Глава 16

Смотрю на сестру, покачивающуюся из стороны в сторону, и не знаю что сказать. Сколько раз я молил луну сжалиться над ней, отпустить, позволить жить человеком, а не домашним животным. И вот мое желание осуществилось. Безмерно рад видеть ее человеком, но... такое ее состояние пугает.

- Что с тобой? Белла? - спрашиваю осторожно, прикасаясь к руке.

- Мне нужен он, - заглядывает в мои глаза.

Да так осознанно и взросло она это говорит, что только одна мысль приходит на ум.

- Он твоя пара, да?

Белла кивает, и еле слышно шепчет: «да».

- Я найду его, не беспокойся, - поглаживаю по ладони.

- Спасибо, - сжимает мою руку в ответ и отворачивается.

Смотрит в окно, будто уже выглядывает его, и я понимаю, что вряд ли мне удастся с ней сейчас нормально поговорить. Все ее мысли только о паре. И это обстоятельство обращает меня мыслями к своей... И только думаю о ней, как один вопрос бьется в голове. Могут ли быть ее слова правдой? Или она просто хорошо притворяется, чтобы нанести удар в спину?

Выхожу из комнаты сестры и вижу Дэйва поджидающего у двери.

- Что-то уже известно о нашей гостье?

- Нет, - качает головой, - зато кое-что о вашем задании по поводу Беллы.

- Говори, - обратившись в слух, смотрю на него.

- Они требуют привести на встречу волчицу, которую видели в нашем доме.

- Требуют? - уточняю.

- Именно, - кивает головой.

- Значит, и он понял, - задумчиво шепчу и замечаю вопросительный взгляд оборотня.

- Один из них ее пара.

Дэйв удивленно смотрит на меня, а после спрашивает.

- Вас можно поздравить?

- Пока не знаю...

Иду по коридору и все думаю о том - кто тот бессмертный, что парой моей сестре пришелся? Командовать он вздумал. Ну-ну. Посмотрим, что он скажет мне в лицо. Волчицу он хочет... Щенок. И даже не смутило, что она была не в виде человека - унюхал. А это значит лишь одно - сильный зверь у него. Смелый. Хотя среди визитеров и не было альфы. Спускаюсь по лестнице вниз и тут дверь входная открывается. В дом входит Сания и Алисия. Первой киваю слегка, а в пару взглядом впиваюсь.

Волк внутри меня реагирует неоднозначно на присутствии пары, то хвостом машет в ожидании и стремлении быть ближе, то порыкивает нетерпеливо, подстегивая к ней подойти, а когда я так и остаюсь стоять на месте - уже на меня рычит недовольно. За то, что до сих пор не заявил свои права на нее.

А я замер на месте, сжимая перила лестницы, и даже вспомнить не могу, как дошел сюда. И зачем вообще шел... Будто в тумане все. Наверное, волк на инстинктах одних вперед двигал, а я следовал его зову, ее зову... Смотря в глаза напротив, жадно впитывая в себя ее образ, понимаю, что все равно... Уже некоторое время все равно. Что скажут мне о ней, что поведают. Не хочу больше сдерживаться. Ее всю хочу. До дрожи в теле, до острых судорог по позвоночнику, до горячей пульсации внутри, грозящейся вырваться ураганом. А она стоит, замерев, на меня смотрит, и только зрачки расширяются испуганно. Будто мысли мои читает и даже боится их. Будто бы на самом деле понимает, что я чувствую. Прикусывает свою губу, озабоченно, и в сторону взгляд переводит, там, где Сания еще несколько мгновений назад стояла, ища, наверное, поддержки или помощи, но ее уже нет там. Ушла давно. Одни мы остались. И по воцарившейся тишине в доме могу сказать, что не только она ушла - все члены стаи притаились. Чувствуют. А у меня в паху тесно от ее вида взъерошенного, слегка растерянного, пугливого.

Стремительно к паре своей приближаюсь, одни желанием ведомый, и в руки свои ее тело хрупкое, нежное. Носом к шее прижимаюсь, впуская в себя ее запах во все легкие, и кожу прикусываю слегка. Языком вкус ее пробую.

- Уже веришь? - спрашивает тихо.

Не отстраняется, не отталкивает, уже хорошо, но замерла напряженно, неестественно, в ожидании ответа.

- Верю, - отвечаю, отрываясь от кожи желанной.

Она хочет это услышать, а я сильно - ее. И неважно, что думаю на самом деле. Чему подтверждение мне принесут через несколько часов. Сестру увидел человеком, и меня повело. Как малолетнего какого-то в пору полового созревания заклинило. Понял, что не важно все, что было раньше. И ненависть моя к паре истинной ни к чему не приведет, а я только себя наказываю, отдаляясь, и ее тоже - мучаю. Да, понимаю, был не прав, осуждая Алисию только лишь за возможные прегрешения. Не разбираясь и не узнавая ни ее, ни ее историю. Даже и не думая о том, что она может быть не виновата, вынес приговор. Только неизвестно кому именно в итоге. Мне или ей.

- Слишком поздно. Ты так не думаешь?.. - качает головой, пытаясь отстраниться.

- Никогда не поздно... - уверенно шепчу и ближе к себе прижимаю ее, сопротивляющуюся.

Всего хочу с ней - сильной такой, независимой. Чтобы щенки на нее похожи были. А какой она будет беременной... Ммм. И только думаю об этом, как волк под кожей скребется в волнении, в желании отчаянном соединиться как можно быстрее, чтобы заклеймить ее собой. Привязать к себе навсегда неразрывно.

- Отпусти меня, гад, ты такой, - упирается ладонями в мою грудь.

Хочет оттолкнуть. А я со свистом запах ее вдыхаю. Надышаться не могу ею.

- Не отпущу.

Ближе к себе. Крепче в себя. Воедино.

- Даже не проси.

***

«Даже не проси...» Будто я могу его о чем-то просить... Будто он послушает...

В голове мысли хаотично мечутся в разные стороны. Поверил? Так быстро? Не может быть. Или может? Как же сильно хочется поверить в это, но я не могу так... И пусть тело плывет, готовое к любому повороту. Трпещет все внутри, сжимается в пружину. Я понимаю, что просто не могу вот так сразу. Да, у нас много чего уже было и некоторые этапы уже давно пройдены, но я не хочу. Не хочу в коридоре! И в этом доме тоже. Только не так. Во всяком случае, пока я в нем пленница. Не готова я отдавать ему себя, не услышав даже никаких извинений, не увидев расскаянья за слова обидные, за поступки, сказанные и сделанные незаслуженно, а желание его... Это же чистая физиология. Не больше не меньше, а я не поведусь больше на это. Никогда.

Нашла в себе силы. Оттолкнула от себя резко, разозлившись. А он, не ожидавший, видимо, такого от меня, отпустил.

- А я тебе говорила, что ты будешь жалеть, - прищурилась, увидев его ничего непонимающий взгляд.

Спохватился. Оскалился и даже недовольно зарычал в ответ, но меня вело вперед, и я не могла остановиться.

- Что не по-твоему да? - усмехаюсь, - не растекаюсь перед тобой, раскинув ноги? Фигушки, Блэк, - выпаливаю, покачав головой, и пока он молчит, продолжаю тираду. - Тебе все равно было всегда, что я думаю, чувствую, но раз теперь, - многозначительно хмыкаю, - ты веришь в мою невинность, начнем с того, что ты сейчас же отпустишь меня домой. - Заявила, но успев заметить его категоричный взгляд, добавила, - а после... если захочешь быть в моей жизни, будешь приходить замаливать обиды.

Пусть знает, что я готова его принимать, но точно не сейчас и не сразу. Слишком много недоверия между нами и накопленных обид.

- Ты и так моя, - сжал руки в кулаки, но я лишь покачала головой.

- Ты сам от меня отказался, когда решил обвинить во всех грехах, - сказала и, понимая, что он снова будет рычать: «я же альфа, ты же моя пара», - продолжила. - Сделай как правильно, Блэк, иначе, я буду тебя ненавидеть за отсутствие выбора, за твое наплевательское отношение ко мне. Слышал такое высказывание - «в неволе дети не рождаются»? Так вот, чувства тоже - нет.

- А разве их нет, Алисия? - вмиг приблизившись, провел подушечками пальцев по щеке.

Что-то внутри и правда дрогнуло. Отозвалось. Хотело покориться его воле, но я покачала головой и руку его убрала. Если я и должна бороться за свою свободу то именно сейчас, иначе так и буду только подстилкой для альфы. Как физически, так и морально. Ведь получается, что меня можно как угодно шпынять, вонзать лезвия в спину, ноги об меня вытирать... а я все равно прощу его, потому что существует это странное притяжение между нами, заставляющее терять голову, стоит ему только меня коснуться.

- Как же это я забыла, - усмехнулась, - тебя же не те чувства интересуют, тебе только секс важен, так бери, на здоровье, - даже грудь выпятила, - но тогда не удивляйся, что игрушка может в какой-то момент сломаться.

Что-то промелькнуло такое на его лице, что заставило его резко выдохнуть, а после как-то обреченно сказать.

- Хорошо, будь по-твоему.