Глава 11

Оплатив пребывание усатого пациента в стационаре и оставив свои координаты, Сашка с Соней отправились в путь. Новоиспечённая хозяйка только и говорила о том, как устроит нового питомца и что приготовит к его приезду домой. А Сашка поглядывал на неё, улыбающуюся, счастливую, вспоминал преображение на парковке и в клинике, когда голубой взгляд метал грозные молнии и не мог понять, что заставляло её становиться безропотной тенью, при появлении мужа и бояться одиночества в квартире.

— Вот. И я думаю, что такой домик ему нужен будет. Потому что там есть лесенки и когтеточка.

— Соня, а почему у тебя кота никогда не было?

Она замерла на мгновение, но ответила:

— У мужа аллергия на кошачью шерсть.

Дорога разделилась и Сашка свернул в сторону леса. Оставалось совсем немного. Горнолыжная база уже виднелась вдалеке, приветливо маяча разноцветными флагами и рекламным баннером.

— А как же теперь?

— Что теперь?

— Сонь, я так понял, что ты хочешь вернуться к мужу. И что будет с котом?

— Я хочу? С чего ты взял? Мы с Олегом давно уже чужие друг другу.

— Тогда…

— Саш. Я очень благодарна тебе за помощь, но в свои личные дела я даже отца посвящаю редко. А ближе него у меня никого нет.

— Да я и не набиваюсь в близкое окружение и посвящать меня ни во что не нужно. Котёнка жалко. Ему итак досталось уже.

— Обиделся?

— Нет. Но давай договоримся, что, если что, ты сообщишь мне и я его заберу.

— Что, если что?

— Разговор немого с глухим?

— Да, согласна. Но чтобы я ни сказала, ты всё равно уже поверил ему.

— С чего ты взяла?

— Ему верят все. Даже я.

Сашка отвлёкся на спутницу и автомобиль тряхнуло на кочке так, что сзади послышался шорох и что-то упало с сиденья. Соня потянулась, достала большой свёрток из газетной бумаги и вскинула брови:

— Это цветы?

— Да, хотел сразу подарить, но забыл.

— Мне?

— Странный вопрос. Конечно.

Бумажная упаковка вмиг вернулась на заднее сиденье, а Соня уткнулась носом в белоснежные цветы и посмотрела благодарно на спутника:

— Обожаю лилии. Спасибо.

Её улыбка прошлась по сердцу таким нежным пёрышком, что от разногласия, случившегося минуту назад не осталось и следа.

— Ну вот, а я собирался дарить разные, до тех пор, пока не угадаю.

— Зачем?

— Что, зачем? Зачем угадывать?

— Нет. Зачем дарить?

Он припарковал машину на стоянке около деревянных срубов горнолыжного комплекса, и удивлённо посмотрел на спутницу, прильнувшую щекой к букету:

— Ты не любишь цветы?

— Люблю, но их дарят в честь чего-то особенного, за что-то.

И сказала она это так серьёзно, что Сашка невольно хмыкнул, потому что ему захотелось прижать её к себе и рассказать о том, что лишь за чудесную улыбку и невероятный сапфировый взгляд она должна купаться в море цветов. А потом легонько смахнуть с милого носика жёлтую пыльцу и захватить в плен алые губы. Захватить и не отпускать, пока их тела не наполнятся сладкой болью, от невозможности дать свободу желанию прямо здесь. А почему не здесь? Взгляд скользнул по зданию гостиницы…

Но он показал на свой нос и улыбнулся:

— У тебя пыльца осталась.

И пока Соня приводила себя в порядок, вышел из машины, открыл дверь с её стороны и протянул руку:

— Идём? Наверное, сначала пообедаем, а потом уже осмотримся. Согласна? В гостинице хороший ресторанчик есть. Оставь цветы здесь.

Аппетит они уже нагуляли такой, что готовы были заказать всё, что значилось в меню. Но смущённый официант остудил пыл посетителей, указав на перечень блюд в стоп-листе.

Горнолыжный сезон заканчивался, и кухня не баловала редких посетителей разнообразием.

Спустя полчаса томительного и почти молчаливого ожидания, всё тот же юноша в чёрном фартуке поставил на деревянный стол глубокие глиняные миски с солянкой, пожелал приятного аппетита и вернулся к бару.

Из десяти столиков заняты были лишь три и сей факт, кажется навевал скуку на официанта. Ибо, отсутствие посетителей и скудное меню отражалось на количестве чаевых в его кармане.

— Им здесь только балалаек не хватает, - хмыкнула Соня и легонько вдохнула ароматный пар, прежде чем опустить ложку в густое блюдо, — Но пахнет очень вкусно.

— Знаешь, может в погоне за русской стариной они и переборщили, но мне лично всё равно. Изба, так изба. Главное, что еда нормальная и похожа на домашнюю.

— А ты здесь часто бываешь?

Сашка неопределённо пожал плечами:

— Нет, приезжал несколько раз, с друзьями.

Соня подняла прищуренный взгляд и улыбнулась:

— Чисто мужской компанией?

— Да, как раз именно так, как ты подумала, — озорно блеснул он серой радужкой, — Как же без этого!

— Без чего?

— А любопытной Варваре не говорили, что она может без носика остаться? Ешь уже.

Соня наигранно вздохнула и принялась уничтожать солянку. А Сашка понял, что теряет аппетит, по мере того, как память вытягивает наружу то, о чём он хотел забыть.

Первый раз они приезжали сюда действительно для того, чтобы отдохнуть по хорошему поводу: жена напарника - водителя родила сына. И лучшего места для празднования такого события найти было трудно: далеко от шумного города, почти девственная природа, горы и цивилизованные удобства для совсем нетрезвых, но радостных мужиков.

Но потом уже не могли придумать более уединённого и тихого места, чтобы залить горечь: сорок дней со дня гибели водителя…

— Саш, что-то случилось?

Голос Сони прорвался сквозь отрешённость и Сашка улыбнулся:

— Нет, с чего ты взяла? Просто задумался.

Он проследил за её настороженным взглядом и рассмеялся, увидев в своей руке ложку, согнутую в дугу:

— А всё потому, что думать много – вредно!

Попытка распрямить столовый прибор привела лишь к тому, что тот сломался пополам и Соня предложила:

— Может попросить принести новую?

— Я сам схожу. Надо же как-то извиниться за нанесённый ущерб.

И Сашка пошёл к барной стойке. Оглянулся, услышав знакомую мелодию, но Соня уже приложила телефон к уху и махнула рукой, что всё нормально.

Официант удивлённо рассмотрел запчасти от ложки, сообщил, что добавит её стоимость в счёт за обед, а через пару минут принесёт новый столовый прибор. Миссия была выполнена и можно было вернуться за стол, что мужчина и собрался сделать. Но к нему шла Соня:

— Саш, я выйду ненадолго.

— Зачем?

— Так нужно.

Он взял её за локоть и посмотрел серьёзно, попытавшись увидеть перемену в голубых глазах:

— Сонь, что случилось?

Но она убрала его руку, опустила взгляд и повторила твёрдо:

— Мне нужно выйти. Пожалуйста, не держи меня.

— Я не держу, но могу пойти с тобой.

— Нет. Я хочу одна. Пять минут, и я вернусь.