Глава 41

Мне повезло. Я не знаю, может быть, это действительно богиня помогала. На всякий случай я её поблагодарила, подошла утром к клумбе, на которой пели колокольцы, и, прикоснувшись руками к крупным цветным головкам колокольчиков, сказала:

– Спасибо, Эсила. Спасибо, что ты мне помогаешь.

И мне показалось, что мимо пролетел небольшой ветерок, и колокольчики тут же запели:

– Ка-тя… Ка-тя…

А моё везение заключалось в том, что съер Маар уехал в столицу. Причём всю информацию мне передала Пьетра: что-то там произошло, весьма важное и срочное, что потребовало его присутствия. В результате повёз меня на плантации его помощник, молчаливый, довольно пожилой съер Вигор.

Одет он был примерно так же, как и съер Маар, но почти не говорил, выполняя роль водителя, и я подумала, что теперь, наверное, у меня будет возможность пообщаться с магами наедине.

Когда мы приехали на плантации и спустились к полям, помощник лартуса, показав свою осведомлённость, сказал, что я должна выбрать трёх магов, которых он приведёт ко мне для разговора.

Я же, увидев, что мы не собираемся идти в сторону плантаций, а остановились возле небольшого хозяйственного строения, расстроенно сказала, что не знаю их имён, и поэтому мне нужно попасть ближе к полям, чтобы я могла их показать.

Вигор согласился с тем, что я действительно вполне могла не знать, как кого зовут, и сопроводил меня к полю.

На полях ситуация практически не изменилась. Единственное, над плантациями теперь лилась песня любимых цветов богини, в которой, как я поняла, каждый слышал что-то своё. Но на соседнем поле, где земля была всё такая же сухая и растрескавшаяся, стояли маги, пытаясь её оживить.

Я указала на трёх магов – Ромалеса, того пожилого мага, который за меня вступился накануне, и ещё одного. Когда маги собрались в небольшой комнате, я едва сдержала радость, услышав от Вигора, что сам он подождёт снаружи. Я не могла поверить в эту удачу, потому что уже готовилась к тому, что Вигор будет сидеть в комнате и слушать, о чём мы говорим.

– Кто вы? – когда Вигор вышел, спросил самый старший из магов, тот, кто вчера первым вступился за меня.

– Я из Драгоры, как и вы, – ответила я. – Меня похитили. Я тоже обладаю магией, способной пробудить землю и вырастить на ней вкусное и полезное.

И тут я впервые услышала голос Ромалеса.

Он усмехнулся и сказал:

– Нет, вы не такая, как мы. Никто из нас не может вырастить цветы богини.

Я удивилась, но, понимая, что время идёт, перешла к делу.

– Вероятно, так же думает и съер лартус, потому что, видимо, в благодарность за то, что я вырастила ему поле горных эсиолей, он решил, что я могу вырастить на одном поле в два раза больше урожая взамен того, который вы должны были вырастить на том участке, где сейчас растут любимые цветы богини. – Я вздохнула и добавила: – Одна я не справлюсь. Мне нужна будет ваша помощь. Именно поэтому он разрешил мне встретиться с вами.

Говоря об этом, я думала, что даже если Вигор подслушивает, то ничего криминального он не услышит. А сама я в это время старалась нащупать под досками пола какое-нибудь растение, и наконец мне это удалось. Я уже привычно направила росточек за дверь, чтобы посмотреть, есть ли там кто-то и можно ли уже говорить более конфиденциальные вещи.

Удивительно, но за дверью вообще никого не было. Возможно, Вигор отошёл по нужде или просто вышел подышать. Я не знаю. Конечно, я оставила росток снаружи, чтобы в случае чего он мог меня предупредить.

– Простите, – сказала я магам, которые напряжённо смотрели на меня, пока я сидела с закрытыми глазами. – Я отвлеклась. Нужно было поставить охранку.

При этом слове в глазах магов появилось удивление.

Я вздохнула и начала говорить:

– Мне было больно вчера на вас смотреть. Война закончилась, а вы продолжаете нести свою вахту.

Маги, насупившись, смотрели на меня, не торопясь говорить.

– Почему вы не пытались бежать? – спросила я.

Ответил мне снова тот, кто был постарше:

– Госпожа…

– Зовите меня Катрина, – сказала я, понимая, что, если назову фамилию Ромалеса, это будет выглядеть весьма странно.

– Госпожа Катрина, – снова начал он. – У нас мирная магия. Мы не можем ею защититься, поэтому продолжали делать то, что делали всю жизнь, и ждали, что нас вызволят, или обменяют, или как-то договорятся. Но время шло, и уже скоро год пройдёт, а мы всё так же остаёмся рабами на чужой нам земле.

И я не выдержала и в сердцах сказала:

– Да потому что по документам большинство из вас умерли или пропали без вести. Я не знаю точно про всех, но вот про вас, – я показала на Ромалеса, – я точно знаю: пришёл документ о том, что вы погибли.

– Откуда вы знаете? – спросил он.

– Сейчас я не могу подробно рассказать, нет времени, – ушла я от ответа. – Но какое-то время я жила в Утоли. Я знаю вашу матушку. Я знаю, как ей было тяжело, когда она получила это письмо.

Ромалес дёрнулся.

– Мама?.. Как она сейчас?

– Хорошо, – сказала я, понимая, что затронула крайне чувствительную тему.

Я хотела, чтобы они вспомнили, что у них есть возможность увидеть свою родню, у магов должно появиться желание вырваться и вернуться на родину, в Драгору.

Взглянув на Ромалеса, я увидела, что в его глазах оставался ещё вопрос. Скорее всего, он хотел спросить про свою невесту, но я поспешила сменить тему.

– Даже обладая мирной магией, – сказала я, – вы можете себя защитить.

Пока за дверью никого не было, я решила показать им, как можно нейтрализовать эти странные удавки, которые надеты у них на шее.

Я вырастила ещё один росток, и вскоре он достиг высоты, достаточной для того, чтобы дотянуться до ошейника, находящегося на шее сидящего мужчины.

Все остальные с удивлением наблюдали, что будет происходить дальше, а я не знала, получится ли точно, только предполагала, как это должно быть.

Росточек легонько пролез между шеей и шнурком и чётко закрутился вокруг странного узелка. Какое-то время ничего не происходило, но потом я увидела, как росток в том месте, где он прикасался к ошейнику, стал раздуваться. Именно там, где был узелок. Вскоре у него как будто выросла небольшая шишка.

После этого, так же осторожно, как забрался на шею, заворачиваясь вокруг ошейника, раскрутился и вылез.

– Это гипноз? – спросил старший, покрутив головой и обращаясь к остальным.

– Нет, – ответила я. – Так работает наша магия.

Мужчина осторожно прикоснулся к ошейнику, прикрыл глаза, и когда он открыл их, то в глазах было облегчение.

– Теперь это просто шнурок, – сказал он.

Я постаралась пояснить:

– Жизнь есть везде. Мы умеем работать с землёй, значит, можем вызвать из неё разную жизнь. Кто из вас знаком с растением аримель? – спросила я сразу.

Оказалось, что знакомы все. А третий товарищ, который всё время молчал, вдруг сказал:

– Страшная гадость. Один раз появится где-то рядом с полем – потом не выведешь. И помочь может только драконий огонь.

Я оглядела магов и сказала:

– А вы не думали, что этот аримель можно использовать для защиты?

Маги замолчали, я их понимала: это было откровение. И через несколько долгих мгновений, показавшихся мне даже слишком долгими, я вдруг услышала:

– А ведь может сработать…

И тогда я рассказала, что однажды попала в ситуацию, когда против меня было больше восьми мужчин, но у меня была моя магия. Я вырастила аримель и закрыла их внутри него, не давая выйти.

– Это очень жестоко, – сказал Ромалес. – От аримеля появляются сильные ожоги.

– Не менее жестоко, чем держать свободных людей в рабстве, – ответила я, глядя на человека, который формально по документам был моим мужем.

Я понимала, что мужем он мог быть моим, только пока был погибшим на войне. А теперь, после того как мы вернёмся, мне нужно будет решать, как поступить.

Старший из них сказал:

– Госпожа Катрина, вы могли бы поделиться вашей памятью?

Я даже испугалась.

Заметив мой испуг, старший, которого звали Ларсон, понимающе улыбнулся и сказал:

– Поделитесь только магической памятью. Вы приложи́те руку к моей и вспомните, пожалуйста, ощущения, которые испытывали, когда выращивали аримель. А я потом передам это остальным.

Я прикоснулась ладонью к ладони мужчины. Она не была по-крестьянски мозолистой, но я точно знала, что сил эти маги тратят не меньше, а то и больше, учитывая, что их ставят на самый сложный участок.

– Ну хорошо, – сказал третий маг. – Допустим, мы вырастим аримель, запрём наших пленителей. А что дальше? Мы находимся в самом центре империи Риадох, и, помимо того, что нейтрализуем местную охрану, как мы будем выбираться дальше?

– Как они отсюда сами выбираются? – спросила я.

– Отсюда можно пройти только портальным переходом, – ответил маг. – Но я сомневаюсь, что переход ведёт на границу с Драгорой.

Росток передал мне, что в коридоре появился охранник. Нужно было спешить.

– Какие будут предложения? – спросила я.

Ответил мне Ромалес, возвращая веру в сильных мужчин:

– Мы отберём порталы у охраны и выйдем возле какого-нибудь небольшого городка. Там остановимся и либо спрячемся в проезжающем поезде, либо угоним машину. Но, главное, нам нужно будет связаться с кем-то в Драгоре.

На мой взгляд, план был так себе, но другого у нас не было.

Когда дверь открылась и вошёл охранник с вопросом, закончили ли мы, мы с чистой совестью сказали, что да, на сегодня мы закончили.

Он спросил:

– Вы поедете домой, госпожа Катрина?

Я покачала головой:

– Нет. Мне нужно посмотреть, как получается то, о чём мы договорились.

И свершилось ещё одно чудо: охранник не стал спорить и повёл нас на поле.