Глава 10. Николас

Я вернулся в Берн* и уже на следующий день поехал в офис.

Ингрид даже была удивлена моему раннему появлению и тем более тому, что я весь день пытался занять себя важными объектами и даже провел собрание акционеров.

Нет, дело не в моей резкой любви к работе, просто не хотел занимать голову мыслями о Распутиных.

Но стоило отвлечься на обед или бессмысленный диалог с Ингрид, снова возвращались воспоминания.

Как увидел Миру впервые, как страстно хотел общаться с Ярославом. Мы с ним еще в детстве познакомились в частной школе, куда меня засунул отец.

Там я был настоящим засранцем, пока Ярослав чуть не сломал мне руку. Он был русским, и дружить с ним было нежелательно, но я все равно не послушался.

Уже тогда он казался старше своего возраста. Умнее. И когда спустя много лет мы оказались в одном хоккейном московском клубе, я снова увязался за ним. Это сейчас, много лет спустя, во мне появились уверенность, понимание, что я не хуже других, где-то даже чересчур, но в тот момент мне хотелось стать частью именно его семьи.

И для этого мне нужна была Мира. Дерзкая, мягкая, целеустремленная. Казалось, она рождена для того, чтобы быть со мной.

У нас было множество общих интересов, мы могли болтать часами, но никогда наше общение не выходило за рамки дружеских, пока она сама меня не поцеловала.

Я уже тогда понимал, что из-за Ярослава. Но ведь они брат и сестра, а значит, она спокойно может стать моей.

Тогда я думал именно так, и все правильно.

Только одного не учел.

И теперь мне не хочется вспоминать об этом. И ехать, если честно, не хочется.

– Сынок, ты почти ничего не ешь, – ругается мама, отпивая из бокала белое, сухое вино. Она, как обычно, выглядит превосходно. Такой женский тип, который никогда не увядает. Ингрид такая же. Только чуть смуглее. – Не вкусно? Ингрид говорила, что ты в последнее время рассеянный.

– Все отлично мам, а Ингрид чересчур обо мне заботится.

Я терпеть не могу, когда делают ни на чем необоснованные выводы и тем более решают за меня.

– Ну а кто еще? Тебе сколько лет? Мне кажется, давно пора позаботится о наследнике, а Ингрид…

– Пани** Оливия, ну что вы…

– А Ингрид сообщила тебе, что собирается заниматься карьерой, а не детьми? – усмехаюсь я, и увидев выражение лица матери, чувствую, как просыпается аппетит. Что тут у нас? Бифштекс? Отлично. Я спокойно ужинаю и даже не воспринимаю спор двух женщин, и даже когда Ингрид обижается на меня и маму и просто уходит из ресторана, продолжаю спокойно есть.

– Мне кажется, я была излишне резка, – переживает мама, а я плечами пожимаю.

– Она отойдет.

– Она мне нравится.

– Естественно, она вылитая ты в молодости. Только ты о карьере не заботилась.

– Думаешь, она заботится? Она просто делает вид, чтобы ты не думал, что она хочет взять тебя в оборот. А вот если бы вы поженились…

– Может, и поженимся.

– Тогда она бы не стала врать и изворачиваться, и ты спокойно продолжал бы вести бизнес… Погоди, что? Николя!

Она всегда называла меня так в детстве на французский манер.

– Почему же ты был так с ней груб?

– Потому что я еще ничего не решил, мам. И решу все сам. Я уже давно вырос из того возраста, когда мне подсовывали то или иное решение. И тем более человека.

Сам не знаю, что на меня нашло. Может, ностальгия-сука душит тем, что мой выбор судьба так просто отменила, а другой подсовывает мать. И кажется, что я в этой жизни просто по течению плыву, даже не парясь, скинет меня река в обрыв или приведет к океану.

Тут мысли приводят меня к Насте. Я ведь даже не попытался ее найти, а может, это и был тот выбор, который я должен был сделать. Она бы точно не понравилась матери, она ненавидит русских, всегда считала их свиньями, и когда я в Москве жил, устраивала истерики регулярно. Уже не говоря о том, что Настя молоденькая, а таких она считает охотницами за деньгами. Скорее всего, в ней говорит ее прошлое. И было бы неплохо пободаться с матерью и другими родственниками насчет этого своего выбора.

А Ингрид… Это снова как по течению плыть. Точно знаешь, что безопасно, точно знаешь, что можно делать все, что хочешь, точно знаешь, что она никогда не устроит истерики. Она надежна и верна и вон уже отошла и снова села доедать свой салат.

– Думаю, конфликт можно считать исчерпанным. Прошу прощения, пани, что ввела вас в заблуждение.

– Ну почему же, вдруг мы все-таки поженимся, и тогда ты точно родишь наследника.

– Что? – Теперь в шоке Ингрид и уже не говорит открыто, что ей нужен верный мужчина. А я встаю и иду в сторону туалета, умываю лицо, глядя в зеркало.

Почему я не могу выкинуть Настю из головы? Что в ней такого? Джинсы, обтягивающие явно спортивную попку? Пуловер, за которым и груди толком нет? Хотя чего лукавить, я касался ее груди и там есть с чем поиграться, а если она потом родит того самого наследника, то ее грудь станет еще привлекательнее. А волосы… Коса эта. Пальцы порой хотят снова перебрать шелк ее волос. И да, может, действительно все дело в некоем сходстве между ней и Мирой. Две русские девчонки. Одна потерялась сама, другую я упустил по своей глупости. А могли бы сейчас предаваться любви на фоне гор в моем домике.

И я вдруг решил, что надо попробовать приехать в Москву по осени и снова пару раз прокатиться мимо той общаги. Дать этой чертовой судьбе еще шанс. И если действительно она моя девочка, то я ее заберу с собой. Такой, как она, очень понравится жить на мои деньги, а мне будет очень нравится с ней трахаться. А когда она забеременеет, я на ней женюсь. И, может быть, тогда моя жизнь заиграет более яркими красками.

А если нет, то женюсь на Ингрид. На верной и строгой Ингрид.

Ну и к Распутиным заеду как раз перед сентябрем. Еще раз докажу себе, что прошлое осталось в прошлом. И может быть именно с Настей узнаю, что такое это призрачное и неизвестное мне «счастье». Да, надо съездить в Россию.

– Ты был очень нетактичен, – все еще дуется Ингрид, пока мы едем домой. Но она еще не знает, что сегодня будет ночевать одна.

– Ты просто не ожидала, что твой обман раскроется. Ненавижу ложь.

– Но я действительно хочу отдел маркетинга!

– А как было бы здорово иметь его с сочетание с Фогель Чтобы, когда ты его возглавишь, никто не посмел тебе сказать, что ты получила должность через постель.

– Хватит! Я поняла. И что за глупости насчет брака и наследника. Зачем ты селишь в моей душе надежду?

– Так ты все – так надеешься? – взглянул я на нее и усмехнулся. Она порозовела и отвела взгляд. Но собралась с духом и кивнула. Потом подсела ближе и провела пальчиками по моему бедру. А я вдруг понял, что сейчас она будет активнее стараться забеременеть, ведь я почти у нее в кармане.

– Съездим в августе в Россию и потом поговорим.

– А что будет в августе?

– Свадьба.

– Чья?

– Моих бывших друзей, – остановились мы и она похлопала глазами, смотря на дом, где была ее квартира.

– Я так понимаю, ты сегодня занят?

– Сегодня я буду спать один. И следующий месяц тоже.

– Что происходит Николас, ты меня пугаешь.

Я сам себя решил заковать в цепи целибата до встречи с Настей. Я сам себя пугаю.

– Настолько, что ты готова уйти, – вздернул я бровь, но сразу по глазам увидел, что очень немногое заставит ее отказаться от моей фамилии. – Тогда увидимся завтра на работе.

* * *

Все-таки какой он жук, в любом случае в выигрыше. Но мы то с вами знаем, какой его ожидает сюрприз…

________________________________________

*    Берн – столица Швейцарии.

**   Пани, – уважительное обращение к женщинам Швейцарии.