ГЛАВА 21

Тамила

Я улыбаюсь, перекатываясь на живот, и тянусь к телефону. Мелодия, которую я установила на звонок Ромы, разрезает тишину пространства.

– Слушаю, – томным голосом произношу, отвечая на звонок.

– Я тебе сейчас дам! Слушает она! – раздается раздраженный голос Ромы. – Тамила, выпорю как приеду!

Тут нужно откатить немного назад и заглянуть на пару вечеров ранее. В тот самый, когда я умчалась с подругами в ночной клуб праздновать день рождения Аси, и всю ночь игнорировала звонки Вавилова. Точнее, я не игнорировала. Просто мой телефон остался в сумочке, которая лежала хоть и неподалеку от меня, но и не настолько близко, чтобы я могла слышать телефон сквозь грохот музыки. Потом мы пьяные под утро вышли из клуба, откуда нас забрал новый ухажер Аськи и повез в сауну, где наше трио резвилось до полудня, а потом там же и уснуло в комнате отдыха. Нас, едва живых, этот ее Саша отвез к себе домой, где мы почти десять часов спали. Проснувшись, осознали, что находимся за городом, дом стоит посередине леса. Ну конечно, нам захотелось шашлыков и долгих прогулок по бесконечным лесным тропинкам. Так прошел еще день. Я, конечно, вспоминала о Роме и очень по нему скучала, но настроила себя все же удерживать некое расстояние между нами. Мне нужно было подумать о наших отношениях, а когда он рядом, это практически неосуществимо. Так что я отвлекалась с подругами, гуляла, ела шашлыки, а потом снова спала. Домой я попала только сегодня утром. Быстро собралась и умчалась на работу. К счастью, я могла себе позволить прокутить два дня, потому что в эти дни наш салон в срочном порядке закрыли на дезинфекцию и дератизацию.

В общем, я осознанно начала игнорировать сообщения Ромы, когда увидела, насколько он зол. Просто еще не придумала, как его задобрить. И сейчас отвечаю на звонок, потому что он обещал бросить свою командировку и сорваться ко мне, потому что ему показалось, что у меня что-то случилось. Я решила не волновать его еще больше, и теперь мне предстоит выслушать все, что у него накипело за эти два дня.

– Ромочка, ты только не злись. У Аси был день рождения, – быстро начинаю я, но он перебивает.

– Тами! Твою мать, я уже черт-те что надумал! – рявкает он. – Нельзя было сбросить сообщение, что с тобой все в порядке?

– Я сбросила!

– Вот эту абракадабру ты считаешь сообщением?

Ладно, да, там был просто набор букв. Но я спала, а он наяривал на телефон. Вот я и отправила что удалось напечатать.

– Ну?! Что молчишь?

– А что я тебе должна сказать?

– Извини? – намекает он на правильный ответ.

– За что? За то, что пошла с подругами прогуляться?

– Два дня, Тамила! – рычит Роман.

– Ну и что? Я должна была сидеть дома и варить борщи к твоему возвращению? – я уже тоже начинаю закипать.

– Да ну пиздец! – со злостью ревет Роман и отключается.

Я смотрю на телефон и хмурюсь. Так, ладно, я действительно неправа и совершила идиотский поступок. И зачем-то наехала на Рому. А он ведь просто волновался. Это все пагубное влияние Аськи, которая позволяет себе такое отношение к своему мужчине. Но Саша не Рома. Этот не будет терпеть и заносить мне на поворотах, как делает Аськин ухажер. Рома, может, и кажется балагуром и весельчаком, но характер у него довольно жесткий. Если, конечно, не считать его многолетнюю одержимость замужней женщиной. Тут он был нерешительным, чего уж греха таить и обманывать саму себя. Но сейчас-то он совсем другой. Я все острее чувствую свою неправоту. Кручу в руке телефон, понимая, что надо позвонить и извиниться, но не знаю, как подобрать слова. Всего, что я скажу – уверена – будет недостаточно. Ромка – он… заслужил честность и открытость. Он ни разу меня не обидел и не унизил своим отношением.

– Черт, ну и дура, – бубню себе под нос, набирая его номер. После сдержанного «Алло» выпаливаю: – Ромочка, прости меня! Я была неправа. Не знаю, что на меня нашло, поступила как дура последняя. – Слышу вдох на той стороне, и меня окутывает надежда, что он сейчас рассмеется и просто скажет больше так не поступать, но Рома удивляет.

– Я перезвоню позже, – произносит он сухим тоном и отключается.

А у меня по спине бегут мурашки. Я вдруг так отчетливо осознаю, что своим поведением могла положить конец этим отношениям, что меня даже передергивает от неприятных ощущений. Я резко сажусь на кровати, мой взгляд начинает хаотично метаться по комнате, а мозг работать в усиленном режиме, причем никаких хороших мыслей в голове нет. Только печальные сценарии развития событий. Я сжимаю в руке телефон, борясь с потребностью снова позвонить Роме. Но понимаю, что могу только усугубить ситуацию. Да и не уверена, что он ответит на мой звонок, а потому заставляю себя отложить гаджет и выйти из комнаты. Но потом все равно возвращаюсь и прихватываю его с собой в ванную, потому что… ну а вдруг позвонит? Может быть, все же решит, что нам надо обсудить это?

Но на протяжении следующих суток тишина. Он не прислал ни одного сообщения, ни разу не позвонил. Наступает пятница. Я с волнением собираюсь на работу, прикидывая, стоит ли брать с собой вещи, которые я приготовила для поездки на дачу Роминого папы. Возможно, мой поезд ушел, и Рома решил больше не иметь дела с сумасбродной дурочкой, которая сама не может определиться, нужны ли ей эти отношения. Вчера, когда я крутилась в кровати, пытаясь побороть бессонницу, я поняла, что нужны. Очень сильно. Прямо вот до отчаяния. Я осознала, что если потеряю Рому, то еще долго не подпущу к себе никого. Потому что он уже стал родным. Как будто именно его я и ждала всю свою жизнь. Мы сочетаемся как два кусочка пазла.

Я выхожу из салона с поникшими плечами. Весь день перемалываю наш последний диалог и думаю, как поступить. Сжимаю в ладони ключ от квартиры Ромы, подумываю поехать сразу к нему. Но меня останавливает мысль о том, что он не захочет меня видеть. Или, может, уехал к отцу сразу по возвращении в город. С самого времени обеда я чувствую периодически как на меня накатывают чувства. Пульс стучит где-то в горле, кровь закипает, а потом снова штиль. И так почти целый день с того самого момента, как Рома предположительно вернулся из командировки. Выдержать такое состояние очень сложно. Я пыталась отвлечься на разговоры клиенток, но тщетно, мысли все равно уплывали к Роме. И сейчас я бреду к остановке в таком же состоянии. Ноги подрагивают, как и кончики пальцев. За плечами рюкзак с вещами, которые я все-таки взяла с собой.

На остановке я жду автобус, поглядывая на другую сторону улицы. Там тормозит транспорт, который едет в сторону Роминого дома. Я мнусь, потому что не знаю, как поступить, и уже пропустила два своих автобуса. Еще один взгляд, и я срываюсь с места, торопясь перейти дорогу. Будь что будет. Если он меня оттолкнет, выгонит, скажет, что больше не хочет меня видеть, я это приму. Хуже всего жить в неведении. А так мы расставим все точки над і, и я продолжу жить дальше. Ладно, не буду себе врать, первые пару недель я буду существовать, а потом обязательно приду в норму.

Сажусь в нужный автобус и с бешено колотящимся сердцем еду к Роме, считая остановки. Этот маршрут я знаю уже отлично, просто счет помогает отвлечься от невеселых мыслей. От остановки бреду намеренно медленно, весь боевой задор, которым я себя подпитала, внезапно куда-то подевался. Дохожу до дома Романа и останавливаюсь. Не могу. Просто вот никак не заставлю себя передвигать ногами, чтобы дойти до его подъезда. Поэтому сажусь на качели напротив его дома и, медленно покачиваясь, сверлю взглядом современное строение. Чего жду – непонятно. То ли того, что ко мне вернется решимость, то ли что сейчас Рома посмотрит в окно, увидит меня, выйдет на улицу и все сделает сам. Я мысленно хмыкаю. Сколько раз в наших отношениях он подталкивал меня к решениям? За те короткие пару месяцев, что мы вместе, уже примерно десяток раз, потому что мне самой тяжело менять свою реальность.

Чуда не происходит. Рома не появляется, потому что, конечно, не видит меня из окна своей квартиры, она слишком высоко, чтобы рассмотреть «букашку», которая качается на красных качелях и трусливо держит голову опущенной, лишь изредка поднимая ее, чтобы посмотреть на здание, вздохнуть, а потом снова опустить. Поэтому неимоверным усилием воли мне приходится убедить себя, что Рома ничему плохому не позволит со мной случиться, но мне нужна его четкая позиция по поводу того, что будет дальше.

На первый взгляд наша проблема яйца выеденного не стоит. Ну поругались, такое случается в любой паре. Только вот… так кажется только со стороны. Когда ты сам оказываешься на месте человека из этой пары, то начинаешь воспринимать все совершенно иначе – острее и больнее. Вот и сейчас, входя в здание, я чувствую как скручивает внутренности, потому что понимаю, что не хочу терять Рому.