Часть 3 Глава 17 Ловушка для принцессы

Софи было неспокойно. Королева Елизавета жива. Александр никогда на ней не женится, она не настоящая принцесса, он женится на Агнес. Он убьёт Софи, застрелит. Нет же, её убьёт сумасшедшая в доме из её прошлого, когда Софи будет стоять на галерее рядом со своим настоящим отцом. Как она может там оказаться? Тея знает, что Елизавета жива, и использует эту информацию, когда это ей будет нужно. Она встречается по ночам с кем-то в своей мантии. Или одалживает её кому-то. Кому и для чего? Дмитрию? Что в действительности её с ним связывает? Принцесса уже устала от всех этих мыслей, она никак не могла разобраться в том, что же вокруг происходит. Зима прошла, и весна потихоньку вступала в свои права, растапливая снег и лёд. Каждый солнечный день мог бы наполнить сердце радостью, верой в лучшее и в то, что всё пройдёт, как эта зима. Но не наполнял, и потихоньку Софи начало казаться, что эта весна будет последней для неё. Время шло, и наконец Софи получила то, что наполнило её сердце радостным предвкушением. Софи сидела в своей уютной гостиной на диванчике, подогнув под себя обе ноги, и в который раз перечитывала длинное письмо от матери: её родители и брат с сестрой приедут к ней в гости второго апреля. Она не видела их с лета, и радостное предвкушение отодвинуло на второй план все переживания и тревоги. Надо будет приготовить им лучшие комнаты из возможных и купить подарки. Возможно, в эти дни ей удастся устроить себе выходные. Она посмотрела на календарь: 2 апреля будет в четверг. Всего каких-то три дня! Она встала с дивана и подошла к бюро, чтобы просмотреть своё расписание. Если ей не изменяет память, в эти дни не будет ничего важного. Тея не откажет ей — с тех пор как они помирились, она пытается всеми силами задобрить подругу. На столе по-прежнему лежала куча бумаг, принесенных вместе с письмом, но они не волновали принцессу, их она посмотрит потом. Сейчас важно согласовать расписание. Не найдя его, Софи нетерпеливо потянула за шнур и позвонила в колокольчик. Ей нужно знать свое расписание наверняка, чтобы скроить его правильно, устроив себе выходные с четверга. В комнату зашла служанка: — Чем могу помочь, Ваше Высочество? Софи снова перечитывала письмо от родителей и неопределенно махнула рукой: — Найди Марию. «Приезжают! Приезжают! Приезжают!» — Будет сделано. Она уже давно не пыталась звать Александра, хотя он и продолжал являться её личным помощником, но чисто номинально, бесконечно пропадая в Петросе, Нортленде и ещё Бог знает где. Да и когда бывал в деревне, всеми силами пытался, чтобы их не видели вместе. Даже их ночные посиделки закончились на той истории с бутылкой вина, наполненной ядом. Он решительно её избегал, и Софи сделала вывод, что он знает о том, что Елизавета жива, и выбор свой уже сделал. Девушка быстро отогнала грустные мысли и пропела: «Приезжают! Приезжают! Приезжают!» В комнату постучали. — Войдите, — быстро отозвалась принцесса. — Ваше Высочество, вы меня звали? — Мария чуть улыбнулась, но смотрела на неё с профессиональным равнодушием. — Да. Мария, скажи, где моё расписание на четверг и последующие дни? — Я не подготовила его ещё, полагая, что вам захочется сформировать его самой в свете последних событий. — Ах, да, конечно, — Софи улыбнулась, — мне хочется отменить решительно всё и устроить себе выходные. Она повернулась к своей помощнице, та утратила свою профессиональную невозмутимость, и по выражению её лица девушка поняла, что сморозила глупость. — Извини, Мария, я неудачно пошутила, — София сделалась серьезной. «В свете последних событий...» Что имелось ввиду? Письмо от родителей Софи открыла не более получаса назад, и если даже оно и было прочитано перед этим, то, конечно, как всегда, никто бы и не подал виду, а уж тем более Мария. Сердце Софи упало, помощница имела в виду что-то другое, что-то, что все и так знают. Все, кроме неё. Принцесса окинула быстрым взглядом стол и остановилась на стопке бумаг, принесённых ей вместе с письмом. Обрадованная, она совершенно забыла заглянуть в них. Девушка с опаской взяла верхний лист, на котором была пометка «Срочно», и прочла его. «Боже мой! В Озёрном крае начался бунт! Что же мне следует с этим делать? Жестоко подавить? Вести переговоры с мятежниками? Или что-то ещё?» — Эм, что глава Совета старейшин думает по этому поводу? — уж он-то знает, что делать, и уже, возможно, отдал необходимые распоряжения, и ей нужно лишь поддержать его. — Не могу знать. Граф Буров уехал в Петросу накануне вечером, когда о мятежах ещё не было известно. — Ясно, — Софи мысленно ругнулась. Нашёл время уезжать! — А граф Орлов? Мария посмотрела куда-то в сторону, видно, дивясь не осведомлённости своей принцессы, а затем снова взглянула на неё: — Его светлость тоже уехал. — Куда же? — поинтересовалась принцесса. — В Петросу. — Хорошо. А Фёдоров? Яснов? Остальные старейшины? — раздражённо спросила Софи. — Они тоже уехали. — Все? — уточнила Софи. — Да. — А хранитель традиций? — И он тоже. — И что же, они все в Петросе? — Насколько мне известно, да, — Софи прямо-таки чувствовала в словах своей помощницы превосходство. — У графа Бурова и его жены, графини Наталии, годовщина свадьбы. 25 лет, и они пригласили всех на свой праздник... — Почему в Петросу? — перебила Софи. — Граф Буров что-то говорил про серебро, найденное в Петросе. Думаю, он решил приурочить его находку к серебряной свадьбе. — Ясно, — холод сковал Софи. Что-то было уж очень подозрительно, что её оставили совсем одну. — А Саша? Александр Буров? Мария подавила улыбку: — Конечно, он уехал с ними, он же их сын. Насколько я знаю, годовщина завтра, так что к четвергу, я думаю, они все уже вернутся. Софи глубоко вздохнула, пытаясь унять бешеное биение сердца. «Да и Тея должна вернуться в четверг — значит, меня действительно оставили одну. Осталось только понять: зачем?» — Скажи, Мария, а идея отметить серебряную свадьбу в Петросе давно пришла к графу Бурову? Худое лицо Марии вытянулось: — Не знаю, Ваше Высочество. Думаю, да. Графиня Наталия ещё месяц назад заказывала себе платье для торжества и рассылала приглашения. — Хорошо. Им сообщили о бунте в Озёрном крае? — Да, я послала им гонца с письмом. — Пошли ещё одного и напиши, что я приказываю Совету собраться, — Софи сделала мысленные подсчёты, — в семь вечера в зале заседаний. — Ваше Высочество, не думаю, что это хорошая идея, у них же праздник. — Мария, а тебе не кажется, что бунт — это неплохой повод его отменить? — Софи сверкнула глазами. — Как скажете, Ваше Высочество. Принцесса раздражённо махнула рукой. — Иди и передай мой приказ, как можно скорее. — Но что же делать с бунтом, Ваше Величество? — Передай мой приказ старейшинам и я скажу тебе. Иди! Живо! Мария присела в реверансе и торопливо вышла. Сердце Софи скакало как сумасшедшее. Она была практически уверена, что её намеренно оставили одну. Может, и бунт был устроен специально? Хотят ей показать, что она не способна управлять страной? Нет, это глупо, она и так знает, что не способна... Они хотели оставить её одну и оставили. Нужно действовать, сделать что-нибудь неожиданное, то, что они не смогут предугадать, а значит, она обхитрит их. Точно! Она приказывает им собраться, а значит, они будут думать, что она сидит и ждёт их, но она не будет, она уедет сама. Куда бы ей уехать, чтобы поездка выглядела адекватной? Как насчёт Озёрного края? Туда ехать целый день, и ей не придётся сидеть в Королевской деревне одной. Как только ей сообщат, что старейшины вернулись, она повернёт назад, так и не достигнув бунтовщиков. План был довольно странный, и Софи пришлось признать это, но ничего лучше она придумать так и не смогла. Всегда невозмутимая Мария, выслушивая её приказы, даже бровью не повела, но всё же спросила, хорошо ли принцесса себя чувствует и правильно ли она её поняла. — Да, ты верно поняла. Мне хочется своими глазами увидеть Озёрный край и встретиться с его жителями, чтобы понять их настроения. — Настроения? — переспросила Мария. — Они устроили бунт. И поездка туда может быть опасна. Не лучше ли послать армию для подавления бунта и остаться здесь? — Возможно, но я понимаю, что бунт затеян неспроста, и народ чем-то очень недоволен. Я хочу выяснить, чем. — Можно послать кого-нибудь ещё, да к тому же на поездку только туда уйдёт не менее дня. Даже если мы выйдем через час, на месте будем не раньше двух, а то и трёх ночи. В это время ничего вам посмотреть не удастся. — Мы там заночуем, а с утра осмотрим окрестности и встретимся с жителями, — Софи старалась держаться с достоинством и говорить так, будто план был великолепным. — В Озёрном крае? Среди мятежников? — кажется, Мария окончательно утратила свой профессионализм и уже с нескрываемым подозрением смотрела на свою принцессу. — Нет же, Мария! Мы заночуем в Токареве! Это маленький и тихий городок, достаточно далёкий от мятежных озёр. Главное — не сообщать об этом заранее, чтобы мятежники до него не добрались. — Хорошо, допустим. Тогда нам придётся провести ещё пару часов в дороге на рассвете, и мы достигнем Озёрного края, — она прикинула в уме. — Нам нужно будет время, чтобы присмотреться и разведать обстановку, возможно, провести переговоры. Мы вряд ли сможем поехать обратно в тот же день. — Вряд ли, — подтвердила Софи, внимательно наблюдая за реакцией Марии. — Тогда, и это в лучшем случае, мы отправимся домой в среду на рассвете и прибудем ночью. Но если мы чуть задержимся, то приедем только в четверг. Софи покосилась на письмо. В четверг приезжают родители, а значит, она непременно должна вернуться к четвергу. Да и Тея, и старейшины тоже должны вернуться в четверг. К тому же до этого не дойдёт. Как только старейшины соберутся здесь, она повернет обратно. — Ты правильно понимаешь. — Хорошо, Ваше Высочество, — сдалась Мария, — я отдам нужные распоряжения. Нужно ли мне написать главе старейшин о том, что им не стоит возвращаться раньше? — Нет, в этом нет необходимости. — Но вас же здесь не будет! — Правильно, и так как принцесса Тея тоже отсутствует до четверга, мне не хочется, что бы Королевская деревня пустовала без представителей власти. Пусть возвращаются и занимают положенные им места. Мария вздохнула: — Я вас поняла. *** Софи тряслась в холодной карете уже несколько часов. Мария сидела напротив, но с разговорами не лезла, уже привыкнув к своей молчаливой хозяйке. Софи предавалась мрачным раздумьям. Куда она едет? Зачем? Может, она неправильно поняла, и её в действительности хотели просто выжить из деревни? Ничего, надо успокоиться. Скоро они достигнут Токарева, и там получат письмо от рассерженного графа Бурова с приказом вернуться, и в этот раз она, как послушная девочка, повернет назад. Они, сопровождаемые частью армии, прибыли в Токарев около часа ночи. Софи задремала в карете и теперь неуклюже потягивалась, осматриваясь вокруг. Их не ждали. Её приезд, как она и просила, сохранили в тайне. Теперь эта идея не казалась такой уж блестящей. Городок был маленький, сильно потрёпанный и представлял собой скопление одно-двухэтажных зданий. Софи засомневалась, есть ли в нём приличная гостиница и что вообще в нём есть. К карете подошла Мария: — Ваше Высочество, я осмотрела гостиницу, и условия там, скажем прямо, далеки от покоев принцессы. Но есть и хорошая новость — местный мэр любезно согласился принять нас у себя. Софи неуверенно кивнула. — Хорошо. — Тогда нам лучше поехать сразу туда. Софи снова кивнула. — А как же солдаты? — Командир позаботится об их размещении. — Ясно. Мария, поскальзываясь на грязной мостовой, подошла к кучеру и сказала ему пару слов, а затем вернулась в карету, и они проехали немного вперёд. Софи тщетно пыталась разглядеть что-либо за окнами кареты — везде стояла непроглядная темнота. Наконец, они добрались до места назначения. Дом мэра был деревянным двухэтажным зданием с резными наличниками на окнах. Вокруг дома горели фонари, а мощённые булыжником дорожки были чисты. Возможно, когда-то, в другое время дня и года, он показался бы Софи красивым, но сейчас выглядел угрюмо и не привлекательно, окружённый голыми ветвями деревьев, в тусклом свете так походивших на притаившихся в темноте чудовищ. Встретившие её мэр и его жена выглядели растрёпанными и крайне возбуждёнными. Пока жена мэра, пухленькая невысокая женщина с добродушным лицом, показывала Софи лучшую в доме гостевую спальню, до девушки доносились торопливые приказы мэра. Она с трудом разбирала, что он говорит, но фразу «вылизать всё к утру» расслышала отчётливо. — Комната великолепна, — заверила принцесса хозяйку, — я думаю, мне будет очень удобно. Женщина расплылась в улыбке, и её напряжение спало. — Рада, что вам нравится. Для нашей принцессы всё только лучшее. Посмотрите на этот шёлк, — Софи провела рукой по наволочке, — это лучший шёлк, что можно достать. А подушки мягчайшие! Вы великолепно выспитесь. Я распоряжусь, что бы вам принесли горячей воды и … Софи отошла от кровати и выглянула в окно. Рядом с домом горели фонари, а вот дальше была непроглядная тьма, поразившая её ещё когда они ехали в этот дом: — Скажите, а у вас фонари всегда не горят? — перебила она хозяйку. — Да... нет, что вы... Обычно у нас и по ночам светло как днем. Сегодня просто... — женщина растерялась, — просто такой день, когда... Ох, простите, какая из меня никудышная хозяйка, — она всплеснула руками, и многочисленные перстни, украшавшие пальцы, блеснули в свете свечей, — я же забыла вам предложить чай. Вы, наверное, проголодались с дороги... «Да уж, чай вы мне предлагали еще внизу. Фонари, видно, не горят потому, что все деньги уходят на шелковые простыни и кольца», — их на руках у Татьяны Геннадьевны, жены мэра, она насчитала семь штук. — Нет, спасибо, я не голодна. Но от горячей воды не откажусь, и мне хочется выспаться. А вот моих людей надо накормить и, конечно, устроить на ночлег. — Да, да, конечно, — женщина снова расплылась в улыбке, делавшей её похожей на довольную жабу. Пришла горничная и помогла принцессе снять клетчатое дорожное платье, а также принесла теплую воду и полотенца. Софи пыталась разговорить её, но та способна была только говорить о погоде и петь дифирамбы мэру. На удивление, оставшуюся ночь принцесса спала хорошо, а на утро встала с постели в отличном настроении. Она, уже одетая и причёсанная, ожидала прихода Марии с последними новостями. Помощница не заставила себя долго ждать и вскоре предстала перед Софи с донесениями от командира армии о ночной разведке и письмом от графа Бурова. Первым девушка вскрыла письмо. «Куда тебя понесли черти? Возвращайся немедленно! Это не просто опасно, это глупо! Ни одна нормальная принцесса не оставит Королевскую деревню и всю страну без управления! Немедленно возвращайся, с мятежниками вполне справится армия! Глава старейшин Миэлнии, граф Л.О.Буров.» Софи скомкала письмо. Мог хотя бы обратиться к ней «Принцесса София, Ваше Высочество» или хотя бы просто по имени, но он не удосужился. — Скажи, Мария, граф вернулся в деревню? — Нет, Ваше Высочество, письмо из Петросы. Было еще одно для командира армии. Значит, она угадала: им зачем-то необходимо, чтобы она вернулась в деревню. — Я, пожалуй, напишу ему ответ. Софи взяла ручку и лист бумаги и красивыми буквами вывела: «Дорогой Леонид Олегович, здравствуйте. Мне понятно беспокойство Вашей светлости за мое здравие, но все же оно необоснованно. Я в полной мере понимаю, почему следует поступить именно так. И мне, как принцессе, ясно, что нельзя оставлять страну без управления. Поэтому я приказывала вам еще вчера и сегодня повторяю свой приказ: немедленно возвращайтесь в деревню. С уважением, принцесса Миэлнии София». Она помедлила и написала еще одну короткую записку родителям: «Дорогие мама и папа, я сейчас отсутствую в Королевской деревне по делам государства, поэтому вам не стоит приезжать, пока я не вернусь. Я опасаюсь, что вам не окажут должного внимания. Сегодня я видела странный сон, в котором гадюки лежали прямо на ступенях дворца. Возможно, это просто сон, а может, и предзнаменование. Я обязательно напишу вам, как только вернусь. Целую, Софи». Софи подумала, что про гадюк отец обязательно поймет и уж точно не приедет, и немного успокоилась. Дело принимало совсем не тот оборот, на который она рассчитывала, и нужно было придумать, что же делать дальше. Она решила написать еще одно письмо — Тее: «Милая Тея, я уехала разбираться с бунтом в Озёрном крае. На душе у меня как-то не спокойно. Напиши, как только приедешь в Королевскую деревню. Старейшины меня не слушаются и не хотят возвращаться. Будет лучше, если ты вернешься скорее. Твоя подруга, Софи.» Все три письма были запечатаны и переданы Марии для отправки немедля. Софи перешла к донесению командира и раздумьям насчет своих дальнейших действий. Она злилась на себя за неспособность придумать мало-мальски подходящий план действий и за то, что ей не удается сосредоточиться на проблеме — мятеже. Мыслями она то и дело возвращалась к старейшинам. Чего же добиваются они? И почему так важно, чтобы она была одна в Королевской деревне? «Ну же, Софи, сосредоточься», — говорила она себе. — «Сейчас придет Мария и будет ждать указаний. Ты притащилась в такую даль, на край света, с этой своей маленькой армией, чтобы просто отсидеться. Думай же! Может, стоит построить укрепления?» Девушка ходила по комнате. Ей срочно нужно было что-то решить. Может, послать армию подавлять бунт? Или все же лучше укрепить позиции? В дверь постучали, и принцесса вздрогнула. — Войдите, — она попыталась принять спокойный и невозмутимый вид. — Ваше Высочество, — неуклюже присела в реверансе жена мэра, — мы просим вас пройти на завтрак. — Да, Татьяна Геннадьевна, конечно. Завтрак. У неё всё же есть маленькая отсрочка до принятия решения. Софи, ведомая женой мэра, шла по коридору, увешанному портретами и пейзажами в золочёных рамах, а затем спустилась по лестнице на первый этаж. Сейчас, когда в большие окна дома проникало достаточно света и она была не такой уставшей, принцесса смогла оценить богатство обстановки по достоинству. Резная мебель, отделанная шёлком и бархатом, золочёные канделябры, гобелены и картины на стенах, а также толстые ковры на полу. Увидев себя в одном из зеркал в золотой раме, Софи подумала, что смотрится в своём деловом платье в синюю клетку, которое она использовала в дальних поездках, среди этого великолепия как бедная родственница, приехавшая погостить к богатым дяде и тёте. — Как у вас здесь красиво, — сказала она вслух, перебив Татьяну Геннадьевну, которая весь их путь хвалила принцесс, мужа и всех вокруг. — Рада, что вам у нас нравится. Мы стараемся поддерживать свой дом на уровне, не уступающем столице, — похвасталась она. — Например, мебель для столовой была заказана из Фании из редких пород бука. Они как раз зашли в столовую, и сидевший там мужчина вскочил. — Доброе утро, Ваше Высочество, — он низко поклонился, настолько, насколько позволяло ему солидное брюшко. — Рад видеть вас в добром здравии. — Доброе утро, Петр Ильич. Спасибо вам, что приютили меня в своем доме. — Для нас большая честь принимать вас. Софи села на положенный ей стул во главе стола и изящным движением расстелила белоснежную салфетку с ажурной вышивкой на коленях. Вдохнула поглубже аромат свежеиспеченных булочек и блюд, приготовленных к завтраку, и рот тут же наполнился слюной. Мэр и его жена сели по сторонам от принцессы. Марию, по всей видимости, решили покормить отдельно. Хотя, сказать по правде, Софи никогда не видела, что бы она ела, может, обычная еда и не нужна ей вовсе. Софи про себя усмехнулась и тут же одернула себя — думать сейчас надо совсем не об этом. Когда завтрак, по мнению Софи, чересчур плотный, был окончен, и принцесса в сопровождении мэра прошла в просторную гостиную, появилась Мария: — Ваше Величество, все ждут дальнейших указаний. В гостиной, разглядывая её богатое убранство, к Софи уже пришло решение: — Да, Мария, я понимаю. Но прежде чем двигаться дальше, мне хочется осмотреть город и пообщаться с его жителями, — «а ещё потянуть время», добавила она про себя, — не зря же я проделала такой путь. Она поднялась с дивана, в последний раз проведя рукой по его бархатной обивке, и мэр вскочил следом с той поспешностью, которую позволяла его обширная комплекция. — Начнем, пожалуй, со школ. Сколько школ в вашем городе, Петр Ильич? — обратилась она к мэру. — Три. — Маловато, конечно, но давайте осмотрим ближайшую. По тому, как забегали водянистые глазки и задергались моржовые усы, принцесса поняла, что в школе не все гладко. — Конечно, Ваше Высочество, я сейчас распоряжусь, и мы обязательно посмотрим, — засуетился он, — но там же занятия. Детишки... не стоит им мешать... У нас есть больница, мы можем посмотреть её... — Больница — это хорошо, и много сейчас больных? — Достаточно, Ваше Высочество. — Чем болеют? Софи направилась к дверям, мэр и Мария последовали за ней. — Разные болезни, Ваше Высочество. Совершенно разные: ангина, скарлатина и прочие... — Скарлатина? — резко спросила Мария. — Но это же очень заразно! — Ох, я сказал скарлатина? Нет, конечно, скарлатины нет. Обычные болезни, те, с которыми лежат в больницах... — То есть ничего заразного и опасного? — уточнила Софи. Они уже прошли в прихожую, и Софи облачилась в поданное ей шерстяное пальто. — Конечно, мы же не хотим вас заразить, Ваше Величество. — Знаете, учитывая бунты в Озёрном крае, начинаешь думать разное... Софи вышла из дома и направилась к своей карете. — Петр Ильич, вы, конечно, будете сопровождать меня? — Конечно, конечно, я поеду с вами, Ваше Высочество. Он подал ей руку, помогая забраться в карету, затем замешкался, но все же помог Марии и наконец сел сам. — Мой кучер не знает города, поэтому вам придется направлять его. Мэр протянул руку, намереваясь открыть окошко, через которое пассажиры могли переговариваться с возницей, когда принцесса сказала: — Но всё-таки я хочу увидеть школу сначала, — рука мэра замерла на полпути, — особенно ту, новую, на которую деньги были выделены в прошлом году. — О, Ваше Высочество, — он опустил руку и не сразу нашел, что сказать, — так школа ещё не достроена, строительство ещё ведется... — Я хочу посмотреть на строительство, — невозмутимо сказала Софи. — М-м, да, конечно... — он выдавил льстивую улыбку, — была зима, сейчас только начало весны. Зимой не строят... снег, холода, сами понимаете... Софи в притворном удивлении вскинула брови: — Правда? Но перед этим была осень, а ещё перед этим лето и весна... — Да, но... все эти строительные работы... это же не быстро... нужен архитектор, разработать проект... — Проект был один для всех городов... — М-да, но у нас здесь нужно правильно выбрать место... закупить материалы, найти бригаду... Софи резко перебила его: — Тогда везите меня в ту школу, что есть! Мэр вытер с лица пот платком и дал необходимые указания вознице. Карета тронулась и покатила по улице в сопровождении бдительной охраны. Поначалу школа, к которой её привезли, понравилась Софи. Каменное двухэтажное здание с белоснежным штукатурным фасадом выгодно смотрелось с улицы, но, выйдя из кареты и подойдя ближе, Софи уловила отчетливый запах краски — что же, его выкрасили за ночь? Они поднялись по каменным ступеням и зашли внутрь. Софи замерзла в карете и очень надеялась согреться, проведя в школе за расспросами учеников как можно больше времени. Но её ждало разочарование — внутри было так же холодно, как и снаружи. Софи потрогала батареи, пытаясь понять, топятся ли они вообще. Мэр с усердием уверял её, что отопление работает, просто именно сегодня сломалось, но скоро всё починят, и бесконечно промокал холодный пот, выступающий на его лбу. Классы были переполнены, и ученики сидели по три-четыре человека за одной партой. На втором этаже они обнаружили большое количество тазиков и ведер — текла крыша. Софи ужаснулась: раз её повели сюда, значит, в других школах все было ещё хуже. — У вас замечательная школа, Петр Ильич, жаль, конечно, что отопление сломалось именно сегодня, и именно сегодня хулиганы выбили стекла на втором этаже со двора. А уж крыша! — она покачала головой. — Она тоже потекла сегодня? Злой рок какой-то, и всё в один день. — Да, злой рок, — вздохнул мэр и снова стер капельки пота со лба. — По-другому и не скажешь... — А я вот что подумала, Петр Ильич: может, это не рок вовсе, а бунт? Может, кто-то решил не творить бесчинств над властью, как в Озёрном крае, а лишь подставить вас? Выставить в неприглядном свете? — Я… да... конечно, повстанцы, — он ухватился за эту идею. — Всё так, как вы сказали. Они просто узнали, что вы здесь, и взялись за дело... — Не продолжайте, — София подняла руку, останавливая его. — Я пошутила. Мэр вздохнул и потупился. *** Что же она такое наделала? Где провинилась и за что ей такое наказание? Как ей могло такое прийти в голову? Пойти на переговоры с повстанцами. Встретиться один на один с их главарём! Вчера она просто тронулась умом, увидев всё богатство мэра и бедность города! Принцесса поднесла ладони к лицу и спряталась за ними, за что получила неодобрительный взгляд от Марии. — Мы ещё можем повернуть назад, — сказала помощница, — вы уже и так наделали много шума, показав свою власть. — Нет-нет, возвращаться незачем, — Софи вздернула подбородок, — я не из тех, кто отступает на пол пути. Надо было послушаться старейшин и вернуться в Королевскую деревню! Получив снова письмо из Петросы, она разволновалась не на шутку и приказала посадить мэра и его помощников в тюрьму, а также устроить ей встречу с главарём повстанцев Озёрного края. И вот теперь рано утром она едет на какое-то открытое поле, где сможет поговорить с главарём с глазу на глаз, на виду у собравшихся, но на достаточном расстоянии, чтобы их услышали. Софи посмотрела в окно, они как раз проезжали по дороге, идущей вдоль чистейшего озера. Вода уже освободилась от сковавшего её льда и блестела в лучах утреннего солнца. — И всё же, Ваше Высочество, я советую вам передумать. — Передумать? И что же тогда делать с повстанцами? — Прикажите убить их, — Мария равнодушно пожала плечами, — по крайней мере сегодня мы точно знаем, где они будут находиться вместе с главарём, чего не скажешь о завтрашнем дне. — Нет! Это неправильно! Я же сама назначила эту встречу. — Возможно, неправильно, но разумно сейчас вернуться в Королевскую деревню и позволить армии разобраться с повстанцами, Ваше Высочество. Софи вздохнула. Как ни заманчиво было это предложение, она не отступится от своего решения. Не сегодня. — Что ж, пусть будет не слишком разумно. Они подъехали к месту назначения, и командир армии помог ей спуститься на землю по ступеням кареты. Принцесса огляделась и увидела по меньшей мере половину её армии, ровной шеренгой стоящую вдоль дороги. Вторая половина, как она знала, находилась в засаде. Впереди было поле. Снег ещё не до конца сошёл и кое-где белел лоскутами на черной земле. В центр вел дощатый настил, постеленный специально для неё. Он заканчивался небольшим помостом со стоящим круглым деревянным столом и парой обтянутых бархатом стульев. На другом конце поля она видела группу людей, они были почти столь же многочисленны, как и её армия. Она взяла предложенную ей подзорную трубу и рассмотрела их. Выглядели они значительно хуже её армии. Там находились юноши, старики, женщины и казавшиеся совсем неуместными в этом месте совсем молоденькие девушки. У них не было красивой военной формы с блестящими на солнце пуговицами, но были, пусть и не такие блестящие, ружья и пистолеты. Лишь пара выстрелов — и начнется битва, но битвы сегодня быть не должно, лишь переговоры. Командир ещё раз провел инструктаж и спросил, готова ли она. — Я готова. Высоко в небо с помощью колдовства командира взлетел флаг Миэлния — красная роза с двумя кольцами на стебле на золотом фоне. Над другим концом поля показался флаг Озёрного края — голубой с изображением серебряной ряби на поверхности озера. — Вам, Ваше Высочество, следует идти. Не в силах вымолвить ни слова, Софи кивнула. Она приняла протянутую ей руку и шагнула на деревянный настил. Девушка двигалась медленно, и ей казалось, что все это происходит во сне. Вот она переступает с одной деревянной доски на другую, шажок, еще один... и вот от группы людей напротив отделился кто-то и пошел ей на встречу уверенными большими шагами. «Главарь», — подумала Софи. Он был молод, широкоплеч и хорошо сложен. Она отметила длинные, доходившие до плеч волосы, которые нещадно трепал ветер, волевой подбородок и озорные глаза, так похожие на глаза совсем другого человека. Ей даже на секунду показалось, что это именно он решил разыграть её таким странным способом. Вот уже они добрались до помоста. Ступив на край него, Софи остановилась, предостерегающе вскинув руки. — Оружие, — она кивком указала на его пояс. Он тоже поднял обе руки и усмехнулся. — Сейчас-сейчас, — он медленно опустил одну руку, вытащил из-за спины припрятанный пистолет и бросил на землю, а затем хотел сделать шаг вперёд, но Софи его остановила. — Это не всё. Он снова ухмыльнулся: — Ваше Величество видит насквозь. — Возможно, — улыбнулась принцесса. — Ладно, — он медленно наклонился и достал маленький пистолет и нож из сапога. Софи окинула его быстрым взглядом: похоже, это всё. Она шагнула вперёд, но на этот раз была остановлена им: — А ваше оружие? — У меня его нет. — А если я вам не верю? — Хотите обыскать? — принцессе пришлось собрать всё своё мужество и кокетство, чтобы фраза прозвучала игриво. — Я бы не отказался, — ответил он ей в тон и скользнул взглядом по её фигурке. — Вы действительно боитесь хрупкой девушки? — Софи рассмеялась. — Вы же можете задушить меня голыми руками. — Что верно, то верно, — он продолжал улыбаться и был доволен собой. — Сядем? — предложила Софи, чувствуя, как ноги у неё начинают подкашиваться. Он кивнул, и они сели по разные стороны стола. На его крышке Софи различила мозаичный узор в виде роз. — Итак, Филипп, — Софи заранее выяснила его имя, — вы с вашими… эм, друзьями собрались и захватили власть в Озёрном крае? — Да, именно так. — И почему вы так решили? — Потому что мне с моими друзьями надоело влачить нищенское существование, смотря, как другие жируют. Мы собрались и свергли власть, заперев всех её представителей в тюремной камере. Без большого кровопролития, надо сказать, — заметил он. — О, как замечательно. Вы не поверите, я вчера заперла мэра Токарева в тюремной камере и тоже без большого кровопролития. Вернее, его совсем не было. — Да, вы проделали это мастерски. Но, надо сказать, вы приехали в Токарев только из-за нас, а значит, мы можем приписать это и к своей собственной заслуге. — Хм, об этом я не подумала, вы буквально открыли мне глаза! — Рад стараться, Ваше Высочество, — слегка поклонился Филипп. Она ему нравилась, определенно нравилась. Возможно, эта встреча не зря, и они сумеют договориться, если продолжат беседу в столь же легком, игривом тоне. — Филипп, — Софи произнесла его имя медленно, как бы пробуя на вкус, и он снова улыбнулся, — чего вы хотите? Он положил локти на стол и придвинулся ближе: — Конкретно я? Софи тоже чуть склонилась вперёд. — Да, конкретно вы. — Вы что же, хотите меня подкупить? — он приподнял бровь. Софи поняла, что свернула не туда. Заигрывания не приведут к результату. «Нужно быть собой, помни, кто ты!» — Нет, что вы, я же вижу, что вас уже подкупили. Я лишь пытаюсь понять, чего вы добиваетесь. — Подкупили, что вы! Мое сердце не подкупно. — Сердце может быть, но вот остальное, — она скользнула по нему взглядом и поморщилась, — я сомневаюсь. И он решил сдаться, не буквально, конечно, но всё же. — «Подкупили» — какое-то не правильное слово. Скорее, спонсировали. — Спонсировали, — повторила Софи, — что же, можно и так сказать, — она немного помолчала, — но я бы всё же выбрала «подкупили». Дату же действа вам указали? Она говорила это наугад, но попала в точку. — Я просто поражаюсь вашей осведомленности. Почему же, зная всё это, вы за полтора года своего правления не узнали о бесчинствах в Озёрном крае, бедственном положении его жителей и о том, как губернатор прикарманивает себе денежки? — Что ж, вы поймали меня в мою же ловушку. Не всё оказалось в моей власти, и, к сожалению, я знаю далеко не всё. Филипп снова склонился к ней и прошептал: — Так что же, по-вашему, помешает мне прямо сейчас придушить вас голыми руками? Принцесса осталась спокойна и невозмутима: — Сейчас? — спросила она. — Я бы сказала, что полагаюсь на ваше благородство, но вы мятежник, а у мятежников не бывает благородства. — Она покачала головой. — Возможно, меня как венценосную особу защищает Великая Магия, хотя и в неё я слабо верю. Скорее, меня защитит ваш страх перед тем, кто дал вам деньги на мятеж в чётко оговорённые сроки, на все эти ружья и пистолеты. Ведь ему-то я нужна живой и невредимой и совсем в другом месте. Он невесело усмехнулся. — По всей видимости, вас всё же защитит последнее. — И кому же я так нужна и зачем? — поинтересовалась Софи. — Это, я думаю, вы, Ваше Высочество, знаете лучше меня. Но могу сказать, что сегодня ко мне пришёл тот же человек, что дал денег на это маленькое предприятие и, — он помолчал, подбирая слова, — попросил сделать всё возможное, чтобы вы поскорее вернулись домой целой и невредимой. Софи вскинула брови: — Вот как! — Именно так, — он ещё немного помолчал и продолжил, — признаюсь честно, этот человек пугает меня больше, чем вся ваша армия. Он неожиданно объявился прямо в моей комнате, миновав всех моих союзников незамеченным. Человек в чёрном, — уточнил Филипп. — После нашей первой встречи я благодарил небеса за посланную мне помощь, сейчас же думаю, что это проклятие. — Проклятие, — повторила Софи. Кто же этот человек? На кого он работает? Неужели у графа не только шаман, но и яндерн? Яндерны носили только черное и являлись могущественными магами, которые могли ходить незамеченными и их колдовство было практически безгранично. Они могли управлять предметами, энергией, а также ставить защитные чары против магии, делая своего хозяина практически неуязвимым. Софи знала о яндернах из книг и слышала о них от бабушки, но сама ни разу не встречала. Следующий вопрос Софи задала лишь для поддержания беседы. — Почему же он выбрал именно вас? — Это было нетрудно. Уже второй год я пытаюсь добиться справедливости, организовал группу и пытаюсь вернуть награбленное народу. Что-то вроде Робин Гуда, — он усмехнулся, — но ресурсов не хватало, да и людей тоже. Понимаете, многие просто боялись, что губернатор рассвирепеет и станет ещё хуже. За мою голову была назначена награда, и приходилось скрываться, — он вздохнул, — губернатор шикует: деликатесы, балы и золото повсюду, а в народе голод и нищета. Грязь и бардак везде, а пожаловаться некуда, полиция-то на него работает. Он вздохнул и почесал подбородок. Его тон снова стал игривым, но не весёлым, скорее с вымученной наигранностью: — И почему же вы, Ваше Высочество, не вмешивались в дело? — Я просто не знала... — вздохнула принцесса. — Я была настолько сосредоточена на том, чтобы выжить самой в этой большой игре, что не догадывалась, как плохо моему народу... Нет, нет, не везде так, — спохватилась она, — но, разбирая последствия десятилетия смуты, не до всех городов у меня дошли руки... Так что спасибо, — она улыбнулась, — благодаря вам я добралась сюда. Их беседа становилась то живой и игривой, то серьёзной и рассудительной, и Софи ловила себя на мысли, что общество этого молодого человека ей весьма приятно. Оно будило в ней те качества молодой девушки, которые в Королевской деревне она пыталась прятать подальше, и к тому же ей казалось, что они говорят на одном языке. Они засиделись до полудня, и принцессе в голову пришла шальная мысль — приказать принести обед сюда, но она быстро отогнала её, ибо это было уж слишком. Уже их переговоры и то решение, которое она приняла, казались более чем странными. Она решила отдать Озёрный край в управление ему — молодому и дерзкому красавцу Филиппу. Она прониклась его идеями сделать край лучше, стремлением к справедливости, которое исходило от него вполне искренне, а также умением организовать людей. При этом она назначит его губернатором не просто так, а с условиями. Во-первых, он в двухнедельный срок предоставит ей план по развитию области, во-вторых, после её утверждения начнёт его реализовывать, а позже, через три месяца, она приедет на проверку, и ещё с несколькими небольшими условиями. Видя его довольство и горящие глаза, Софи сказала: — Но не забывайте, назначила вас губернатором я, а значит, могу и снять с этой должности так же легко. — Ваше Высочество, я вас не подведу. — Он улыбнулся шире. — А вы бесстрашны, все остальные губернаторы будут возмущены назначением мятежника, они хотели бы видеть меня повешенным. — Нисколько не сомневаюсь в этом, — она прищурилась, — но знаете, в вашей голове есть несколько интересных идей, и я надеюсь, что вы сможете воплотить их, пусть для этого и придется чуть изменить устои. К тому же, многие мэры и губернаторы, видя мои решительные действия, начнут шевелиться и что-то делать в своих областях, а те, кто спонсировал этот бунт, вряд ли решатся еще раз на такой поступок. Вы же мне сообщите, если еще увидите у себя человека в черном? Он утвердительно кивнул. Они ещё немного поговорили, затем встали со своих мест, и Филипп наклонился, чтобы поцеловать руку Софи. — Знаете, Ваше Высочество, я удивлен узнать, что то, что о вас говорят —правда. — И что же говорят? Что я красива? Милосердна? Он рассмеялся: — Это, само собой. То, что вы умны и хитры, и думаете своей головой. — Что ж, хочешь жить — умей вертеться. До свидания, Филипп, и не празднуйте свое назначение слишком бурно. Она первой отвернулась от него, услышав лишь «до скорой встречи», и зашагала по деревянной тропе к своему войску. Уже вернувшись в дом бывшего мэра, София подумала, что лучше ей задержаться еще на один день, к тому же здесь все так удачно складывается, и она нашла себе интересного собеседника. Принцесса, к недовольству Марии, отдала приказ, чтобы губернатор Филипп Бондаренко завтра лично представил ей план своих первоочередных действий на этом посту. Довольная собой, она легла спать пораньше и уснула достаточно быстро, впервые за долгое время не пытаясь разгадать загадку карих глаз. Утро выдалось солнечным, а день — по-весеннему теплым. На удивление, здесь у неё все получалось превосходно и без особого труда. Может, она уже становится хорошей принцессой, способной управлять страной? София назначила нового мэра в Токареве и после обеда приняла Филиппа. Еще с утра она получила новое письмо от графа Бурого, в котором он искренне желал ей найти мозги, но это лишь заставило её улыбнуться, сжигая письмо в камине. Она все-таки смогла обхитрить графа и не попасться в его ловушку. Софи с нетерпением ждала встречи с Теей, уж кто-кто, а подруга поймет её. Скоро они уже встретятся, а сейчас было бы неплохо задержаться ещё на пару дней, чтобы навести больший порядок, как сказала она Филиппу. — Ваше Высочество, это будет весьма кстати, но не кажется ли вам разумным вернуться в Королевскую деревню, чтобы не гневить нашего друга в черном. — Вы боитесь? — игриво спросила она. — Я не настолько пуглив, к тому же вы славитесь ещё и упрямством, так что куда уж мне, простому смертному, переубеждать вас. На это она лишь улыбнулась. Филипп ушел, и принцесса прошла в кабинет, принявшись изучать бумаги, которые разложила ещё утром. Цифры, счета, документы, в которых она мало что смыслила, — было бы лучше показать их Тее и старейшинам, но их здесь не было. Софи подумала, что уж Тея могла бы ей уже что-то написать. Был четверг, а значит, она уже прибыла в деревню. Наверное, письмо до неё просто не дошло, а завтра она узнает многое. В пятницу, полная идей и планов, Софи проснулась рано. Она позволила служанке причесать и одеть её, затем, сгорая от нетерпения, позвала Марию. — Доброе утро, Ваше Высочество, — Мария уже была готова, и Софи в который раз задумалась, спит ли она вообще. — Доброе утро! Мне письма пришли? — Да, Ваше Высочество, вот они, — она протянула Софи три конверта: от графа Бурого, Елены и родителей. Как не хотелось Софи начинать с последнего, она всё же решила, что на первом месте должны быть дела, и вскрыла письмо от графа. «Дорогая принцесса София, я в который раз поражаюсь твоему упорству, глупости и непослушанию (странно, а мне сказали, что я слыву умом и хитростью). Куда они приведут тебя, известно лишь Святым, но боюсь, ты очень скоро пожалеешь о своём желании поехать в Токарев и навестить Озёрный край. Мне лишь остаётся пожелать тебе удачи, ибо моя удача зависит от твоей. Граф Л.О.Буров» У Софи засосало под ложечкой — скоро пожалеешь — это угроза? И что значит, моя удача зависит от твоей? Что бы хоть как-то успокоиться, Софи быстро вскрыла конверт, подписанный аккуратным почерком матери. Внутри была короткая записка: «Милая моя Софи, возвращайся скорее, мы очень ждём нашей встречи». Принцесса улыбнулась. Как же ей хочется увидеть их! Как только она вернётся и почувствует себя в безопасности, обязательно напишет им и пригласит в гости. Она с тоской заглянула в конверт. Обычно её маленький брат посылал для неё рисунок, да и сестра писала длинные письма, но в этот раз лишь короткая записка от матери. Странно. Возможно, она просто торопилась и набегу черкнула ей, получив письмо от Софи? Лёгкая улыбка ещё играла на её лице, когда она открыла последний конверт — от Елены. Ей-то что понадобилось? Письмо было длинное, витиеватое, написанное ровными буквами со множеством завитушек. Софи пробежалась по нему глазами, вычленяя из притворной ласки суть. Улыбка сползла с её лица, а тело покрылось мурашками. «Милая моя, хорошая девочка Софи, Я так скучала по тебе в эти долгие холодные месяцы! Мне так хотелось увидеть твои ангельские глаза, услышать твой смех и милую болтовню... Так хотелось обнять тебя, что я просто не смогла усидеть на месте. Прости меня, я столь ветрена и импульсивна, что поддалась сиюминутному порыву, бросила всё и направилась к тебе, моя девочка. Но ты, милая храбрая принцессочка, ускакала далеко, бесстрашно спасать своих подданных. Я так горжусь тобой! Хотя, несомненно, была расстроена, не найдя тебя в Королевской деревне. Да, да, ты не ошиблась, я сейчас именно там, и у меня есть сюрприз, я привезла его специально для тебя. Уверена, такой сюрприз ты оценишь по достоинству. Я с нетерпением жду встречи с тобой, моя милая красавица, а пока знакомлюсь с твоими родителями. Они, как и я, прибыли в Королевскую деревню, мы мило болтаем, попивая чай в гостиной. Твоя сестренка почти так же красива, как и ты, а братик — просто милый ангелочек. Я попрошу твою маму написать тебе пару строк. Целую, твоя Елена.» Софи вся внутренне сжалась. — От...от куда пришло письмо от мамы? — спросила она Марию. — Из Королевской деревни, Ваше Высочество. Ответ Софи и так знала, но всё же хотела убедиться. Она сглотнула. — Во вторник утром я дала тебе письмо для мамы с папой, ты его отправляла? Мария оставалась невозмутимой: — Да, Ваше Высочество. — Тогда почему они не получили его? — вскричала Софи, дрожа всем телом. — Не знаю, Ваше Высочество, дороги размыты, и почта работает плохо. — Я казню их всех, — зло прошептала Софи, а затем отдала приказ, — пусть приготовят всё для обратной дороги, да поживее. Через час мы уже должны выехать. — Да, Ваше Высочество. Назад они доехали быстрее, главным образом потому что Софи, в первый раз тянувшая время, сейчас хотела оказаться на месте как можно раньше, потому запрещала всякие остановки, казавшиеся не целесообразными, а такими казались практически все. К Королевской деревне они прибыли на закате, и в кроваво-красном отблеске солнца Софи увидела множество таких же красных мундиров, от чего её голова закружилась сильнее. Они ухитрились соорудить укрепления, и теперь деревня больше походила на крепость. Ловушку, в которую Софи должна была зайти сама. С таким количеством солдат не сбежишь, подумала она и вздохнула. Ей придется пойти туда, ведь там её родители, брат и сестра. Она должна сделать всё ради них, ведь именно из-за её глупости они угодили в эту ловушку. Если бы только письмо дошло до них! Если бы только они не приехали! Но они были там. Ей нужно набраться храбрости и идти вперёд, отдавшись на волю судьбы. Она выбралась из кареты и пошла по мосту. Стража сразу расступилась и открыла ей деревянную дверцу, теперь охранявшую вход в деревню. Софи, обернулась назад и увидела Марию с довольной улыбкой на лице. Ну конечно, Мария служила не графу Бурову, а Елене! Именно она не отправила письмо, точно зная, чем это обернётся. Софи зашла внутрь укреплений, и дверь закрылась за ней. Всё клетка была заперта, и ей не выбраться самой никогда.