Глава 18

Тагир

Дверь в кабинет Рустамова противно скрипит, когда я её открываю. Этот звук всегда действовал мне на нервы, словно предвещал неприятности.

Кабинет шефа, как всегда, сияет стерильной чистотой и пахнет дорогим парфюмом. Сам Камиль Маратович сидит за огромным столом, утопая в кожаном кресле, и что-то сосредоточенно пишет.

— Камиль Маратович, добрый день, — стараюсь придать голосу уверенности, но выходит натянуто.

Рустамов поднимает глаза, окидывает меня оценивающим взглядом и откладывает ручку.

— А, Тагир, заходи, присаживайся. Как командировка? Жду подробный письменный отчет.

Опускаюсь в предложенное кресло и коротко и по существу докладываю о том, как все прошло. Затем прочищаю горло и задаю волнующий вопрос:

— Камиль Маратович, я хотел спросить по поводу Авроры. Что происходит? Почему ее отстранили?

На лице Рустамова мелькает темная тень, как будто я затронул что-то неприятное.

— Тагир, ты же понимаешь, я не могу разглашать внутреннюю информацию…

— Камиль Маратович, она моя жена! Я имею право знать, в чем дело. Кто написал жалобу? Что она сделала не так? — чувствую, как во мне закипает гнев.

Рустамов громко вздыхает и откидывается на спинку кресла.

— Тагир, не все так просто. Пойми, есть вещи, которые выше нас с тобой. Жалоба поступила… скажем так, от очень влиятельного человека.

— Влиятельного человека? Что это значит? Она кому-то не угодила? Кому она могла насолить, кроме как помогать людям?! — срываюсь на эмоции.

Рустамов поднимает руку, призывая к тишине.

— Не горячись, Тагир. Я понимаю твои чувства. Но поверь мне, в данном случае лучше не копать слишком глубоко. Это может иметь последствия, и не только для Авроры.

— Какие еще последствия? Вы что, меня запугиваете? Рори хороший врач, Камиль Маратович! Она помогает женщинам! И вы ее просто так отстраняете, потому что кому-то сверху так захотелось?

Рустамов опускает взгляд на свои руки, сложенные замком на столе.

— Тагир, я не говорил, что кому-то так захотелось. Я просто намекаю на то, что ситуация очень деликатная. Может быть, ей стоит немного отдохнуть, взять отпуск. Все само собой уляжется.

— Отпуск? Это вы называете "уляжется"? А кто будет лечить ее пациентов? Вы понимаете, что это не просто отпуск, а клеймо на всю карьеру?

Рустамов молчит. И я понимаю, что большего от него не добиться. Он как всегда выкрутился, ничего конкретного не сказал, но дал понять, что рыть дальше — опасно. Я встаю с кресла, чувствуя бессилие и злость.

— Спасибо, Камиль Маратович. За исчерпывающий ответ.

Разворачиваюсь и выхожу из кабинета, хлопнув дверью. Нужно поговорить с Авророй. Нужно выяснить, кому она перешла дорогу. И нужно найти способ ее защитить, чего бы мне это ни стоило.

И кто же этот влиятельный человек? Уж не депутат Махдиев ли? Рори упоминала о том, что у нее состоялся разговор с Лейлой. Вот в каком направлении и надо копать!

Прошу администратора Алису поискать в карточке Лейлы номер мужа, но там его нет. Окольными путями нахожу номер помощницы депутата и связываюсь с ней. Прошу передать, что врач его жены Багиров хочет с ним встретиться для разговора.

Весь день жду звонка от Махдиева, но его нет.

Вечером, когда я уже теряю всякую надежду на встречу с ним, в моей квартире раздает звонок в дверь.

Звонок заставляет меня вздрогнуть от неожиданности. Может, это Аврора вернулась? Сердце пускается вскачь.

Я отрываюсь от экрана ноутбука и иду открывать. На пороге стоит Данияр Махдиев, депутат, собственной персоной. В костюме, галстуке, при всем параде. Выглядит надменно, как и всегда.

— Тагир, можно войти? — спрашивает он, и не дожидаясь моего ответа, делает шаг в коридор. Мне приходится отступить, чтобы он не снес меня своей внушительной фигурой. — Твоя супруга дома?

— Рори у родителей, — отвечаю обтекаемо, стараясь скрыть удивление. Вместо перезвона он пришел сюда на личный разговор. Значит, дело серьёзное.

Он осматривается, будто оценивает обстановку. Садится в кресло, небрежно бросает на пол свой портфель и укладывает ногу на ногу, застывая в вальяжной позе.

— Лейла мне все рассказала, — говорит он, глядя мне прямо в глаза.

Я чувствую, как кровь отливает от лица. Значит, он знает. Знает о ее безумной идее с ЭКО и моей, якобы, роли донора. Надеюсь, Данияр не пришел сюда меня убивать.

— Данияр, я не понимаю, о чем Вы, — пытаюсь потянуть время. Чтобы он сказал, что конкретно ему известно.

— Не нужно притворяться, Тагир, — сверит меня своими неестественно синими глазами. — Я знаю, что моя жена обратилась к тебе с просьбой. С глупой, надо сказать, просьбой.

— Лейла… очень хочет ребенка, — бормочу, не зная, что еще сказать.

— И что? Ты думаешь, я не хочу? Дело не в этом! Дело в том, что она выбрала тебя. Тебя! — в его голосе сквозит ревность.

— Я отказал ей. Сразу же. У меня не получится, да и жена не поймет, — говорю я, выдерживая зрительный контакт с ним. Я его не боюсь, я чист перед ним.

— Вот как? А я думал, ты соблазнился возможностью оказать услугу моей жене, — недоверчиво хмыкает депутат.

— Это не так, у нас в клинике огромная база доноров. И нет нужды самому…

Он поднимает руку, останавливая меня:

— Не нужно оправдываться. Я не за этим пришел. Слушай меня внимательно, Тагир. Ты не должен давать Лейле свою сперму. Ты просто скажешь ей, что согласен стать донором. А потом… мы подсунем ей другой материал.

— Вы предлагаете подлог?

— Именно. Лейла будет думать, что ты помог ей. А я решу эту проблему раз и навсегда так, как нужно мне. Что скажешь? — он смотрит на меня в упор, ожидая ответа.

Молчу. В голове — хаос. С одной стороны — ложь и обман. С другой — шанс избавиться от этой безумной ситуации. Какая мне разница, от кого родит Лейла? Но, черт возьми, она будет думать, что от меня. И если Рори узнает… Она никогда ко мне не вернется!

— Мне нужно подумать, — выдыхаю я, чувствуя себя загнанным в угол. — И еще задать Вам один неудобный вопрос.

— Хорошо. Думай. Но помни, Тагир, от твоего решения зависит многое. — говорит он, вставая с кресла. — Ах да, задавай свой вопрос.

— Это Вы приложили руку к отстранению от работы моей жены?

Подумав пару секунд, Махдиев отвечает:

— Как только ты сделаешь всё, о чем я тебя попросил, все проблемы в твоей семье исчезнут, Тагир. Я тебе обещаю.

Махдиев подхватывает свой портфель и направляется к двери.

— Буду ждать твоего звонка, — бросает он через плечо и исчезает за дверью.

Я остаюсь один в тишине своей квартиры, оглушенный его визитом и его словами.

Что мне делать? Как поступить правильно?

Он только что косвенно подтвердил, что проблемы Авроры возникли не на пустом месте, а в них виноват я. И когда я сделаю ЭКО бывшей с неизвестным материалом, Рори сможет вернуться в клинику.

Черт! Меня обложили со всех сторон.