Глава 15

«Упертая скотина...» Слышу тихое от нее и понимаю, а ведь она права, как никогда. Зачем я вообще цеплялся за прошлое? Разве не наказал виновных в тот же день, что повлияли на судьбу моей сестры? Наказал, пусть и исполниетелей, отомстил... но... ни черта не успокоился. И теперь вместо того, чтобы встретить свою пару с улыбкой, показать свой мир, я только и делал, что выводил ее на эмоции. Не всегда хорошие. Не всегда приятные, не те которые должна чувствовать пара рядом со своим истинным. От последних событий, вообще, во рту горчит. От всей этой ситуации одна желчь во рту... И ведь во многом она права. Не верю до конца, просто не могу, не привык я доверять никому после случая с Беллой. Все проверить ее слова хочется, а вот волк только и машет хвостом радостно, заявляя - «подставили, не она». Возможно и я бы разделял его радость если бы не был в таком смятении. Во-первых, от ее слов и возможной правды, на меня обрушенной, а во-вторых, от того, насколько она от меня отдалилась... Когда это произошло? Почему? Разве не должна она сходить с ума от жажды, как и я? Разве не присутствовала эта неистова тяга между нами, что бросала в объятья из раза в раз? Так почему сейчас все изменилось? Почему не смотря на то, что я слышу в воздухе ее желание и томление она отталкивает? Закрывается?

Ты бы чаще ставил ее на колени, напоминает волк недвольно, оскаливаясь. Он многих поступков неодобряет... С ней - даже слишком. Перегнул палку, говорит он и, видимо, придется с ним согласиться, слишком яркими были ее эмоции. Злыми, непоколебибыми. И если все сказанное ею действительно правда, мне нужно будет очень постараться, чтобы вернуть ее расположение.

Стоит выйти Алисии за дверь, как в кабинет входит бета. Он кажется обеспокоенным, но первое что я спрашиваю: «Кто собирал информацию по Китти?», потому что в голове только этот вопрос и вертится. Ни о чем другом думать не могу.

- Я и Мика, а что? - непонимающе вскидывается.

- А то, что она утверждает, что вообще не причастна к фанатикам, и не имеет с ними ничего общего, - задумчиво смотрю на бету, ожидая... да что угодно - подтверждения хотя бы какой-то информации, чтобы понимать, что делать дальше и как быть.

- Вообще? - протягивает, переспрашивая, и получает мой уверенный кивок в ответ. - Не может быть, - качает головой отрицательно, - ты же сам все видел.

Я-то видел, конечно, но все равно не отпускает ощущение, что где-то мы ошиблись. А может быть мне подсознательно хочется этой ошибки, потому что желание поверить ее словам слишком сильное. И если раньше я не слушал ее, то услышав ее наконец просто не знаю, что делать.

- А ведь кто-то совсем недавно защищал ее, - замечаю, прищурившись.

- А я и не отрицаю - защищал, но я скорее думал, что у нее были причины для работы на фанатиков. И, возможно, тебе стоило войти в ее положение, а не сразу нападать, но не имел ввиду, что она вообще не при делах. Так не бывает - слишком велик послужной список, - качает головой, уверенно. Не сомневается. Почему же я схожу с ума?

- Она утверждает, что это все фикция. Что ее подставили, а опытному хакеру это сделать проще простого.

- Это имело бы смысл, - выслушав меня внимательно, задумчиво отвечает он.

И в этот момент мне хочется припереть его к стенке, потому что именно из-за того, что информация могла быть ложной, я неправильно и даже плохо отнесся к своей паре. Не только не слушал, но и унижал всячески...

- Скажи, чтобы Мика все перепроверил еще раз и если это не она, а кто-то со стороны все подстроил - найди мне его.

- Хорошо, - кивает бета и даже кажется, что хочет поскорее уйти. Чувствует мою ярость. Если это не она, я этого хакера, опорочившего имя моей пары, уничтожу.

- Ты зачем-то приходил? Или? - спрашиваю, справляясь со своими эмоциями, что бьют через край. Еще ничего не ясно.

- Да, Белла проснулась, - вновь встревожено смотрит на меня.

- И не обратилась? - удивленно переспрашиваю. Она именно так и делает. Обращается в человека, давая надежду, что все может измениться, а после снова отбирает ее - возвращаясь в прежнее состояние домашнего животного.

- Нет, - качает головой, а после обрушивает невероятное, - и она хочет тебя видеть.

Не может быть, думаю про себя, подскакивая с места и спеша к сестре.

Так спешил к ней. Слишком долгое время она пробыла волчицей. А первое, что она спрашивает: «Где он?», вводя меня в замешательство.

- Кто? - не совсем понимаю ее вопроса. О чем она? Кого ищет? Кого хочет увидеть? Замечая в глазах сестры нешуточную потребность в ком-то неизвестном, спрашиваю.

- Где он? - вновь задает вопрос, так и не отвечая на предыдущий. Я отмечаю ее дрожь, то как руки у нее трясутся, как у неврастенички, и не понимаю. Ничего... Но точно одно - что-то не так.

- Белла, милая, успокойся, - начинаю осторожно, присаживаясь на краешек кровати.

Бета замер у двери и тоже смотрит на нее ничего непонимающим взглядом. О чем она толкует?

- Ну, что случилось, сестренка? - аккуратно провожу по ее руке, пытаясь хоть как-то успокоить. - Про кого ты спрашиваешь?

- Где? - шепчет.

Меня пугает такое состояние сестры. Как до нее достучаться? Услышать что-то связное, чтобы помочь... как? Белла качается из стороны в сторону, смотрит каким-то совершенно диким взглядом. Не выдерживаю. Беру за плечи и встряхиваю ее, словно куклу, а в мыслях только одно желание, чтобы пришла в себя. Объяснила. И в этот момент, она вдруг приходит в себя. Смотрит на меня осознанно, прямо. И настолько по-взрослому, что в глубине души, что-то дергается. Она так выросла. А я даже не заметил.

- Где он? - звучит все тот же вопрос.

- Кто?

- Чужой... не наш... его запах... он везде... - обрывки фраз, звучат несвязно, и хоть целые предложения проглочены, я цепляюсь за это.

- Кто был на территории из чужаков?

- Кроме представителей совета и Алисии никого, - слышу обеспокоенный голос друга за спиной.

- Найди мне их и пригласи еще раз, - отдаю приказ.

Кажется, это сестру немного успокаивает, она даже перестает мелко дрожать, только носом водит, будто ловит воздух. Но я, принюхавшись, не чувствую ничего...

Что ее так взволновало?

***

Выхожу из его кабинета, громко хлопнув дверью. Хочется скрыться от него подальше, не видеть. Слишком обидно его недоверие, обвинения. Нет, я понимаю, конечно, пострадала его сестра, но я-то при чем? Злит вся эта ситуация и его упертость тоже. Он ведь считает меня своей парой, разве не должен был бы все прощать, чтобы я предположительно не сделала? Так нет же... все у меня не как у людей.

Стоит за мной закрыться двери, как я встречаюсь взглядом с Санией.

- Все слышала? - угрюмо интересуюсь, хмурясь.

- Нет, - качает головой, - я только подошла.

- Ага, типа случайно, - усмехаюсь, - не лечи мне мозги, - отмахиваюсь, - будто я не знаю, что это альфа тебе приказал везде за мной следовать, - хмыкаю, - будто я могу сбежать или навредить ему.

- Просто Белла... - начинает старую песню она, но я вскидываю руку и качаю головой отрицательно, останавливая поток слов в защиту альфы.

Не надо. Знаю я... что Белла... Знаю! Хочется кричать. Но от этого никак не легче.

- И куда мне позволено пойти? - спрашиваю. - Мне срочно нужен воздух.

- Может быть, в сад? - нерешительно уточняет у меня.

- Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, - соглашаюсь, кивая и следуя за девушкой.

Буйство красок обрушивается на меня, стоит зайти в резные ворота сада на заднем дворе альфы, а густая зелень кажется поглощает не только нас с Санией, обнимая своими густыми зарослями, но и все обиды. Здесь дышится как-то по-другому, свободно что ли, легко.

- Не ожидала, что у альфы может быть такое место, мне казалось, что лес... - осекаюсь, не закончив предложение. Кем я буду, если озвучу то, что думаю? Не теми же последователями фанатиков? Что верят во всякие мифы об оборотнях.

- Понимаю, - кивает она, - многие думают, что мы звери, но это не так. Нам также как и вам, даже в людском обличие, хочется уединения. Это место лучше всего способствует размышлению.

- Хочешь, покажу наше любимое место?

- Чье? - спрашиваю осторожно, а в сердце врезаются шипы ревности. Его и ее?

- Стаи, - отвечает, и я, выдохнув облегченно, до этого даже задержала дыхание, киваю.

Не знаю, почему, но как бы я не злилась на альфу, ревную так, будто признаю, а не отрицаю, и, вообще, утверждаю, что он мой и ничей больше...

Мы так и шли все дальше вглубь сада, пока не наткнулись на уединенную беседку, среди глубоких зарослей какого-то неизвестного мне цветущего кустарника. Внутри был натянут гамак, а рядом стояла лавочка. Можно было, как полежать, так и посидеть. А еще здесь очаровательно пахло. Действительно, хотелось отбросить все невзгоды и просто прилечь, закрыв глаза. Расслабиться.

- Мне здесь нравится, - сказала я, осматриваясь по сторонам.

- Если хочешь, можешь отдохнуть, я буду здесь неподалеку.

- Не стоит, - отмахнулась, - давай лучше вернемся.

- Ладно, как хочешь, - пожала плечами она, но я почувствовала, что ее задело мое нежелание здесь находиться, но все же она не выдала свое недовольства, и кивнув, мы пошли обратно.

Скорее всего Сания хотела, чтобы я отвлекалась, одним из известных ей методов, но это не действовало на меня. Даже, что удивительно, было заметно, что ее расстраивает отношение альфы ко мне, она каждый раз его выгородить хотела, смягчить мою реакцию. Что говорило только в пользу альфе, как главного здесь. Его любили и уважали, но... если бы он и по отношению ко мне придерживался другой линии поведения, тогда возможно все было бы по-другому... но нет, он выбрал именно эту. Ненависти и презрения. И какой бы ни была красивой и умиротворенной обстановка вокруг, я все равно была на взводе, а хаос в моей голове никак не хотел упорядочиваться, потому что никакой отдых мне не поможет, пока альфа не разберется в себе. Я-то знала, что моя совесть чиста, что моей вины в произошедшем с его сестрой нет, но Блэку к этому еще надо придти. И пока он делал этот путь - я злилась. Хотелось, чтобы он мне верил, доверял. А еще мне было больно от осознания, что я, даже не зная его, готова на очень многое ради него... для него... он же, в свою очередь - только обвинять.

Можно было бы со всем смириться, плюнуть на его отношение ко мне, забыть близость интимную и, вообще, попробовать даже сбежать. И если последнее вряд ли бы получилось, слишком пристально за мной следили, то с первым я просто не могла совладать. Смирение, видимо, не входило в одну их моих лучших черт характера. Мне действий хотелось от него, поступков каких-то. Потому что как бы я не злилась, желание никуда не делось и эта непреодолимая тяга к нему - тоже не исчезла. Чертовы чувства. Как оказалось выбросить в урну свое сердце не так просто. Потому что они разрастались... сильней с каждым часом, секундой... Чем ближе я к нему - тем сильнее желание чувствовать его, ощущать... чем дальше - тем больше тоска. И если на физическую тягу и желание еще можно как-то закрывать глаза, да и обидные слова от него хорошенько остужают пыл, что только злость и остается, то с тоской в сердце слишком сложно справиться. Больно.