Глава 17 Алена

И опять на столе в кабинете кофе. Да что ж такое! Никак не угомонится этот мальчишка! Хотя глупо было на это надеяться после того, как позволила себя целовать. Но злиться больше не получается ни на себя, ни на него. Не осталось во мне злости, за выходные вся выветрилась. Когда ревела в подушку и кляла себя за беспечность. Губы горели огнем от непозволительного и ошеломляющего поцелуя. А в груди творилась непонятная сумятица. Но я смогла взять себя в руки и остаться спокойной и безучастной. Аронов не сломит мое сопротивление и не добьется расположения. Глеб, словно ураган, ворвался в мою налаженную жизнь и перевернул все вверх дном. Я не готова к этому. Я не хочу этого. После Влада у меня выработалась аллергия на какие-либо эмоции. Табу. Без вариантов. По сути между нами ничего не изменилось, но одновременно стало совсем по-другому. Надо забыть о случившемся и Глеба попросить это сделать. Но для начала отдать директору заявление на увольнение. Обреченно опускаюсь на стул, нажимаю на носик стаканчика и отпиваю глоток обжигающе-горячего напитка. Вкусно. Прикрываю глаза от удовольствия. Так и привыкнуть недолго. Улыбка помимо воли просится на лицо, и я позволяю. Как он все это проворачивает? Скорее всего, договорился с кем-то, не сам же бегает в такую рань. Невольно представляю его, спешащего в школу со стаканом кофе, и едва не прыскаю со смеху, но вовремя беру себя в руки. Господи, о чем я думаю? Хватит. Выкидываю пустой стаканчик в урну и готовлюсь к уроку. Одиннадцатый «Б» рассаживается по местам. До звонка пара минут. Встречаю каждого ученика взглядом и разочарованно вздыхаю. Глеба нет. Не пришел. Это к лучшему. Пусть отлежится, но отчего-то на душе кошки скребут. Неужели я скучаю по нему? Еще чего не хватало! Просто переживаю, как он там. Все ли хорошо… Не звонит и не пишет, а я так и не рискнула написать первой. Может, зря? Кусаю губы. Теперь изведусь вся. Рассеянно веду урок, периодически зависая в пространстве. Неосознанно гипнотизирую взглядом то место, где Глеб обычно сидит, и вспоминаю его сочинение. Хоть на конкурс отправляй. Хлестко и решительно, ничего подобного я прежде не читала. Как он мастерски формулирует мысли и подбирает слова. Не боится рисковать, рассуждая на опасные темы. «Любовь» подал под таким соусом, что остаться равнодушной не получилось. Даже немного завидую ему. Я так не умею. Разговор с Серафимой не задался. Рассказать о причинах я ей не могу, а если не рассказывать, то мое поведение выглядит странно. Обещала подумать пару дней. Как будто это что-то изменит и проблемы рассосутся сами по себе. Уроки заканчиваются. Остаюсь в кабинете проверять тетради малышей и ждать Елену. Идти домой одна не решаюсь. Влад больше не появлялся, что странно. Прекрасно понимаю, что так быстро он не сдастся, и интуитивно ожидаю следующего хода. Надо уезжать, пока еще не поздно. С Еленой, как и всегда, расходимся около перехода. Она на ту сторону, а я мимо магазина в арку. Страшно, но стараюсь не поддаваться панике. Инстинктивно ускоряю шаг. Каблуки эхом раздаются в тишине арки. Осталось совсем чуть-чуть – и я в безопасности. Сворачиваю к подъезду и едва не врезаюсь в мужскую фигуру. Вздрагиваю от неожиданности и поднимаю глаза. Аронов! Волна облегчения прокатывает по телу и на доли секунды дезориентирует. – Алена Сергеевна… – От его хриплого голоса перехватывает дыхание. – Алена… Идет ко мне. В панике выставляю руки вперед, чтобы не дать ему приблизиться. Но Глеба это не останавливает. Он надвигается, как цунами, не оставляя шанса. – Не надо, – качаю головой и пячусь. – Я так больше не могу, – стремительно сокращает расстояние между нами и сгребает в охапку. Не вырваться из этого плена. Утыкается носом в шею и ласкает кожу дыханием. Это так остро и пронзительно, что голова предательски кружится, а тело отзывается на его касания. Глеб так непозволительно близко, что я теряю контроль над собой. Нет. Только не это! Разум трезвеет. – Ты мой ученик, Глеб. И между нами ничего не может быть! – титаническим усилием воли беру себя в руки и начинаю вырываться. – Почему? Тебе же нравится. Не успеваю ответить, как чувствую его обжигающе-горячие губы на своих. Дрожь прокатывает по телу, а ноги становятся ватными. Я и сама превращаюсь в бесформенную массу, готовую вот-вот стечь на землю. Упираюсь и не отвечаю. Это путь в никуда. Мне не выстоять против него и себя. Выбираю момент и кусаю Глеба за губу. Резко отстраняется и смотрит мне в глаза. В его пылает дикое и неконтролируемое пламя желания. В полной мере осознаю, что он давно не мальчик – мужчина. Колючие мурашки рассыпаются по коже, вызывая дискомфорт. – Аронов, хватит! Прекрати! – бью его кулаками в грудь, но он не реагирует. Словно и не чувствует ничего. Перехватывает мои запястья и сводит за спиной, грудью вжимая в себя. Как же близко и горячо. Кусаю губы и лихорадочно смотрю по сторонам, но, как назло, двор практически пуст. – А то что? – Глеб склоняется и останавливается в миллиметре от моих губ. – Двойку поставишь или родителей вызовешь? – Сопляк, – зло шиплю я и пытаюсь вырвать руку, чтобы съездить по этой самодовольной физиономии. – Найди себе девушку по возрасту. – А я тебя хочу. – Хриплый шепот пробирает до костей. Сердце не справляется с нагрузкой и дрожит в груди. Глеб не спеша ведет носом по моей щеке к уху, а я замираю, не в силах справиться с охватившим волнением. Это невозможно и страшно. Никогда подобного не испытывала. – Хватит! – судорожно всхлипываю и, собрав остатки сил, отталкиваю его от себя. – Перестань меня преследовать. Наконец вырываюсь из его плена и сбегаю в подъезд, молясь, чтобы Глеб не рванул за мной. Пулей влетаю в квартиру и закрываю дверь. Прижимаюсь к ней спиной и прикрываю глаза. Сердце колотится, как сумасшедшее, да меня и саму трясет, словно в лихорадке. Вот что со мной делает этот мальчишка. Я же взрослая женщина, а веду себя, как неопытная девчонка. Жуть какая-то…