Глава 14

Еду в автобусе на другой конец города. За окном проплывают серые многоэтажки, размытые неожиданно начавшимся дождем, — тоскливый пейзаж, идеально отражающий мое настроение.

Держу в руках этот злосчастный стаканчик с остатками кофе, словно это бомба замедленного действия. Утренний аромат, который обычно бодрит и радует, сейчас вызывает лишь тошноту и жгучую обиду.

Как он мог? Как он посмел?

В голове роятся вопросы, на которые нет ответов, лишь горькие догадки и подозрения.

Тагир приносил мне кофе с такой заботой, с таким нежным взглядом, а я… я глупо улыбалась и велась на это, доверчиво принимая из его рук яд.

Вспоминаю, как однажды я заночевала у мамы, а он приехал за мной утром с неизменным кофе. Тогда я приняла его поступок за наивысшую форму любви, а он просто цинично растворял в напитке таблетки, чтобы лишить меня мечты.

Выхожу из автобуса, едва дождавшись остановки, и почти бегом направляюсь к лаборатории.

Внутри все стерильно и отстраненно, как в операционной. Отдаю стаканчик, заплатив за срочность, и меня просят подождать. Каждая минута тянется бесконечно долго. И чтобы скоротать время, выхожу в парк, сажусь на мокрую скамейку. Дождь, как внезапно начался, так внезапно и закончился.

Ветер треплет мои распущенные по плечам волосы. На скамейке по соседству старик кормит голубей, и я отстранённо наблюдаю, как птицы клюют хлеб.

Неужели все, что было между мной и Тагиром, — лишь красивая картинка, фальшивая декорация, скрывающая истинное лицо моего мужа? Неужели он действительно способен на такую подлость?

Я почти уверена в своей правоте. Уверена, что увижу этот зловещий результат — подтверждение моей самой страшной догадки.

Наконец, появляется лаборантка. В ее глазах нет ни сочувствия, ни осуждения — лишь профессиональная отстраненность. Она протягивает мне бланк с печатью. Дыхание перехватывает.

Открываю. Читаю. Строчки прыгают перед глазами.

Перечитываю еще раз. Снова и снова.

Не верю своим глазам.

«Посторонних препаратов и веществ не обнаружено».

Не обнаружено?

Сердце на мгновение замирает, а потом начинает бешено колотиться. Облегчение? Радость? Нет. Скорее, растерянность.

Значит, я ошиблась? Значит, напрасно терзалась сомнениями? Или… или он просто очень хорошо все спланировал, и поэтому следы не обнаружены?

В голове снова роятся вопросы. Но теперь к ним примешивается и другое чувство — стыд. Стыд за свои подозрения, стыд за свою недоверчивость. Не такой уж он и монстр, чтобы поступать со мной так жестоко.

Но одно я знаю наверняка — после этого утра наша жизнь уже никогда не будет прежней. Доверие-то сломано. И я не знаю, смогу ли я когда-нибудь снова поверить Тагиру.

* * *

После конференции мы с Багировым отправляемся в торговый центр за покупками. Я не хотела идти, но он меня уговорил. Сказал, что мне срочно нужно новое платье, а ему галстук. Я держусь с ним холодно и немного отстранённо.

Мы проходим мимо витрин, заполненных яркой одеждой, украшениями и всякой всячиной. Муж рассказывает о том, что узнал нового из конференции, а я рассеянно киваю, стараясь сосредоточиться на его словах.

Но внимание предательски ускользает, притягиваясь к витрине магазина детской одежды. Крошечные платьица, кроссовки размером с ладошку, плюшевые зайцы с трогательными глазками-пуговками…

— Тагир, а давай зайдем? — спрашиваю я, стараясь придать голосу непринужденность.

Он останавливается, и взгляд становится каким-то отстраненным.

— Зачем? Нам туда не нужно.

Всегда, когда я осмеливаюсь хотя бы намекнуть на будущее, в котором есть место маленьким ножкам и заливистому смеху, он ставит стену. Не говорит прямо, нет. Просто вот таким взглядом, вот этой фразой "Нам туда не нужно" дает понять, что мои мечты — это только мои мечты.

— Просто посмотреть, — бормочу я, опуская глаза.

— Аврора, ну правда. Не сейчас, — он сжимает мою руку чуть сильнее, но я чувствую, как между нами нарастает холод.

Идем дальше в молчании. Все вокруг кажется каким-то фальшивым, нарисованным. Яркие вывески, улыбающиеся лица, громкая музыка — все это лишь декорации, скрывающие зияющую пустоту внутри меня.

— Может, зайдем перекусить? — предлагает Тагир, словно пытаясь вернуть меня в реальность.

Садимся за столик в кафе, здесь же в ТЦ. Муж заказывает пиццу и два Латте.

— Мне не надо, — резче чем следует говорю я.

— Что? — он смотрит на меня непонимающе.

— Я ненавижу кофе теперь, — выпаливаю я, отворачиваясь к окну. — С тех пор, как поняла, что ты не хочешь от меня детей!