ГЛАВА 4.

Ребекка

Наступает понедельник, а значит - новый учебный день. По пути встречаю Шэрон, и мы вместе направляемся в колледж. Погода теплая и во дворе толпятся студенты, не желая идти в душные кабинеты.

— Привет, девочки! — весело машет нам Молли Купер – младшая сестра Дина, с которой мы вместе учимся и у которой в субботу тусили на вечеринке. Ей исполнилось двадцать, и ее богатые родители устроили ей шикарный день рождения.

— Поражаюсь ее энергии, — недовольно шепчет не выспавшаяся Шэрон.

— Я думала, она нас не заметит, — натягиваю дежурную улыбку и машу ей в ответ.

Молли - активистка до мозга костей. Она всегда в курсе всех последних новостей, постоянно устраивает вечеринки по поводу и без, является председателем совета, вот только в учебе эти заслуги ей не очень-то и помогают. С ней интересно общаться первые минут пятнадцать, потом она жутко надоедает и становится приторно сладкой.

— Как вам моя днюха? — интересуется она, когда мы подходим к друзьям.

Естественно, ей необходима порция свежих комплиментов. Видимо, хвалебные оды от присутствующих уже наскучили.

— Супер! — Шэрон поднимает вверх большой палец.

— Да, Молли, — улыбаюсь, — спасибо, что пригласила.

— Не за что, — она равнодушно машет рукой и с громким стуком закрывает карманное зеркальце, в которое смотрелась, — мы же подруги!

От крепких объятий нас спасает друг Дэвид, оповестив, что скоро начнется пара. Все студенты сразу направляются гурьбой к высоким дверям, чтобы успеть забежать в класс быстрее преподавателя.

— Я видела, как ты болтала с моим братцем, — шепчет Молли, взяв меня под руку. — Вы встречаетесь?

— С чего ты взяла? — удивляюсь и вместе с прилипшей девчонкой направляюсь в здание колледжа.

— Вы так мило ворковали, — закатывает глаза.

— Молли, — тихонько хлопаю ее по руке, крепко держащейся за меня, — мы с Дином раньше ходили в одну секцию, так что мы просто общались, как друзья.

Этой сплетнице, сующей всюду свой острый нос, не обязательно знать правду. Иначе после первой же пары весь колледж будет осведомлен о том, что мы с Дином чуть ли не жених и невеста.

Поднявшись на второй этаж и остановившись у кабинета, пропускаю всех спешащих, и когда проход полностью свободен - спокойно захожу последней в класс.

Вдруг мое тело сковывает ступор, все мышцы разом деревенеют, и хватает сил только раскрыть рот от неожиданности. На моем месте сидит парень, уж очень сильно похожий на одного ненавистного мне придурка. Господи, да это же точно он…

Только спустя годы Крис Харди стал выше, мускулистее и, черт возьми, еще симпатичнее!

Воспоминания Ребекки. 10 лет назад.

— Ну же, Крис, долго еще идти? — пищу недовольно, ощущая на своих глазах теплые ладошки друга.

— Бекка, — грозно цокает, не давая мне шанса подглядеть, куда он меня ведет, — какая же ты нетерпеливая девчонка! Еще три ступеньки!

— Раз, — вытянув руки вперед, пытаюсь нащупать что-нибудь, но вокруг одна пустота, — два…

Заинтригованная, шагаю в полной темноте и напрягаю слух, чтобы сообразить, где нахожусь. Полная тишина.

— Три! — радостно кричит Крис прямо мне на ухо, оглушая и убирая руки от моего лица.

Постепенно открываю глаза и осматриваюсь, понимаю, что он привел меня на крышу супермаркета, который располагается недалеко от моего дома. Внизу расстелено широкое покрывало, стоит бутылка сладкой газировки и коробка с моей любимой пиццей. Уже стемнело, и все небо усыпано яркими звездами, словно огоньки, которые попеременно мерцают на черной глади.

— Вааау, — протягиваю, не опуская головы.

— С днем рождения! — девятилетний мальчик резво начинает скакать передо мной и хлопает в ладоши.

— Спасибо, Крис! — перевожу взгляд на счастливого друга и в качестве благодарности крепко обнимаю его.

С Крисом Харди я дружу, сколько себя помню. Наши отцы – лучшие друзья и держат общий бизнес, поэтому мы очень часто общаемся, практически растем вместе. Вот и сегодня, в мой день рождения, все собрались за большим столом. После слов поздравлений и плотного ужина, мы с Крисом улизнули от родителей, чтобы не слушать их взрослые скучные разговоры.

— Сюрприз удался? — интересуется он и плюхается на клетчатый плед.

— Да, — уверенно киваю и устраиваюсь рядом.

Крис с серьезным видом открывает газировку, достает две огромные трубочки и засовывает их в бутылку. Берусь за кончик одной, он же держится за другую.

— За мою суперскую подружку, — подражая взрослых, смешно говорит он, — за тебя, Бекка Грант.

Начинаю заливисто смеяться и только успокоившись, делаю один большой глоток.

— О нет, — расстроено произносит Крис, открывая пиццу.

— Что случилось? — взволнованно заглядываю в коробку.

Надеюсь, он не нашел там таракана.

— Они положили оливки, — друг с кислым лицом смотрит на меня, словно произошло что-то действительно страшное.

Жутко не люблю оливки. От одного их вида меня начинает подташнивать, хотя я не знаю, откуда у меня такой рефлекс. Мама шутит, что, будучи беременной, уплетала одну банку за другой. По ее мнению, я объелась ими еще до своего рождения.

— Ну и ладно, — быстро дергаю плечами, — не беда.

Крис, закусив язык, начинает активно выковыривать нарезанные кружочки с одного кусочка. Наблюдаю за его старательными движениями и мило улыбаюсь.

— Ты же не против? — самое главное, что вовремя спрашивает он, кивая на коробку.

Молча качаю головой, и, когда мой кусок пиццы успешно освобожден от оливок, принимаю его из рук моего спасителя. Но вызволенные кусочки не остаются в стороне, Крис умело раскладывает их на своей части и с удовольствием откусывает большой кусок.

Меня резко передергивает. Фу, как он может есть эту гадость!

Даже после насыщенного маминого ужина, мы не можем отказаться от ароматной пиццы со сливочным бортиком. Проглотив почти все кусочки, мы с выпяченными животами разваливаемся на покрывале и, лежа на спине, рассматриваем звездное небо.

— Смотри, Бекка, — тихо произносит друг, указывая вверх, — видишь букву «W»?

Следуя за его пальцем, внимательно присматриваюсь и на самом деле нахожу такую букву.

— Угу, — мычу.

— Это созвездие называется «Кассиопея», — уверенным тоном начинает Крис. — Оно состоит из девяноста ярких звезд.

— Ого, — искренне удивляюсь, слушая друга.

Мне действительно очень интересно.

— По легенде, созвездие назвали в честь жены какого-то эфиопского Царя, — вдруг он замолкает.

— Откуда ты это знаешь? — шепчу завороженно.

— Прочитал в школьной библиотеке, — усмехается друг и чешет затылок, — правда, я дальше не стал читать.

Интересно узнать продолжение этой легенды, но сейчас меня волнует нечто другое.

— Крис, — поворачиваю голову в его сторону.

— Да? — смотрит на меня, и я чувствую, как его пальцы касаются моих.

— Обещай, что никогда не бросишь меня? — взволнованно спрашиваю, глядя прямо в его глаза.

Он медленно улыбается и шепчет тихо-тихо, словно только шевелит губами:

— Обещаю.

Его ответ успокаивает. Дальше мы молча рассматриваем небо, каждый думает о своем, и наши тела соприкасаются только плечами.

Это самый крутой мой день рождения!

— Крис! — вдруг раздается громкий мужской крик.

Мы испуганно вскакиваем с пледа и замечаем, как злой отец Криса стоит на дороге и зовет сына. Друг рыпается к лестнице и я, бросив все вещи, бегу за ним.

— Садись в машину, мы уезжаем, — грозно рычит мистер Харди и, взяв мальчика за шкирку, волочет его к машине.

— Катись к черту, Митч! — орет мой папа, быстро вылетая из дома. — Я больше не хочу тебя знать!

— Тревор! — вслед за отцом выбегает плачущая мама и цепляется за его плечи.

Стою в растерянности, и не могу понять, что здесь происходит. С шокированным лицом Криса усаживают в уже заведенный автомобиль, он прикасается ладонями к заднему стеклу и не сводит с меня обеспокоенного взгляда. Машина резко трогается, оглушая своим свистом и молниеносно удаляется. Быстро бегу в след:

— Крис! Крис! Крис!

Вижу, как он стучит по окну кулаком, как напрягается от крика его лицо, но мои ноги быстро устают, постепенно останавливаюсь. Слезы огромным градом катятся по моим щекам, и все вокруг начинает расплываться. Папа догоняет меня, крепко обнимает и несет на своих сильных руках в дом. Кое-как успокаиваюсь и засыпаю на диване.

Больше Крис не объявляется… ни на следующий день, ни через неделю, ни через месяц. Никогда! Ни звонка, ни письма. Ничего!

Он бросил меня! Это самый ужасный мой день рождения!