Глава 14

Оказалось, что от границы графского поместья  до герцогского  замка в карете всего-то час неспешной езды. А если сесть верхом и пустить лошадь галопом?

Софья задумалась.

В  особенностях  конной тяги  и скорости передвижения этих четвероногих  она до сих пор не очень разбиралась. Собственно, девушка  впервые  увидела живого коня  только здесь,  в новом мире. А дома всё её знания о  гужевом транспорте ограничивались детским: «Лошадка делает и-го-го!»

Но даже не владея всей информацией, можно было предположить, что всадник преодолеет расстояние намного быстрее, чем карета.  В полчаса или даже в четверть часа, если лошадь быстро поскачет, а не пойдёт степенным шагом или лёгкой рысью.

И новая Сония даже не подозревала, насколько близко  замки расположены друг к другу!  Выходит, что некто из графского поместья вполне мог время от времени встречаться с герцогиней, и для этого ни Сонии, ни неведомому пока человеку не пришлось бы тратить много времени.

Герцогиня отправилась в парк прогуляться – что в этом может быть  подозрительного?  Особенно если за ней хвостом идёт горничная.  А уж на время короткой встречи отвязаться от сопровождения несложно. Например, отправить служанку за пледом или напитком.

Софья отодвинулась от окна, отрешённо наблюдая, как  карета приближается к замку  Д’Аламос.

Это утро у неё не задалось, от слова «совсем».

Сначала  путешественница по времени и мирам  долго не могла уснуть, гадая, чем вызвано рандеву герцога и простой горничной.  Проворочалась почти до рассвета и в результате снова совершенно не выспалась.

Затем  вместо Раниры завтрак ей принесла другая служанка.

Отправленная за  ослушницей горничная вернулась ни с чем – Раниру сегодняшним  утром никто не видел, а её постель в общей комнате прислуги осталась нетронута. Словно та туда  этой ночью и не возвращалась.

Соня бросилась к герцогу, но тот  хмуро от жены отмахнулся.

– Не забивайте вашу голову, миледи. У служанки родные в деревне, семья, дети. Возможно, она отправилась туда. В любом случае, мы уезжаем, поэтому так и так часть прислуги  останется без работы. Будем считать, что эта... как её – Ранира?

Соня кивнула.

– Ранира уволилась. Передам управляющему, чтобы тот отправил причитающееся служанке жалованье в дом её мужа.  Всё, миледи, не доставайте меня с вашими глупостями. Лучше займитесь чем-нибудь полезным.

И почти выставил жену из кабинета графа, который Арман занял на правах нового хозяина.

Софье ничего не оставалось, как уйти. Но она не была слепой или глухой, поэтому скоро обратила внимание,  что в кабинет  выстроилась очередь из слуг.

– Что там такое? – спросила она у одной из горничных.

– Его светлость пожелал лично со всеми побеседовать, – втянув голову в плечи, ответила женщина. – Миледи, вы позволите? Мне надо идти,  мне заходить следующей за Либеритой.

Пришлось отпустить.

К обеду милорд вышел туча тучей,  почти ничего не ел, просто сидел, уставившись в одну точку, и крошил хлеб.  Соня попробовала было его разговорить, но Арман на вопросы жены отвечал односложно, и она от него отстала.

Что же случилось?

Никогда ещё муж не смотрел на неё с таким выражением, словно жена совершила что-то ужасное и  окончательно его разочаровала.

После обеда герцог вернулся в кабинет, а молодая хозяйка попробовала провести самостоятельное расследование. К сожалению, все  попытки Софьи  пообщаться  с прислугой больших результатов не принесли. Да можно сказать, они вообще никаких результатов не принесли.

Соне кланялись, бросались выполнять малейшее указание, но каменели и переставали понимать,  что она хочет, стоило герцогине попытаться наладить с прислугой отношения и расспросить о прошлом.

Определённо, её предшественница хорошо постаралась! Ну и как ей узнать, почему от неё все шарахаются, как от прокажённой?

В герцогство ехали по отдельности: жена в карете, муж верхом. Соне показалось, что в последние сутки герцог её избегает. Вот и по возвращении в замок он сразу же с головой погрузился в дела, отмахнувшись от жены, когда та предприняла ещё одну попытку с ним поговорить.

Что-то было очень и очень не так. Софья прямо чувствовала, как над ней сгущаются тучи. И не представляла, что ей с этим делать.

Жить хотелось, желательно, долго и счастливо.  Но  если на «долго»кое-какие надежды ещё оставались, то на «счастливо» надеяться уже не приходилось.

Она не была дурой и прекрасно понимала – в графском поместье герцог узнал о жене что-то важное. И неприятное.

Неужели ту записку написал любовник глупышки Сонии?  Или слуги знали о связи девушки и рассказали новому хозяину все подробности?

И хоть бы кто поделился с ней!

Сиди тут, переживай.   Гадай,  в чём её ещё обвинят... Обидно – дел натворила  предшественница, а расхлёбывать приходится  попаданке! Признаться в иномирном происхождении тоже не вариант: как минимум, сочтут блаженной и запрут в какой-нибудь местный приют для умалишённых. Как максимум, объявят ведьмой – или кто тут у них  вне закона? – и сожгут на костре. Или отдадут магам на опыты, что ничуть не лучше.

Нет, про переселение души надо молчать до последнего!

– Миледи, – одна из молоденьких служанок, воровато оглянувшись, не видит ли кто, остановила Софью в коридоре, – долго нам ещё портить еду, прятать вещи и игнорировать приказы леди Адель? Его светлость очень рассердился, и если мы продолжим, то рискуем лишиться работы. Пожалуйста, миледи,  скажите, что нам делать дальше? И вы обещали ещё заплатить...

– Заплатить? – у Сони мгновенно пересохло во рту. – Э-м-м, как тебя?

– Труди, миледи.

– Труди, ты знаешь, что я упала и едва не умерла.

– Конечно, миледи. Мы все молились Всевидящему за ваше здоровье!

– В результате падения я потеряла часть памяти, – Софья многозначительно посмотрела на служанку. – Поэтому ты сейчас должна мне рассказать, что за поручение я вам давала, сколько обещала заплатить. И, главное, как я это сделала, ведь до свадьбы ни разу сюда не приезжала!

– Ох, миледи, мне так жаль, – девушка прикрыла рот рукой и похлопала ресницами.

Соня  про себя удивилась – да ладно! Неужели  хоть здесь прислуга относилась к несчастной глупышке по-человечески?

– К кухарке, лире Баретт, из графства Вилье каждую неделю приходит лир Зосим.  Лир передаёт ваши распоряжения и деньги.  Нам обещали по монете в конце каждой недели, если мы  станем лениться и  работать спустя рукава.  Две монеты мы уже получили, но теперь его светлость узнал о беспорядках. Мы не знаем, что теперь делать, на этой неделе лир Зосим ещё не приходил. Продолжать? Но тогда мы лишимся места, а у всех семьи, у многих дети. Вернуться к нормальной работе, но тогда мы ослушаемся вас. Всё-таки вы – настоящая хозяйка замка и его светлости!

Софья хмыкнула про себя – ага, хозяйка, особенно его светлости. Два раза!

– Не напомнишь мне, для чего всё это затевалось?

– Ну как же! Чтобы его светлость рассердился на леди Адель и выгнал её! Если экономка не справляется со своими обязанностями, если у неё под носом воруют и портят вещи, тоей откажут от дома!

– И что же, – ничего себе новости! – вся прислуга как один  против леди Адель? Она такая плохая хозяйка? Или обижала вас?

– Она, – девушка потупила взгляд, – не плохая, и особенно не обижала. По делу наказывала, но...Теперь вы тут хозяйка.  Любовниц у его светлости может быть сколько угодно, а жена одна. Нужно быть совсем глупым, чтобы  между миледи и леди сделать выбор не в пользу законной жены.  Так что мне передать слугам?

– Работайте как обычно, – решила Софья. – В смысле, без вредительства и прочего. Никакой самодеятельности, то есть добросовестно выполняйте свои обязанности, больше портить репутацию экономки не нужно, – Софья прикинула, сколько монет хранится в тех мешочках, что лежат у неё в сундучке.

И решила, что  этого  хватит: преданность слуг должна быть вознаграждена. Кто знает,  какие сюрпризы и испытания ждут её впереди?  Поощрить лояльность прислуги не помешает.

– Все, кто мне предан, получат завтра по монете. А тебе я  дам  не одну, а целых три, если, во-первых, расскажешь, кто из слуг поддерживает экономку. И, во-вторых,  покажешь мне лира Зосима, когда  он снова появится в замке. Поняла?

– Да, миледи. Спасибо, миледи!

Вот так... Глупенькая Сона оказалась не такой уж и глупенькой.  Боролась за мужа как умела. Жаль, что девочка росла без материи знала только один способ добиться желаемого – шантаж, подведение под монастырь, оговор и подлог.  Но талантливая, что есть, то есть.

Видимо, отточила навык на слугах отцовского замка.  Интересно, кто ей подсказал, что самый простой способ избавиться от экономки – показать герцогу, что  та не справляется со своими обязанностями?

День перешёл в вечер, но герцог  впервые за последнее время  не пришёл к ней на ужин.

Соня прождала час, а потом без всякого аппетита поковыряла остывшие блюда. Прошёл ещё  час. Миледи послонялась по покоям, выяснила, что его светлость куда-то уехал ещё три часа назад и до сих пор не возвращался.

Адель тоже не отсвечивала, но Соне доложили, что экономка находится в замке.

Решив, что в ближайшие дни ей нужно поговорить с экономкой без лишних глаз и ушей, Софья легла спать. Предыдущая бессонная ночь дала о себе знать, она провалилась в сон, едва прикоснувшись щекой к подушке.

Утром новостей не прибавилось, кроме той, что она проспала назначенное в записке время для встречи.

Проспала, и ладно. Это не её тайны, лучше держаться от прошлого предшественницы подальше.

Горничная сообщила, что милорд в замке. Но он вернулся поздно, почти под утро, и ещё не ложился.

«Как пить дать, явится на завтрак!» –подумала Соня.

И приказала  накрывать на стол.

Она много думала над своей судьбой и сложившейся ситуацией. Раз уж ей дан второй шанс, и не самый плохой – переместилась в молоденькую герцогиню, а могла ведь и в судомойку угодить, в старуху или в рабыню – то глупо тратить его на пустые пикировки. Надо как-то налаживать с мужем отношения. Два взрослых и разумных человека всегда могут договориться,  верно?  Бог с ней, с леди Адель.  Софья не влюблённая в мужа Сония, наличие любовницы не просто переживёт, а будет ей даже благодарна.  Но  для нормального сосуществования  надо очертить границы допустимого поведения, выработать правила и обозначить позицию каждой из женщин.

И тогда герцог получит свою Адель, Адель – герцога, а она, Соня – беспроблемную жизнь в достатке и покое.  Может быть, даже найдёт способ вернуться домой...

Время шло, Софья сидела у накрытого стола, наблюдая, как стынут кушанья, но супруг появляться не спешил.

Снова нахлынули нехорошие предположения.

Неужели Арман  узнал о жене ещё что-то из  категории  «перед прочтением сжечь»? Например, о  роли герцогини  в недавних беспорядках? Или он всерьёз воспринял её  угрозу – не есть с мужем из одного блюда, пока лекарь не подтвердит, что тот здоров?

Пожалуй, с этим она погорячилась, мужчины не любят, когда их тычут носом в ошибки.

И если гора не идёт к Магомету...

Софья решительно встала из-за стола и даже успела дойти до середины комнаты, когда дверь вдруг распахнулась, явив разъярённого супруга.

– Приятного аппетита, же-е-ена-а-а! –герцог окинул взглядом уставленный кушаньями стол и усмехнулся. – Не дождалась? Как же ты, а? А я-то спешил, чуть лошадей не загнал, хотел тебе угодить.

Девушка поймала бешеный, совершенно чёрный от расширившихся зрачков взгляд супруга, и невольно попятилась.

– Куда же ты?  Неужели   не рада мужу? – герцог дёрнул рукой, и втащил в комнату  незнакомца. – Смотри, кого я привёл! Пришлось побегать, твой друг  почему-то не горел желанием со мной познакомиться.

– Мило-орд! Вы мне руку сломаете! – взвыл неизвестный.

–Кто это? – почти беззвучно прошептала Софья, с ужасом глядя на сильно помятого «гостя».

– Не узнаёшь? А, да, я и забыл, что ты теперь вспоминаешь  прошлое весьма избирательно. Это лир Зосим, дорогая.  Как выяснилось, он – доверенное лицо моей молодой супруги, – Арман грубо тряхнул мужчину, и тот скривился от боли. – Ну, поведай нам,  какие приказы ты получил от миледи!

– Я вам уже всё рассказал! Мне больно!

– Повтори «на бис» для её светлости, – рыкнул герцог. – Чтобы моя  жена не делала вид, будто она ничего не понимает!

И Соня поняла, что её лимит везения, похоже, исчерпан...