ГЛАВА 14

Тамила

– Ну все, я сейчас просто свалюсь с ног.

– Первые дни на новой работе такие, – с улыбкой произносит Вадик, ресепшионист салона, в который я устроилась работать неделю назад.

После возвращения домой я сама не своя. Мечусь между настроениями и ощущениями, и никак не могу прийти к единому решению. То ли я сожалею, что так рассталась с Ромой, то ли убеждена, что приняла правильное решение. Между нами действительно всегда будет стоять его Лена. Я не питаю напрасных иллюзий и прекрасно понимаю, что Роман одержим этой девушкой, а потому для другой у него в сердце вряд ли отыщется место. Но как же хочется, чтобы это место было. Маленький уголочек, мне много не нужно. Нет, точно нет. Это ни к чему хорошему не приведет.

Я протягиваю Вадику ключ от кабинета, и он шутливо пожимает мою руку.

– Завтра выходной, выспись как следует.

– Да я вообще с кровати вставать не буду, – улыбаясь отвечаю ему.

– Так и сделай. О, Крис, ты тоже убегаешь? – Внимание Вадика переключается на Кристину – мастера депиляции, и я не вовремя вспоминаю, что мне пора бы воспользоваться ее услугами.

– Так, ладно, ребята, хорошего вечера, – прощаюсь я и двигаюсь в сторону выхода.

– А вы, Кристина Валерьевна, – зовет ее Вадик, – задержитесь. У тебя тут путаница в записях, больше никогда не подпущу тебя к графику.

Они шутливо препираются, но я уже толкаю дверь и выхожу на улицу. Воздух начинает пропитываться запахами осени, и ветерок не такой горячий, как летом, но мне все равно не холодно. Поправив лямку рюкзака, я поворачиваю направо и бодро шагаю к станции метро. Хочу как можно скорее оказаться дома, принять ванну и наконец расслабиться. Может быть, даже немного помечтать о несбыточном.

– Тами!

Я резко торможу, услышав окрик за спиной. Не может быть. Мне показалось. У нас слишком большой город для случайной встречи. Но сердце сбивается с ритма, а потом вовсе замирает, когда я слышу шаги за спиной и свое имя, произнесенное голосом, от которого по затылку бегут мурашки.

– Тами, – уже тише, проникновеннее и намного ближе.

Я словно превратилась в статую, ноги налились свинцом. Мозг хаотично соображает, как нужно вести себя в этой ситуации. Обернуться, улыбнуться и, как ни в чем ни бывало спросить, как его дела? Или, может, продолжать идти и делать вид, что Рома обратился не ко мне? Или… Я не успеваю додумать варианты, как он оказывается передо мной, и я давлюсь воздухом. Во рту мгновенно пересыхает, а на глаза, наоборот, наворачиваются слезы. «Это все ПМС», – убеждаю я себя, но тщетно. Это он.

– Рома, – произношу сипло.

– Я, – подтверждает он, широко улыбаясь, а потом достает из-за спины руку с небольшим букетом. – Это тебе.

Я смотрю на цветы, туго соображая. Нет, вообще не соображая. Как будто у меня в голове за секунду выровнялись все извилины и все, что я могу делать в эту минуту – тупо пялиться на разноцветные лепестки.

– Не нравится? – спрашивает Рома. – Такие или цветы вообще? Может, ты из тех девушек, которые срезанным предпочитают цветы в горшках? Так мы сейчас это исправим.

Я выхватываю из его рук букет и зарываюсь в него носом, пряча счастливую улыбку. Прикрываю глаза, чтобы он не понял, какие чувства сейчас переполняют меня.

– Ну привет, – Рома тоже улыбается, когда я открываю глаза.

– Привет, – отзываюсь я, и мы продолжаем просто смотреть друг на друга, улыбаясь, как два идиота.

– Я соскучился, – вот так просто выдает он, небрежно пожав плечами, мол, что с меня возьмешь.

А я начинаю чувствовать сердцебиение у самого горла. Сердце счастливо трепещет, ликует. Он скучал! Скучал по мне! И я скучала, только здравая часть моего рассудка не дает озвучить это. Остатки разума пока еще не заволокло настолько плотным туманом желания. И я вижу, что Рома ждет тех же слов, какие произнес сам. Что он жаждет услышать о том, что его чувства взаимны. И у меня… просто не поворачивается язык сказать что-то иное.

– И я соскучилась, – наконец выдаю я, а потом оказываюсь в крепких объятиях.

Я слышу, как Рома шумно и с облегчением выдыхает. Чувствую на своей спине большие, слегка влажные ладони. Так волновался перед встречей со мной? Ну надо же, самоуверенный адвокат Вавилов, оказывается, умеет волноваться. Так, здесь нужно чистосердечное признание. Если проверить историю браузера в моем телефоне, то там от запроса «Адвокат Роман» до «Личные отношения адвоката Романа Вавилова» и «Елена Рязанцева» все изучено моими неугомонными пальцами и любопытной головой. Я прочитала всю доступную информацию о Роме и его бывшей девушке. Я узнала, в какой фирме он работает, кто его друзья, прочитала все о светской львице Елене Рязанцевой и ее муже-миллионере. Я знаю все! И теперь это чертовски сильно смущает, потому что я не понимаю, как посмотреть в глаза Роме. Ощущение такое, словно я копалась в его нижнем белье. Так, по сути, и было, если учитывать, что большинство информации было добыто из сомнительных источников с не самой лучшей репутацией.

Рома слегка отстраняется от меня и теперь уже смотрит совсем другим взглядом. Так он смотрел на меня, когда мы были в Доминикане. От этого взгляда внизу живота скручивает, а потом томительная тяжесть растекается по всем самым чувствительным местам. Я словно могу услышать шорох ткани, которую натягивают мои твердеющие соски. Это все влияние Ромы, перед которым я просто бессильна.

– Тами, я…

Он хочет что-то сказать, но вместо этого смотрит на мои губы и тяжело сглатывает. А потом целует, будто услышал мою немую просьбу. Из моей руки выпадает букет, когда здравый рассудок машет мне ручкой, предлагая встретиться в следующей жизни. Я окончательно пропала. Еще там, на острове, я сошла с ума и, кажется, влюбилась в первого встречного. Я правда хочу немного побыть с ним в условиях серых будней, чтобы хоть немного развеять дымку его идеальности. Понять, что он такой же человек, как и все остальные. Что у него наверняка есть недостатки, которые способны хоть немного остудить мой пыл. Но пока, на этом этапе, я просто ловлю его губы своими, наслаждаюсь мурашками, растекающимися по коже, и качаюсь на волнах теплого удовольствия, в которое то и дело меня окунают Ромины губы и язык.

Наконец он отрывается от меня и прижимается к моему лбу своим. Мы оба тяжело дышим и улыбаемся безумными улыбками. Оба похожи на сумасшедших, ради которых весь остальной мир перестал существовать, чтобы дать им побыть наедине друг с другом. Надышаться одним воздухом, насытиться прикосновениями.

– Я прервался только потому что появился риск того, что я прижму тебя сейчас к стене и, задрав твою ногу на свое бедро, отодвину трусики под платьем и войду на всю длину. Я пиздец как соскучился.

От его слов по моему телу проходит дрожь. Не уверена, что я бы сопротивлялась тому сценарию, который озвучил Рома. Я все еще смотрю в его пьяные от похоти глаза, в которых отражаются мои такие же.

– Ох, – все, что я могу выдохнуть в ответ.

– Тами, поехали поужинаем где-нибудь.

– Ты приехал ради ужина? – усмехаясь, спрашиваю я.

– Я уже озвучил причину, почему я здесь.

– Ради поцелуя?

– Ради тебя.

– Адвокаты всегда такие лживые и коварные?

– Мы всегда говорим правду.

– Выгодную правду.

– Удобную, – поправляет он меня. – Ты хочешь сказать, что я здесь не ради тебя?

– Ты здесь ради себя.

– Ты не рада меня видеть?

Я обнимаю его за шею и зарываюсь носом в ее основание. Делаю глубокий вдох, пропитываясь мужественным ароматом.

– Рада, – отвечаю тихо, чувствуя крепкую хватку на своей талии.

Мы стоим так несколько минут, пока постепенно не возвращаемся в реальность. Отрываемся друг от друга, но продолжаем обниматься и улыбаться.

– Ты выбросила цветы. Не понравились?

– Очень понравились. Я их выронила.

– Мы поедем ужинать?

– Ты хочешь пригласить меня на ужин?

– Я хочу чего-то другого, но не могу вот так сразу озвучить тебе свои порочные мысли, это может быть расценено как неуважение. А я тебя уважаю.

– Да, похоже, ты в самом деле всегда говоришь правду. Или почти всегда. Или только ту, которую тебе говорить выгодно.

– Последний вариант, – соглашается Рома, поднимая с асфальта цветы, крутит букет в руках, скептически осматривая его. – Думаю, теперь их только в топку.

– Эй, это мой букет.

Я пытаюсь вырвать цветы у Ромы из рук, но он изворачивается и одним точным броском попадает букетом в урну.

– Рома!

– Я куплю тебе новые, – примирительно говорит он, и, обняв меня за талию, ведет в сторону парковки.

– Я хотела тот.

– Значит, куплю такой же, это из магазина неподалеку.

– Ром, – зову я, останавливаясь, и он притормаживает рядом. Смотрит вопросительно, ожидая, пока я продолжу. – Я никак не могу поверить, что ты рядом.

– Да, твои поиски заняли около трех с половиной недель, но вот я здесь. – Он разводит руки в стороны, демонстрируя себя.

– Впервые вижу тебя в костюме, – я хихикаю, как девчонка, на которую наконец обратил внимание понравившийся ей мальчик.

– И что думаешь по этому поводу?

– Мне нравится. Ты такой… м-м-м…

– Не продолжай. Твое мечтательное «м-м-м» мне нравится.

Мы смеемся, а потом Рома снова притягивает меня к себе и целует в макушку.

– Моя девочка.

Когда он произносит два простых слова, внутри меня взрывается фейерверк из разноцветных конфетти. Я жмусь к нему сильнее и снова позволяю себя целовать. Томительно, глубоко и так жадно, словно он путник в пустыне, а я – оазис. У меня снова кружится голова и плывут мысли. Так мы никогда не поужинаем, если будем каждые десять метров останавливаться и нежничать.

Рома прерывает поцелуй и, покачав головой каким-то своим мыслям, берет меня за руку и ведет через парковку. Усаживает в черную машину, сам обходит ее и занимает водительское место. Мы пристегиваемся в абсолютной тишине, а потом Рома заводит урчащий мотор автомобиля, берет меня за руку и, переплетя наши пальцы, целует мои костяшки.

– Как ты меня нашел? – задаю наконец вопрос, который все время дрейфовал между нами, но так и не был озвучен.

Рома снимает машину с ручного тормоза, переключает передачу и, выкрутив одной рукой руль, стартует с места, держа наши сплетенные ладони на коробке переключения передач.

– Ты слышала о теории шести рукопожатий?