. И причина этой боли снова я. – Савелий! Савелий, пожалуйста! Проси что хочешь, делай со мной что хочешь, но помоги. Мне очень жаль твою сестру и маму, я тоже маму теряла, но моя Алиса… возможно, она еще жива. Я… я буду твоей сукой, твой девкой, твой шлюхой! Ну что ты молчишь? Делай со мной что хочешь, я все выдержу, все, но, пожалуйста, богом заклинаю: помоги! Алиса ни в чем не виновата, наказывай меня! Она маленькая, она еще ребенок! Мы уже довольно далеко отошли от клуба, как раз к перекрестку. Здесь больше машин, и я словно на распутье. Стою смотрю на Савелия и не знаю, что он ответит. И самое страшное – услышать от него “нет”. – Помоги?! Ты просишь меня о помощи, девочка? Серьезно? Ты, блядь, лишила меня и первой, и второй семьи! Ты меня предала, обворовала, из-за тебя был ранен Брандо, из-за тебя погиб Фари, а я лишился, сука, бизнеса, земли! И главное: моя сестра не дожила до шестнадцати лет. Она у меня на руках умирала, мать от горя покончила с собой, а ты брала бабло у ее убийцы. Так какой милости ты хочешь, чего ты хочешь, тварь!!! Боже, как же я ненавижу тебя! – Я люблю тебя! Больше никого так не любила. Прости меня, Савелий, пожалуйста. Пожалуйста, не бросай меня в беде! Я все сделаю, все… все для тебя сделаю! Держу за его руку, теплая, большая, а он меня отталкивает. Так сильно, что я едва не падаю. Вокруг лед и этот арктический холод между нами. – Я НИКОГДА тебя не прощу! В своих бедах ты виновата сама, и знаешь что, Воробей: лучше бы ты сдохла, чем Фари! Лучше бы я тогда просто переехал тебя! – орет и уходит вперед, а я не могу. Я понимаю, что это конец, вот только тогда и моя Алиса до шестнадцати не доживет. К черту. Никакой гордости уже нет, больше ничего не осталось, и я реву. Я знаю, что сейчас Крутой правду сказал. Он вообще теперь меня не любит, и после такого мне только в могилу одна дорога. И я совсем одна. Я ничего не смогла. Ни себя защитить, ни Алису. Я всех предала, и я всеми теперь не любима, и особенно им. Тем, кого мне хотелось любить, кто меня любил и с кем впервые в жизни я узнала, что такое быть счастливой. А теперь ничего нет. Одна только ненависть моего хозяина Прайда. Так лучше бы он правда меня тогда сбил. И все были бы довольны, и Фари был бы жив. Тело пробирает дрожь, и все случается так быстро. Я вижу, как к нам подъезжает черная машина. Обычный фургон серого цвета. Он притормаживает, и я с ужасом вижу, как сзади опускается черное тонированное стекло и появляется дуло пистолета, которое направляют на Крутого, и я кричу во весь голос: – САВЕЛИЙ! А затем раздается выстрел, и мое сердце раскалывается пополам.