Глава 23

Тагир

Провожу датчиком по животу Лейлы, стараясь не показывать ни малейшего волнения. Она лежит на кушетке, вся напряженная, вцепившись руками в края.

Смотрит на меня огромными, полными надежды глазами. Вижу, как сильно она хочет услышать то, чего ждет. И я должен это сказать.

— Ну, что там, Тагир? Ну же? — шепчет она, едва слышно.

На экране монитора — серое полотно, но я-то знаю, что мне нужно показать. Увеличиваю изображение, указываю на маленькое, едва заметное пятнышко.

— Вот, смотри. Видишь?

Она вглядывается, щурясь, как близорукая.

— Вижу. Это… это оно?

— Это он — твой ребенок. Прижился, Лейла. Все получилось.

Она хватает меня за руку и вскакивает с кушетки, несмотря на мои протесты. Слезы, смех, все смешалось.

— Боже мой, Тагир! Это наш с тобой ребенок! Невероятно!

И вот тут меня прошибает холодом. "Наш с тобой"… Как же ей это сказать? Как популярно объяснить, что никакого "нас" здесь нет? Что я — всего лишь врач, выполнивший свою работу.

— Никогда так больше не говори, — отвечаю сурово. — Это ребенок твоего мужа. Ты меня поняла?

— Но мы сейчас наедине.

— Даже в своих мыслях не произноси это больше.

— Да что с тобой такое? — вглядывается в мое лицо, но я отворачиваюсь от нее.

— Вытирай гель и можешь идти. Обрадуй скорее супруга. Махдиев, наверное, ждет вестей.

Сжав губы, Лейла поправляет одежду и пытается со мной заговорить, но я начинаю размашисто писать в ее карте заметки.

— Не я виновата в том, что мы расстались, — вдруг произносит бывшая.

— Послушай, Лейла, — раздраженно отбрасываю ручку. — Хватит. Никакого мы больше нет. У тебя есть муж, у меня — жена. Выбрось лишние мысли из головы и думай о малыше. У тебя получилось с первого раза, а некоторые люди годами мечтают о том, чтобы в их матке прижилась жизнь.

— Ты ревнуешь меня к Махдиеву?

— Да черт возьми! Ты меня слышишь вообще?!

— Как у тебя дела с твоей болонкой?

— С кем? — поперхнулся я слюной. — Это ты о моей жене, что ли? Не смей так называть Аврору, поняла? Не была бы ты беременной, я бы тебя вышвырнул отсюда. Болонка, надо же…

— Видишь, ты злишься. Значит, не все у вас гладко.

— Это тебя не касается.

Мы с Рори ходим на свидания и узнаем друг друга по-новому. И я как влюбленный болван, жду, когда наши отношения, начавшиеся заново, перетекут в горизонтальную плоскость. И нахожу в этом особый кайф.

— Я не позволю отзываться о моей супруге в таком ключе. Так что придержи язык, Лейла.

— Ладно, прости. Я просто… черт, Багиров. Я ревную тебя к ней.

— Уходи, — прошу устало. — Я сделал то, что ты просила. И что получил вместо благодарности?

— Извини, у меня вырвалось. А благодарность, вот… — Лейла достает из сумки пухлый конверт и кладет мне на стол. — Махдиев тебе передал.

— Убери. Ты внесла в кассу всю необходимую сумму. Свыше ничего не надо.

Не могу я взять деньги. Просто не могу.

Потому что я лжец.

— Прекрати, Тагир. Возьмёшь, он не обеднеет.

— Да не могу я взять.

— Все честные люди — бедные. Запомни это.

Если бы я был честным, усмехаюсь про себя. Лейла, Лейла, ты много не знаешь. Ты меня возненавидишь, если узнаешь наш секрет.

И признаться честно, у меня так и чешется язык сказать ей правду.

Останавливает только ее муж, которому я обещал молчать. Иначе проблем не оберешься потом.

Кое-как выпроводив Лейлу, иду в кабинет жены.

«Акушер-гинеколог Аврора Ибрагимовна Багирова» — написано на табличке. Звучит солидно. И соответствует действительности. Моя жена!

Приоткрываю дверь и замираю на пороге. Аврора сидит напротив пациентки и что-то ей объясняет спокойно и доброжелательно. Голос у нее такой… обволакивающий.

— Понимаете, важно не паниковать. Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы беременность протекала хорошо. Главное — ваше хорошее настроение и соблюдение рекомендаций.

— Аврора Ибрагимовна, как же я счастлива, чтобы вы снова здесь!

Аврора берет пациентку за руку и что-то говорит ей приятное. Боже, какая же она добрая и чуткая! И умная, конечно. Всегда знал, что она чертовски умна, но вот эта ее способность располагать к себе людей… это что-то невероятное.

Прислоняюсь к косяку двери и просто смотрю. Рори такая красивая. Не понимаю, почему Лейла придумала неуместное сравнение с болонкой! Бред какой-то. Моя жена — красавица.

Наконец, Аврора заканчивает консультацию. Женщина встает, благодарит ее и выходит из кабинета. Я отталкиваюсь от косяка и делаю шаг вперед.

— Тагир? Что ты тут делаешь? — удивляется жена, но в голосе ни капли раздражения. Только тепло и… кажется, даже нежность.

— Просто соскучился, — улыбаюсь, подходя ближе.

Она встает из-за стола, и я тут же заключаю ее в объятия. Вдыхаю ее запах — такой знакомый и родной. Целую в шею, чувствуя, как она вздрагивает и краснеет.

— Тагир, ну что ты, — шепчет она, но не отстраняется. — Мы же не на свидании, а на работе.

— Просто люблю тебя, — говорю я, и это чистая правда. — Очень люблю.

— Как все прошло с Лейлой? — спрашивает серьёзным тоном, чуть отстраняясь.

— Нормально. Беременность развивается.

— Она обрадовалась? Ну еще бы! — усмехается Рори. — Ребенок от бывшего при живом муже. Неплохо устроилась!

— Ты же знаешь, что это не так.

— Да, знаю, но все равно бесит эта выскочка.

— Не думай о ней.

— Попробую.

— Может спустимся вниз, кофе попьем? — спрашиваю и тут же осекаюсь. — Извини, я хотел сказать чай.

Вот я дурак!

На каком-то из свиданий Аврора призналась мне, что теперь не пьет кофе совсем. Из-за меня, понятное дело, и моего гадкого поступка. Нет слов, как я сожалею об этом!

— У меня пациентка через пять минут. Освобожусь через полчаса и сходим, — отвечает Рори.

— Буду ждать тебя внизу. До встречи, — целую жену в губы и выхожу, улыбаясь как самый счастливый человек на свете.